Поцелованный смертью

- Я могу… - Нет! Вы сидите и отдыхаете, раз уж лежать вам надоело, - Дим указал деревянной лопаткой на стул с видом судьи, оглашающего вердикт. – Разминайте руку, или могу принести вам книгу, почитаете. - Кормить с ложечки будете? – Акайю иронично выгнул бровь и тут же виновато потупился под красноречивым взглядом. – Диметрио, я действительно в порядке. Руку и плечо несколько дней нужно будет умеренно нагружать, слабость уйдет к вечеру. Достать тарелки из шкафа я в состоянии. - И кормить с ложечки, и мыть, и в туалет носить, если понадобится, - отрезал Дим, не оборачиваясь. Отложил на подставку хрустнувшую в руке лопатку и убавил огонь под кастрюлей. – Через десять минут обед будет готов.       Он не хотел демонстрировать клубящийся в груди сумбур эмоций и тем более выплескивать его на любимого, но получалось так себе. Сколько бы Акайю не убеждал, что в норме, ложь выдавали и неуверенные осторожные движения, и то, как напарник держится поближе к стенам, переживая короткие приступы головокружения. Очнувшись утром, Акайю попросился в душ, куда Дим его отнес, не слушая вялых протестов. Право на самостоятельную помывку напарник отвоевывать не стал, легким поцелуем в уголок губ благодаря за заботу и прося помочь снять повязку. Вымытый и переодетый Акайю был переправлен на кухню, пока Дим перестелил мокрую от пота постель. В полученных от доктора Гиспериса предписаниях рекомендовались покой, обильное питье и легкое питание в первый день. А также умеренные физические нагрузки, гимнастика для пострадавшей руки и прием кальцийсодержащих витаминов в последующую неделю. При виде врачебного предписания Акайю скептически хмыкнул, но резких протестов не заявлял.       Бульон с кусочками цесарки дошел до готовности, на тарелке возле плиты высилась горка золотистых гренок, но Дим не спешил поворачиваться к напарнику, сосредоточенно нарезая зелень. Запоздалый адреналиновый откат путал мысли, вызывая муторное глухое раздражение. Не на любимого. На себя самого, оказавшегося не способным ни защитить, ни облегчить боль. Тонкие сильные руки обвились вокруг груди, к спине прижалось легкое прохладное тело. Акайю словно похудел еще сильнее за последние сутки. - Диметрио, прекратите накручивать себя, - Акайю шептал прямо в ухо, интимно понизив голос, бессовестно пользуясь безотказным приемом. – Вы ни в чем не виноваты. Неприятные ситуации просто случаются.                 «Неприятные ситуации», надо же. Дим неопределенно хмыкнул, но спорить не стал. - Я следовал нашему старому договору. Я – ваша магическая защита, вы моя на физическом уровне, - движения губ, практически касающихся уха, теплое дыхание и вкрадчивый голос гнали по позвоночнику волну приятных мурашек. За что Дим в данный момент себя почти ненавидел. - Вот только я вас не защитил, - эмоции все же прорвались резкой, наполненной виной фразой. Отоложив нож, Дим накрыл дернувшиеся ладони своими, прижал к груди крепче. – Я ничем не мог вам помочь. Ни внизу, в Руинах, ни прошлой ночью.           - Вы ошибаетесь, - выдохнул Акайю, потираясь кончиком носа об кромку уха. – Когда я истощен или ранен, или создаю мощные заклятия, мне важно ощущать рядом того, кому доверяю. Это помогает не… потеряться. Вы все время оставались со мной, несмотря на риск. Спасибо, Диметрио. И простите, что взвалил на вас заботу о себе.       Дим понимал, что нужно ответить, но горький клубок перекрыл горло. Зачем еще нужна семья, как не для заботы и поддержки? Разве за такое извиняются? - Это я должен благодарить, - Дим заговорил, не отпуская дрогнувшие под руками ладони. Есть слова, которые необходимо произнести, чтобы не сожалеть потом. – До встречи с вами я жил по инерции. А с вами узнал столько нового. Будто ожил. Вы придали смысл моему существованию.       И развернувшись, взглянул в округлившиеся от удивления и растерянности разноцветные глаза. - Потому никогда не извиняйтесь. Мне в радость защищать и заботиться о вас, Акайю.       Мягкий, робкий поцелуй растворил остатки горечи. Дим позволил себе выдохнуть и на пару минут примлеть под прикосновениями холодных пальцев, прочесывающих волосы на затылке. Катастрофа не случилась, прошла в волоске, можно было жить дальше. - А теперь садитесь к столу, - Дим развернул любимого в направлении стола и отодвинул табурет. – Будем дегустировать мои кулинарные потуги.       Учитывая состояние, в котором занимался готовкой, бульон получился вполне съедобным. Акайю выпил полную пиалу и попросил добавки к гренкам. Расправившийся со своей порцией раньше, Дим тем временем заварил зеленый чай с кусочками лесных ягод, имеющий кисловато-терпкий аромат и вкус, и достал со шкафа плитку черного шоколада. Напарник потратил прорву энергии – сперва на миссии, после на ускоренное восстановление организма. Ресурс следовало восполнить.       Чай Акайю допивал уже в полусне, с трудом удерживая себя в вертикальном положении. - Идемте отдыхать? - Идите, ложитесь, - Дим убрал посуду в раковину, решив, что до вечера с ней ничего не станется. – Наведу здесь порядок и присоединюсь к вам.       Скептически фыркнув, Акайю уцепил его под локоть и повлек в сторону спальни. На полпути Дим заметил, что пол под ногами норовит уплыть, а стены шатаются. Как и когда оказался под одеялом, он толком не осознал. На плечо приятной тяжестью опустилась беловолосая голова, под голени подсунули холодные ступни. Ощущение покоя накрыло океанской волной, унося в сон без сновидений.          Проснувшись ранним утром, Дим не сразу понял, какое время суток. Выставленный на телефоне будильник подсказал, что проспал он большую часть вчерашнего дня и ночь. Под боком заворочался, недовольно урча, Акайю, вокруг пояса обвились руки, норовя утянуть назад в плен одеяла. Мужественно преодолев искушение, Дим мягко освободился. Природа настойчиво звала посетить уборную, а также следовало заказать доставку продуктов и витаминов для Акайю. И вымыть оставленную посуду, пока не покрылась плесенью. Вдобавок, сегодня по плану у него была тренировка с молодняком. Придется попросить кого-то из коллег или Зиккарана подменить. Оставлять Акайю без присмотра он не собирался, напарник явно еще не восстановился полностью, недаром проспал почти сутки против обычных трех-четырех часов.       Горка вымытой посуды высилась возле раковины, Дим вытирал руки, собираясь позвонить Игнотусу, когда на кухню вышел Акайю, заспанно растирая лицо. - Доброе утро. Вы еще не завтракали? – получив подтверждение, напарник открыл холодильник, критически вглядываясь в его недра. – Можно приготовить омлет с ветчиной. И нам стоит пополнить запасы. - Я уже заказал доставку. Если хотите чего-нибудь еще, я схожу, - разложив посуду по местам, Дим вынул из шкафчика турку и банку кофе. – Садитесь, я все сделаю. На вас кофе варить? - Да, спасибо, - предложение сесть Акайю проигнорировал, выгружая на стол остатки сохранившихся в холодильнике продуктов. – Достаньте, пожалуйста, глубокую миску. Да, эту. У нас же сегодня тренировка. - Попрошу Игнотуса подменить, - помолчав, Дим все же решил озвучить свою просьбу, даже рискуя нарушить утреннюю идиллию. – Акайю, давайте свяжемся с доктором Гисперисом и попросим вас осмотреть. Не сердитесь, я просто хочу убедиться, что с вами все в порядке.       Миску со смесью для омлета Акайю удерживал недавно пострадавшей рукой без видимых усилий и сердиться не спешил. - Если вам так будет спокойнее. Хотя доктор Гисперис отлично знает… возможности моего организма, потому еще не обрывает телефон, - на лицо напарника набежала мимолетная тень. – Нужно будет поблагодарить его и извиниться за беспокойство.       Кивнув, Дим выставил на плиту большую сковороду и налил на донышко масла. - Вы давно знакомы? - Кириэ Гисперис был старшим врачом бригады, которая принимала меня после первого спуска. Он занимался моей реабилитацией. И благодаря его медицинскому заключению и вмешательству командира Азаритании меня вообще выпустили из медсектора.       Дим мысленно укорил себя за длинный язык. Вопрос, заданный ради поддержания беседы, потянул цепь тяжелых воспоминаний любимого. С беспорядком на голове после сна, в растянутой футболке, съехавшей на одно плечо, Акайю выглядел юным и очень хрупким, как ледяная роза. Хотя скорее был выкован из демонидской стали – утонченно-изящный клинок, способный рассечь камень и выдержать жар подземного пламени. Поведший годы на войне Дим знал, что от постоянной нагрузки ломается и самая крепкая сталь. Он должен любой ценой уберечь любимого от такой участи, а не добавлять стресса дурными расспросами.             После завтрака наслаждающийся кофе Акайю просматривал ленту новостей в телефоне. На очередном сообщении губы тронула легкая улыбка. - Тоже Янис написал? – поинтересовался Дим.                  Стоило включить утром телефон, находящийся в режиме экстренных оповещений, тот буквально взорвался пиликаньем новых сообщений. Мира, Пандора, Дор и еще несколько бывших учеников справлялись о здоровье, мелкий некромант так вообще засыпал вопросами и пожеланиями выздоровления. Вараван спрашивал, не нужна ли им помощь, и предлагал отправить в качестве помощника Варишира. Дим потратил некоторое время, отвечая и заверяя, что они в порядке и просто отсыпались после миссии, потому были вне зоны доступа. С каждым ответным сообщением в груди становилось теплее, будто за ребрами разгорался огонек. Они не одни, множество разумных искренне беспокоятся и готовы оказать помощь и поддержку.                   - Диметрио, если у вас есть силы и желание, сходите на тренировку, - отложив телефон, Акайю заглянул в опустевшую чашку и поднял руку, предвосхищая возражения. – Младшие волнуются, ранение командиров подрывают решимость бойцов. Вдобавок, во внутренней сети уже наверняка поползли страшные слухи. Но только, если вы действительно в состоянии. Я ни в коем случае не настаиваю.         Слова напарника звучали здраво. Дим не пострадал на миссии, объективных причин отказываться не было. И все же, признавая здравость аргументов Акайю, он колебался, не желая оставлять любимого, тратить на других крохи времени для них двоих. В нем до сих пор говорил пережитый страх потери. - Я отлучусь на три часа, - озвучил свое решение Дим после коротких размышлений. – И прошу вас за это время не нагружать свой организм и вести себя разумно. - Обещаю, - с готовностью откликнулся Акайю, жадно косясь на забытую возле плиты банку кофе. – Я договорюсь с доктором Гисперисом насчет осмотра, почитаю и приму доставку. Не тревожьтесь, Диметрио.               Выходя из дома и направляясь к Институту, Дим размышлял, не слишком ли подозрительно быстро напарник согласился на все условия. С другой стороны, не стеречь же взрослого человека, обижая недоверием? Акайю рассудителен, все его авантюрные, на первый взгляд, проступки имели логическое обоснование. Да и не получалось сходу придумать, что напарник может безрассудного натворить за три часа.       Коридор за атриумом встретил звуками, от которых захотелось немедленно заткнуть уши. Словно открылся портал в ад, и десятки страдающих душ на разные голоса стенали о своей судьбе. Плач, стоны, крики, приглушенные ругательства медиков, пронзительный писк реанимационной аппаратуры. Зона сканирования располагалась этажом ниже, и Дим не хотел представлять, что там сейчас творится. Похоже, одна из групп вернулась в тяжелом состоянии и с потерями.       Собравшиеся на тренировку ребята сидели на стопках матов и прямо на полу. Ссутулившиеся, напряженные, с взглядами в пол – они напоминали попавших под ледяной дождь воробьев. Даже вечный болтун Янис притих, прижавшись плечом к плечу Дора, будто нес скорбный караул. - Наставник! Наставник Вайтор, как вы? Как наставник Акайю?       Стоило переступить порог, молодняк встрепенулся, засыпая вопросами. В обращенных к нему глазах Дим видел не только искреннее участие и тревогу, но и надежду. За прошедший год они с Акайю стали для младших символом силы, воинами, способными защитить других и выбраться из безнадежных ситуаций. И сейчас бывшие ученики надеялись получить подтверждение, что их картина мира осталась незыблемой. Что старшие все так же сильны и способны вести за собой и защищать.    - Акайю лечится. Уже снял повязку и разрабатывает руку, - Дим не сдержал растерянной улыбки при виде синхронно выдохнувших от облегчения младших. Даже Сфем с Броном, потерявшие где-то своего задиристого рыжего приятеля, одобрительно закивали. – И чего сидим, как на поминальной трапезе?  Разминаемся и разбиваемся на пары. Отработаем стандартные связки. Дор, вы со мной.       Тренировка получилась скомканной. Подопечные то и дело сбивались, прислушиваясь к творящемуся этажом ниже – шум стих только через полчаса. Дим не давил, призывая к порядку, потому что сам мыслями находился не здесь, спаррингуя на автопилоте. Ободрившийся сперва своими успехами, Дор начал бросать на бывшего наставника встревоженные взгляды. Мира с Пандорой дружным дуэтом гоняли Сфема с Броном, в действиях подруг присутствовало ожесточение, не вполне объяснимое для дружеской тренировки. Похоже, парни в чем-то провинились и сейчас готовились выгребать за свои прегрешения. Неужели снова задевали Яниса-младшего? Вроде бы тот давний конфликт исчерпал себя.        Промучившись час и поняв, что толку все равно не будет, Дим скомандовал отбой и разогнал младших отдыхать. Задержавшиеся в зале Пандора, Мира и Янис ненавязчиво взяли его в кольцо. - Наставник Вайтор, мы хотели сказать, - выступившая в качестве переговорщика Мира немного запнулась и продолжила увереннее. – Если вам понадобится какая-либо помощь, вы всегда можете к нам обратиться. Как вы обучали и защищали нас, так и мы готовы поддержать вас с наставником Глемптом.       Глядя на непривычно серьезные юные лица бывших учеников, Дим почувствовал, как в груди больно и трепетно сжимается. Он пропустил момент, когда на этих лицах угасли открытые беззаботные улыбки. Перед ним стояли воины, знающие цену словам и обещаниям. - Оставайтесь живыми и здоровыми, - он собирался сказать другое, но слова вырвались сами, наивные в своей искренности. – Это лучшая помощь. - Наста-авник! – шмыгая носами Мира и Янис полезли обниматься.       Неловко похлопывая по плечам расчувствовавшихся учеников, Дим поймал взгляд Пандоры, необычно печальный и теплый. Война обостряет чувства, приучает ценить тех, кто рядом.  - Спасибо. Спасибо, ребята. Обязательно передам Акайю ваши пожелания.       Отправив дружную троицу домой с напутствием отдыхать, Дим заглянул во врученный напоследок большой бумажный пакет. В пакете обнаружились две большие плитки горького шоколада с солью и специями и коробка фруктового мармелада. Вкусы своих бывших наставников младшие изучили хорошо.       Взглянув на часы, Дим направился к столовой. В голове шумело, сказывался стресс и несколько бессонных ночей. Перед возвращением домой он собирался перехватить стаканчик чего-нибудь калорийного и сладкого.       В столовой обнаружилось несколько человек из команд Кохила и Элмнимы, за любимым столиком расположились их командиры, что-то оживленно обсуждающие. Поздоровавшись, Дим выпросил у кофейного автомата двойную порцию капучино и собирался расположиться поближе к выходу, когда его окликнули. - Присоединяйтесь, Диметрио, - Костас, как обычно, излучал дружелюбие, освобождая место за столом и придвигая тарелку с песочным печеньем. – Как здоровье кириэ Акайю? - Благодарю, уже лучше, - отозвался Дим сдержанно. Похоже, о травме напарника уже знали все искатели. - У вас же следующий спуск через два дня? Мы с Ихтионом, - командир Элмнимы кивнул в сторону собеседника. – Готовы вас подменить. Погодите возражать. Вас постоянно привлекают к спас-миссиям, кириэ Глэмпт занимается параллельно работой над «Вратами». Никому не станет лучше, если старшие искатели начнут выбывать со строя от усталости.       Молчавший до сего момента командир Кохила энергично кивнул и стукнул себя кулаком в грудь. - Полностью согласен. Мы в долгу у кириэ Глемпта за спасение нашей Леды. Люди Кохила умеют быть благодарными. - Напишите мне, если согласны, - деловитый тон Костаса снизил градус торжественности, избавив Дима от неловкости. - График согласуем в телефонном режиме, командир Азаритания не откажет.       В который раз за сегодняшний день Дим испытывал смешанное чувство удивления, радости и стыда. Не отказывая в помощи, если просили, сам он мало интересовался жизнью своих коллег. И не ожидал, что столько разумных выразят участие и поддержку ему и Акайю. Даже чванливый командир Кохила, которого Дим, откровенно говоря, прежде недолюбливал.       Отправленное напарнику сообщение осталось без ответа, и Дим поспешил домой. И не обратил внимания на виноватые взгляды Сфема и Брона, столкнувшись с ними у входа в столовую. Дом встретил дремотной тишиной. Разувшись, Дим заглянул на кухню и на цыпочках двинулся к спальне. Похоже, ранения не прошли для Акайю даром. Укутанный пледом напарник спал, пригребя под себя его подушку. У откинутой руки лежал светящийся планшет – видимо, сон сморил в разгар чтения. Подышав на пальцы, Дим нежно провел костяшками по бледной щеке. Заурчав, Акайю глубже зарылся в подушку, как прячущийся от солнца кот. Дим остро пожалел, что не принял душ в Институте – можно было бы сразу скинуть одежду и нырнуть в теплый кокон пледа и объятий любимого. А так придется тратить целых десять минут. К моменту возвращения Акайю не поменял позы, но, стоило сесть на кровать, зашевелился, приглашающе приподнимая край пледа.  Днем ранее. - Слышали новость? Наш великий некромант переполошил весь медсектор, - Лаэрт чуть не подпрыгивал от сдерживаемых эмоций, не замечая ни начавшегося дождя, ни обреченно-усталого выражения на лицах друзе. – Устроил истерику, отказался от госпитализации. Дан рассказывал, они уже собирались применить усыпляющий газ. Вайтор его едва утихомирил. - Истощение, болевой шок плюс сотрясение мозга, - пожал плечами Брон, направляясь к маленькому открытому кафе, окруженному вечнозелеными кустарниками. – Если учесть, что ему пришлось пережить, ничего удивительного. Некоторые наши медики и здорового сейчас могут до истерики довести. Скажи лучше, ты пробные тесты смотрел? Нам этой осенью экзамен сдавать.                           - До осени еще дожить надо, - буркнул Сфем, пребывающий в мрачном настроении – постоянный дождь действовал на него угнетающе, усугубляя накопившуюся усталость. – Брон, у них есть тоники? Не могу проснуться. - Да при чем тут тесты и экзамены?! – кафе, расположенное на границе желтой и красной зон, пустовало, и Лаэрт не сдерживал голоса. Беспечность друзей выводила его из себя. – Какие вам еще нужны доказательства?! В каждый спуск с этой парочкой появляется новая аномалия или твари. И какой человек может выжить и расхаживать как ни в чем не бывало, когда его с размаху впечатали в стену? Вы же сами все видели! - А что мы видели? - отложив нераскрытое меню, спросил Брон. От ледяного спокойствия в голосе друга Лаэрт невольно притих. – Кириэ Глемпт принял на себя удар новой, неизученной аномалии. Спас группу от неизбежной гибели и тяжелых травм. Второй раз, прошу заметить. И я больше не желаю слушать, как льют грязь на человека, дважды спасшего мою жизнь и моих друзей. - Ты просто не хочешь замечать очевидного! - Вопрос закрыт, - такого тона от Брона друзья не слышали ни разу за пятнадцать лет знакомства. – Или едим, пьем и общаемся на темы, не касающиеся наставников, или расходимся. - Я закажу закуски, - подхватился Сфем, стремясь разрядить атмосферу. – Хочу чего-нибудь острого. Может, возьмем мясное ассорти? Лар, пиво будешь? У нас еще два выходных.       Лаэрт раздраженно дернул головой, сцепившись взглядом с Броном. - Ты всегда был таким. Правильным, предсказуемым. Не желающим посмотреть дальше собственного носа, - робкий голос разума растворился в алой злости. Он и не замечал раньше, насколько его друзья недальновидные, ограниченные в своих взглядах и стремлениях. – Когда проект «Врата» потерпит крах, и мы окажемся один на один и с катастрофой, и с эмиссаром Руин, вспомнишь мои слова. Но будет поздно.  - Это тебе твой новый приятель сказал? – внешне Брон оставался невозмутимым, лишь на скулах проступили желваки. - Да, он, - с вызовом бросил Лаэрт. – Он умнее всех наших командиров вместе взятых и знает не понаслышке, какую опасность представляет Акайю. А вы все смотрите ему с Вайтором в рот. Вон Сфем крутится возле на каждой тренировке. Хочешь к ним в триаду? - Что ты несешь?! – Сфем отшатнулся от друга, заливаясь быстрым румянцем. Наставником Вайтором он действительно восхищался, однако никогда не думал о нем в таком ключе. – Лар, прости, но ты как пообщаешься со своим красавчиком, совсем дурным становишься.       Выставленная рука разделила готовых сцепится парней. - Достаточно, - тихо и веско уронил Брон. – Лаэрт, завтра я подниму вопрос о твоем недопущении к миссиям перед командиром Азаританией. Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни другими. - Вы еще попросите прощения, когда я окажусь прав, друзья мои, - выплюну последнее слово как ругательство, Лаэрт вылетел из-за стола и едва не снес дверь.       Сфем передернул плечами и растерянно взглянул на упершегося сжатыми кулаками в стол Брона. - Он нас не простит? - Он нас не послушает. Это страшнее, - покачал головой Брон. – Сфем, у тебя есть знакомые менталисты, не связанные с СПН?