Чайная лавка Комари

      Мандалорец пришел на следующий день, ближе к вечеру, в тот момент когда Комари, разместившись за прилавком на удобном барном стуле с датападом и голографическим передатчиком, объясняла Энакину буквы, читая энциклопедию по военным, торговым, да вообще по всем кораблям, с перечислением всех технических характеристик, разумеется общеизвестных. Изначально она, конечно, пыталась подсунуть детский вариант, но, как оказалось, Энакин был крайне разборчив в теме кораблей, от хаттских до имперских и принадлежащих КНС, но больше по легкой технике, а не тяжелой.       Звездного разрушителя ребенок вживую не видел. Оно и к лучшему.       Чтобы его заинтересовать, нужно было очень хорошо постараться. Чего малыш не насмотрелся в рабстве, так это военной техники. Игрушечный истребитель был первым, что им пришлось отыскать и начать исследовать. Комари не могла не улыбнуться, заметив, как зашуганный ребенок засиял маленькой звездой, взахлеб перечисляя известные ему характеристики, замечая знакомые модели. Когда же Комари начала его учить читать, обращая его внимание на те или иные символы и буквы, малыш, чье образование было хаотичным и беспорядочным, нахмурился, но… вцепился в возможность едва ли не зубами.       У ребенка был живой ум, отличное воображение, понимание многих вещей, которые Комари представляла лишь смутно. В технике и механике он, казалось, уже ее превосходил, но его общегалактический язык часто скатывался на быстрый хаттский. Энакин многое знал, но объяснить это на обещагалакте просто не мог и потому становился тихим.       Он неплохо читал на хаттском, а вот общегалактический для него оказался новым видом символов. Но даже его разговорный, пусть и не очень хороший, общегалакт помогал ему в обучении письму и чтению.       Хорошая память тоже давала массу преимуществ. Он был талантлив. Но ему придется пройти долгий путь у целителей разума. И несмотря на его сияние в Силе, велик шанс, что, если он пойдет по пути джедая, тот будет крайне сложен и долог.       Энакину будет тяжело.       И Комари это видела, просто наблюдая за тем, как ребенок при виде незнакомца в доспехах тут же постарался избежать чужого взгляда и, соскользнув с высокого стула, притаился за барной стойкой, быстро перемещаясь за ее стул.       Возможно, Энакин предпочтет жизнь в безопасности храмовых стен, не стремясь покидать их.       — Иди, проверь Оби, — мягко проговорила Комари, передавая с прилавка в спешке забытый истребитель, успокаивающе касаясь светлых волос Энакина.       Мальчик кивнул, но замер на мгновение под ее рукой. Схватил за рукав и тихо потянул. Голубые глаза с тревогой скользнули по ее лицу.       «Безопасно?» — тихо-тихо пронеслось в Силе.       Комари кивнула.       Энакин скрылся за полкой, спеша к Оби-Вану, который к этому времени уже должен был закончить медитацию.       — Прошу прощения, — улыбнулась она мандалорцу, что вновь снял шлем и с любопытством наблюдал за ней и светловолосой макушкой ребенка.       — Сын? — вопрос панторанца заставил Комари удивленно моргнуть.       — О, нет, скорее дальний родственник, — оба блондины с голубыми глазами. Ну естественно их можно было принять за близких родственников, особенно чужаку, что вряд ли сумел рассмотреть Энакина хорошо с такого расстояния. — Проездом вместе с моим племянником.       Голубоглазым и рыжеволосым Оби-Ваном.       — О, тогда прошу прощения, — кивнул мандалорец, после чего направился к прилавку, одновременно что-то вытаскивая из поясных сумок. — В том числе и за то, что не представился. Я Майлз.       — Комари, — легко ответила она. — Так чем могу помочь?       — Наша беседа в прошлый раз была крайне познавательна. Не знаю, помните ли вы, но я упомянул о традиционном чае. Шиг. Эта мысль с водой не давала мне покоя, и я подумал, что мог бы получить от вас консультацию?       В последних словах звучал вопрос, полный надежды.       Мандалорцы и их традиции. Ну разумеется.       Бросив взгляд на комлинк, отмечая время до закрытия, которое было через полчаса, Комари задумчиво окинула, видимо, последнего посетителя на сегодняшний день.       Причин отказывать не было. Но и соглашаться тоже, на самом деле. Впрочем, подобный контакт с мандалорцем не выходил пока что за грань разумного. Кем бы ни был этот Майлз, он, вероятно, мог быть действительно заинтересованным именно в чае и ни в чем другом.       Паниковать нет никаких причин.       Вести себя подозрительно — тоже.       — Не гарантирую, что моя консультация будет успешной, но давайте попробуем. Я сейчас вернусь, а вы пока доставайте, что принесли.       — Спасибо, — искренне выдохнул панторанец.       Неужели этот мандалорский чай настолько необычен, что даже спать спокойно не дает?       Внутренний джедай не мог не заинтересоваться.       Соскользнув со стула, разом став еще более низкой, чем в первую встречу, из-за того, что за прилавком Комари в этот раз предпочла сидеть в мягких домашних тапочках, а не в сапогах на каблуках, она скрылась за полками, направляясь в жилую часть. Итак, чайник и коробка с разными вкусовыми добавками для воды.       Вернувшись, Комари с интересом уставилась на пакеты, лежащие у нее на прилавке. Какие-то травы и специи?       — Это?..       — Один из самых распространенных вариантов.       — О. Хорошо. Вы стул возьмите, садитесь, — Комари с интересом сунула нос в пакет с травами, а после со специями. Запах… интересный. Хм.       — Традиционно шиг заваривают в специальных горшках и держат до определенной температуры, — пояснил Майлз.       — Но горшков у вас, естественно, с собой нет? — Комари отвлеклась от изучения трав.       Панторанец виновато пожал плечами.       — Они довольно хрупкие, — пояснил он. — Я свой разбил месяц назад.       А, так вот чего его на панторанский чай потянуло.       Комари окинула взглядом полку с посудой, понимая, что в общем-то ничего специфического, кроме стандартного, у нее не стояло. Обычно те, кто к ней заходил за посудой, спрашивали или заранее заказывали то, что им было нужно.       Мысленно Комари поставила себе заметку, что нужно будет подумать над привнесением мандалорской культуры в свою лавку, если планета действительно войдет в состав Мандалорской империи.       Интересно, если этот шиг будет действительно настолько интересен, оставит ли ее Орден здесь, в глубоком внедрении, чтобы украсть коллекцию рецептов мандалорского чая?       Если бы за ее ротацию отвечал Квай-Гон Джинн, то, скорее всего, ее бы попытались подбить на проникновение в Мандалорскую империю охотиться за рецептами. Хотя, зная Джинна, он бы сам туда сходил.       Воспоминания о старшем брате были окрашены грустью.       — У меня есть чайный набор с Шили. Тогруты любят интересные сочетания трав и настаивают их по-особенному. Возможно, он подойдет?       Панторанец покачал головой.       — Понятия не имею.       Комари мысленно вздохнула. Помощи от него явно не дождаться, судя по всему, он полный профан во всем, что касается вероисповедания чаеманов.       Пришлось снова сползать с высокого стула и идти за набором. И нет, она не делала никаких жестов, демонстрирующих ее раздражение полным непониманием гостя последствий его решения узнать о тонкостях искусства заваривания чая.       Шаак Ти и ее любовь к своей родине не могла не вынудить Комари приобрести достаточно редкую вещь только ради нее и других представителей ее вида в их Ордене.       Джедаи и их любовь к чаю.       Чайный набор с Шили представлял собой декорированный простыми архаичными узорами в ярких красках керамический сосуд, похожий на кувшин. Особенность изготовления была в том, что материал, из которого лепили такие вещи, представлял собой разные слои «мелкозернистой осадочной горной породы», добытой в разных местах, а после подвергнутой формованию на настоящем гончарном круге. Из-за чего при разбивании такого предмета можно было легко узнать его происхождение. Синие, красные и белые линии слоев на кромке осколков — характерный признак подлинности.       Такая структура, как рассказали Комари, помогала удерживать тепло внутри сосуда и равномерно охлаждаться, тем самым помогая чаю быть идеальным и одновременно отличающимся на разных стадиях остывания. Традиционный напиток Шили менял вкус.       Этот чай был едва ли не святым, и часто его пили перед важными событиями. По меркам тогрут, естественно, важными. В честь Охоты, например.       Достать такое было и сложно, и легко. Так как Галактике не было никакого дела до культуры каких-то там тогрут и их технологий изготовления посуды. Как и до их вкусовых предпочтений.       В конце концов, любимый сорт чая Шаак Ти был попросту ядовит для большинства околочеловеческих рас.       Но говорить об этом мандалорцу Комари не стала. Вряд ли бы он оценил по достоинству, что она ему заваривает традиционный мандалорский шиг в той же посуде, в которой настаивался ядовитый чай с Шили.       То, что мужчина — полный профан , и так было понятно. Иначе на посуду из Шили не согласился бы…       Ну, не стоит пугать его.       — Полагаю, нам придется заварить несколькими способами ваш шиг. Сначала так, как вы привыкли, а потом уже попробуем подобрать более интересные варианты.       Благо у нее было два заварника.       Мандалорец, внимательно осмотрев предложенную ею посуду, одобрительно кивнул и начал рассказывать о том, как обычно привыкли заваривать шиг в его клане. Естественно, на отфильтрованной воде, без всяких примесей.       — Нам придется подождать минимум полчаса, — извиняясь, проговорил панторанец. — Он должен настояться.       — Ничего страшного. Просто придется занять чем-то время.       С этими словами она подтянула ближе к себе оставленный в стороне датапад, не столько собираясь реально заниматься делом, сколько аккуратно понаблюдать за гостем и поиграть на его нервах.       Мандалорец, сидевший напротив, молча разглядывал окружающую обстановку. Периодически его взгляд падал на нее, но Комари перелистывала новостную ленту ее города, периодически переходя на ссылки на общепланетарные каналы или читая комментарии. Иногда ее заносило на уровень сектора, и пару раз она натыкалась на ссылки о новостях КНС. Но с ее планетой это связано не было, да и многие из этих публикаций содержали не совсем достоверную информацию.       В случае, если произойдет что-то действительно важное, ей позвонит граф Серенно и расскажет лично. Ну или иные сплетники донесут раньше всех, так как джедайский голочат не умолкал никогда и слухи разносились со скоростью гиперпространственного прыжка.       — Разве чайная лавка — прибыльный бизнес на такой удаленной планете? — все же решил разбить тишину мандалорец.       Комари подняла взгляд от датапада.       — Не могу говорить за других, но у меня есть определенное количество постоянных покупателей, помогающих держать лавку на плаву. С тех пор как границы сдвинулись, их даже больше, чем раньше. Здесь хорошая станция заправки.       — Многим предпочтительней бары, чем чайные лавки.       — Неужели? — хмыкнула Комари, не сдержав ироничного взгляда в сторону мандалорца, который находился именно в чайной.       Панторанец не смутился. Лишь широко улыбнулся.       Ну что же… это не единственный покупатель, который решил с ней пофлиртовать.       Первая чашка шига была… интересной. Комари задумчиво погоняла чай во рту, оценивая вкус, уже прикидывая, чего, по ее мнению, в нем не хватает. Сила, чтоб ее, решила ей помочь, остановив пальцы на нужном пакете с интересной добавкой.       Спустя два часа разговоров о чае и особенностях заваривания шига мандалорец с крайне удивленным лицом смотрел в свою чашку, пока Комари думала о том, как выпросить у него травы и специи из этого набора, чтобы отправить его на экспертизу с подробнейшей инструкцией вместе с Оби-Ваном в храм.       Шиг был восхитительным. И это один из самых распространенных вариантов, когда существовали еще и клановые рецепты…       Возможно, им нужно ограбить Мандалор.       К счастью, мандалорец оказался не жадным. А вот выползший из жилой зоны Кеноби, скептично настроенный в отношении «мандалорского безобразия», по итогу отжал у нее половину оставшегося шига со словами «мне нужно пересмотреть мандалорскую культуру».