Порочный круг

Следующие два дня прошли, как в тумане. Бетти вернулась в привычный ритм: утренний кофе, работа, встречи, отчёты, расследования. Она с головой ушла в дела, стараясь не думать о том, что её тревожит. Домой она возвращалась поздно, и каждый раз её встречал Арчи — с лёгкой улыбкой, усталым, но всё же добрым взглядом. Он задавал привычные вопросы: «Как прошел день?» «Сложное дело?» и «Ты в порядке?» Она отвечала так же привычно: «Да, все нормально». И всё было бы, как всегда, если бы не странное ощущение внутри. Чего-то не хватало. Возможно, чего-то важного. Или кого-то. Джагхед больше не появлялся. Она даже проверила списки посетителей — может, он бродил по другим отделениям, ведь Чарли обещал ему показать все? Но его имени не было зафиксировано, и Бетти подумала, что, видимо, он уехал, и она больше никогда его не увидит. И это должно было стать для неё облегчением. Но почему-то не стало. Бетти не знала, почему это ее беспокоило. Она говорила себе, что эта встреча была случайностью. Что каждый из них выбрал свою жизнь, и им больше не о чем говорить. Но стоило вспомнить его голос, его взгляд за чашкой кофе, его вопрос: «Ты бы что-то изменила?» — как внутри все переворачивалось. Два дня. Работа. Дом. Дом. Работа. И пустота, которая раньше не ощущалась так остро. *** Пятничное утро началось, как обычно. Бетти сделала очередной глоток крепкого кофе, едва ощущая его вкус, пока просматривала отчёты. Череда однотипных строк мелькала перед глазами: время смерти, характер ранений, предварительное заключение судмедэксперта. Всё говорило о том, что это не случайное убийство, а тщательно спланированное преступление. В дверь постучали. — Войдите, — сказала она, не отрываясь от бумаг. В кабинет заглянула Джулли, её ассистентка — рыжеволосая, энергичная девушка, которая недавно закончила стажировку и теперь помогала Бетти с рутинными делами. В руках она держала тонкую папку. — Экспертиза по делу с отелем, — сообщила она, протягивая документы. Бетти кивнула и взяла отчёт, тут же углубившись в изучение. На снимках с места преступления виднелось окровавленное тело мужчины, валявшееся поперёк кровати. Глубокая рана в области шеи. Минимум борьбы. Чистая работа. — Спасибо, — рассеянно поблагодарила она, не поднимая головы. Джулли уже собиралась выйти, но вдруг хлопнула себя по лбу: — Ох, чуть не забыла! Вам с утра кто-то записку оставил. Бетти нехотя оторвалась от документов. — Записку? — Да. Приходил какой-то мужчина… высокий, тёмные волосы, довольно симпатичный, с такой дурацкой шапкой — добавила она с улыбкой, сделав неопределенный жест вокруг головы, — попросил передать вам лично. Сердце Бетти замерло. Она медленно взяла сложенный пополам листок, чувствуя, как ладони вдруг вспотели. — Когда он приходил? — Да буквально за десять минут до вашего приезда. — Он что-нибудь еще сказал? — Нет, просто оставил и ушёл. Джулли пожала плечами и, не придав записке значения, вышла, а Бетти осталась сидеть с этой крохотной бумажкой в руках, будто держа что-то опасное. Она развернула её. Почерк был знаком до боли — размашистые, чуть небрежные буквы, как будто написанные в спешке. «Соглашайся». Что это могло значить? Она не помнила, чтобы говорила с Джагхедом о чем-то, что требовало её согласия. Или… может, она что-то упустила? Мысли метались, прокручивая в голове их последний разговор, но зацепок не было. От этой загадки ее отвлек телефонный звонок. — Бетти, можешь зайти ко мне? — голос начальника был, как всегда, спокойным и деловым. Чарльз Смит. Ее единоутробный брат. Когда-то он был для нее незнакомцем, тайной, которая внезапно ворвалась в ее жизнь. Теперь же он стал не только коллегой, но и человеком, которому она беспрекословно доверяла. — Да, конечно. Уже иду. Она еще раз взглянула на записку, сомкнула пальцы на тонкой бумаге, словно пытаясь передать через нее свое напряжение, а затем, решительно вдохнув, поднялась со стула и направилась к кабинету Чарльза, пряча записку в кармане пиджака. Бетти постучала в дверь и вошла. — Закрывай, — коротко сказал Чарли, не поднимая глаз от стола. Она послушно захлопнула дверь и села напротив него, внимательно наблюдая за выражением его лица. Чарльз выглядел серьезным, даже напряженным, и это ей не нравилось. — У нас новое дело, — он выложил перед ней папку, пододвинул ближе. — Тебе может быть сложно, но ты — лучший агент для этого расследования. Отлично. Новое дело — это как раз то, что ей сейчас нужно. Работа всегда хорошо отвлекала. С предвкушением она открыла папку. На первой странице лежала фотография. Юная девушка с темными волосами, которая когда-то, возможно, улыбалась, а теперь лежала безжизненная на холодном металлическом столе морга. — Ее зовут Лили Мэтьюз, — начал Чарльз. — Шестнадцать лет. Нашли на берегу реки Свитуотер в Ривердейле. Ривердейл. Холодная дрожь прошлась по позвоночнику, как будто она залпом опустошила стакан ледяной колы. Бетти моргнула, пытаясь удержать невозмутимость. — В Ривердейле? — переспросила она, делая вид, что это всего лишь очередное название на карте, очередной город, где кто-то потерял жизнь. Но это было не так. Ривердейл. Город, который она оставила позади десять лет назад. Блондинка почувствовала, что еще чуть-чуть — и она истерически рассмеется. Все ее прошлое, от которого она так отчаянно бежала, накатывало буквально громадной волной, не позволяя сделать хоть один вдох. Сначала неожиданное появление ее школьной любви, теперь это. Что дальше? Черный капюшон вылезет из под стола Чарли и выкрикнет «Сюрприз!»? Честно, она бы уже даже этому не удивилась, хоть ее отец и мертв более десяти лет, и она собственными глазами видела его смерть, но в последнее время реальность начинала напоминать какой-то плохой розыгрыш. Она сжала пальцы на краях папки, возвращая себя в рабочий режим. — Причина смерти? — голос прозвучал ровно, профессионально. Режим агента ФБР включился автоматически, заглушая эмоции. Чарльз скользнул по ней взглядом, будто оценивая её состояние, но продолжил: — Утопление. Но есть нюанс. Эксперты обнаружили рану от удара тупым предметом на голове. Вероятно, её сначала оглушили. Бетти нахмурилась. — Но главное — вода в легких, — Чарли открыл вторую страницу отчета. — Она не совпадает с микрофлорой реки. Это значит, что её утопили в другом месте, а потом уже выбросили тело в воду. Бетти провела языком по сухим губам, глядя на безжизненное лицо девушки на фотографии. — Кто сообщил о находке? — Туристы. Приехали на рыбалку, увидели тело в небольшой заводи. Она закрыла папку и откинулась на спинку стула, круговыми движениями массируя виски — от чего-то сильно заболела голова. — Ты хочешь отправить меня в Ривердейл? — голос Бетти прозвучал глухо, почти без интонаций. — Я знаю, что у тебя там… личная история. — Он сделал паузу, давая ей время переварить информацию. — Но ты лучший агент. Ты знаешь этот город, знаешь, как он дышит. Если мы хотим найти убийцу этой девочки, то лучше тебя никто не справится. — А как же мое дело с отелем? — спросила она, все еще пытаясь найти способ избежать неизбежного. Чарльз, похоже, ожидал этого вопроса. — Если ты согласишься, я передам его Джулли. Ей как раз нужно дать шанс проявить себя. Бетти задумалась. Она покинула этот город, оставив за спиной прошлое. Уехала, потому что знала — если останется, то никогда не начнет новую жизнь. Но теперь ей придется вернуться. — Когда мне выезжать? — спросила она, понимая, что уже давно приняла решение. Чарльз кивнул, будто заранее знал, что она согласится. — Сегодня вечером. Бетти чуть ли не простонала. Придется отменить романтические выходные с Арчи. О, боже мой… Арчи! Как вообще сказать ему, что ее отправляют в Ривердейл? В их бывший город. В город, который для него тоже был наполнен слишком многими плохими воспоминаниями. Погруженная в свои мысли, Бетти уже собиралась забрать папку, когда Чарльз добавил, будто между делом: — И еще кое-что. У тебя будет напарник. Она замерла, подняла на него удивленный взгляд. — Я работаю одна. — Обычно да. Но не в этот раз. Он выдержал паузу, будто не был уверен, как она отреагирует. — Это Джагхед. Бетти почувствовала, как внутри все похолодело. Глухой звон в ушах. Сердце вдруг замедлилось, а потом ухнуло вниз, к самому желудку. — Что? — выдохнула она, не веря своим ушам. А потом, прежде чем Чарльз успел что-то добавить, с ее губ тут же сорвалось: — Нет. Ни за что. Брат вздохнул, будто и этого ответа он тоже ожидал. — Я понимаю, — сказал он, склонив голову набок. — между вами было слишком многое. Но Джагхед… Он искал новые сюжеты для своих книг, и когда увидел это дело, будто получил подарок на Рождество. Он буквально умолял меня дать ему возможность участвовать в расследовании. А когда узнал, что я хочу передать его тебе… Чарльз покачал головой. — Насел на меня еще сильнее. Бетти усмехнулась, но в ее голосе прозвучала горечь. — Он думает, что это сюжет для его следующего бестселлера? — Возможно. Но он также неплохой аналитик. А ты знаешь, что у него всегда был талант находить скрытые детали. Бетти прикрыла глаза, на мгновение погружаясь в мысли. Два дня назад она искала информацию о нем. Два дня назад она гадала, исчезнет ли он так же внезапно, как появился. А теперь он станет ее напарником. В деле, которое вернет их обоих в прошлое. — Ты согласна? — спокойно спросил Чарли. И вдруг все встало на свои места. Бетти опустила руку в карман, сжала тонкий листок бумаги, который получила совсем недавно. «Соглашайся». Вот что он имел в виду. Джагхед хотел, чтобы она согласилась. Хотел, чтобы они вместе вернулись в город, где все когда-то между ними закончилось. Но зачем ему это? Неужели дело было только в его писательстве? Она хотела и могла сказать «нет». Но почему-то не сказала. — Ладно. Пусть едет. Но если он будет мешать, я вышвырну его из расследования. Чарльз усмехнулся, откинувшись на спинку кресла. — Именно этого я и ожидал от тебя, сестренка. Бетти лишь фыркнула, поправив свой хвостик. Она чувствовала себя мышкой, которая с радостью бежит в мышеловку. Видит ловушку, понимает, чем это может закончиться, но все равно движется вперед, ведомая чем-то, что сильнее здравого смысла. Внутри все сжималось от предчувствия. Неизбежность ситуации давила на нее, но, черт возьми, она уже согласилась. И теперь отступать было поздно. Она поднялась на ноги и, прихватив папку с материалами дела, направилась к выходу. — Кстати, он уже в пути, — бросил ей вслед Чарльз. Она резко остановилась, оглянулась. — Ты знал, что я соглашусь? — Конечно. Он сказал это так спокойно, будто сомнений у него не было вовсе. Бетти закатила глаза, снова покачала головой и вышла из кабинета, чувствуя, как в животе зарождается знакомое тревожное ощущение. Теперь у нее было не только сложное дело в городе-призраке, но и напарник, которого она столько лет пыталась выковырять из своего сердца. Это было даже хуже, чем она могла себе представить. Одного только возвращения в Ривердейл хватило бы, чтобы перевернуть ее жизнь с ног на голову. Но теперь ей предстояло провести там неизвестно сколько времени бок о бок с человеком, который когда-то был для нее всем. Бетти ускорила шаг по коридору, сжимая в руках папку с материалами. Работа. Главное — сосредоточиться на работе. Девушка повторяла это про себя, как мантру, но что-то в груди все равно болезненно сжималось. Прошлое не просто напомнило о себе. Оно ворвалось в ее настоящую жизнь с новой силой. *** Вечером Бетти подъехала к дому, припарковала машину и на несколько секунд задержалась за рулем, собираясь с мыслями. Весь оставшийся рабочий день она посвятила передаче дела об убийстве в отеле Джулли. Молодая агентка явно нервничала, но старалась держаться уверенно. — Главное — не спеши с выводами, — говорила Бетти, передавая ей материалы. — Держи в голове все версии, даже самые абсурдные. И помни, что детали решают все. Джулли кивала, торопливо записывая советы в блокнот. — Спасибо, Бетти, — сказала она, закрывая папку с делом. — Я не подведу. Бетти улыбнулась. Она помнила свое первое дело — тот нервный, тревожный трепет, когда понимаешь, что от твоих действий зависит чья-то судьба. Как бы ни сложилось это расследование, Джулли запомнит его навсегда. Когда рабочий день закончился, Бетти чувствовала себя выжатой, но знала, что трудности только начинались. Теперь ей предстояло самое сложное — рассказать обо всем мужу. Она знала, что разговор с Арчи не будет легким. Еще в начале недели они договаривались провести эти выходные вдвоем — выбраться на ужин, отключить телефоны, просто побыть вместе. А теперь ей придется сказать, что все отменяется. Но самое страшное — ей надо сказать куда она едет. Бетти до боли закусила губу. Возможно, не стоит говорить? Сказать просто: «Меня отправляют в командировку». Без лишних подробностей. Без упоминания города, в котором они с Арчи когда-то были счастливы, а потом пережили столько потерь. И уж тем более не говорить, с кем она туда отправляется. От одной мысли о том, как Арчи отреагирует, если узнает, внутри все неприятно сжалось. Нет. Так будет лучше. Бетти вздохнула, потирая пальцами виски. Она не привыкла лгать Арчи. Да, она иногда недоговаривала, сглаживала углы, но откровенное вранье — это было не про них. Если он спросит прямо, сможет ли она солгать ему в лицо? Бетти закрыла глаза, прислонившись затылком к подголовнику. Внутри нее боролись два чувства: желание уберечь мужа от ненужных переживаний и страх того, что эта недосказанность однажды обернется чем-то большим. Нужно просто зайти в дом и сказать. Спокойно, без лишних деталей. Она выдохнула, открыла дверь машины и направилась к крыльцу, пытаясь подготовиться к разговору, который никак не мог выйти легким. Она открыла дверь и сразу почувствовала легкий аромат ванили и цитрусов. В гостиной горели свечи. Из кухни донесся тихий звук пробки, вылетающей из бутылки. Бетти пошла на звук. Арчи стоял у мраморной столешницы, держа в руках шампанское. Его лицо светилось радостью. — Наконец-то ты дома! — сказал он, улыбаясь. — Я тут подготовил небольшой сюрприз. Бетти почувствовала, как внутри все сжалось. — Что случилось? — спросила она, стараясь улыбнуться в ответ. — Сегодня подписали контракт с крупным застройщиком. Это огромный шаг вперед! Если все пойдет по плану, через год я смогу открыть второй филиал своей компании. Бетти знала, как много это значит для него. Она попыталась улыбнуться шире, но внутри все сжималось от вины. Арчи сиял, глаза горели энтузиазмом. Он держа бутылку одной рукой, подошел к ней и, обняв за талию второй, закружил на месте. — Это надо отметить, — заявил он, целуя ее в висок. Бетти заставила себя рассмеяться, но звук вышел натянутым. — Ты заслужил это, — сказала она, поглаживая его по плечу. — Я горжусь тобой. Он чуть отстранился, изучающе глядя на нее. — Что-то не так? Она опустила взгляд, почувствовав, как в груди разрастается неприятное чувство. Как можно сказать ему сейчас? Разрушить этот момент, наполненный радостью? Но и тянуть тоже нельзя. — Арчи… Мне нужно с тобой поговорить. Его улыбка немного угасла, но он все еще выглядел расслабленным. — Конечно. Что случилось? Бетти сглотнула, пытаясь подобрать слова. — Меня отправляют в командировку. Арчи кивнул, явно не видя в этом пока ничего серьезного. — Когда? Бетти отвела взгляд. — Вообще-то мне надо выезжать уже сейчас. Она услышала, как он резко выдохнул. — Сейчас? — его голос был расстроенным и напряженным. — Бетти, у нас были планы. Она кивнула, чувствуя, как ком вины растет внутри. — Я знаю, Арчи. Мне очень жаль… — Я уже заказал столик в ресторане. В нашем ресторане. Мы собирались провести эти выходные вместе, помнишь? Без работы, без отчетов, просто мы двое. Бетти сжала пальцы в кулак, стараясь сохранить самообладание. — Я помню. Но это очень важно. Арчи покачал головой и с силой поставил бутылку шампанского обратно на стол. — Важно? А я? Я не важен? Она закрыла глаза на секунду, пытаясь собрать мысли. — Конечно, важен. Ты знаешь, что да. — Тогда почему я всегда на втором месте? Бетти не знала, что сказать. Арчи больше не пытался скрыть раздражение. — Ты даже не задумываешься, да? — его голос был напряженным, но он не кричал. Он никогда на нее не кричал. Но это было раньше. Бетти устало потерла лоб. — Арчи… — Нет, правда, Бетти. Это уже не в первый раз. Сколько можно? Каждый раз, когда я думаю, что, может быть, на этот раз у нас получится просто побыть вместе, без работы, без срочных дел… Но нет. Всегда есть что-то гораздо важнее. Она тяжело выдохнула. — Я не выбираю работу вместо тебя. Арчи усмехнулся. — Ага, конечно. Просто так получается, да? Она промолчала. — Ты могла бы сказать «нет». Хотя бы раз. Бетти прикусила язык. Он не знал, что ей предлагали отказаться. Что она могла бы остаться. Но… не осталась. Арчи покачал головой. — Я устал, Бетти. Устал ждать, когда ты наконец посмотришь на меня и увидишь, что я здесь. Что я все еще здесь. Она почувствовала, как внутри разливается боль. — Прости, — только и смогла сказать она. Но, кажется, на этот раз извинения не имели значения. Арчи сжал кулаки, затем резко выдохнул и рванул в сторону шкафов, выхватывая оттуда бутылку виски. — Да знаешь что, Бетти? Валяй! Делай, что хочешь! — он с силой захлопнул дверцу. — Я сам прекрасно проведу эти выходные. И успех свой тоже отпраздную один, раз уж так вышло. Она сжала пальцы в кулак, но промолчала. — Знаешь, я даже желаю тебе счастья, Бетти, — продолжил он с горькой усмешкой. — В твоем прекрасном браке… с работой. Потому что со мной у тебя, похоже, не получилось. Он налил янтарную жидкость в стакан и сделал массивный глоток, бросил взгляд в сторону свечей, которые так старательно зажигал в ожидании нее, и устало потёр лицо ладонью. — Удачи тебе там. Где бы ты ни была. Бетти смотрела на него несколько секунд, чувствуя, как в горле встал ком. А потом просто развернулась и вышла, потому что сказать больше было нечего. Пока Бетти укладывала вещи в чемодан, она все время ловила себя на одной мысли: как хорошо, что Арчи, ослепленный злостью, даже не спросил, куда именно она уезжает. Он был слишком занят тем, что снова чувствовал себя на втором месте, позади ее работы. Она аккуратно сложила пару блузок, кинула сверху джинсы, пижаму, несессер для командировок, что был всегда наготове, закрыла чемодан и застегнула молнию. Вроде все. Можно ехать. Спустившись вниз, она увидела, что Арчи сидит на диване с бутылкой виски в руке. Телевизор перелистывал каналы один за другим, но, судя по выражению его лица, он ничего не смотрел. Просто злился. Бетти остановилась в дверях, сжала пальцы на ремне сумки и тихо сказала: — Я поехала. Никакой реакции. Ни слова, ни взгляда. Он просто сделал очередной глоток и продолжил нажимать на пульт. Когда она вышла на улицу и направилась к машине, где-то глубоко внутри у нее возникло странное ощущение. Как будто что-то начало рушиться.