Поцелованный смертью

      До медсектора Дим летел, перескакивая через две ступени, пугая немногочисленных встреченных коллег. Если вызвали его, скорее всего что-то случилось с Акайю. Травмы напарника были тяжелыми, возможно, его собираются перевозить в городскую больницу. Если Акайю потерял сознание, экстренный вызов доверенного лица временно недееспособного пациента для принятия решения логичен.          Возле указанной палаты, расположенной неподалеку от входа, толпились двое медиков с ассистентом, бросая на двери напуганные взгляды, будто опасались, что оттуда вот-вот вырвется тварь и откусит им головы. Прежде, чем Дим успел спросить, что происходит, заметивший его медик, судя по нашивке на куртке, старший врач смены, бросился навстречу. - Кириэ Вайтор… В ходе первичного осмотра пациента Глемпта возникли… некоторые сложности… Ограничитель мы надели, но он не справляется… Он требовал позвать вас… Ментальная проверка не выявила отклонений…       Оставшиеся двое медиков кивали заводными болванчиками, держа портативный сканер и набор для оказания первой помощи как щит перед собой. Вырисовывающаяся ретроспектива нравилась все меньше. Дим с трудом задавил первичный порыв рвануть к любимому и заставил себя слушать. - Находиться рядом с пациентом без специальной защиты в данный момент небезопасно, - старший врач нервно сглотнул и перестал частить, возвращаясь к профессиональному тону. – Мы выставили барьер на палату. Дан, давай персональный артефакт.       Передав Диму браслет из тусклой полосы белого металла, медик добавил с толикой возмущения. - Прошу, объясните вашему напарнику, что никто из нашего персонала не причинит ему вреда. И, по возможности, уговорите его пройти полное сканирование.       Дим не стал акцентировать, что медбригада, по сути, нарушает протоколы, перекидывая на него свою работу. Похоже, они попросту боялись Акайю, внезапно впавшего в помрачение, и не знали, как к нему подступиться. И все же в данный момент он испытывал благодарность к медикам, сперва решившим позвать его. - Снимайте ваш барьер. Вернете на место, как только зайду.       Едва бледное мерцание защитного контура погасло, Дим неторопливо сдвинул в сторону легкую дверь и остановился за порогом, быстро оценивая диспозицию. Сидящего на кушетке Акайю окутывало серое грозовое облако магии, вихрясь, как под порывами ветра. Магия скрывала тонкую фигуру, оставляя четко видимым только лицо. Бросив единственный взгляд, Дим шагнул навстречу.     - Я пришел, как и обещал, Акайю. Простите за задержку. Я могу подойти?       Внутренне обмирая, Дим ожидал ответа. Любого. Любой реакции, показывающей, что напарник еще здесь. Если Акайю «провалился» полностью, нужно быстро придумать, как не позволить любимому навредить другим, не навредив при этом ему самому. Слабый кивок заставил облегченно выдохнуть. Облако магии начало светлеть, прекращая свое кружение и понемногу втягиваясь в кожу своего носителя. Значит первое впечатление оказалось верным. Акайю не собирался нападать. Он защищался. В почерневших глазах застыл ужас, словно у стоящего на краю бездны. Что с ним сотворили чертовы медики, вызвав такую реакцию?! - Диметрио…       Любимый голос, обычно завораживающий плавными модуляциями, дрожал. Убравший защитный покров, Акайю в одних форменных брюках и ботинках, выглядел хрупким и потерянным. Фиксирующую повязку медики, видимо, успели снять, напарник поддерживал сломанную руку здоровой, перекосившись на один бок. Все правое плечо, часть груди и спины превратилось в сплошную черно-багровую гематому.      - Все хорошо. Я рядом, - Акайю потянулся навстречу, неловко пытаясь подняться, и Дим поспешил подхватить, успокаивающе поглаживая ледяную спину. – Кто вас так напугал?       Акайю зарылся лицом в куртку на груди, будто хотел спрятаться. - Заберите меня отсюда. Пожалуйста… Я не опасен… Прошу, Диметрио. - Хорошо-хорошо, - растерянный и нихрена не понимающий Дим обвел палату взглядом, ища возможную причину происходящего. Не похоже на ментальный удар, да и проверка ничего не выявила. Триггером послужило нечто иное. – Давайте наложим вам новую повязку, возьмем обезболку и пойдем домой. Разрешите медикам провести сканирование?       На мгновение цепляющиеся за него пальцы судорожно сжались и разжались с видимым усилием. - Не позволяйте им меня забрать. - Не позволю. Ни на шаг от вас не отойду, - Дим прижался губами к беловолосой макушке и отстранился. – Готовы?           Гуськом входящие в палату медики выглядели смешно, но смеяться Диму хотелось в последнюю очередь. Он сам помог Акайю лечь на кушетку, укрывая специальной накидкой, прошитой датчиками. И бережно обхватил пальцы здоровой руки своей ладонью. Стоило дуге стационарного мощного сканера опуститься, пальцы Акайю стиснули его костоломной хваткой. Процедура сканирования полностью безболезненная и довольно быстрая, однако Диму она показалась растянувшейся на часы. Акайю трясло беспрерывной мелкой дрожью, он физически ощущал, как напарник пытается из последних сил удержать контроль над своей силой и своим телом.            - Закрытый перелом без смещений ключичной и плечевой костей, - кажется, медика результаты сканирования удивили. – Разрыв сухожилий, баротравма плечевого сустава, обширный ушиб мягких тканей. Легкая степень сотрясения мозга. Кириэ Глемт, я рекомендую немедленное обращение в травматологическое отделение центральной больницы. Сейчас отправлю им направление, за вами вышлют транспорт… - Нет! Я отказываюсь от госпитализации, - Акайю резко поднялся, используя в качестве опоры руку Дима. Рамка сканера тревожно запищала, выдавая ошибку, мелкие предметы в кабинете завибрировали. -  Наложите новую повязку с жесткой фиксацией. За сутки переломы срастутся.       Теперь уже оба медика смотрели на своего пациента с опасливым сомнением, явно неуверенные в его адекватности. Дим отогнал мелькнувшую мысль, как бы перепуганные эскулапы не пустили усыпляющий газ и не отправили их обоих в больницу как впавших в буйство. - Свяжитесь с командиром Азаританией либо доктором Гисперисом, они подтвердят.       Ассистент убрал истерично мигающий россыпью огоньков сканер, и Акайю сел на кушетке, свесив ноги. Голос снова обрел твердость, под уверенным взглядом медик невольно сделал шаг назад. Телефон командира оказался вне зоны доступа. У Дима создалось ощущение, старшего медика сей факт даже порадовал. Вряд ли тот был жестоким человеком и хотел как-либо ущемить своего пациента. Скорее просто старался следовать протоколу, не осознавая, что в некоторых ситуация стандартные схемы не работают. - Звоните доктору Гисперису, - Дим сдвинулся так, чтобы прикрыть Акайю своей широкой спиной. И напомнил, цитируя статут СПН. – Врач действует в первую очередь исходя из блага пациента. - Именно исходя из блага пациента, я и не могу отпустить мага с нестабильной магией и тяжелыми физическими травмами на все четыре стороны, - устало огрызнулся медик и обреченно нажал значок вызова. – Хорошо.       Ответил глава медсектора с небольшой заминки. Судя по голосу, он уже успел отойти ко сну. Нервничающий из-за нависающего за спиной Дима медик излагал ситуацию быстро и сухо. - Перешлите мне результаты сканирования и включите видеосвязь, - недовольство в голосе доктора Гиспериса Дим списал на внеплановую побудку. – О, кириэ Вайтор. Не скажу, что рад вас видеть в столь поздний час, и, думаю, это взаимно. А теперь сместитесь на шаг вправо и позвольте взглянуть на вашего дорогого напарника. Добрый вечер, кириэ Глемпт.       С главой медсектора Акайю общался гораздо свободнее, исчезла паническая настороженность. Некоторые специфические термины Дим не понимал, уловил только, что травмы любимого серьезной угрозы не представляют и его действительно можно забрать домой после процедур. Держащий телефон медик недовольно хмурился, однако возражать руководителю не спешил. - Кифос, выдайте пациенту двойную дозу «Адолора», - пока старший смены отправил помощника за лекарством, доктор Гисперис вновь переключился на своего пациента. – Кириэ Глемпт, настоятельно прошу воспользоваться анальгетиком, когда начнется фаза активной регенерации. Не нужно испытывать организм на прочность. Диметрио, будьте добры, проконтролируйте, чтобы ваш напарник не снимал ограничители до завтрашнего полудня минимум. Кифос даст вам сильный анальгетик, его нужно ввести внутримышечно единоразово, когда у кириэ Глемпта возникнет выраженный болевой синдром. Я на связи, не стесняйтесь обращаться.       Поблагодарив, Дим перевел взгляд на Акайю. Тот ответил сдержанным кивком, вцепившись в край койки так, что затрещало плотное полипластвое покрытие. После того, как медики в четыре руки быстро обработали гематомы регенерирующим спреем и наложили повязки, жестко фиксируя сломанную руку на груди, Акайю выглядел как человек, прошедший через пыточные подвалы. Дим поймал себя на том, что его самого начало потряхивать – эмоции любимого передавались ему как по сообщающимся сосудам.       Названный Кифосом медик вручил Диму запечатанный шприц с обезболивающим, большой флакон регенеранта и лист с предписаниями, на котором жирно выделялась строка с рекомендацией обратиться в больницу. - Кириэ Вайтор, вы доверенное лицо и имеете право настаивать на отказе от медпомощи. Но хочу напомнить, ответственность за последствия также ляжет на вас. В случае ухудшения, кириэ Глемпт может навредить не только себе. - Я учту ваши пожелания, - Дим проглотил едкое замечание о компетентности медиков, недавно боящихся даже зайти в палату к своему пациенту. – Мы можем быть свободны?       Ведя Акайю к выходу, Дим просил изначальное, лишь бы не встретить никого из коллег. Напарник и так ощущался заключенной в хрупкий сосуд шаровой молнией. Одежду Акайю не отдали, бежать в раздевалки и терять время Дим не хотел, потому набросил на него свою куртку и застегнул до груди. - Еще минутку. Сейчас вызову такси. Холодно?       Акайю отрицательно мотнул головой, продолжая мелко дрожать. До стоянки возле Института он дошел сам, игнорируя предложение донести. Глаза таксиста удивленно расширились при виде поздних пассажиров, возле дома Дима он уточнил, не нужна ли кириос помощь. Просидевший всю дорогу, опустив голову на плечо Дима, из машины Акайю выбрался с видимым усилием. У подножья лестницы Дим, не в силах больше наблюдать за этим дурным стоицизмом, поднял напарника на руки. Отсутствие возражений внятнее других признаков указывало, насколько тому плохо. Недавно установленный биометрический замок пришелся как нельзя кстати. Толкнув открывшуюся дверь ногой, Дим, не разуваясь, прошел в спальню и осторожно опустил свою ношу на кровать. Акайю оставался в сознании, но казался спящим наяву. Послушно вытягивал ноги, помогая стянуть с себя ботинки и брюки, хотя с курткой с чужого плеча расстался с видимым сожалением. - Минутку, достану еще подушку, - раздев и уложив любимого, Дим метнулся к шкафу, вытаскивая запасное одеяло и несколько маленьких жестких подушек. Которые подложил под бок Акайю так, чтобы не двигал травмированную руку и не мог перевернуться во сне на раненный бок. – Удобно? Принести вам попить? - Спасибо, Диметрио, - Акайю лежал с закрытыми глазами, на губах затеплилась тень улыбки. – Не тревожьтесь. Я не умираю. - Вы были довольно близки к этому, - с чувством выдохнул Дим и добавил мягче. – Я не могу не тревожиться о своем любимом. Это глупая просьба. - В таком случае, можно воды? У регенеранта не слишком приятный вкус.       Напившись, Акайю похлопал по одеялу слабой рукой. - Ложитесь, Диметрио. Вам тоже нужно отдохнуть.       К подобному предложению Дим отнесся скептически. Он не собирался спать, пока напарник в нестабильном состоянии, да и боялся во сне по привычке обнять Акайю и навредить еще сильнее. - Постерегу вас пока. Постарайтесь уснуть, - в качестве компромисса с самим собой невесомо пригладил серебристый ежик на торчащей из-под одеяла макушке. – Вы в безопасности.       Уснул Акайю мгновенно, словно последние слова послужили выключателем. Чтобы проснуться спустя час и судорожно зашарить ладонями по одеялу. -  Что такое? Тошнит? – Дим не терял бдительности, тут же придвигаясь ближе.       Вцепившиеся в предплечье пальцы напоминали пролежавшее на лютом морозе железо. Зашипев сквозь зубы от вспышки боли, Дим накрыл ледяную ладонь своей, шепча ласково: - Айю, вы дома. Здесь вас никто не тронет. Я рядом. - Диметрио… - в рассеянном свете ночника глаза Акайю казались черными провалами. Хватка на предплечье тут же разжалась. – Простите, я веду себя странно… И в медблоке… И сейчас… Думал, давно справился… - Нашли, за что извиняться. Плохие воспоминания? – Дим поглаживал пальцами тонкое запястье над браслетом-блокиратором, водил подушечками вдоль линий вен. - Угу. Показалось, меня снова закроют в больнице для тестов, и все повторится… Говорю же, глупо…       Не прекращая нежных поглаживаний, Дим выругался про себя. Похоже сочетание тяжелой травмы и ситуации, когда оказался в одиночестве в медблоке сразу после неудачного спуска, отбросило Акайю к моменту самой первой миссии. Мозг – сложное устройство, самые сильные и опытные менталисты не способны точно спрогнозировать, когда травмирующие воспоминания вылезут на поверхность. Незначительное событие, запах или звук может послужить триггером. Нужно было не трястись над молодняком, вполне способным самостоятельно во всем разобраться, а сразу идти вместе с Акайю. - Диметрио, послушайте, - Акайю вдруг приподнялся на локте. Дремотная расслабленность в миг слетела, черты лица заострились. – Через несколько минут я отключусь. Сон будет похож на оцепенение, это нормально. У меня могут быть легкие судороги, сердцебиение замедлится до 30-40 ударов. Через три часа начнется фаза регенерации. Температура тела и пульс в полтора-два раза превысят норму. Не позволяйте мне снять блокиратор, если вдруг попытаюсь. К утру все должно закончится. - Понял. Я все сделаю, не беспокойтесь, - склонившись, Дим коснулся белого запястья губами. – Восстанавливайтесь, а утром сварю вам вкусный кофе.       Улыбнувшись уголками губ, Акайю упал на подушки с тихим вздохом. Бесшумно поднявшись, Дим вышел в коридор и нашел в аптечке миниатюрный датчик-пульсометр – о расширенной комплектации они позаботились заранее, еще осенью предчувствуя непростые времена. Закрепленный на плече Акайю датчик мигнул желтым и выдал результат. Что ж, подобное Диму уже довелось однажды наблюдать, когда будущий напарник пришел под его дверь одурманенным афродизиаком. Хотя фраза о том, что к утру все закончится, вызывала сомнения. Дим знал – у магов ускоренная регенерация в сравнении с людьми без способностей. Но не в несколько же десятков раз… Хотя Акайю никогда не укладывался ни в какие статистические рамки.       Датчик показывал стабильное понижение пульса, пока не замер на отметке «32». Оцепенение выглядело довольно жутко, словно его любимый превратился в ледяную статую. И без того бледные губы приобрели синеватый оттенок, дыхание едва поднимало грудную клетку. Дим увеличил температуру отопления в комнате на несколько градусов и разделся до футболки. Страх, что может вырубиться от усталости, не оправдался. Сонливость смело лихорадочной взвинченностью, не позволяющей ни на чем сконцентрироваться. Дим думал, ожидание станет самым тяжелым испытанием. Он ошибся.       Фаза регенерации началась почти на час раньше предполагаемого. Выданный в медблоке анальгетик видимого эффекта не дал. Акайю не метался и не кричал, продолжая лежать почти неподвижно. Интенсивность боли выдавали одеревеневшие от напряжения мышцы и до скрипа стиснутые зубы. Странный пощелкивающий звук сперва списал на расшатавшееся от усталости восприятие. Но звук повторился, и Дим с подступающим ужасом понял – он исходит из-под фиксирующей повязки. Подрагивающей рукой нашарив телефон, он набрал номер доктора Гиспериса. - Слушаю, Диметрио, - в тоне главы медсектора сквозь профессиональную собранность сквозили нотки обреченности.                 Дим излагал все этапы происходящего и проведенные манипуляции последовательно и кратко, не давая прорваться эмоциям. Что, если он действительно ошибся, и в стремлении защитить любимого от застарелого страха, нанес ему еще больший вред? Нужно было мягко уговорить Акайю обратиться в больницу. Попросить отдельную палату на двоих, как искателям им бы пошли навстречу, и напарник находился бы под присмотром врачей. - Понимаю, выглядит пугающе, - доктор Гисперис его паники не разделял, произнося каждую фразу спокойно и размеренно, будто хотел убедиться, что его услышат и поймут. – У вашего майхары весьма… необычный организм, даже как для мага. Огромная скорость регенерации имеет побочные эффекты. Как давно вы сделали укол? Отлично. Еще пятнадцать-двадцать минут, и начнется анальгезирующее действие. Повязку не снимайте, пока кости не срастутся полностью. Да, то, что вы слышите, это собственно процесс срастания. И, раз уж вы лечитесь на дому, сейчас пришлю вам список рекомендаций.       На автомате поблагодарив, Дим отложил телефон. Упомянутые пятнадцать минут превратились в маленький персональный ад. От браслета-ограничителя Акайю избавиться не порывался, зато активно пытался разорвать повязку. В какой-то момент пришлось перехватить напарника за запястье, осторожно и крепко прижимая к кровати. Невзирая на изящное телосложение Акайю был невероятно силен, и удерживать его становилось все сложнее. - Еще немного… Айю, луна моя, сейчас полегчает, - от бессилия облегчить страдания любимого человека на глаза наворачивались злые слезы. Дим уперся лбом в горячий лоб напарника. Если бы боль можно было бы забрать на себя или хотя бы разделить, он согласился бы без раздумий. – Кричите, станет легче…       Все равно они остались единственными жильцами в доме, последней декаду назад выехала кириа Адриана с первого этажа. В том числе и по этой причине Дим не боялся забрать Акайю к ним домой – другие не пострадают в случае чего, а он все равно остался бы с напарником до конца.       Акайю замотал головой, сжимая челюсти так крепко, что Дим заволновался, как бы он не сломал себе зубы. Из-под закрытых век вытекло несколько капель черной субстанции, похожей на смолу, руническая вязь проступила сквозь кожу угольными цепями, образуя на груди узор в виде кругового лабиринта. Запертый в теле огромный магический потенциал, даже брошенный на восстановление организма, искал выход. Датчик пульса мигал красным – замедлившееся сердце разогналось до двухсот ударов. Полчаса назад казавшееся ледяным тело пылало сухим жаром. Перелом состояния наступил внезапно, когда Дим уже собирался сгрести напарника в охапку и вызывать скорую. Акайю выгнулся дугой, с губ сорвался долгий вздох, и затем разом обмяк, словно чудовищное напряжение наконец отпустило. Пульс начал приходить в норму, но жар не спадал. Убедившись, что вырываться и трогать повязку Акайю больше не собирается, Дим скатился с кровати и метнулся в ванную. Этот этап они уже тоже проходили. Холодное обтирание, охлаждающие пластыри, регидратант, когда напарник очнется…       Принеся все необходимое и разложив на прикроватной тумбочке, Дим стянул с Акайю одеяло до пояса, отмечая, как на глазах бледнеют огромные гематомы, а магические узоры утрачивают четкость, словно уходят под кожу. От прикосновений холодной влажной ткани напарник протестующе захныкал, пытаясь свернуться клубком. - Придется немножко потерпеть, - увещевал Дим, стараясь прикасаться как можно бережнее. – Скоро утро, будете как новенький. Давайте-ка сотрем эту черную гадость…       Вряд ли пребывающий без сознания Акайю его слышал, однако Дим продолжал говорить, будто слова могли протянуть мостик, помогающий вернуться. Или просто пытался успокоить сам себя. Стоило налепить пластырь на раскаленный лоб, Акайю повернул голову, прижимаясь щекой к ладони, и затих, размеренно дыша. Похоже, обморок перешел в сон. Выдыхать и успокаиваться Дим не спешил, внутренне готовый к новым неожиданностям.       Видимо, изначальное посчитало, что на сей раз испытаний для них достаточно. Темно-серый рассвет сменился светло-серым утром, Акай открыл глаза, находя взглядом сгорбившегося Дима. - Я же обещал, Диметрио. Теперь я в порядке.       При виде вымученной улыбки на белых губах Диму почему-то захотелось заплакать.