Эйс

Планета Кетан славится своим неприветливым климатом. Сильные, шквалистый ветра, высокая влажность, туманы и проливные дожди сильно затрудняли работу летательных планеров, а электромагнитное поле планеты постоянно сбивало датчики и радары, вынуждая обе воюющие стороны обходиться без ракетных залпов и воевать, что называется «по старинке» , ногами, руками и винтовками. Мобильный фортпост, возведённый солдатами Конфедерации, располагался на одном из холмов с крутыми спусками на подступах. Удобная локация позволяла дозорным просматривать локацию далеко вперёд и замечать противника на удалении. Солдаты Альянса прекрасно знали локацию этого и ещё двух разбросанных по планете форпостов, но лезть на рожон и брать противника штурмом не собирались. Конфедерация пришла сюда с одной целью – оформить патронташ над планеткой и, тем самым, получить один из самых больших во всём изученном на данный момент космическом пространстве рудник по добыче рения. Выйдя на плац, Эйс поморщилась от противной сырости и, придерживая рукой сдуваемую ветром фуражку, быстрым шагом направилась к своему взводу. - Докладываю, товарищ капитан, взвод 10 построен, по списку 31, на лицо 28, 3 в лазарете, - отрапортовал солдат, приложив руку к головному убору. - Спасибо, замком, - капитан быстро оглядела своих подчинённых, высматривая, кто из раненых вновь встал в строй, после чего заняла место на линии с другими командирами. В учебке, когда она ещё была рядовым, всегда говорили, что война – войной, а дисциплина и строгое, неукоснительное соблюдение устава – залог успеха. Потом, уже получив распределение в дивизию на Парусе 6, она, после одного из тяжёлых штурмов, откуда ей посчастливилось выбраться живой, спросила у своего комода, почему в такое время они должны маршировать и поднимать знамя. Сержант, будучи вдвое старше Эйс, седой, и с постоянно подергивающимся уголком губ, только усмехнулся и, положив руку ей на плечо, сказал «Детка, вот представь. Война, тут и там свистят пули, рвутся снаряды, кровь течёт реками, а мы тут, как ни в чем не бывало чеканил шаг и задорно горланим гимн. Разведка противника посмотрит на нас, покрутить пальцем у виска, и скажет что таких непробиваемый идиотов им не победить» Капитан долго смеялась над словами старого вояки, а потом сама на себе прочувствовала, что значит биться в стенку и не видеть трещин, и, разгромное поражение Конфедерации в Секторе 12 это доказало. Сейчас, Эйс даже нравилась уставщина. В такие моменты, чеканя шаг и монотонно докладывая командиру, вокруг неё будто выстраивалась невидимая стена, в которой она чувствовала такое сладкое чувство спокойствия и безопасности. Через два дня взвод 10 (ласково прозванный сослуживцами «червонец») должен был заступить на охрану форпоста, поэтому капитан намеревалась потратить время на проверку снаряжения. Сменив фуражку на более привычную чёрную шапку, Эйс направилась в кубрик, где прохлаждались её подчинённые. - Ловкач, ты здесь? – окликнула рядового капитан, распахнув дверь и заглядывая в помещение. - Да… капитан, - парень неловко протиснулся между своих одновзводников и, Как-то сжавшись, вышел к двери. - Ловкач, работа для тебя есть. Иди за мной. - Есть. Рядовой вышел следом за девушкой. Несмотря на то, что коридор был достаточно просторным для двоих идущих рядом, Ловкач предпочёл идти следом и держаться на некотором отдалении. Ему всё ещё было не ловко за вчерашний разговор и его откровенно удивляло, чем вызван повышенный интерес к его скромной персоне со стороны капитана. Эйс, слыша за спиной шаги солдата, едва слышно усмехнулась. Что-то в этом паренька её зацепило. Нет, он определённо не был похож на неё, а, напротив, шёл в разрез с её осознанием. Ловкач был из тех, кто не хотел этой войны, кого насильно затолкали в эту мясорубку, у которых за спиной тесть что-то большее, чем одиночество. Капитан пришла сама, потому что у неё больше не осталось ничего. Всё, кого она любила, погибли, когда Альянс вторгся на её родную планету Форест. Она сама подписала себе смертный приговор, купила билет в один конец. Она знала, что умрёт и, в глубине души желала поскорее получить полю, потому что то покончить жизнь самоубийством у неё не хватило мужества. Она видит в его глазах страх и немую мольбу о том, чтобы это всё поскорее закончилось. А у неё в глазах – только бесконечная усталость и отчаяние. В форпостае за каждым взводом была закреплена персональная оружейная, где хранилось всё оружие и материально-техническое обеспечение солдат. Дверь помещения оборудована сенсором, считывающим код с персональной карточки, которую выдавали всём командирам взводов. Кроме того, ввиду неоднократных случаев самоубийств, происходивших в рядах солдат, оружейников день и ночь охранялись вооружёнными сотрудниками. Сама оружейка представляла собой просторное помещение с высокими потолками и рядами стеллажей и закрытых шкафчиков с номерным обозначением от 1 до 32. Окон в оружейке не было и освещалась она несколькими жёлтыми лампами. Как только дверь закрылась, Эйс ощутила стойкий запах оружейной смазки и поморщилась. Отыскав на одной из полок исписанный блокнот и ручку, капитан скинула с себя куртку, оставшись в одной футболке с коротким м рукавом и присела на одну из коробок. Ловкач смущённо стоял при входе, ожидая команды. - Снимай куртку и Бери коробку со стеллажа, - Эйс отложила в сторону блокнот и скрестила руки на груди, - будешь диктовать мне позиции, я запишу. - Я, наверное, пока не буду снимать куртку, - кинув украдкой взгляд на капитана, представлено в столь непривычном для него виде, рядовой засучил рукава и направился к ближайшему стеллажу. Ловкач послушно брал одну коробку за другой, вскрывал её и, подсчитывая количество, диктовал результаты девушке. Каждый раз, когда парень подходил к ней с коробкой, Эйс видела капельки пота на лбу и чувствовала кисловатый запах, исходивший от солдата, но он упорно не хотел снимать куртку, стеснялся. Ловкач, пользуясь моментами, когда капитан записывала данные, с интересом рассматривал её. Сначала, он обратил внимание, на её руки, на рельефные мышцы, проглядывающие под кожей при каждом движении, на выделяющиеся вены на тельных сторонах кистей, на едва видные при тусклом свете белый полосы на предплечьях, которые, предположил парень, были следами заживших травм. Потом, поднося очередную коробку, Ловкач смог поближе рассмотреть лицо. Он не знал, сколько точно ей лет, но предполагал, что капитан старше его не более чем на десять лет. Черты лица были острыми, а в совокупности с уже не исчезающей чернотой под нижними веками, походили на те, какие бывают у человека, истощенного болезнью. Но, всё в месте, живые изумрудного цвета глаза, обрамлённые густыми длинными ресницами, яркие губы и прямой нос, делали её лицо не броским, но привлекательным. Когда взгляд рядового встречался со взглядом капитана, он ощущал на себе какую-то необъяснимую тяжесть. - Ну, что, - Эйс похлопала увлекшегося парня по плечу, от чего тот вздрогнул и оторвался от занятия, - давай сделаем перерыв, у меня уже глаза устали в таком освещении. - Как скажете, капитан. – в глубине души парень уже мечтал закончить с этой инвентаризацией и размять начавшую ныть поясницу и подышать свежим воздухом. - Я планирую выйти на улицу и покурить, - Эйс накинула куртку и застегнула её под горло, - здесь оставить я тебя не могу, по этому, можешь либо постоять перед входом, либо постоять со мной в курилке. - Я с огромным удовольствием выйду на улицу. Порывистый ветер сразу начал задувать под воротник и холодить кожу в местах, где проступили капельки пота. Капитан вдохнув влажный воздух полной грудью, поспешила укрыться от порывов в будке для курения. - Будешь? – Эйс достала из хранившегося во внутреннем кармане куртки портсигара две самокрутки и протянула одну рядовому. - Да, спасибо, - Ловкач принял из пальцев девушки сигарету и дождался, когда она подставит ему огонь. Эйс сделала несколько затяжек, выпуская густые кольца дыма, и с интересом посмотрела на солдата. Даже в том, как он, по-женски, держал сигарету, зажав её между указательным и среднем пальцами, как коротко затягивался и резко вздыхал едва заметную струйку полупрозрачного дыма, Эйс видела, как сильно он не похож на неё. Она курит размеренно, долго вдыхает и смачно выдыхает густую пелену. - Как давно ты куришь? - С тех пор, как меня распределили во взвод. - Не стоит тебе пока курить, - Эйс тушит самокрутку о мокрую пепельницу, тлеющий окурок шипит и исходит последним дымком, - Начнёшь курить, когда поймешь, что уже готов. Не переводи сигареты за даром, потому, что все курят. - Почему Вы считаете, что я ещё не готов? – Ловкач не спорит, а аккуратно интересуется. - Ещё молодой совсем. Сколько тебе лет? - Только исполнилось 19. - Я была такая же, как ты, когда началась война. Побежала на фронт через полгода. Видишь, как за шесть лет доросла от рядового до капитана. - Вот как… - Ловкач перевел взгляд на свои ботинки, - Могу я задать Вам ещё один вопрос, капитан? - Давай, - Эйс улыбнулась и скрестила руки на груди, довольная тем, что рядовой проявляет интерес к беседе, - только, давай так. Ответ за ответ. Идёт? - Да, - Ловкач коротко кивнул и перевёл взгляд на лицо собеседницы, - Капитан, Вам страшно умирать? Эйс взяла паузу. С минуту она раздумывала, почесывая большим пальцем небольшой шрам на щеке справа, переходящий на нижнюю челюсть. Этот шрам – первое ранение капитана. В первом бою на Селусе, когда противник занял оборону в разрушенном городе, её взвод пошёл на штурм. Тогда, спрятавшись за углом здания, они укрывались от осколков оборонительных гранат. При очередном взрыве граната прилетела совсем рядом и разнесла в шапки пустую клумбу, осколок которой разрезал Эйс щеку. Тогда она впервые поняла, насколько она уязвима. Она поняла, что пуле наплевать, кого убивать, всё равно на мечты, амбиции и жизнь. Пять секунд между жизнью и смертью и нет второй попытки. Этот жест – привычка, которую она приобрела сразу после того, как рубец зажил и свежая кожа начала чесаться и шелушиться. - Знаешь, за все годы службы я ещё не видела ни одного человека, который бы не боялся смерти. Я не исключение. Даже если головой, - капитан указала пальцем на висок, - я принимаю свою судьбу, то моё тело всё равно сопротивляется, дрожит, цепляется за каждую малейшую возможность выжить. Да, мне страшно, каждый раз, когда я беру в руки винтовку, и от этого чувства некуда деться. И, это нормально. - Я думал, что Вы ничего не боитесь. Теперь моя очередь отвечать. - Да, Ловкач. У тебя есть семья? - Да. На Земле меня ждут родители и маленькая сестрёнка, - рядовой одернул рукав куртки и указал на детский браслетик, - это она мне подарила, когда меня забирали. Это мой талисман, я обещал вернуть его, когда вернусь. - Надеюсь, ты сдержишь своё обещание. - А у Вас, капитан, есть семья? - Стоп, Ловкач, - Эйс покачала перед парнем указательным пальцем, - уговор был «ответ за ответ». На сегодня хватит игр, продолжим работу.