Поцелованный смертью

      Среагировал Дим на рефлексах, бросаясь вперед и зажимая рану на предплечье Марины рукавом ее же куртки. Твари третьего этажа на кровь реагируют так же как обычные хищники. И почуять ее могут с огромного расстояния. В свете предупреждения о биологической опасности поступок женщины выглядел самоубийственным безумием. - Клио, контейнер. Быстрее!       Казалось, ни глубокий порез, ни сжимающая чужая рука Марину тревожили мало. Мелкие «личинки» со всех сторон ринулись к стоящей в центре небольшой пещеры ученой, как мальки к поверхности пруда, почуяв рассыпанный корм. Их количество заставило брезгливо поморщиться – весь пол покрылся шевелящейся слизистой массой. Хуже, что взрослые особи тоже заволновались. По «колонам» пошли мелкие волны и начали вспухать крупные наросты, меняя цвет с темно-синего на мутно-аквамариновый. Клио, словно не замечая нависшей опасности, забрасывала в герметичные контейнер слабо выкручивающихся «личинок». Первый залп слизи шлепнулся в стену в паре шагов от девушки.    - Отпустите меня, пожалуйста. Вы мешаете.        Происходящее все больше напоминало бредовый сон. Инстинкты вопили о приближающейся угрозе, и Дим принял решение. - У вас минута. Или мне придется применить силу.       Обращаться грубо с женщинами не хотелось, однако ситуация не оставляла выбора. Дим собирался выполнить свою часть миссии и вернуться на поверхность.   - Мы не закончили. Ваша задача нас защищать.       Под взглядом серых глаз Дима передернуло. Ни злости, ни нетерпения, холодная равнодушная механичность запрограммированной машины. Времени на дискуссии не оставалось, да и сомневался, что сможет что-то доказать этой кириа. Матерясь про себя, Дим подхватил контейнер и швырнул Клио. Ухватил за воротник Марину и рявкнул: - За мной, живо!       Ассистентка оказалась более вменяемой, по сравнению со своей начальницей. Понятливо закивав и закрепив лямки контейнера на рюкзаке, девушка встала за правым плечом Дима.       До второго этажа Марину пришлось практически тянуть волоком. Маленькая хрупкая Клио, сперва видевшаяся самой слабой и проблемной подопечной, расторопно выполняла все приказы, несмотря на плещущийся в глазах панический страх. Не лезла под руки, не металась, не жаловалась. И даже подстрелила похожую на рогатого дикобраза тварь, выскочившую из одного из боковых коридоров. Марина же напоминала андроида с разрядившимися батарейками. Рану она перевязала на ходу, глядя пустыми глазами строго перед собой, и на том осмысленная деятельность закончилась.       На лестнице, соединяющей нижний и верхний подуровни второго этажа, Дим ненадолго остановился. Пользоваться стимуляторами он старался в исключительных случаях, однако сейчас был именно такой. Несложный на первый взгляд, хоть и не слишком приятный спуск грозил обернуться катастрофой. Изначальное, от серьезно пострадавшего Акайю в свое время проблем было в десять раз меньше! Напарник мало того, что вел себя не в пример адекватнее, еще и помогать ухитрялся. Дим не знал, как человека с явными психическими нарушениями допустили в Руины, и собирался поднять этот вопрос сразу по возвращению. Если в состоянии будет стоять на ногах.       Небольшая стая таки села им на хвост и преследовала с завидным упорством, заставляя петлять, отклоняясь от короткого маршрута. В какой-то момент Дим уже собрался подать сигнал бедствия, если бы не осознание, что подмога все равно не успеет. На третьем этаже не было подходящих укрытий и закрытых помещений, в которых можно было бы забаррикадироваться и дождаться помощи. На втором после истории с перевертышами задерживаться с раненым он боялся. Вдобавок на запах крови, слышимый даже Диму, быстро собралась бы вся местная хищная фауна. Хорошо хоть, колония слизевиков находилась на верхнем уровне, практически на границе со вторым этажом.  - Вы ранены, - локтя коснулись трясущиеся пальцы. – Нужно обработать.       Забросив назад в аптечку пустой шприц-тюбик, Дим на ощупь шлепнул на висок кровеостанавливающий пластырь. Зацепило куском отколотого выстрелом камня, рана чистая. - Я поведу кириа Марину, - голос Клио дрожал вместе со всей тонкой фигурой, глаза на узком лице казались неестественно большими. – У вас освободятся руки.                Поминая недобрым словом собственную беспечность, больных на голову ученых и создателей Руин с нездоровой буйной фантазией, Дим метнул один из ножей. Самый резвый из преследующей стаи дернулся и рухнул со стены, заставив шарахнутся своих сородичей. Твари, похожие на варанов с жабьей пастью, полной крючковатых острых зубов, без особых усилий бегали по стенам и потолку, невзирая на свои размеры. Самый крупный по оценкам Дима в длину превышал два метра. Правда, скорость крупных особей делала их несложной мишенью, как и пятнистая, пурпурно-белая чешуя, в отличие от мелочи. - Дим-метрио, там узкий коридор. Нам туда? - Да. Вперед, не тормозим!       Пропустив подопечных, Дим прикрепил на стены по бокам проема генераторы барьера. Активированное поле задержит, а в идеале, преградит путь ящерам. На втором этаже царило затишье, шаги гулко отражались от высоких сводов. Отобрав у Клио съехавший на бок контейнер, Дим забросил емкость с малоприятным содержимым на плечо и жестом показал встать у него за спиной. Второй этаж считался более безопасным, в сравнении с третьим, однако именно тут полгода назад они столкнулись с самыми опасными и неисследованными существами. Так что расслабляться было бы опрометчиво. Обучая молодняк ориентированию, Дим сам неплохо изучил хитросплетения коридоров и мог найти выход без карт. - Связь стабилизировалась, - отозвалась Клио, когда они достигли первого этажа. – Я вызвала медбригаду.       Кивком поблагодарив, Дим шлепнул ладонью по контейнеру, заставив активно завозившихся тварюшек притихнуть. Не проронившая ни слова до сего времени Марина возмущенно вскинулась, но промолчала.             Поверхность встретила шумом и залпом слепящего света по глазам. Отцепив от себя намертво вцепившуюся в коридоре между вратами Клио и отдав ей емкость с их драгоценными «личинками», Дим отмахнулся от порывающихся уложить его на каталку медиков. - Сам дойду. Помогите кириа ученым. Да, я помню, где медблок.        Процедура сканирования заняла довольно много времени, пришлось терпеть, сглатывая подступающую тошноту. В конце концов Дим сдался увещеваниям медперсонала, решив, что нехорошо заставлять молодых девушек тягать его тушу, если вдруг отключится. Марина вышла из режима сломанного киборга и недовольно что-то вычитывала ассистентке, бросая в его сторону злобные взгляды. - Я подам на вас жалобу, Диметрио Вайтор. Вы нарушили ход важного эксперимента. И составлю доклад в Научный Совет.       Глядя в упор на стоящую перед ним женщину, Дим равнодушно пожал плечами. - Ваше право.       Головная боль все усиливалась, в виски словно вкручивали толстые шурупы, вызывая резонанс во всех костях черепа. В палате он сам разделся, принял дезинфицирующий душ и лег под бдительным присмотром дежурного врача с усталыми печальными глазами. Удобная койка обволокла пружинящей мягкостью, подстраиваясь под положение тела. Посветив переносным сканером ему в глаза и одобрительно угукнув на упоминания о приеме одной дозы стимулятора, врач залепил рану на голове заживляющим гель-пластырем, воткнул в вену иглу капельницы, подсунул под правую руку панель срочного вызова и велел полежать спокойно хотя бы полчаса.       Пялясь в стерильно-белый потолок, Дим мысленно составлял рапорт о неудачном спуске. Ссориться с Игнотусом не хотелось, он уважал этого человека и многому у него научился в начале своей карьеры искателя. И был обязан ему жизнью. Однако и спустить подобное на тормозах невозможно. На его месте мог оказаться другой, не столь хорошо подготовленный искатель. Вдобавок, безрассудные действия Марины подвергли опасности не только сопровождающего, но и ее помощницу. Клио явно девочка идейная и, вдобавок предана начальнице и их исследованиям, она не примет его сторону. Хотя записи с камер есть, пускай командир Азаритания сама разбирается…       Койка мерно покачивалась, словно садовый гамак или детская колыбель, сквозь накатывающую сонливость голоса за дверями звучали далеким шумом прибоя. Интонации одного показались слишком знакомыми, Дим навострил уши. Один собеседник буквально шипел, как гигантский василиск, второй отвечал спокойно, с нотками покорности судьбе. Улыбка потянула губы. Акайю. Наверняка, узнал от командира… - Диметрио… Чему, позвольте узнать, вы так счастливо улыбаетесь?       Налитые свинцом веки не хотели подниматься, но Дим, и не видя, отлично ощущал злость и нездоровое возбуждение напарника, влетевшего в палату грозовой тучей. По телу растеклась щекотная прохлада – похоже, выводам врача Акайю не доверял и решил лично убедиться в целостности его организма.  - Осколком камня зацепило, в остальном порядок.       Сделав над собой титаническое усилие, Дим открыл левый глаз. Правый из-за отека открываться отказался. Отчасти о своем решении он пожалел сразу. Потому что обычно вежливый и невозмутимый Акайю сейчас напоминал разъяренного демонида в боевой полуформе. Моргнув, Дим понял – окутавшая напарника темная дымка не обман зрения. - Порядок?! Я же предупреждал… Нет, я должен был пойти с вами. И пускай бы Марина провалилась в изначальное со своими опытами!       Акайю ухитрялся перемещаться вокруг его койки совершенно бесшумно, тихий голос перешел в хриплое шипение, будто горло некроманта сжимало невидимой удавкой. Происходящее настолько не вязалось с привычным образом напарника, что Дим ощутил беспокойство. Приподнявшись, он похлопал по койке и позвал: - Акайю… - Что?.. Вам хуже?! Сейчас позову врача. - Уймитесь и присядьте на минуту, пожалуйста, - капельница превратила мышцы в разваренные макароны, потому поймать напарника, прерывая этот поток самобичевания Дим в данный момент не мог. – Хочу посоветоваться.       Темная аура пропала, однако от Акайю исходил холод, как от человека, пришедшего с мороза. На койку он опустился осторожно, словно находился у постели умирающего.    - Не знаете, видео с наших камер уже отсматривали?       Акайю отрицательно покачал головой и встрепенулся, произнося медленно: - Когда пришел сигнал о повышении биологической опасности, а ваша группа все не возвращалась, я подал запрос на экстренный спуск. Не успел. Встретил у зоны сканирования помощницу Марины, она сообщила, что вы ранены.       Вот почему Акайю прибежал в медсектор в полной амуниции. Собирался идти им на выручку. Не глядя, Дим протянул руку, накрыл ладонью чужую, сжатую в кулак. - Спасибо, Акайю. Я действительно в порядке, - продолжил после недоверчивого хмыканья. – Только подопечные попались… нестандартные. На меня даже жалобу грозились написать.       Выдав длинную тираду на демонидском, Акайю грозно свел брови на переносице. - Не знал, что вы умеете ругаться, - не бельмеса не понимая чужого языка, смысл по интонациям Дим уловил. - У меня много талантов, - Акайю дернул уголком губ в кривой усмешке. – Иногда меня охватывают сожаления, что древние ритуалы некромантии запрещены и забыты.       Будничность угрозы, скрывающая нечто болезненное и личное, не имеющее отношения даже непосредственно к нему, заставила внутренности неприятно сжаться. - Хей, Акайю, - Дим шутливо ткнул непослушным пальцем обтянутый униформой бок. Палец, по ощущениям, ткнулся в каменную стену. – Я вернулся. Меня не так просто убить.       Тонкие холодные пальцы перехватили его руку, на мгновение оплели запястье. - Бессмертных не бывает, - Акайю покачал головой с какой-то горькой, безнадежной печалью. – Кому, как не мне, это знать. Отдыхайте, Диметрио, и не о чем не беспокойтесь. Утром я зайду вас навестить. - И принесете кофе в постель? – Дим прикусил язык при виде иронично выгнутой белой брови. Дразнить пребывающего в эмоциональном раздрае напарника выглядело не лучшей идеей. – Я пошутил. Лучше узнайте, сможет ли командир меня принять.       Заглянувший в палату врач неодобрительно вздохнул при виде сдвинувшейся иглы капельницы, еще раз посветил в глаза сканером и вкатал в плечо укол, от которого Дим моментально уплыл в страну грез. Чтобы увидеть себя самого на больничной койке, застеленной бельем с мелко-цветочным узором, и сидящую в изголовье черную фигуру в плаще с надвинутым на лицо капюшоном. Вокруг койки клубились дурные сны, принявшие вид мелких зубастых существ премерзкого вида. Когда они подлетали слишком близко, черная фигура взмахивала веером из антрацитовых пушистых перьев со стальными спицами. Кошмары бледнели и разлетались, превращаясь в облачка безвредного дыма. Дим будто воочию чувствовал на коже движения воздуха от этих взмахов, ноздри обоняли запахи пожухлой травы и горькой полыни.       Проснулся он в полной тишине и все же сразу понял, что в палате не один. Не открывая глаз, заставил себя дышать ровно, притворяясь спящим. От гостя исходило не слишком приятное ощущение смутной угрозы. - Доброе утро, Диметрио. Можете не притворяться. Я знаю, что вы не спите.       Сидящий на стуле для посетителей Игнотус благодушно улыбался, и улыбка знакомо не доходила до глаз. - Доброе…, - Дим закашлялся и потянулся к стакану с регидратантом, оставленном врачом на столике. В случае чего будет хоть какое-то оружие. - Простите за беспокойство в столь ранний час, - старый искатель подал ему стакан. – Однако, надеюсь, вы выслушаете и не станете таить обиду.       Дим сдержанно кивнул. Внезапность визита, равно как и легкая снисходительность во взгляде старшего коллеги, заставили внутренне подобраться. Пришел просить за внучку? Напомнить о долге жизни? Или пригрозить, чтобы не устраивал разбирательств? - Вначале хочу принести вам свои глубочайшие извинения за действия Марины Лаконис во время вашего последнего спуска. Если пожелаете получить материальную компенсацию, я готов обсудить размер и форму выплаты, - не успел Дим заикнуться, что подобные компенсации ему никуда не впились, Игнотус предупреждающе поднял руку. – Я знаю, вы принципиальный человек, ответственно подходящий к своей работе. И потому понимаю ваше негодование. Марина – девочка невероятно талантливая, и ее изыскания действительно важны для нашего мира. Но у нее есть существенный недостаток – увлекаясь чем-либо, она не способна переключиться на другие действия. Плохая наследственность, увы, имеет побочные эффекты. Видете ли, я, как и вы, странник издалека.       О чем-то подобном Дим догадывался еще после разговора с командиром Азаританией. Тогда она упомянула, мол, Вараван и Калистиас, в отличие от него и Игнотуса, родились на Адмеруе. - То есть вы родились в другом мире? – уточнил на всякий случай, не вполне понимая, к чему клонит старый искатель. Не ностальгическим же воспоминаниям пришел предаваться в медблок до рассвета. - Да. На Адмерую прибыл младенцем на руках отца. Точнее, считал его отцом до подросткового возраста, - жесткая усмешка преобразила благообразное лицо, словно спала искусно сделанная маска. – Аркар Лаконис, ученый усовершенствовавший систему преобразования энергии кристаллов. Отец тягал меня с собой на все экспериментальные объекты, к восьми годам я разбирался в блок-схемах и чертежах на уровне высшего сколума, в двенадцать стал его ассистентом. А потом ко мне пришла память жизни, мне не принадлежавшей. Жизни взрослого человека, десятилетиями выживавшего в мире, уничтоженном ядерной войной. Я был не сыном Лакониса. Всего лишь клоном, одной из уцелевших копий. Переход совместил наши разумы, но память уснула на время взросления. Наверное, для многих подобное открытие стало бы шоком. Я же решил использовать полученные знания, дабы вернуть этому телу навыки оригинала. Он не возражал. До его последнего дня для посторонних мы оставались отцом и сыном, связанными общими идеалами и общей работой.       Игнотус тихо, невесело рассмеялся. - Нашу общность порождал глубинный страх повторения сценария старого мира в новом. Вы знаете, что такое ядерное оружие, Диметрио?       Утвердительно склонив голову, Дим отпил небольшой глоток, пытаясь усмирить пустыню в горле. В мире, давшем ему рождение, испытания ядерного оружия находились на активной стадии, превращаясь в последний аргумент в многочисленных конфликтах, разрывающих два континента.                     - У мироздания своеобразный юмор. Бывший одним из причастных к гибели одного мира, положил остаток жизни на обеспечение безопасности другого, - теперь Игнотус выглядел как человек, ведущий светские беседы в приятной компании. Доверять этой перемене Дим не спешил. – Наследие отца я постепенно передал группе работавших с нами молодых ученых, желая наконец-то побыть просто человеком. Не скажу, что получилось хорошо. Супружеская жизнь не сложилась, дочь рано ушла из жизни. У Марины не было отца, ее мать воспользовалась программой «Гестия»*. Воспитание внучки я полностью взял на себя. Возможно, это изначально было ошибочным решением. Ее… особенности – последствия как пробелов в воспитании, так и генетики. Что-то отец-создатель в меня недовложил при творении, и я передал свою недоразвитость потомкам. - Зачем вы все это мне рассказали, кириэ Игнотус?       Вопреки мнениям некоторых коллег тугодумом Дим себя не считал. И в свете последних событий беседа в доверительных тонах и нелегкая история жизни, рассказанная Игнотусом, выглядели довольно прозрачной манипуляцией. Общность происхождения, тяжелое прошлое, талантливая девочка-сирота, увлекающаяся наукой… Дим мрачно усмехнулся про себя. На манипуляции у него давно развилась стойкая аллергия. - Хотел, чтобы вы поняли причины, и не держали зла на Марину. Обычно ведущим с ней спускаюсь я, так будет и впредь, и подобного больше не повторится. И конечно же, ни о какой жалобе и речи быть не может. Напротив, я очень благодарен вам, Диметрио, за спасение моей внучки, - поднявшись, Игнотус вернул на лицо выражение доброго дядюшки. – Отдыхайте, не стану вас больше утомлять своей болтовней.       Глядя в спину негаданного посетителя, Дим все еще ожидал подвоха. Пройдя половину расстояния до двери, Игнотус обернулся. - Еще одно. Такие, как мы, никогда не забудут своих истоков. Защитники – сплошь темные твари, но мы все же нужны этому беззащитному миру.             Дверь бесшумно закрылась, и Дим поймал себя на не свойственном ему импульсивном желании запустить в нее пустым стаканом. История жизни Игнотуса никоим образом не повлияла на намерение обсудить возникший конфликт с командиром Азаританией. Ни чужая гениальность, ни важность разработок, ни тяжелая судьба не дают права бездумно рисковать жизнями других. Предупреди его Игнотус заранее об особенностях работы с Мариной, он бы понимал, с чем придется иметь дело. А так его даже не использовали в слепую – ему просто не предоставили важную информацию. Вопрос следует поднять не только в разрезе их неудачного спуска. Искатели должны понимать, с кем идут вниз. Знание особенностей здоровья и психики спутников поможет частично избежать опасных ситуаций.       На сон не осталось и намека. Дим решил не дожидаться Акайю и нажал кнопку вызова медперсонала. Ушедшая за ночь головная боль вновь напомнила о себе, правда шурупы сменились двумя лесными дятлами, деликатно постукивающими в виски изнутри. Давешний медик провел тщательное сканирование, поменял пластырную повязку на ране и наказал завтра в первой половине дня явиться на осмотр и перевязку. Чего Дим делать не собирался, наклеить свежий пластырь он и сам в состоянии. Поблагодарив врача за помощь, накинул поверх темно- синей пижамы халат – униформу забрали на дезинфекцию. Стеклянная дверь на выходе из медблока отразила мрачного всклокоченного мужика в трещащем по швам халате и коротковатых штанах, с лицом сбежавшего из палаты с мягкими стенами психа. Дим мрачно усмехнулся отражению. Темные твари, да?       До раздевалки удалось проскочить, не встретив никого из коллег. Приняв душ и переодевшись, Дим почувствовал себя готовым к новому дню. Стоит немного перекусить, и можно отправляться на ковер к командиру. Любимый столик в столовой оказался занят. - Что же вы так, Диметрио? Сами просили кофе и ушли, не дождавшись меня.       На губах Акайю играла невидимая улыбка, на столешнице лежали любимые пончики. День начинался удачно.

***

- Можете не скрываться. Вас я почувствую даже с подвального этажа. - И как же столь внимательный человек допустил такую очевидную ошибку? - Возникли сложности семейного характера, вынужден был отлучиться. Спуск был одобрен нашим уважаемым командиром, можете задать ей тот же вопрос. - Уже задал. Надеюсь, ваша внучка не решит из-за наших с ней разногласий в прошлом доставлять проблемы постороннему человеку?  - Ни в коем разе. Можете успокоить вашего… друга. Мне он, увы, не слишком поверил. Очень осторожный мальчик. - Не без причин. - Вы уверены, юный кириэ, что он нуждается в вашей защите? - Не имеет значения. Я нуждаюсь в нем, значит буду защищать. От любых угроз. - Меня можете вычеркнуть из их списка. Если мир превратится в пепелище, делить нам будет уже нечего. Потому я вам не враг.