Вестники бури

      Две девочки лежали на кровати, лениво обнимаясь и смеясь над самыми глупыми моментами из жизни, которые только подкидывала память. Мира вспомнила, как в детстве она украла папин протез, чтобы удивить его — раскрасить штуку в красивые разноцветные цвета. Потом она спрятала свою поделку, чтобы просохла, и почти сразу забыла, куда именно. Из-за этого Акира опоздал на работу, но ругаться не стал — только стёр все нелепые рисунки дочери, что её сильно обидело.       — На месте доктора Кобаяши я бы тебя покусала, — расхохоталась Адель, попутно играя с длинными прядями волос подруги. — А потом отправила бы тебя в кружок по рисованию — чтобы талант не пропадал!       Мира тоже засмеялась, прокручивая в голове такую сцену: её папа прыгает по всему дому на одной ноге и недовольно бухтит. Да, хороший был денёк.       — У моей мамы раньше был котёл для зелий, — заговорила Кэрролл. — Очень большой, почти как ванна. Однажды я залезла туда. Хотела напугать маму, но она очень долго не приходила, и я уснула прямо там, свернувшись на дне котла. Проснулась от того, что на меня полилась вода вперемешку с жабьими глазами!       Мира рассмеялась во весь голос. Интересно, если сварить зелье из Адели, то что получится? Наверняка что-то классное и приятное, ведь она такая хорошая.       — Хорошо, что тебя тогда не сварили, — крепче обняла её подруга. — Мне бы тебя очень сильно не хватало, я бы плакала…       — Ты меня тогда ещё не знала, — с улыбкой ответила Адель.       — А разве мы не можем скучать по тому, чего никогда не было?       Кэрролл крепко призадумалась над её словами. Ход мыслей Миры часто сбивал с толку, но девушка всё равно к ней прислушивалась. Если понять Кобаяши чуть лучше, то она начинает казаться логичной, даже рациональной.       — Иногда я не понимаю, как тебя, с твоим нестандартным мышлением, не взяли на Рэйвенкло. Ты умнее доброй половины людей, что учатся тут…       — Я попросила Шляпу не отправлять меня туда, — объяснила Кобаяши. — Все остальные факультеты… как будто навязывают ожидания. Ты должна быть самой умной, самой храброй, самой амбициозной. На Хаффлпаффе можно просто быть.       — Так ты поэтому расплакалась на распределении? Боялась попасть куда-нибудь, кроме Хаффлпаффа?       — Не-а, — мотнула головой Мира. — Я боялась, что Шляпа высосет мои мозги.       В ответ на это Кэрролл снова взорвалась хохотом. Чего-то такого и стоило ожидать от Кобаяши. До сих пор Адель удивляло то, как в голове подруги уживаются такие умные и такие дурацкие мысли.       — Мерлин, я так ярко помню этот момент! — с улыбкой в голосе вспоминала Адель. — Тебя вызвали на распределение, и, как только МакГонагалл надела на тебя Шляпу, ты в ту же секунду разрыдалась!.. Мне так хотелось тебя обнять и успокоить…       — Все смеялись надо мной, — присоединилась Мира. — Обзывали плаксой. Ну, конечно: они же не понимали, что Шляпа — это странное, но живое существо, которое буквально копается у тебя в голове!       В спальне Адели всегда было хорошо. Просторная комната была отделана в светло-голубых и серебряных тонах, отчего казалась прохладной — как и сама Кэрролл, — но в то же время какой-то свободной, красивой, идеальной.       Мира откинулась на синие подушки, полностью расслабляя тело. Адель в тот момент отошла за ширму, чтобы переодеться. Кое-что терзало сердце девочки. Кое-что немного стыдное и немного глупое, как пятно мороженого на носу.       — Адель, — мягким голоском обратилась к ней Кобаяши, — а ты считаешь меня своей лучшей подругой?       — Конечно, — ничуть не удивилась та. — А ты меня?       — Конечно, — повторила Мира. — Тогда… тогда ты можешь кое с чем мне помочь?       — Конечно, — во второй раз сказала Адель и хихикнула, высовываясь из-за ширмы. — С чем именно?       — Покажи мне, как правильно целоваться.       — Уф-ф… Ну и запросы!       Кэрролл наконец закончила с переодеваниями. Она вышла к девушке в шёлковом приталенном платье на бретельках, цвет которого напоминал жемчужину и так прекрасно сочетался с ровной светлой кожей Кэрролл, что у Миры даже дух на секунду захватило.       — Ва-ау, — протянула она, — какая же ты красавица!       Адель в ответ на это смущённо улыбнулась и пожала плечами, после чего запрыгнула на кровать рядом с подругой.       — Целоваться, говоришь? Ну, давай попробуем.       Она даже не стала спрашивать, зачем Кобаяши вдруг потребовались такие навыки и умения, — кажется, это для Адели было более чем очевидно.       Девушка нависла над Мирой сверху, приближая своё лицо к её лицу. Мягкое, тёплое прикосновение губ. Мира отчётливо почувствовала привкус голубики. Наверное, это был блеск для губ. Когда Кэрролл отстранилась, Кобаяши инстинктивно потянулась за ней, будто прося ещё.       — М-м, как приятно… я завидую Себу…       Адель в ответ на это расхохоталась, склонив голову к плечу так, что длинные русые волосы наполовину закрыли зарумянившееся лицо.       — Можно сделать ещё приятнее.       Девушка снова прильнула к губам Миры, аккуратно посасывая нижнюю пухлую губу. Языком Мира столкнулась с языком Адели. Это было жаркое, ни на что не похожее ощущение, как будто бы Кобаяши облизнула кусочек арбуза. Она прикрыла глаза от удовольствия и первой проникла глубже в чужой рот, словно своим языком гладила язык Адели.       — А говоришь, что ничего не умеешь! — засмеялась Кэрролл прямо ей в губы, убирая с лица прядки волос.       — Подожди, подожди!.. — выпалила Мира, привстав на локтях.       Она оперлась спиной о подушку и прижала вечно холодные пальцы к пылающим щекам. Такую нежность, была уверена Кобаяши, можно почувствовать только от девушки. Такие лёгкие, деликатные прикосновения. Такие мягкие, гладкие и тёплые руки. Такой прекрасный запах. Такие аккуратные губы. Она не могла поверить, что можно ощутить что-то хоть отдалённо похожее с мальчиком. Те казались грубыми, порывистыми. Ими двигало желание овладеть, взять — а не поделиться.       — Со мной что-то странное творится!       — Ты возбудилась, — просто сказала Кэрролл, погладив её по подбородку. — Это нормально, так и должно быть.       Мира приложила одну ладонь к низу живота, словно проверяя, действительно ли вывод верный. Поняла, что так и есть. Хотелось ещё больше, ещё дальше… но не с Аделью. С Нэтти.       Она могла бы оставить такой же поцелуй… там. Немного полизать. Сжать тёплыми губами. Погладить бёдра, попу. Схватиться за упругие груди. Оторваться, чтобы поцеловать в губы. Запустить пальцы в пушистые волосы. Потянуть её руку к себе, чтобы тоже…       — Думаю, на этом урок стоит закончить, — хихикнула Кэрролл и поднялась с кровати, чтобы налить подруге воды. — Ты бы себя сейчас видела!       Кобаяши снова откинулась на мягкие подушки и задышала тяжело. Всё вокруг казалось раскалённым, как если бы она вдруг очутилась на прожаренном солнцем песке Сахары без капли воды на долгие километры.       — Ой-ой-ой, — простонала она, чем снова вызвала смех подруги. — Что-то у меня сердце разбушевалось, послушай…       Адель оставила стакан на прикроватной тумбочке, приложив руку к груди подруги.       — И правда, как колотится… Надо тебе как-то успокоиться. Какие планы на вечер?       — Я думала, что мы с тобой пойдём делать домашку по истории в библиотеку, — промямлила Кобаяши.       — Сегодня?.. О нет, как я могла забыть!..       Кэрролл опустила на неё виноватый взгляд.       — А что такое?       — Себастиан позвал меня прогуляться вечером, — девушка оправила складки на своём блестящем платье. — Обещал рассказать что-то важное, представляешь? Никак не могу даже представить, что же там такое…       — А ты расскажешь мне? — с живым любопытством откликнулась Мира.       — Конечно, — кивнула та. — Только завтра.       Мира тоже кивнула в ответ и, потягиваясь, поднялась с чужой постели. Потом залпом опрокинула стакан воды и протяжно ахнула, — такое звуковое сопровождение всегда использовал её папа, когда быстро что-то пил.       — Тогда я пойду, — объявила Мира и закружилась по комнате, широко разведя обе руки.       Она немного попрыгала, чтобы скинуть оставшееся напряжение, и прыжком остановилась подле Адели.       — Поцелуй на прощание?       Кэрролл шутливо закатила глаза и звонко чмокнула её в щёчку. Когда Кобаяши уже развернулась в сторону выхода, девушка внезапно схватила её за руку.       — Я хотела тебе кое-что сказать. Про Натали.       Мира снова обернулась на подругу, глядя на неё блестящими глазами.       — Я знаю, что ты тоже ей нравишься, — осторожно подбирая слова, начала она. — Но вспомни: выпускной курс, экзамены, команда по квиддичу, «Буревестники», война… Я не думаю, что сейчас лучшее время для того, чтобы строить новые отношения.       Мира заметно погрустнела. Она тоже об этом думала, много думала. Вокруг Нэтти всегда было столько людей и на ней лежало столько ответственности, что, казалось, ничто другое не впишется в её и без того переполненный график. В последнее время Куигли так часто выглядела уставшей, даже замученной. Кобаяши не хотела доставлять ей столько хлопот, но и терзать своё сердце тайной влюблённостью тоже не желала.       — Вокруг много других девушек, — продолжала Адель, расправляя волосы подруги. — Я просто боюсь, что ты можешь обжечься. Я так сильно не хочу, чтобы твоё нежное сердце разбивали. Ты заслуживаешь только самого лучшего, Мира.       — Это Нэтти, — тихо ответила та. — Самое лучшее для меня — это Нэтти. Я люблю её настолько сильно, что готова быть просто подругой, если она пожелает. Лишь бы хоть так быть рядом.       — Нет, Мира, — с ощутимой толикой строгости прервала её Адель. — В первую очередь ты должна думать о себе. Ты — не подружка по вызову. Ты — самая замечательная и светлая девушка, которую я когда-либо встречала. Если Нэтти не сможет или не захочет дать тебе того, что ты ищешь в ней, ты не обязана смиряться и ждать у моря погоды. Запомни это, пожалуйста.       — Хорошо, — кротко согласилась Кобаяши и практически упала в объятия подруги. — Я так сильно тебя люблю, ты бы знала.       — Я тоже тебя люблю, Мира. Увидимся завтра утром.

///

      Когда Мира пришла в спальню, то даже немного испугалась: все девчонки лежали на полу в крайне странных позах. Оказалось, что Мириам решила провести соседкам неожиданный урок йоги.       — Мира, давай с нами! — прокряхтела Ванесса. — А то у меня ощущение, будто я одна тут страдаю.       Ответом ей стал звонкий смех всех девочек. Мира очень любила эти заразительные смешки. Ещё ей нравилось, когда они вместе делали домашку. Вместе ходили на кухню к эльфам, — Кобаяши была у них на особенно хорошем счету — чтобы выпросить чаю и сладостей. Вместе красились, делясь косметикой. Вместе наряжались для походов в Хогсмид, делясь одеждой.       Но даже эта близость не позволяла Мире назвать их своими подругами. Она никогда не виделась с ними на каникулах, даже не переписывалась. Складывалось такое ощущение, что после выпуска вся их дружба останется всего лишь воспоминанием в стенах этой уютной комнаты. Было немного тоскливо.       Мира устроилась на своей кровати, вынув из ящика крючок и пряжу. Никто не стал её уговаривать позаниматься спортом. Сейчас она вязала сумочку в стиле забавного монстрика, который однажды приснился ей.       — Раз уже все в сборе, давайте-ка я расскажу вам кое-что интересное, — воскликнула Лиза, стоя в позе «собака мордой вниз». Казалось, эта девчонка готова была болтать даже во сне, не говоря уже о йоге.       — Ну давай, удиви, — отозвалась Аврора. — Опять следила за тем, как Поттер ходит в душ?       — Не-ет! — ответила Лиза под общий смех девчонок. — На этот раз у меня история про господина Векесу… Представляете, он ждал меня после урока «Прорицаний». Встретил меня, пригласил к себе в кабинет на чашечку кофе. Я, конечно же, согласилась!       — И что, он признался тебе в любви?! — округлила глаза Мириам.       — Да нет же, слушайте! Он сказал, что один раз случайно заметил, как мы шли в Выручай-комнату. Ему стало очень интересно, кто ещё туда ходит и чем мы там занимаемся. Ну, я ему всё и рассказала! Про «Буревестников», про все наши занятия, про других студентов…       — Ты сделала что?! — неожиданно для себя самой включилась в разговор Мира.       — А что такого? Это разве был секрет? — обернулась на неё Лиза.       — Блин, Лиза! — Кобаяши даже подскочила с кровати. — Ну конечно это был секрет!       — Упс-с… — с неловким смешком протянула та. — Ну и ладно! Чего ты так разволновалась? Одним человеком больше, одним меньше… Он же такой красивый и замечательный, что такого? Может, он даже захочет к нам присоединиться!       — Лиза, ты что, глупая?! — уже не на шутку разволновалась Мира. — Он ведь может быть Пожирателем Смерти под прикрытием!       После этих слов не последовало ни смеха, ни ответа. Все девочки разом замолкли, глядя на Миру мрачно и шокированно. Было очевидно, что ни одной из них в голову даже не закрадывалась такая идея.       И что теперь делать? Надо было срочно предупредить Нэтти, и всех остальных тоже. Тревожность подгоняла Миру изнутри, не давая собраться с мыслями. Если предположение Адели окажется верным, то это означало бы, что все они в глубокой жопе.       Завтра утром первым же делом Кобаяши предупредит всех «Буревестников» о том, что наболтала Лиза. Сейчас было уже слишком поздно разыскивать их по всей школе, — дементоры и Филч точно караулят весь замок.       С полным тревогой сердцем Мира легла на кровать и демонстративно задёрнула полог.       — Ну извини, Мира! Я же не знала…       Но сейчас на это было совсем наплевать. Надо было морально готовиться к неприятным сюрпризам, которые обещал принести следующий день.