Девять жизней

Брок буквально не чувствовал лап, когда наконец добрался до нужного дома. В горле першило от какой-то дрянной, не самой свежей рыбы, шерсть провоняла помойкой и не выглядела уже такой блестящей, а к хвосту приклеилась какая-то липкая хрень, которую в рот Брок брать не собирался ни за что в жизни. Со всем может справиться хороший грумер или, на худой конец, если Джек зажмёт бабла, кошачий шампунь. Сил взбираться по дереву до приоткрытого окна наскрести уже не получалось, а потому Брок решил пойти более простым путём и, уронив себя около двери, принялся орать. На город опустился вечер, почти ночь. Почти нигде не светились окна, улица была пуста. Где-то невдалеке стрекотали кузнечики. Дверь открылась и в неё выглянул Джек. Посмотрел вниз и ахнул, падая на колени. — Кошка! Живой! Брок повис в его объятиях тряпочкой, позволяя тискать вонючего себя, рассказывать, какой он мудила везучий и как они все испереживались по нему, идиоту такому. — Мя! — коротко изрёк Брок и вздохнул. — Фу, кошка, ты воняешь! — наконец перестал его наглаживать Джек. — Перекинуться можешь? — Мя-а-а, — протяжно выдал Брок, снова растекаясь в больших ладонях друга. Хотелось, конечно, к Роджерсу именно сейчас, именно кошкой, но чтобы он сразу всё знал, без глупых объяснений и оправданий, без этих постоянных «почему». Да потому, блядь! Ну как о таком расскажешь? — Кошка дурацкая, — с нежностью встряхнул его Джек. — Паломе я не звонил. Верил, что ты выкрутишься. И тут Брока начало тошнить. Выругавшись, Роллинз вскочил на ноги и первым делом поскакал в ванную комнату, уложил Брока на чистое полотенце, бегло оглядел на предмет открытых ран. — Так, лежи, я сейчас врача вызову! Не геройствуй! Мало ли что в тебе не так! — затараторил Джек, а Брок даже рассмеяться не мог. Что не так? Всё, блядь, не так! Он кошка дурацкая, которая застряла в своём кошачьем теле и никак не может обратно! Он хочет домой! Он хочет в горячую ванну с пушистой, блядь, пеной! Он хочет на ручки! Да, он может хотеть и такое! Только когда Джек убежал за телефоном, Брок заметил у него на щиколотке браслет, какой цепляют сидящим под домашним арестом. Но думать об этом не получалось — его снова затошнило, и Брок принялся блевать. Видимо, жрать ту последнюю рыбу совсем не стоило. Пахла она отвратно и в то же время очень привлекательно. И вот результат. Брок привстал на передних лапах и подполз к краю раковины, но дурацкий кран Джека был совершенно не рассчитан на котиков. Дурацкий кран дурацкого Джека. Как же хотелось пить. Но к горлу подкатил новый ком тошноты. Брока уже рвало желчью, но он всё никак не мог остановиться. — Кошка дурацкая! — воскликнул Джек, вернувшись, едва ли не со слезами на глазах. Он умыл Броку морду, заставив расфыркаться, и принёс воду в пиале. А потом принялся убирать. — Сьюки на смене, — сказал он. — Ветеринар скоро приедет. Скажет, что тебе можно и нельзя. И градусник в жопу воткнёт! И не смотри на меня так, уёбище, носился не пойми где месяц, а теперь глазами зыркает! Брок подавился глотком воды. В кошачьем теле он плохо ориентировался во времени. Восходы, закаты — да, но не более, но чтобы прям месяц отсутствовать... Хотя побродить пришлось изрядно. Кто же знал, что Вашингтон такой большой, запутанный и наполненный разными запахами город? Нью-Йорк куда проще и понятнее. А ещё бродячие собаки и коты, обдолбыши и бродяги, велосипедисты… Тоже мне, столица великой страны! Брок напился воды от пуза, и его снова вырвало, на этой раз просто водой. — Кошка, это плохо, — встревоженно сказал Джек. — Это очень-очень плохо. Что ж ты такого сожрал? Брок закатил глаза. Смысл задавать идиотские риторические вопросы? Не в пантомиму же играть? Брок всегда для этого был слегка недалёким. Это Джек в основном читал заумные книжки и предпочитал мёртвых писателей теплу живого тела под боком. — Знаешь, кошка, а мы все живы, — неожиданно вздохнул Джек и снова принялся гладить его. — Все, несмотря на тот звездец. Только Джон ноги лишился, а Глазго едва зрение не потерял. Но живы. Ты вот только всех напугал, кошка дурацкая. — Мя-а! — склочно высказался Брок и принялся снова лакать воду, теперь медленнее и с перерывами. В животе что-то заворочалось, и он принялся вылизываться, жалея, что не может отплеваться. — Прекращай, а? — попросил его Джек, переложил на другое полотенце. — Одному богу известно, в чём ты весь. Доктор приедет, осмотрит, распишет лечение, и тогда я тебя вымою. А сейчас ляг и просто лежи. Лучше вонючий, чем снова блюющий. Брок вздохнул и растянулся на боку. На животе в последние дни лежать стало неудобно. Мелькнула мысль, что Сьюки вломит Джеку за испорченные полотенца, и пропала. Одного его Джек не оставил, так и сидел рядом, будто бы Брок решил куда-то свалить, пока в дверь не позвонили. — О, доктор! Веди себя хорошо! И не огрызайся, понял? Брок хотел сказать, чтобы Джек сохранил счета, чтобы можно было вернуть ему деньги, но смог только мяукнуть. Молодой рыжий ветеринар, тощий как глиста и пахнущий тако, осмотрел Брока на кухонном столе: проверил уши, зубы и шерсть, действительно сунул в задницу электронный термометр — Брок так возмутился, что Джеку пришлось прижать его к столу за загривок, пока из-под хвоста не раздался электронный писк. Бережно ощупал живот. — Ну что, беглянка? — спросил ветеринар. — Как её зовут? — Рамлоу, — ответил Джек. — Что с этой кошкой дурацкой? — Для начала, ваша кошечка беременна. Срок примерно пять недель. Брок возмущённо заорал, не пытаясь вырваться из крепких тёплых рук Роллинза. Как так? Не может такого быть! — Давно надо было тебя стерилизовать, — сурово сказал Джек. Брок снова заорал. — На таком сроке не рекомендуется, — покачал головой ветеринар. — Я выпишу глистогонное для беременных кошек и порекомендую подходящее средство от блох и клещей. Она привита? — Да, — кивнул Джек. — Когда ей примерно рожать? — Срок беременности у кошек — десять недель, так что через месяц с небольшим. И лучше сменить ей корм на подходящий для беременных. — А можно определить, сколько будет котят? Ветеринар покачал головой. — На таком сроке это может показать только рентгеновское исследование, но для Рамлоу это лишний стресс. Брок жалобно мяукнул. Хватит с него стрессов. — Да, Рамлоу и так наприключалась, — кивнул Джек. — Её рвало очень сильно, даже водой. Но потом попила нормально. Мы недавно переехали, видно, ей не понравилось. — Да, кошки очень не любят перемен, — согласился ветеринар, не переставая поглаживать Брока по боку. — Я возьму кровь на анализ, и будет хорошо, если вы соберёте мочу, я оставлю памятку, как это сделать. — Вымыть бы её ещё, — вздохнул Джек. — Берите сразу шампунь от блох, — получил он совет. Брок мог только ошалело моргать и поджимать под себя лапы. Теперь он даже немного был рад своей невозможности обернуться. По двум причинам. Во-первых, не хотелось объясняться; во-вторых, он беременный… беременный, блядь! Через какое место ему рожать? С кошкой-то хоть всё понятно. — Ну ты и проститутка, прости Господи, — вздохнул Роллинз, расплатившись с ветеринаром и проводив его. — Хвостатая и дурацкая. И когда только успел? Ты даже кошкой себе на жопу приключения нашёл. Делать-то теперь что будешь, придурок? Понятное дело, что ответа от него Джек не ждал, но глянул с таким укором, что любой нормальный усовестился бы. Но то нормальный. Где вы у кошек совесть видели? — Роджерс-то в курсе твоей кошачьей натуры? — Мяк! — ответил Брок. Джек закатил глаза и велел: — Сиди смирно, мамаша. Можешь воды попить. Я тебе пока закажу срочно всё нужное. Лежанку там, когтеточку, когтерез… Хорошо, что у нас аренда с возможностью держать животных — Сьюки варана завести хочет. Или тегу. А тут кошка… ещё и дурацкая. Брок вытянулся на полотенце и скосил взгляд на свой живот. Котята… ну да, котята. Мама по жопе даст за всё хорошее, и права будет. Где теперь того серого и шикарного искать? И что скажет Роджерс? И что сказать Роджерсу? Как сказать Роджерсу? Пиздец! Полный разожравшийся пиздец! Брок полизал живот. Изнутри кто-то толкнулся. Интересно, сколько их там? У мамы пятеро было. Надо бы с ней посоветоваться. Но точно не сейчас. Сейчас он хотел жрать. И желательно чего-нибудь свеже-мясного или тот вкусный дешёвый влажный корм, но как объяснить свою хотелку Роллинзу? Поднявшись на разъезжающиеся лапы, Брок аккуратно спрыгнул на пол. Хватит разыгрывать из себя жертву, не так всё и плохо с его организмом. Дошёл же как-то до друга, а значит, и желания свои донести сможет, а уж мяукать матом Брок ещё с академии научился, да так, что Джек понимал его влёт.