Поцелованный смертью

      Экстренный вызов по каналу СПН разрушил нехитрые планы на утро, включающие визит в булочную через дорогу и приятное времяпровождение на диване в компании новой книги и парочки кремовых крендельков с чашкой чая. - Пожар третьего уровня. Жилой комплекс «Небесная игла». Диметрио Вайтор, подтвердите готовность прибыть на место.   - Подтверждаю. Время прибытия 15 минут.       Книга отправилась на журнальный столик, приятное утро отменялось. Жаловаться на подступающую скуку было опрометчиво – вселенная услышала и решила данное обстоятельство исправить. Из госпиталя Центра Исследований Руин его выпустили неделю назад, предварительно продержав почти столько же и выцедив пару литров крови на разнообразные анализы. Что-то в ее составе заинтересовало медиков, однако Дима заверяли, что это стандартная процедура для пробывших в Руинах дольше рекомендованного времени, и никаких угроз для жизни и здоровья не обнаружено. Разгул научной мысли прекратила командир Азаритания, пришедшая лично проведать подчиненного и мягко напомнившая, что ее сотрудники не подопытные мыши. Спорить с командиром искателей не рискнули – инстинкт самосохранения жители Адмеруи не утратили и после столетий сугубо мирной жизни. Дима выписали, выдав ворох рекомендаций и флакон с полудесятком сильных седативных пилюль. Пилюли отправились в дальний ящик кухонного шкафа сразу по возвращению домой. У Дима имелись свои способы борьбы со стрессом. Медикам невдомек было, что миссия по спуску на нижние этажи Руин казалась туристическим походом по сравнению с тем, через что приходилось не раз проходить в прошлом. Вдобавок, на сей раз с ним был надежный и сильный напарник, пускай того и пришлось тащить на себе часть пути.       Бездумно-механически защелкивая ремни формы, проверяя наличие удостоверения сотрудника СПН, Дим возвращался мыслями в недавнее прошлое. С момента возвращения увидится с Акайю больше не удалось. Курирующий его восстановление медик сообщил, некроманта вроде бы забрал его наставник, поскольку медсектор Центра Исследований не мог оказать магу такой специализации достаточно квалифицированную помощь. На вопрос о состоянии напарника командир Азаритания заверила, что причин для волнения нет, улыбаясь при этом как акула после удачной охоты. И все же его точило смутное беспокойство. Сообщение с пожеланиями скорейшего выздоровления осталось без ответа, а навязываться и звонить разумных причин Дим не нашел. Произошедшее внизу все еще отдавало нехорошим душком, копаться в нем, добираясь до скрытых смыслов, он больше не собирался. Времени для анализа было предостаточно, и некоторые выводы для себя Дим сделал. Похоже, он с самого начала потерял картину леса за деревьями. Начиная с первой встречи и спуска в Костяной Храм Акайю интересовали не только и не столько его боевые навыки – проверить их за пару часов на первом этаже должным образом невозможно. Акайю наблюдал за его поведением, реакциями на разные события и раздражители. Оценивал потенциального напарника на готовность рискнуть и пойти навстречу неизвестности. Пойти против приказа. Вместо понятной обиды за использование вслепую, внутри тлела глупая гордость. За то, что его сочли достойным доверия. За то, что сам оказался способен без особого труда отбросить вбиваемые годами установки на безусловное подчинение. Свобода стала самым большим подарком от нового мира, и Дим не собирался ее отдавать, вновь становясь винтиком в чужой системе. Однако стремление Акайю уничтожить опасный артефакт выглядело искренней заботой о благополучии и безопасности их мира. Мысль, что напарник мог воспользоваться ситуацией и специально разрушить сферу, дабы присвоить заключенную в ней силу, Дим отбросил после тщательного обдумывания. Некромант изначально сильно рисковал, поглощение большого объема магической энергии могло перегрузить или даже выжечь энергетические каналы. Как бы там ни было, миссия закрыта. Командир выразила огорчение, узнав о потере артефакта, хотя выглядела скорее удовлетворенной, чем раздосадованной. Так какой смысл дальше жевать бесполезные мысли? Они практически без последствий вышли из самоубийственной авантюры. Стоит поблагодарить мироздание и постараться больше не идти на поводу у собственного дурного любопытства.       …Спустя полсуток, едва доползя до дома, Дим первым делом врубил холодный душ и встал под поток воды, бросив спешно содранную форму на пол. Бьющие по плечам и затылку ледяные струи не успокаивали пылающую, словно покрытую ожогами кожу, жирная черная копоть никак не желала отмываться, стекая под ноги грязно-черными потоками. Все закончилось гораздо лучше, чем могло бы быть, но нервная дрожь не отпускала, колотила тело лихорадочными спазмами. Может, стоит прислушаться к наставнику Ро и взять отпуск? Узнавший о его участии Калистиас едва не загрыз оператора, вызвавшего Дима. Парнишка действовал согласно протоколу чрезвычайной ситуации – часть сотрудников СПН перебросили на побережье, где бушевали сильные штормы, потому на масштабный пожар вызывали всех находящихся в городе. Пришлось успокаивать наставника, заверяя, что вполне восстановился после последней миссии. Ему ожидаемо не поверили, иногда Калистиас превращался в настоящую наседку, куда там даже заботливому Варавану. Такое отношение к взрослому дееспособному мужчине вызывало смешанные чувства, однако Дим не спешил сопротивляться. Личных границ Калистиас не нарушал, а после смерти родителей о нем никто не заботился просто по доброте душевной.                                          Сделав воду теплее, Дим тряхнул мокрыми волосами. Обычный отходняк, когда мозг начинает запоздало прокручивать сценарии того, что могло произойти, и последняя волна адреналина накрывает уставшее тело. Сладкий чай с припасенным для таких случаев шоколадно-фруктовым печеньем, теплое одеяло и длительный сон. Фармакологическими седативами он старался не пользоваться – слишком хорошо помнил, во что превращались сослуживцы из прошлой жизни, подсевшие на «химию».       На сей раз проверенное средство помогло так себе. Пуховое одеяло давило раскаленной плитой, от волос и кожи пахло гарью. Картины мелькали последовательно сменяющимися кадрами, словно Дим смотрел фильм с собственным участием. Бело-зеркальная игла тринадцатиэтажного жилого комплекса, необычно темное, багровое пламя, рваными знаменами вырывающееся из окон, густая химическая вонь и черный дым, поднимающийся неспешно-лениво вверх.  Четкие, рубленные команды Геронта, взявшего на себя руководство вместо отбывшего на побережье Варавана. Витиеватые ругательства Микаэлиса в наушнике оперативной связи. Огонь, не желающий подчиняться магу огня, захватывающий новые территории, невзирая на слаженные усилия двух команд. Подозрение на использование артефакта неизвестного происхождения. Для привыкшего к нарушающим все законы Руинам Дима происходящее было неприятной неожиданностью, но шока не вызвало. В отличие от некоторых спасателей. Для рожденных в мире тесно сплетенных магии и высоких технологий отказ и того, и другого одновременно вызвало кратковременный ступор. Справедливости ради, преодолели его быстро, ободряемые рыком Геронта, похожего на злого Атланта, на чьи плечи неожиданно рухнул небесный свод. Суета выведенных или успевших выбраться самостоятельно людей, хаотично толпящихся в сквере напротив. Болезненный спазм сердца при виде молодой женщины, успокаивающей жмущихся к ней двоих малышей. Жители Адмеруи хорошо защищены государством, никто из потерявших сегодня жилье и имущество не останется голодным и без крыши над головой, страховки все компенсируют. Старый мир все еще напоминает о себе, не спешит разжимать свои грязные кривые когти…       …Тяжесть кислородного баллона на спине, шелест термопрочной ткани формы, сладковатый привкус фильтрованного воздуха в маске. Мелькание пролетов некогда красивого, созданного для спокойной комфортной жизни дома, отражение в зеркальных стеклах, больше похожее на металлизированное серебристое чудовище. Тяжелый топот бегущих рядом спасателей. По свидетельствам соседей и данным обслуживающего комплекс ИСКИна на верхних этажах могли остаться заблокированными несколько разумных. Тонкий, звенящий от страха голос за дверями остановленного в аварийном режиме лифта. Кто-то поддался панике и забыл инструкции о действиях в экстремальных ситуациях. Деблокировать двери остались двое, ему же поступил приказ проверить восьмой этаж и возвращаться. Стрекот вертолета, воскрешающий темные фантомы на краю сознания. Приходится напомнить себе, что на Адмеруе нет боевой авиации, и вертолеты используются для транспортировки раненых и доставки срочных грузов. Наверное, забирали пострадавших с крыши или принесли новую порцию порошковой смеси для тушения огня. Густой черный дым, выедающий глаза, ощущение потрескивающих от страшного жара бровей и ресниц. Источник возгорания выше, его наконец удалось локализировать. Оставшихся на последних этажах жильцов сняли с крыши вертолетчики. Парни отчитались о вызволенном из лифта мальчике. Не смогли найти лишь троих, проживающих в соседних квартирах на восьмом этаже. ИСКИН упорно твердил, что они не покидали здание, хотя Дим не особо верил этой псевдоразумной системе. Системы пожаротушения почему-то не сработали, экстренное оповещение пришло с запозданием, так что не исключен и глобальный сбой в работе ИСКИна, ставящий под сомнение достоверность его данных.       Двери в обоих указанных квартирах открыты, заданные громким голосом вопросы остаются без ответа. Осмотр не занимает много времени – апартаменты небольшие – две комнаты, ванная и светлая просторная кухня. В одной из комнат взгляд цепляет детскую кровать с подвешенной над ней гирляндой развивающих погремушек. Такой маленький ребенок не мог уйти самостоятельно, значит, его унесли. Услышавший отчет командир коротко переговаривается с кем-то и выдает отрицательный ответ.       Решение подняться на этаж выше интуитивное, будто звучащий под сводом черепа безмолвный призыв. Перекрытия между десятым и одиннадцатым обрушились, из-за дыма видимость сильно ухудшилась, дышать без маски уже невозможно. Если здесь остались люди, высок риск того, что они отравились чадным газом.       …Когда на тонущую в дыму лестничную площадку грузно приземлилась женщина-стешш, Дим ощутил короткий спазм в желудке. В отличие от оборотней, стешш редко переходят во вторую форму, трансформация означает готовность к нападению. И самый тренированный и опытный в боях человек им не противник. Однако женщина не спешила проявлять агрессию. Сложились за спиной треугольные крылья с острыми кромками, одна рука безвольно повисла. Дим шагнул вперед без раздумий, подхватывая готовую упасть летунью. - О-сс-торож…       Трансформированные голосовые связки и превратившийся в подобие короткого загнутого клюва рот не позволяли говорить внятно. Отливающие металлом перья на груди встопорщились и разошлись, открывая ношу, которую стешш оберегала, удерживая целой рукой. Крошечная человеческая девочка свернулась клубочком, мерно дыша.     Дим бежал вниз, не обращая внимания на тяжесть. Прозрачно-голубые глаза женщины, спешно завернутой в жаропрочное покрывало, расширены от боли, она явно ранена. Какого черта ее понесло наверх, вместо того чтобы выбираться? Летать стешш не могут, невзирая на наличие крыльев, разве что планировать на небольшие расстояния. В панике поддалась инстинктам, призывающим взбираться повыше, или отдыхала с ребенком в саду на крыше и просто не успела спуститься, оказавшись в ловушке между этажами?       …Сообщение командира, что третьего жильца квартирного комплекса не было дома на момент начала пожара, и что медики наготове, позволяет немного ослабить засевшее стальными прутами в груди напряжение. В холе его ношу перенимают, медики мягко просят стешш позволить осмотреть ребенка. Женщина почему-то смотрит на Дима, изящная рука с загнутыми когтями тянется к нему. - Мар-рис-с… Сооб…щить...       Заверения медиков, что с матерью ребенка немедленно свяжутся, одобрительные кивки команды и сдержанная благодарность командира, шипение примчавшегося из Центра исследований едва поднявшегося из Руин Калистиаса, сливающиеся в какофонию звуков и красок. Лица странно размытые, будто перед глазами все еще плавает дым. «Почему, во имя тьмы первородной, ты постоянно бежишь навстречу любой опасности?»       …Перевернувшись на спину, Дим сбросил одеяло и вперился в потолок остановившимся взглядом. Он знал ответ на заданный бывшим наставником вопрос, но озвучивать его не собирался. Особенно наставникам. Он должен этому миру, принявшего с добротой и пониманием, даже когда ошибка межмирового обмена стала очевидной. Миру, подарившему возможность жить без всевидящего ока надзора за спиной, обустраивать собственную квартиру согласно своим предпочтениям, покупать и читать любые книги, есть вкусную еду и гулять по чистым красивым улицам и паркам. И отдать долг может только своими навыками и умениями, не имея ничего другого за душой.          Сделав глубокий вдох и выдохнув с силой, Дим вернул на место одеяло и прижался пылающей щекой к подушке. Сейчас бы пригодился Акайю. У него такие приятно-холодные руки…       Сон принес с собой не ожидаемые огонь и дым, а густой жемчужный туман. Туман касался голой кожи прохладным сухим языком, кутал шелковым покрывалом. Сон жил по своим законам, и Дим не отследил момент, когда на смену туману пришли бледные руки, обнимающие со спины. Знакомо-холодные ладони, скользящие по плечам, задевающие шею мимолетными мазками. Парализованный этими прикосновениями, Дим расслабился, позволяя. В туманном ничто снизошел покой, будто добрался до оазиса после долгого перехода через пустыню под жгучим солнцем. Тонкие длинные пальцы прошлись по горлу, заставив рефлекторно сглотнуть, очертили линию ключиц, неторопливо повели путанные узоры по груди, вызывая под кожей волну колких искр. Перехватив бледные запястья, Дим притянул их невидимого владельца, сам повел чужими холодными ладонями до солнечного сплетения. За спиной раздался негромкий смех, к стыку и плеча прижались такие же прохладные губы. Ладони решительно скользнули ниже, в шею деликатно вонзились острые зубы…              …Подхватившись на постели, Дим несколько мгновений тупо пялился в предрассветные сумерки за окном, пытаясь выровнять сбитое дыхание. Ему редко снились сны, а уж такие, наверное, и вовсе впервые в жизни. Может, все-таки воспользоваться выданными в медцентре пилюлями? А то не только напарник в образе вампира пригрезится, а и что-нибудь похуже…       Звонок в дверь поднял на ноги в несусветную рань. Ворча разбуженным посреди зимы медведем, Дим поплелся узнавать, кого принесла нелегкая. Парнишка в желто-зеленой форме курьера опасливо отступил на шаг, прикрываясь небольшой посылкой на манер щита. Поставив подпись на подсунутом планшете и запоздало поблагодарив, Дим покрутил легкую коробку в кокетливых завитушках, ища имя отправителя. Калистиас и Вараван не стали бы отправлять ему посылки или предварительно позвонили бы, других близких знакомых у него не было. В коробке оказались конфеты и написанная острым летящим почерком записка. «Желаю поскорее выздороветь и оставаться таким как можно дольше». Дим покрутил в пальцах шоколадную конфету в виде скалящейся черепушки, чувствуя, как лицевые мышцы тянет бесконтрольной улыбкой. Даже без подписи ошибиться в личности отправителя было невозможно.       Отыскав под подушкой телефон, Дим оправил сообщение с благодарностью за беспокойство и угощение, и встречные пожелания здоровья. Ответа он не ожидал, потому едва не выронил телефон, получив картинку с кланяющимся, сложив руки на груди, скелетиком. Похоже, предки Акайю вели свой род от жителей Зеленых островов.           Конфеты оказались вкусными – сочетание крафтового черного шоколада высшего сорта и нежной начинки из ягодного мусса действовало сродни наркотику. Невозможно удержаться. Дим растянул подарок на два дня, медленно, с расстановкой смакуя каждую. Странные сны больше не беспокоили, пилюли не понадобились. Мир играл чистыми красками вступающей в свои права весны. Меньше, чем через неделю, он сможет вернуться к работе искателя и поблагодарить Акайю лично.

***

- Спускаться туда одному слишком опасно. Территория открылась совсем недавно. Возьми хотя бы одного напарника. - Сомневаюсь, что найдется искатель, готовый добровольно пойти ведомым со мной. Я вполне могу справиться один. - Позови Вайтора. Вы вроде неплохо сработались. - Нет! Я не собираюсь больше пользоваться его доверием. - А если он сам согласится? - Чего вы добиваетесь, командир Азаритания? При всем уважении, я достаточно стабилен и больше не нуждаюсь ни в опеке, ни в контроле. - Нуждайся ты в том или другом, я бы не допустила тебя к работе искателя. Я хочу, чтобы ты присмотрел за Диметрио. Вы оба сильны, и судьба любит подбрасывать вам испытания. - Если он согласится, я не стану возражать. Согласится добровольно и без манипуляций. - Думаю, он ждет твоего вызова.       Последней фразы собеседник не услышал, либо предпочел сделать вид.