To Forge an Heir

Лиман отправился в королевские покои ближе к вечеру. Поскольку сир Гаррольд всё ещё не вернулся с Драконьего камня с лордом Десницей, сир Рикард и сир Стеффон охраняли дверь. При приближении Лимана сир Рикард повернулся и постучал. — Лорд Лиман Бисбери хочет видеть вас, ваша милость. С разрешения короля Лиману позволили войти. Король сидел в кресле, погрузившись в чтение, как показалось Лиману, какого-то тома по истории Валирии. — Ваша милость, — с поклоном поздоровался Лиман. — Лорд Лиман, — ответил король, откладывая книгу в сторону. — Чем я могу быть полезен? — Он жестом пригласил Лимана сесть. — Если позволите, ваша милость, я хотел бы узнать о ваших намерениях относительно женитьбы, — начал Лиман, присаживаясь. — Боги, неужели меня не оставят в покое с этим вопросом? — вздохнул король, потянувшись за кубком вина. — Если вам не по душе эта тема, я с вашего позволения немедленно удалюсь, — сказал Лиман, не желая переходить границы дозволенного. — Нет, нет, — отмахнулся король. — Я уже говорил со всеми остальными членами Малого совета, так что ты тоже можешь высказаться. — Лиман был застигнут врасплох. Он знал, что лорд Веларион, несомненно, предлагал королю руку своей дочери, но не подозревал, что король беседовал и с лордом Лионелем, и с сиром Отто. На самом деле, повторный брак короля следовало бы обсуждать на официальном заседании Малого Совета. В конце концов, это дело государственной важности. Однако, разговор с глазу на глаз давал Лиману шанс выразить своё мнение без оглядки на других советников. — По замку ходят слухи, что вы собираетесь снова жениться, — начал Лиман. Король кивнул. — И что ваш выбор пал на леди Лейну Веларион. — Лиман сомневался, что в данный момент рассматриваются какие-либо другие дамы. Король заколебался. — Она была представлена как наиболее разумный вариант, — наконец сказал он, но в его голосе не было и тени заинтересованности. — Но вы сомневаетесь? — Спросил Лиман. Поведение короля было красноречивее любых слов. — Она ещё дитя! — возразил король. — Когда мы гуляли, она хотела говорить только о драконах. Леди Лейна была ещё совсем юна, ей едва исполнилось двенадцать лет. Король был старше её более чем втрое. Однако лорд Веларион не сдавался, стремясь любой ценой добиться брака и возвести свою кровь на Железный Трон. Женитьба короля на леди Лейне казалась лучшим способом обеспечить стабильность в королевстве. Веларионы были самым богатым домом в стране, владели двумя драконами и вели своё происхождение из Валирии. Этот брак мог бы залечить обиду, нанесённую Великим Советом. Но оставался один вопрос, который смущал Лимана. — Ваша милость, могу ли я задать вам один несколько неделикатный вопрос? Король кивнул. — Если вы вступите в повторный брак, и новая королева подарит вам сына, оставите ли вы принцессу Рейниру своей наследницей? — Спросил Лиман. В глазах короля вспыхнул гнев. — Я созвал всех лордов королевства, чтобы они присягнули Рейнире не из прихоти. Когда я умру, именно она станет моей преемницей на троне, независимо от того, сколько ещё у меня родится детей! — Король с грохотом поставил свой кубок на стол. Итак, король подтвердил своё обещание принцессе Рейнире. Что ж, это значительно осложняло возможность нового брака для короля. Закон и традиции гласили, что сын всегда наследует прежде дочери. Любые сыновья, рождённые у короля от второй жены, должны будут предшествовать принцессе Рейнире в линии наследования. Новая королева и её семья будут ожидать именно этого. Однако слово короля — закон. И если король Визерис пожелает оставить свою дочь наследницей, никто не посмеет ему перечить. По крайней мере, пока он жив. Но это поставит принцессу в опасное положение. Особенно если её новая мачеха будет происходить из могущественной семьи. И Веларионы были именно такой семьёй. Лорд Веларион был гордым человеком. На Великом совете он упустил шанс стать королём-консортом и в один прекрасный день посадить на Железный трон своего ребёнка. Он никогда не смирится с тем, что претензии его внука будут проигнорированы в пользу принцессы Рейниры. И чтобы избежать споров о престолонаследии, король Визерис не должен жениться на Лейне Веларион. Лиману было нужно представить другую кандидатуру. — Если вам нужны запасные наследники, женитесь на вдове с детьми, леди, которая уже доказала свою плодовитость, — предложил Лиман. Он уже успел тщательно обдумать этот вопрос, и подобное решение представлялось ему наиболее надёжным способом обеспечить продолжение королевского рода. Вдруг леди Лейна окажется бесплодной? Нет, разумнее будет выбрать женщину, которая уже успешно доказала свою способность к деторождению. Но важнее всего было другое. — Но не на вдове из Великого дома, — продолжил Лиман. — Это может быть леди из Королевских земель. — Семья, присягнувшая непосредственно дому Таргариенов, будет иметь гораздо меньше влияния, чтобы отстаивать претензии будущего принца, если до этого дойдёт. При поддержке короля положение принцессы Рейниры как наследницы будет неоспоримым. — Уверен, найдётся немало достойных дам, которые будут рады составить вам компанию и получить возможность стать королевой. А любым будущим детям можно будет предложить влиятельные должности. Король, казалось, задумался, поглаживая светлую бородку, покрывавшую его подбородок. — Составить компанию? — рассеянно переспросил он. — Именно так, — подтвердил Лиман. — Компанию, какую может составить только взрослая женщина. Кто-то, кто сможет предложить вам свою поддержку и заботу, с кем можно поговорить после тяжёлого дня. — Лиман представил, каким одиноким, должно быть, чувствует себя король. Взрослая женщина станет ему лучшей спутницей, чем юная леди Лейна. — Должен признать, эта идея не лишена смысла, — сказал король. Воспользовавшись расположением короля, Лиман продолжил. — Сообщите лорду Велариону, что вы не сможете жениться на леди Лейне, так как она ещё слишком юна. — Мейстеры предполагали, что трудности покойной королевы Эйммы на родильном ложе могли быть вызваны тем, что её брак был совершён, когда ей было всего тринадцать лет. Это обеспечивало прекрасный предлог для того, чтобы не подпустить дочь лорда Велариона к трону, поскольку королю сейчас нужны были запасные наследники. Однако был во всём этом и один крайне неприятный момент. — Поговорите с принцессой Рейнирой о возможности помолвки между ней и Лейнором Веларионом. Я уверен, что из него получится прекрасный муж. Это должно успокоить Морского змея. — Веларионы, в любом случае, оставались самым могущественным домом королевства, да и королю рано или поздно придётся задуматься о выборе жениха для принцессы. — Обручить Рейниру? — недоверчиво переспросил король. — Она ещё слишком юна для таких дел. — Он пренебрежительно взмахнул рукой. Лиман воздержался от замечания о том, что король в настоящее время рассматривал возможность женитьбы на девушке на несколько лет младше его дочери. — Им не обязательно жениться сразу, — возразил Лиман. — Возможно, через несколько лет. Король встал, и Лиман тоже поднялся на ноги. — Я подумаю над твоими словами, Лиман, но сейчас мне нужно готовиться к ужину. — Конечно, ваша милость, — ответил Лиман, поклонился и быстро покинул королевские покои. В надежде, что король Визерис прислушается к его словам. Ради блага принцессы и всего королевства.

***

Несколько дней спустя король созвал заседание Малого Совета, чтобы обсудить свою помолвку. Корабль сира Отто наконец вернулся с Драконьего камня, так что все советники были в сборе, за исключением нового великого мейстера, лишь недавно отплывшего из Староместа. За это время Лиман с помощью своей жены сумел разузнать о трёх довольно молодых высокородных вдовах из Королевских земель. Особенно Розамунда отметила леди Фалену Бар-Эммон, которая, судя по слухам, была очень хороша собой и родила покойному мужу двух здоровых сыновей. Лиман питал надежду представить этих дам совету, если король одобрит его идею. Лиман прибыл в зал Малого Совета вместе с лордом Лионелем и лордом Веларионом, которых он встретил по пути. Король, принцесса Рейнира и сир Отто уже ожидали их. Как и дочь сира Отто, леди Алисента. Это было необычно. Сир Отто никогда прежде не приводил свою дочь ни на одно из заседаний. Возможно, она была здесь, чтобы поддержать принцессу в час, когда решался будущий брак её отца. Хотя, в таком случае, она должна была находиться рядом с принцессой, а не стоять за спиной своего отца. Лиман не успел толком обдумать это, так как едва все советники заняли свои места, король оторвался от созерцания вида за окном, у которого стоял, и заговорил. — Доброе утро, милорды, — поприветствовал он их, направляясь к своему месту за столом. — Я решил взять новую жену. При этой новости лорд Веларион слегка выпрямился в кресле. В животе у Лимана похолодело от страха. Он предполагал, что на собрании будут обсуждать потенциальных невест, но, похоже, король собирается просто объявить о помолвке. Неужели король Визерис решил пренебречь его советом и жениться на леди Лейне? Прежде чем заговорить, король бросил взгляд через плечо Лимана, на принцессу Рейниру. — Я намерен жениться... — король запнулся и перевёл взгляд на сира Отто. Нет, на дочь сира Отто. — ...на леди Алисенте Хайтауэр. До конца весны. Седьмое пекло! Что творит король? Даже ошеломелённый этой новостью, Лиман не мог не заметить, что леди Алисента вовсе не выглядела счастливой от перспективы стать королевой. На самом деле, она даже не смотрела на своего новоиспечённого жениха. Её виноватый взгляд был устремлён поверх головы Лимана, на принцессу. Принцесса. Лиман с большим усилием подавил желание обернуться к ней. Знала ли она, что король собирается жениться на её лучшей подруге? Ведь всего несколько дней назад они обсуждали возможность его женитьбы на леди Лейне. В этот момент лорд Веларион вскочил на ноги. — Это безумие. Мой дом — самый могущественный в королевстве, мы происходим из Валирии, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. Значит, король даже не удосужился сообщить ему заранее, что не женится на леди Лейне. — А я твой король, — заявил его милость. На этих словах Морской Змей развернулся и вихрем вылетел из комнаты. Корона вновь пренебрегла домом Веларион. Повелитель Приливов не простит подобного оскорбления. Лиман с горечью осознавал, что корона вряд ли сможет рассчитывать на поддержку дома Веларионов в будущем. Затем король перевёл взгляд на свою дочь. Принцесса до сих пор не проронила ни слова. — Рейнира? - обеспокоенно спросил он. Лиман услышал движение за спиной и мгновение спустя увидел, как она, словно подгоняемая ветром, выбежала из комнаты, а её верный щит последовал за ней. На несколько мгновений воцарилась полная тишина. Затем, словно не заметив этих двух происшествий, Сер Отто невозмутимо потянулся к своему кубку с вином. — Тост, — провозгласил он, поднимая кубок. — За короля Визериса и леди Алисенту. Какая наглость! Лмман, вынужденный повиноваться дворцовому этикету, нехотя взял свой кубок и повторил тост вместе с лордом Лионелем. Король выглядел растерянным, а леди Алисента, казалось, была смущена таким вниманием. На её лице не промелькнуло даже тени улыбки. Кивнув в знак признательности, леди Алисента снова посмотрела на дверь. — Прошу прощения, ваша милость, милорды, — сказала леди Алисента. — Мне нужно поговорить с Рейнирой. — И не дожидаясь ответа, она поспешила вслед за принцессой. За столом остались только сам Лиман, король, лорд Лионель и сир Отто. Сир Отто... Лиман не припоминал, что когда-либо видел этого человека таким довольным. Даже в день назначения Десницей. Теперь же он станет отцом королевы. Лиман наивно полагал, что сир Отто довольствуется положением ближайшего королевского советника, но этот человек стремился взлететь ещё выше. Насколько же сильно Сир Отто опутал своими сетями короля? Он убедил короля Визериса отказаться от дома Веларион ради дочери второго сына. Хайтауэры были древним и гордым домом, но помолвка с леди Лейной была бы гораздо выгоднее. Брак с леди Алисентой не принесёт королю ничего, кроме тестя, явно ставившего свои амбиции выше интересов королевства. Король, похоже, не осознавал, какой опасности он подверг право принцессы Рейниры на Железный трон. Лиман не верил, что безграничные амбиции сира Отто будут удовлетворены тем, что его дочь станет королевой-консортом. Нет, этот человек желает возвести свою кровь на Железный трон.

***

Последовавшие недели были полны сплошного хаоса. В ответ на оскорбление короля лорд Веларион покинул Красный замок вместе со всей своей свитой и вернулся в Дрифтмарк. А Малый совет лишился мастера над кораблями. После бурных обсуждений освободившуюся должность предложили сиру Тиланду Ланнистеру. Но, хотя Ланнистеры и владели довольно большим флотом, он не шёл ни в какое сравнение с мощью флота Веларионов. Да и в том, что сир Тиланд хоть вполовину так же искусен в морском деле, как Корлис Веларион, Лиман сильно сомневался. Тем временем, из Цитадели наконец прибыл новый великий мейстер. Алестер был тихим и старательным человеком, чьё появление в Малом совете стало настоящим облегчением. Поскольку до приезда Тиланда совет состоял всего из четырёх человек, работы у оставшихся было больше, чем когда-либо прежде. Большую часть времени Лимана отнимали споры с Десницей о предстоящей свадьбе. Сир Отто, словно одержимый, настаивал на немыслимой роскоши, в то время как Лиман боролся за каждую монету. Неужели так уж необходимо нанимать на свпдьбу целых три труппы ряженых! Во всей этой суматохе Лиман не сразу смог найти время, чтобы поговорить с принцессой. Новость о свадьбе её отца с лучшей подругой стала для принцессы Рейниры страшным ударом. Розамунда слышала, что после объявления о помолвке обе девушки крупно поссорились, и с тех пор их не видели вместе вне официальных приёмов. Принцесса по-прежнему исполняла обязанности виночерпия на заседаниях Малого совета, но казалась отстранённой и молчаливой. Они с Лиманом больше не обсуждали дела совета. Хотя, учитывая, что всё внимание двора было обращено на королевскую свадьбу, и обсуждать было нечего. Принцесса Рейнира, похоже, не общалась и с королём. В присутствии Лимана принцесса обращалась к нему, лишь когда нужно было наполнить его кубок. Спустя несколько недель после объявления о помолвке Лиман решил разыскать принцессу. Расспросив стражников и слуг в Красном замке, он узнал, что принцесса упражнялась на тренировочном дворе. Слегка сбитый с толку, Лиман вышел из замка и обнаружил принцессу Рейниру на дальней стороне площадки с луком и стрелами в руках. Сир Кристон учил её стрелять по мишени, расположенной примерно в двадцати ярдах от них двоих. — Следите за своим правым локтем, принцесса, — произнёс он. Принцесса Рейнира слегка изменила стойку. — Так лучше. Отпустите тетиву, когда будете готовы, и не забудьте о завершающем движении. Стрела с глухим звуком вонзилась в мишень на расстоянии вытянутой руки от центра. Принцесса обернулась к сиру Кристону, и тот одобрительно кивнул ей. — Я не знал, что вы занимаетесь стрельбой из лука, принцесса — Сказал Лиман, приблизившись. — Лорд Бисбери, — поприветствовала его принцесса. — Леди Рея Ройс посоветовала мне заняться этим, когда гостила в Королевской Гавани. Она сказала, что мне не помешает освоить какой-нибудь воинский навык. Леди Ройс предложила подобное? Это было неожиданно. — Я и не знал, что вы с вашей тётей близки. — Ответил Лиман. — Моей тётей? — Уголки губ принцессы тронула первая за несколько недель улыбка. — Боги, только не вздумайте назвать её так при ней самой. Думаю, она бы предпочла как можно реже вспоминать о браке с моим дядей. Учитывая, с каким презрением принц Деймон отзывался о своей жене при дворе, Лиман не мог винить леди Ройс за это. — Мы немного поговорили на пиру после того, как лорды присягнули мне, — продолжила принцесса. — Я думаю, её немало позабавило, что Деймон лишился положения наследника. Лиман никогда не задумывался, как леди Ройс восприняла известие о смене наследника. Посде назначения принцессы Рейниры наследницей трона леди Ройс потеряла возможность стать королевой-консортом. Впрочем, если её чувства к мужу были хоть отдалённо схожи с теми, что питал к ней он, потеря трона была не слишком высокой ценой за шанс досадить принцу Деймону. — Могу ли я просить поговорить с вами наедине, принцесса? — спросил Лиман, бросив взгляд на королевских гвардейцев. — Всё в порядке, сир Кристон, — сказала принцесса, после чего её верный защитник отошёл на другой конец тренировочного двора. — Я хотел поговорить о ваших обязанностях виночерпия, — начал Лиман. — Я считаю, что вам пора передать их кому-то другому. — По правде говоря, принцессе уже давно пора это сделать. — Лорд Бисбери, при всём моём уважении, я не в настроении говорить об этом прямо сейчас. — Ответила принцесса, вновь натягивая лук и прицеливаясь. — Вы не можете вечно разливать вино, принцесса, — возразил Лиман. — Это подрывает ваше положение наследницы. А вы не можете себе этого позволить, особенно учитывая амбиции сира Отто в отношении его будущего внука. Лиман знал, что у лорда Лионеля Стронга всё ещё оставались сомнения относительно женщины на Железном троне. Если другие члены Малого совета встанут на сторону сира Отто, это не сулит принцессе ничего хорошего. — Мой дядя был прав, лорд Десница — грёбаный кусок дерьма. — На этот раз стрела принцессы вонзилась куда ближе к центру мишени, чем в прошлый раз. — Я не понимаю, как король этого не видит. Если не брать в расчёт ругательство, Лиман не мог ни согласиться с принцессой. — Вы должны сделать всё, чтобы укрепить ваше положение наследницы трона. Это поможет помешать планам сира Отто. Принцесса Рейнира с интересом посмотрела на Лимана. — И что вы предлагаете? Служба виночерпием — единственная возложенная на меня официальная обязанность. — Попросите короля передать ваши обязанности виночерпия кому-нибудь другому, — посоветовал Лиман. — Присутствуйте на заседаниях Малого совета как наблюдатель, пока вам не исполнится шестнадцать лет, а затем присоединяйтесь к ним в качестве официального советника. Принцесса усмехнулась. — Я сейчас не совсем в ладах с королём. — Она вновь натянула лук и прицелилась. — Сомневаюсь, что он вообще станет меня слушать. — Я знаю, что вы недовольны его помолвкой, — сказал Лиман. — Возможно, король принял... необдуманное решение, выбрав леди Алисенту. — Необдуманное? — Недоверчиво переспросила принцесса, выпуская стрелу. — Я не уверена, что он вообще думал! — Сир Отто, несомненно, попытается посадить на трон своего будущего внука, но вы с этим справитесь, — Попытался успокоить принцессу Лиман. Принцесса слегка склонила голову набок, словно изучая его. — Так вы думаете, что я злюсь на отца из-за угрозы моим правам на трон? — Ну, да, принцесса, — ответил Лиман. — Король поставил вас в очень опасное положение. — Король мог выбрать даму из семьи, не столь жадной до власти. — Да, обручившись с моей... лучшей подругой, — ответила принцесса. — Меня не волнует моё положение. Меня волнует, что он женится на ней! Костяшки пальцев принцессы Рейниры побелели, так сильно она сжала лук. — Я знаю, что вы с леди Алисентой были близки, как сёстры... — начал Лиман. — Как сёстры? — Перебила его принцесса, издав короткий, истеричный смешок. — Что ж, полагаю, я всё-таки Таргариен! — Лиман не понял, что она имела в виду, но принцесса не дала ему времени на размышления, продолжив. — Ему нет смысла жениться на Али… на леди Алисенте. У неё даже нет приданого! О боги, Лиман и думать не смел о приданом. У сера Отто не было ни земель, ни доходов, поэтому король отказался от приданого при заключении брачного договора. Он сказал Лиману, что не хочет ставить своего будущего тестя в неловкое положение. Вдобавок ко всему, свадьбу полностью оплатит корона. — Если дело не в выгоде, значит, он женился на Алисенте, потому что таково его желание, — продолжила принцесса. — Я дала ему разрешение жениться вновь ради блага королевства. Это должна была быть Лейна. А он предал меня. Они оба предали. Лиман понимал, почему принцесса Рейнира чувствовала себя преданной. После смерти королевы Эйммы король и леди Алисента были её единственными близкими людьми. И Лиман не был уверен, что бы он сам чувствовал на её месте. — Король проявил недальновидность, не сообщив вам о помолвке заранее, — сказал Лиман. Король мог бы хотя бы из вежливости рассказать своей дочери об этом наедине, прежде чем объявлять Малому совету. — Дело не только в этом, — ответила принцесса. — После объявления о помолвке я расспросила слуг. Король и леди Алисента тайно встречались уже несколько лун. Оказывается, она впервые посетила его покои в ночь похорон моей матери. У Лимана глаза на лоб полезли от изумления. Он никак не ожидал подобного нарушения приличий от набожной леди Алисенты. Особенно так скоро после смерти королевы. Если это правда, а не просто досужие сплетни, то сир Отто сильно рисковал. Если бы стало известно о том, что леди Алисенты встречалась с королём наедине, её репутация была бы уничтожена. Это также означало, что сир Отто планировал это гораздо дольше, чем думал Лиман. — Так что простите, если я сейчас не хочу просить помощи у короля, — заключила принцесса. — А теперь, если вы позволите, лорд Бисбери, мне нужно сосредоточиться на стрельбе из лука. — Хотя бы, подумайте об этом, принцесса, — сказал Лиман, понимая, что сегодня ему от принцессы не добиться большего. — Вы не можете вечно оставаться виночерпием. Принцесса Рейнира кивнула и потянулась за новой стрелой.

***

К счастью, принцессе Рейнире вскоре пришлось прислушаться к совету Лимана. Переломный момент настал на Малом совете две недели спустя. Обсуждая приготовления к свадьбе, сир Отто предложил, чтобы принцесса Рейнира лично разливала вино для отца и новой мачехи во время пира. По выражению её лица Лиман понял, что сир Отто едва избежал участи быть облитым этим самым вином с головы до ног. Нарушив молчание в отношении короля, принцесса попросила его задержаться после окончания совета. На следующем заседании Малого совета вино разливал юный слуга. Принцесса Рейнира сидела в стороне, внимательно слушая и делая записи. Король объявил, что она присоединится к ним в качестве полноправного советника после своих шестнадцати именин. и Лиман не без удовольствия отметил гнев, промелькнувший на лице сира Отто при этих словах.

***

В целом, несмотря на амбиции сира Отто, это едва ли была самая пышная королевская свадьба в истории. Неудивительно, что Веларионы не почтили столицу своим визитом. На послания, отправленные на Дрифтмарк, не последовало никакого ответа, но до Королевской Гавани дошли вести о том, что Морской Змей развязал войну. Лорд Веларион и принц Деймон собрали войска и начали кампанию по возвращению Ступеней. Несколько Великих Домов также прислали свои извинения. Леди Джейн Аррен ответила, что не сможет прибыть в столицу из-за спешки с организацией свадьбы и необходимости разбираться с набегами горных кланов. Король, увы, не уловил скрытого упрёка в её словах. Позже принцесса Рейнира призналась Лиману, что была расстроена отсутствием своей кузины. Оказалось, они поддерживали переписку с тех пор, как принцессу объявили наследницей, и она надеялась снова увидеть родственницу матери. Баратеоны также не почтили столицу своим присутствием. Лорд Боремунд Баратеон, дядя принцессы Рейнис, назвал причиной отсутствия вспыхнувшие беспорядки в Дорнийских марках. Лиман полагал, что они затаили обиду из-за оскорбления своей родственницы. Старки также извинились, сославшись на тяготы восстановления после зимы, а от Грейджоев и вовсе не последовало ответа. Тиреллы, хотя и присутствовали, не скрывали своего недовольства выбором короля. Супруга Лимана, Розамунда, слышала от придворных дам, что дом Тиреллов обеспокоен чрезмерной благосклонностью короны к Хайтауэрам. Они боялись, что вассалы посягают на их положение Верховных Лордов Простора и Хранителей Юга. День свадьбы выдался ясным и безоблачным. Стоя в первых рядах в Великой септе, Лиман чувствовал, как рубашка прилипает к спине от жары. Церемонию проводил сам Верховный Септон, прибывший из Староместа. Это устроил Сир Отто, воспользовавшись тесными связями между Хайтауэрами и Верой. Принцесса стояла с королём между статуями Отца и Матери, пока сир Отто вёл к ним свою дочь. Было решено, что принцесса Рейнира будет сопровождать отца, держа плащ Таргариенов. Лиман заметил, что принцесса выглядит неважно. Её лицо было бледным, а под глазами залегли темные круги. После того, как Верховный Септон произнёс необходимые молитвы, клятвы и песнопения, сир Отто шагнул вперёд и снял с плеч дочери серо-белый плащ дома Хайтауэров. Приняв плащ Таргариенов от дочери, король накинул его на плечи леди Алисенты и закрепил у её горла. Последовала короткая пауза. Невеста и жених обменялись взглядами, а затем произнесли свои последние клятвы. — Я твой, а ты моя, — сказал король. — С этого дня и до конца моих дней. — Я твоя, а ты мой, — повторила леди Алисента ровным, бесстрастным голосом. — С этого дня и до конца моих дней. Верховный септон высоко поднял семигранный кристалл, и радужный свет озарил пару. — Здесь, перед ликами богов и людей, я торжественно провозглашаю Визериса из дома Таргариенов и Алисенту из дома Хайтауэров мужем и женой. Одна плоть, одно сердце, одна душа отныне и навеки, и да будет проклят тот, кто станет между ними. Итак, дело было сделано. Король Визерис и королева Алисента стояли перед ликующей толпой. Сир Отто сиял. Лиману показалось, что он заметил, как по щекам принцессы Рейниры скатилось несколько тихих слезинок. На выходе из Великой септы Лиман потерял принцессу из виду. И только на полпути к Красному замку, он услышал рёв. Подняв глаза, он увидел золотого дракона, летящего в сторону залива Черноводной. Принцесса Рейнира вернулась в Красный Замок лишь на следующее утро.