Амортенция

      Молли поставила перед Джоном чашку только что сваренного кофе, Шерлок сидел в кресле и задумчиво смотрел в противоположную стену. Молли хотела предложить ему что-нибудь, но растерялась, потому что он попросту не смотрел в её сторону.       — А ты... что-нибудь будешь?       — Нет, это лишнее, — Шерлок мотнул головой, продолжив сверлить взглядом стену.       — Вообще, мы обедали, — встрял Джон, — часа... три назад.       — У меня есть сэндвичи с индейкой, — Молли суетливо поправила волосы. — Но я не совсем понимаю... у вас какое-то дело? Вы ведь не за кофе пришли, верно?       Последний вопрос был неловким уточнением — в самом деле, не пришёл же Шерлок к ней, чтобы кофе выпить и в тишине посидеть! Джон усмехнулся.       — Конечно, нет, — поспешил оправдаться он, — извини, что мы тебя потревожили. Дело правда есть. Мы как раз...       — Клиент — невротик с посттравматическим синдромом. Он подумал, что его новая подружка его обкрадывает, потому что после их свидания у него пропала банковская карта. Со счёта не было никаких списаний. После их второго свидания у него пропали ключи от машины. Спустя неделю они обнаружились в кармане пиджака, который, как утверждал клиент, он никогда не носил.       Шерлок наконец-то посмотрел на Молли — серьёзно и выжидающе.       — Больше похоже на клептоманию, — смущённо пробормотала она, отведя взгляд в сторону. — Или забывчивость вашего клиента. Одного не понимаю... зачем тебе такое дело? Обычно ты расследуешь что-то более... интересное.       — Это так, — кивнул Холмс. Джон взял в руки чашку и откинулся на мягкие подушки дивана. Гостиная Молли ему понравилась: он так и сказал ей, когда они только вошли внутрь. Прежде они никогда не были у неё, но Шерлок, конечно же, знал адрес. В эту квартиру-студию она переехала совсем недавно, в углу ещё стояла коробка с неразобранными вещами, там лежало что-то из Академии Авроров: учебники, старые записи и ненужные принадлежности. Молли надеялась, что Холмс не заметит эту коробку, потому что она никак не сможет объяснить, для чего ей нужно второе издание «Истории Непростительных заклятий». Коробка очень некстати стояла на пуфе неровно, и она могла упасть, если бы кто-то её случайно задел. — В последнее время нет ничего интересного. К тому же, мы с клиентом поспорили. Если я окажусь прав и девушка у него ничего не крала, он отдаст мне пару сигар «Bossner Martin», чья стоимость за коробку — тысяча фунтов стерлингов.       «Пустяковое дело ради такой расплаты», — подумала она, но ничего не сказала вслух, продолжая слушать. Вообще, сам вид Шерлока в её гостиной казался крайне интересным и странным. Он сидел в кресле в окружении её мягких подушек с синими цветочками. Она заметила, что Холмс сам был несколько стеснён обстоятельствами, но нисколько не смущён. Тут Молли увидела, что она забыла убрать одну из рабочих мантий, и та лежала на пуфе у окна как раз за спиной Шерлока. Хупер спешно отвела взгляд.       — Если он окажется прав, то я отдам ему коробку «Romeo y Julieta Cupidos», которую я купил немногим дешевле, — продолжил Шерлок невозмутимым тоном. Молли удивлённо вскинула брови. Холмс ухмыльнулся. — Клиент – мой бывший сокурсник.       — Мне не понять забав богатых, — Джон покачал головой.       — Это всё хорошо, но причём тут я? — спросила Молли, старательно не смотря за спину Шерлока, где лежали её магические принадлежности. Как она забыла убрать их?..       — Эта девушка живёт в соседнем доме. Твои окна как раз выходят на её дверь. Тайлер, клиент, подозревает её также в том, что она скрывает свою настоящую личность, — пояснил Шерлок, и Джон покачал головой, он ещё раз попросил прощения у неё за то, что ей приходится терпеть их. Холмс сделал вид, что сказанное другом его не касается. Молли, впрочем, не обиделась. Это всё равно было интереснее сегодняшней работы и, главное, безопаснее. — По моим подсчётам, она вернётся домой к восьми часам, то есть через двадцать минут. Я думаю, что она придёт с пакетами из китайского магазина, который находится на углу. Если она живёт за счёт карманного воровства, она не будет покупать там еду, у неё найдутся деньги на что-то более здоровое или хотя бы съедобное.       — И твоего клиента удовлетворит такое объяснение?.. А если она крадёт деньги и вещи, но просто любит еду на вынос? — спросила Молли, взяв в руки одну из подушек с цветочками. Она откинулась на мягкую спинку кресла, почувствовав лёгкую усталость после тяжёлого дня. Джон со звоном поставил кружку с кофе на стеклянный журнальный столик и тут же поднял её, чтобы проверить, не оставил ли он царапину. К счастью, всё обошлось. Даже если бы что-то осталось, Молли использовала бы Репаро, </i>заклинание восстановления. Вот уж настоящее волшебство!       — Тайлер не из тех людей, кто считает, что можно любить еду на вынос, — Холмс встал с кресла и повернулся к окну. Он легонько захватил рукой шторку и отодвинул её, теперь рассматривая уличный вид. Шерлок напоминал хищника, следящего за жертвой. Молли облегчённо вздохнула, когда заметила, что он не задел коробку с её вещами. — Тысяча фунтов для него не большие деньги.       — Лучше бы он отдал их наличными, — снова встрял Джон, расслабленно сидевший на диване среди подушек. Он заглянул в свою кружку и обнаружил, что кофе совсем кончился. — Серьёзно, я не понимаю, как можно было согласиться на обмен сигарами. И что, что они стоят дорого? На эти деньги мы бы купили... не знаю... кондиционер или что-то другое.       Приближались жаркие деньки, и Молли подумала о том, что она давно не брала отпуск. Вряд ли Патрик согласится отпустить её в ближайшее время, пока по городу ходит маньяк. С другой стороны, если она могла помочь найти его, хоть как-нибудь, этой возможностью стоило воспользоваться. Паника, наведённая в Волшебном мире, её удручала. Матч «Пушек» и «Ведьм» по квиддичу, скорее всего, отменят. Завтра об этом наверняка напечатают в «Болтунье» и других газетах, и все маги будут это обсуждать наравне с тем, что в Лондоне снова происходят странные вещи. Чуть что, сразу Лондон! Молли заметно поникла, и Джон поспешил её обнадёжить:       — Как только девушка придёт, мы уйдём! Я и сам бы отдохнул, но Шерлок не захотел ехать к тебе один, — пояснил он. Холмс, до этого смотревший только в окно, обернулся и хмуро глянул на друга. — То есть, ну, знаешь, ему лучше, когда компаньон рядом. Я компаньон, представляешь? Так, наверное, только в книгах говорят.       Молли улыбнулась.       — Я не против, всё равно на вечер планов не было.       Минутная стрелка медленно подходила к двенадцати. Когда она приблизилась к трём часам, Шерлок что-то невнятно проворчал и задвинул шторку, однако от окна не отошёл. Внезапно где-то в глубине дома послышался приглушённый стук, как будто кто-то стучал по стеклу. Молли поспешила уйти из гостиной — Холмс непонимающе посмотрел ей вслед. Джон предположил, что это шум сквозняка, и тогда Шерлок продолжил наблюдения из окна.       Однако дело было не в сквозняке. В дом Молли прилетела сова.       К счастью, та стучала клювом в окно спальни. Хупер открыла форточку и впустила птицу внутрь, погладив её по мягкой головке. Затем она закрыла дверь на замок, подумав, что Джон может пойти за ней следом от скуки. К лапе совы было привязано маленькое письмо, размером с открытку, даже меньше. Молли потянула за верёвочку, и тогда письмо упало к ней в руки. Летучка, сипуха её старой школьной подруги, всегда почему-то влетала в дом через окно в спальне, поэтому на подоконнике для неё Хупер держала кормушку. Сама Молли думала завести сову, но никак не решалась, так как считала, что птица будет мешать соседям, и это лишнее внимание было бы некстати. В письме Уна, её подруга, просила приготовить для неё Перечное зелье и «Костерост». На маленьком клочке бумаги Уна умудрилась вместить просьбу и историю о том, как её сын нечаянно сломал ногу. Сама она не умела варить зелья, поэтому всегда обращалась к Молли. Естественно, не за бесплатно. Хупер покачала головой.       — И так забот полно, теперь ещё с «Костеростом» возиться... — его нужно было варить почти сутки, и пах он, мягко говоря, неаппетитно. Представив бедного Найджела, сына Уны, с костылями, она всё-таки пришла к выводу, что помочь может. Молли варила зелья сложнее, хотя это было очень давно, ещё во времена учёбы. Вспомнив, что в гостиной у неё оставались сидеть Шерлок и Джон, Хупер поспешила отпустить сипуху с ответом.       К тому моменту, как она вернулась, стало ясно, что Шерлок и Джон дождались ту загадочную девушку, оба они пребывали в хорошем настроении.       — Могу тебя поздравить с приобретением? — уточнила Молли, чуть улыбнувшись.       — Думаю, да, но это не вся часть работы. Джону ещё предстоит выловить её через десять минут, когда она пойдёт на прогулку с собакой. Посмотрим, не украдёт ли она чего в этот раз, — Шерлок переглянулся с другом. — Вряд ли она это сделает. Он как бы случайно оставит телефон на скамейке, когда они, по плану, разговорятся о собаках. Странные увлечения Джона пойдут нам на руку.       — Странные! Уж кто бы говорил! — Уотсон по-доброму усмехнулся: он не обиделся.       — Ладно, передавайте привет миссис Хадсон, — Молли вдруг почувствовала дуновение сквозняка и потому приобняла себя за плечи. Джон, пообещав, что всё передаст, ещё раз поблагодарил её и ушёл. Шерлок немного задержался в дверях, и Молли поняла, что он хотел ей что-то сказать.       — Я случайно задел твою коробку, она упала. Надеюсь, там не было чего-то хрупкого.       Молли почувствовала, как её сердце опустилось куда-то в пятки или провалилось в груди. Нельзя было допустить, чтобы он заметил что-то из тех вещей!       — Завтра твоя смена в Бартсе? — спросил он, внимательно разглядывая её побелевшее лицо.       — Нет, — она мотнула головой, — до свидания, пок-ка, встретимся... потом, да.       Холмс ушёл, и она спешно закрыла дверь, даже не думая о том, какую ерунду сказала в ответ. Молли надеялась, что Шерлок не стал подбирать вещи, потому что тогда он посчитает её чокнутой, странной, возможно, глупой, помешанной на непонятных магических вещах. В мире магглов ко всему волшебному относились скептично, и зачастую это было даже на руку. Сегодня Молли чувствовала себя полной дурой из-за того, что она вовремя не распаковала вещи, перевезённые из старой квартиры. Как только она оказалась в гостиной, заметила пустующий пуфик. Молли обошла кресло и увидела, что некоторые вещи уже были подобраны.       Она покраснела. Сердце забилось чаще, и в мыслях Молли прокручивала одни и те же причитания. Теперь он будет думать, что она наивная дура, не иначе!       Значит, Шерлок уронил коробку, когда она ушла в спальню к Летучке. Конечно, и окно открыто, Молли не сразу это заметила, хотя сквозняк почувствовала! Как она будет смотреть ему в глаза при следующей встрече?.. Можно было применить к нему заклинание забвения, но это глупо. Магам запрещалось применять это заклинание, на самом деле. Нововведение в Магическом законе, вполне справедливое. Или, может, стоило нарушить этот закон? Не Непростительное заклятье, всё равно бы никто не узнал... впрочем, и с Непростительными было что-то не так, потому что в Министерстве должны фиксировать каждый случай их использования, чего не произошло. И ладно бы, раз не произошло, так нет, два раза! Молли присела, она чувствовала себя просто ужасно.       Это был невероятно долгий и трудный день. Оставалось надеяться, что Шерлок не обратил внимания на надписи на учебниках и конспектах, он не спросил её о книгах, это уже было хорошим знаком. Однако настроения это не улучшало...

***

      Оба зелья были почти готовы, Перечное варилось в одном котле, «Костерост» — в другом. Молли широко распахнула окно на кухне, чтобы противный запах варёной болотной тины надолго в квартире не задерживался. Хупер надеялась, что она не мешала соседям своими экспериментами, потому что искать новое место для жилья ей совсем не хотелось. Жить рядом с магглами иногда бывало трудно, потому что приходилось менять свой образ жизни. Молли всё-таки хотела завести сову, как-то на досуге она придумала ей кличку. И вообще, вся её жизнь была какой-то странной, потому что и в её квартале, и в ближайших не жило ни одного мага. Ей приходилось варить зелья не на настоящем огне, а на волшебном, который следовало контролировать особенно внимательно, чтобы из-за него не попасть в неприятности. Её дом не был похож на жильё настоящего мага, здесь почти ничего магического не было, кроме старых пыльных книг, метлы в шкафу и разнотравья на кухне. Хорошо, что Молли блестяще владела раздвигающим заклинанием, которое позволяло превращаться её маленьким комнатам в просторные залы. Это было удобно: просторная студия при желании Молли могла стать в два раза больше, чем она была на самом деле. Именно это и произошло с кухонной зоной — так было безопаснее работать с огнём и двумя варящимися котлами. Современная маггловская обстановка дома никак не сочеталась с видами её ведьминских и некромантских принадлежностей. Квартирка, однако, была уютной, светлой и чистой, и этого Молли хватало с лихвой.       В какой-то момент Хупер снова вспомнила об упавшей коробке. Это было вчера. Молли, грустно вздохнув, продолжила мешать зелье медным черпаком. Уж лучше, если бы Джон уронил коробку! Она бы сказала, что всё это глупости. Теперь Шерлок думает, что она странная. Он, может, и раньше так думал, а теперь и вовсе сочтёт её сумасшедшей! Молли покраснела от одной только мысли об этом.       Впрочем, случилось кое-что ещё, о чём ей стоило переживать. Вчера вечером Патрик отправил ей сообщение с указом быть утром в Министерстве, и Молли, как того требовал устав, туда отправилась. Порт-ключи, перемещавшие сотрудников в Главный Вестибюль, всегда имелись у Хупер под рукой где-нибудь в сумке или в карманах мантий. Почему-то это всегда были карандаши. Радовало, что не приходилось бросать жетоны в унитазы общественных туалетов, как это требовалось для входа в Министерство раньше, ещё лет десять назад. Опять же, стоило отдать должное знаменитой Гермионе Грейнджер. Молли не была с ней знакома, но она ей нравилась.       Этим утром Хупер, одетая в одну из строгих тёмных мантий, шагала к турникетам по коридору Министерства. Стук ботинок эхом отражался от твёрдых каменных стен. Здесь было немного мрачновато, висели огромные люстры, созданные как бы в винтажном стиле. Молли они нравились, и временами она на них засматривалась.       — Доброе утро, мисс Хупер, — охранник, стоявший рядом с турникетами, махнул ей рукой. Это был высокий мужчина средних лет, он казался младше своего возраста из-за тёмных буйных волос и счастливого отсутствия седости. Охранник хромал на правую ногу, она у него болела, поэтому он часто опирался на турникет и крепко держался за свой пост.       — Доброе, Стержес, — Молли улыбнулась. Она протянула ему свою волшебную палочку, и Стержес внимательно её осмотрел. Этот охранник всегда был с ней приветлив. Он также знал, что она была некромантом, потому что как-то ей пришлось проводить ритуал с кем-то из его родственников. Другие сотрудники Министерства не знали, кто в их рядах служил некромантом. Это было что-то вроде секретной информации. — Удача мне пригодится.       — Слышала про министра магического спорта? — спросил он немного взволнованно.       — Увы, — она с грустью кивнула, — это не к добру.       Стержес отдал ей палочку и дал приложить пропуск к считывающему устройству. Магические чипы в их удостоверениях всегда срабатывали чётко и без проблем, чего нельзя было сказать о маггловских устройствах.       Всюду сновали торопившиеся люди. С кем-то из них Молли здоровалась, не со всеми — она знала немногих, с другими отделами Аврорат контактировал редко. Взгляду открылся вид на фонтан: огроменный, он её иногда пугал. Изображённые скульптуры у фонтана выглядели, как исполины, и Молли боялась, что в один из дней эти статуи волшебных существ на всех них упадут. Мало ли, что в Министерстве может случиться? Она взглянула в глаза изображённого кентавра и на секунду остановилась. Нужно быть гением, чтобы сотворить такую величественную и ужасающую скульптуру. Пусть это и был символ дружбы разных народов, но он действительно мог внушить страх. Или, может быть, это Молли была очень впечатлительной. Она перевела взгляд на скульптуру домового эльфа, такого же огромного, и пошла дальше. Нельзя было опаздывать, Патрик уже её ждал.       Наконец, она добралась до Отдела Аврората. Мысленно Молли прокрутила все знания и замечания, которые у неё имелись относительно недавнего ритуала «Призыва души». Неужели Патрик не поверил ей и посчитал, что министра убили не Непростительным заклятьем? Она не раз видела следы Круциатуса и могла отличить их от других ран. По милости Патрика она работала в морге Бартса, и поэтому точно не могла спутать маггловские удары ножом с магическими заклятьями! Ей точно должны были платить раз в десять больше!       Распалённая и возбуждённая от этих мыслей, Молли смело вошла в кабинет, но тут же она остановилась, не сказав ни слова. Патрик сидел за своим огромным дубовым столом, а рядом с ним стоял мистер Поттер, и оба они рассматривали какие-то бумаги. Молли поздоровалась.       — Хупер, входи. Давай, посмотри, что в отчёте написал твой этот... как его... Пипсквик, — Патрик замахал руками, она подошла. — Скажи, ты уверена, что это были Непростительные?       Она нахмурилась.       — Да, мистер Физзлпоп, — уверенно сказала Хупер, слегка покраснев. Поттер посмотрел на неё. — Вы сами вчера видели тело министра, или вы хотите, чтобы я ещё раз показала вам его?       Патрик испуганно запротестовал.       — Нет-нет, хорошо, ты права, это Круциатус. Но его нет в базе данных! Никто не использовал эти заклятья! — он всплеснул руками и случайно задел бумаги, они едва не разлетелись по кабинету. Из-за того, что стол был слишком большим, всё помещение казалось маленьким и тесным. Даже в полумраке Молли заметила, что её начальник был сильно взволнован. Патрик и раньше приглашал к себе Поттера, он был одним из авроров в Министерстве, но вместе те работали крайне редко. Молли с ним почти не пересекалась, только в лифте поднималась с ним пару раз и ещё как-то перед Рождеством встретила его в библиотеке. Поттер почему-то продолжал на неё смотреть, и Молли, смущённая, делала вид, что не замечала этого. Она упорно рассматривала янтарный витраж окна, находившегося за спиной Патрика, оно открывало вид на статую исполинов-магов.       — Значит, использовал, — Поттер пожал плечами. Он был несколько растерян.       — Хупер, в отчёте написано, что министр во время «Призыва» что-то сказал... объясни, пожалуйста, как это возможно, — растягивая слова, проговорил Патрик, и Молли едва удержалась от желания тяжело вздохнуть. Иногда он вёл себя совсем как ребёнок, хотя занимал большую должность. Она удивлялась, что никто, кроме неё и некоторых коллег, этого не замечал. У Патрика на пиджаке красовался Орден Мерлина, полученный за какие-то особые заслуги перед Министерством.       — Никак. Это невозможно.       — Но он сказал! Или не говорил?       — Сказал, — с нажимом ответила Молли, чувствуя себя не в своей тарелке. Когда Патрик задавал ей такие глупые вопросы, она представляла, что находится на экзамене в Академии у самого вредного профессора. Молли очень не хотелось выглядеть нелепо в глазах других людей, тем более в глазах Гарри Поттера, первой знаменитости Магической Британии. Он, конечно, на службе не блистал, но его всегда выделяли, и было понятно, почему. — Я не знаю, как это произошло. Дайте мне время, и я попробую выяснить, но... не обещаю, что узнаю. Такого никогда не случалось при обрядах. Наверное, я бы не поверила... если бы сама не проводила «Призыв».       Патрик откинулся на спинку кресла, и то качнулось. Он протянул Поттеру какие-то бумаги и сказал, чтобы тот всё сделал. Гарри согласился. Отходя от стола Патрика, он кивнул Молли на прощание. Хупер, едва шевеля губами, тоже попрощалась. Она почувствовала, что её уши покраснели.       — Либо что-то не так с системой, либо в Министерстве крыса, — протянул Патрик. Молли впервые в жизни нашла в его словах здравый смысл.       — Заклинания, которые фиксируют Непростительные, очень сложные. Они столько лет работали исправно...       — Смертью министра займётся мистер Поттер. Если ему что-то понадобится, должна будешь помочь, — Патрик выключил лампу, которая стояла у него на столе, он потянул за верёвочку, и витражный плафон ярко-оранжевого цвета тут же погас.       — Насколько всё плохо? — спросила она, хотя ответ, кажется, напрашивался сам.       — Катастрофически.       Потом оказалось, что догадка Молли насчёт отмены матча по квиддичу подтвердилась, и об этом написали в каждой газете. Смерть министра магического спорта потрясла всех, и что-то Хупер подсказывало, что это был не конец...