To Forge an Heir

Отто Хайтауэр, десница короля

Отто не понимал, в какой момент всё пошло наперекосяк. Всю жизнь он усердно работал, добиваясь заслуженного признания. Отто помнил тот миг, когда ещё мальчишкой осознал, что Хайтауэр унаследует Хобарт. Лишь родившись на несколько лет раньше, его медлительный и нерадивый старший брат получил всё, в то время как сам Отто должен был довольствоваться объедками. Отто был в ярости от подобной несправедливости. Затем, поняв, что ничего не может изменить, он решил проложить свой собственный путь наверх. Он обдумывал разные варианты. Отто мог бы присоединиться к Вере или вступить в цитадель и остаться в Староместе. Ему бы не составило большого труда быстро подняться по служебной лестнице. Но было нечто, что его останавливало: септоны и мейстеры отказывались от своих родовых имён, принимая обеты. А он хотел, чтобы его запомнили как Отто Хайтауэра, сына, принёсшего дому Хайтауэров величие, невиданное с тех пор, как они были королями. Пусть история рассудит, кто из них лучший наследник — Отто или Хоберт. Не желая заискивать перед выскочками Тиреллами, Отто нацелился куда выше. Взяв с собой свою молодую семью, он переехал в столицу, ко двору короля Джейхейриса. В Королевской гавани Отто занял должность главы управления городом. И его знания пришлись как нельзя кстати. Однако Отто по-прежнему не был удовлетворён. Он страстно желал места в Малом совете, стать одним из тех немногих, кто направляет волю короля. И в глубине своей души он не мог ни признать, что больше всего жаждет стать Десницей короля. Тогда все эти надменные лорды в Красном замке перестанут смотреть на него свысока, как на простого второго сына. Дважды возможность ускользала у него сквозь пальцы. Сначала Десницей стал сир Райам Редвин после смерти септона Барта. Затем, когда стало очевидно, что он совершенно не подходит для этой должности, её передали наследнику короля, принцу Бейлону. Отто было начал строить планы, как подружиться с принцем, но Семеро ниспослали ему свою благосклонность. Принц Бейлон не прожил и недели после своего назначения. Король Джейхейрис попросил Отто стать десницей к концу дня, пока тело принца Бейлона ещё не остыло. Отто всегда подозревал, что такая спешка объяснялась желанием Старого Короля избежать смуты в условиях кризиса престолонаследия. Его первые дни в должности были заполнены спорами, король никак не мог решить, кого назначить своим наследником: принца Визериса или принцессу Рейнис. Сам Отто поддерживал принца; он не желал видеть этого прославленного пирата Корлиса Велариона во главе королевства, что неминуемо случилось бы, стань его жена королевой. Нет, принц Визерис обладал гораздо более приятным нравом, и под руководством Отто из него вышел бы прекрасный король. Однако король Джейхейрис смотрел на этот вопрос иначе и созвал Великий совет, чтобы лорды королевства сами решили, кто станет его преемником. Лорды поддержали естественный порядок вещей, и принц Визерис стал наследником, обойдя свою кузину. Последовавшие за этим два года были лучшими в жизни Отто. Поскольку король Джейхейрис был прикован к постели из-за ухудшающегося здоровья, именно Отто правил королевством. Каждое важное решение проходило через него, и все лорды жаждали заручиться его благосклонностью. Прежде презираемый как второй сын, Отто возвысился над ними всеми. Однако временами его всё ещё жгло изнутри. Второй сын. Второй по влиянию человек в королевстве. Иногда, восседая на Железном троне вместо короля Джейхейриса, Отто задавался вопросом, как бы он сам выглядел с короной Примирителя на голове. После смерти короля Джейхейриса и восшествия на престол короля Визериса почти ничего не изменилось. Отто больше не восседал на Железном Троне, но неопытный король сильно полагался на его помощь и советы. И Отто помогал. Он сдерживал амбиции Морского Змея, всё ещё не смирившегося с решением Великого Совета. Он советовал не аннулировать брак развратного принца Деймона, надеясь, что это удержит его в Долине подальше от двора. Отто содрогался при одной мысли, что произошло бы с королём и королевством без его руководства. Так прошло десять лет. И единственным, что не давало Отто покоя был вопрос престолонаследия. Несмотря на многочисленные беременности, королева Эймма так и не смогла исполнить свой долг, подарив королю сына. И единственным живым ребёнком короля оставалась принцесса Рейнира. Отто убедил Алисенту подружиться с этой своевольной девчонкой в надежде обрести влияние на будущую королеву-консорт, когда она выйдет замуж за брата, как это было принято у Таргариенов. Но этот брат так и не родился. И отвратительный принц Деймон оставался непризнанным наследником короля Визериса. А затем королева Эймма и принц Бейлон умерли. И тогда Отто увидел возможность. Королю нужно было снова жениться. Ему нужен был сын, чтобы обеспечить престол и стабильность в королевстве. Так, почему бы королю не жениться на дочери Отто? И почему бы будущему наследнику не быть внуком Отто? Отто долгие годы трудился на благо короны, пока король устраивал пышные пиры и бесчисленные турниры. Разве Отто не заслужил награды? Пусть у Хоберта и его потомков будут Хайтауэр и Старомест. У потомков Отто будет всё королевство. Благодаря ему Хайтауэры снова станут королями. Алисента выросла и превратилась в миловидную девушку, так похожую на дорогую покойную жену Отто, упокой, боги, её душу. Он был уверен, что король будет одинок в своём горе, и общество Алисенты станет целительным бальзамом на раны, оставленные ему этой трагедией. Ей нужно было лишь несколько раз навестить короля в его покоях, чтобы очаровать его. Король Визерис никогда не отличался силой духа. Вместе с тем Отто не мог не думать, сколь непоправимый урон будет нанесён репутации Алисенты, если поползут слухи о её визитах в покои короля. Однако он счёл риск оправданным. В конце концов, королю нравилось считать себя благородным человеком; Отто не сомневался, что сможет убедить его взять Алисенту в жёны, чтобы сохранить её честь, если их тайные встречи вдруг станут достоянием гласности. На крайний случай он мог даже сам распространить этот слух, если король не захочет жениться на Алисенте. На пути Отто стояло только одно препятствие — принц Деймон. Этот человек никогда бы не смирился с потерей своего положения наследника в пользу внука Отто. Он скорее убил бы Отто, Алисенту и самого короля, чем позволид такому случиться. Нет, принц Деймон не должен был оставаться наследником. А значит, принцнсса Рейнира должна была на время занять его место. Отто пытался убедить других советников, что принц Деймон слишком вспыльчив, чтобы оставаться наследником, но с ним согласились только великий мейстер Меллос и Лиман Бисбери. Остальные колебались, не желая назначать женщину наследницей трона. Однако принц Деймон сам выкопал себе могилу. Один из шпионов Отто доложил ему, как принц Деймон назвал принца Бейлона «Наследником на день». Услышав об этом, король пришёл в ярость, и Отто понял, что судьба принца Деймона решена. Две луны спустя лорды королевства поклялись в верности своей новой наследнице. Отто выжидал, а Алисента продолжала навещать короля. Вскоре король Визерис будет готов взять новую жену. Отто не особенно обратил внимание на то, что Бисбери убедил короля назначить мейстера для обучения принцессы Рейниры. Он вяло попытался возражать, не желая, чтобы принцесса чересчур привыкала к положению наследницы. Но это не имело большого значения, учитывая, что вскоре у принцессы должен был появиться младший брат, а у Отто были дела и поважнее. Возможно, если бы Отто с самого начала прислушался к зловещим знамениям, всего этого бы не произошло. Но как, скажите на милость, он мог предвидеть, что Лиман Бесбери поддержит принцессу? Корлис Веларион хотел сделать свою дочь королевой. И на первый взгляд она подходила на эту роль как нельзя лучше: её семья происходила из Валирии, была богата и владела драконами. Однако у Отто было неоспоримое преимущество: Лейна Веларион была ещё ребёнком. Алисента же была взрослой женщиной, к которой король уже был очень привязан. Когда король объявил о своей помолвке с Алисентой, Отто решил, что победил. Он победил. Именно он, второй сын, возведёт кровь Хайтауэров на трон, обеспечив им влияние на корону. А отъезд оскорблённого Корлиса из столицы, чью семью в очередной раз отвергли, стал вишенкой на торте. Несколько недель спустя король объявил, что принцесса Рейнира будет освобождена от должности виночерпия. Вместо этого, она должна была продолжить неофициально посещать заседания Малого Совета до своего совершеннолети. Тогда она должна была присоединться к советникам. Король не посоветовался с Отто. Уж он бы не допустил этого. Не стоило принцессе забивать себе голову иллюзиями о том, что она правда может стать королевой. Почему Отто не предвидел надвигающейся бури тогда? Свадьба короля и Алисенты получилась не такой пышной, как ему бы хотелось — многие Великие Дома предлочли пропустить торжество. Контроль Бисбери над королевской козной также не способствовал размаху мероприятия. Впрочем, пышность празднества не играла особой роли. Алисенту и короля обвенчал Верховный септон, а первая брачная ночь окончательно скрепила их союз. Алисента быстро забеременела. И судьба оказалась к ней благосклоннее, чем к покойной королеве Эймме. Принцессе исполнилось шестнадцать, и она заняла место в Малом Совете, приступив к обязанностям принцессы Драконьего Камня. Отто скрипел зубами, вынужденный выслушивать её идеи, но он годами терпел принца Деймона, так что потерпит и принцессу, пока Алисента не родит сына. А затем Алисента родила здорового мальчика, принца. Отто никогда не испытывал подобного счастья. Наконец-то годы упорной работы и тщательного планирования принесли свои плоды. Его род будет править Семью королевствами. И пусть цвет волос мальчика оставлял желать лучшего, его фиалковые глаза гарантировали, что никто не усомнится в его законности. К сожалению, король отказался от имени Эйгон. Но Эймон тоже было сильным именем дома Таргариенов. И мальчик в любом случае был первенцем короля. Отто терпеливо ждал, что король официально изменит порядок престолонаследия, ведь Эймон рос крепким и здоровым, но этого так и не произошло. Спустя год Отто потерял терпение и за ужином напрямую спросил у короля, когда тот планирует объявить Эймона принцем Драконьего Камня. Король Визерис в ответ посмотрел на него с лёгким недоумением. — Рейнира — моя наследница, и она останется принцессой Драконьего камня, как и положено первенцу короля. Отто решил, что король шутит. Он даже тихо рассмеялся, до того нелепым казалось это заявление. Однако король не разделил его веселья. Когда же Отто настоял на серьёзном ответе, король Визерис подтвердил, что принцесса Рейнира останется наследницей. Отто с трудом сдержал клокочущую в груди ярость. — Теперь у вас есть сын. По всем законам богов и людей, Эймон должен стать вашим наследником. — Ты забываешься, Отто. Может, ты теперь и член моей семьи, но я — король. И я никогда не давал тебе повода думать, что изменю порядок наследования, если Алисента родит мне сына. Да этого и не требовалось! Это было так же очевидно, как то, что небо голубое, а трава — зелёная! Закон гласил, что женщина не могла наследовать прежде брата. Это не Дорн с его извращёнными обычаями. Да даже принцесса Рейнис формально имела больше прав на трон, но король Джейхейрис передал этот вопрос на рассмотрение лордов, сознавая возможность восстания. И лорды поддержали мужчину! Так было заведено: Эймон должен был занять Железный трон после короля Визериса, а не принцесса Рейнира. Сестра должна подчиняться брату, а оба они — своему отцом и Семерым. К тому же, наследие каждого мужчины должно переходить к сыну, как продолжателю его имени и рода, а не к дочери, которая должна будет выйти замуж в другую семью и продолжить род своего мужа. Назначение принцессы наследницей было лишь временной мерой, чтобы сдержать амбиции принца Деймона. Если она станет королевой, обойдя Эймона, королевство погрузится в хаос и войну. Отто пытался убедить в этом короля, но тот лишь разозлился и предложил отложить разговор до утра. В последующие дни Отто снова и снова поднимал этот вопрос, но раз за разом получал один и тот же ответ: король Визерис не был намерен менять порядок наследования. Отто был в замешательстве. Это не входило в его гениальный план. Так что он решил поискать союзников среди придворных. Конечно, если король поймёт, что большинство лордов не одобряет принцессу Рейниру в качестве наследницы, он изменит своё решение. Король Визерис всегда легко поддавался чужому влиянию. Однако найти противников притязаний принцессы оказалось не так просто, как он ожидал. Он начал с Малого совета. Лорд Стронг в своё время активно возражал против назначения принцессы наследницей трона. Но теперь, когда Отто намекнул ему в разговоре, что Эймон стал бы лучшим наследником, Стронг ответил лишь, что слово короля — закон, и им не стоит более говорить об этом. Позже Отто узнал, что обе дочери лорда Стронга теперь служат фрейлинами принцессы Рейниры. А его сын-калека получил должность смотрителя Королевского монетного двора. Это была не самая важная должность при дворе, но, безусловно, скачок вверх по сравнению с местом королевского дознавателя. Великий мейстер, немало наслышанный об уме и трудолюбии принцессы от её мейстера, считал её достойной наследницей. Отто ощутил, что ему не хватает великого мейстера Меллоса, послушно следовавшего его советам. Алестер оказался куда несговорчивее. Даже Бисбери — человек, присягнувший дому Хайтауэров, — не поддался на уговоры Отто. Единственным, кто его поддержал, оказался сир Тиланд, но этого было явно недостаточно, чтобы переубедить короля. Тогда Отто решил побольше разузнать о принцессе. Пока он наслаждался победой послн рождения Эймона, принцесса укрепляла свои позиции. Сначала он заметил тесную связь между ней и Бисбери. Они часто выходили с заседаний Малого Совета, о чём-то оживлённо беседуя. А шпионы сообщали, что принцесса часто навещает кабинет Бисбери. Отто был готов на всё, чтобы узнать, что Рейнира пообещала ему за поддержку. Новые земли? Должности для родных? Какой-то высокий титул? Затем Отто обратился к Алисенте. Две молодые женщины помирились, и Отто надеялся, что его дочь использует их дружбу, чтобы склонить принцессу Рейниру на свою сторону. Но и тут его ждала неудача. Алисента спокойно ответила ему, что принцесса останется наследницей, потому что такова воля короля, и она не станет перечить мужу. И даже несмотря на все протесты Отто, его дочь продолжала стоять на своём. Алисента всегда была странно привязана к этой девчонке. Отто знал, что несколько лет назад между ними что-то произошло, и его покойная жена запретила дочери видеться с принцессой. Мелара наотрез отказалась рассказывать ему, что же всё-таки случилось, но целую неделю посещала с Алисентой септу, помогая ей покаяться. Отто пришлось настоять, чтобы его жена разрешила Алисенте снова общаться с подругой. Нельзя было допустить, чтобы Алисента потеряла влияние на принцессу. Хотя, похоже, именно принцесса Рейнира теперь целиком и полностью влияла на Алисенту. И, кажется, эта странная привязанность лишила Алисенту здравого смысла. Если уж Алисента всё равно продолжала дружить с принцессой, она могла хотя бы убедить её поддержать права Эймона. Тем не менее, Алисенте удалось убедить принцессу Рейниру заняться благотворительностью. Отто надеялся, что подобные женские занятие смогут отвлечь принцессу от политики королевства, но, плхлже, снова ошибся. Все эти неудачи начинали злить Отто. Хоберт засыпал его письмами из Староместа, требуя сказать, когда же король объявит Эймона наследником. Отто было стыдно признаваться в том, как обстоят дела на самом деле. Он всё ещё надеялся, что со временем король одумается. Ведь рано или поздно он должен понять, что королевство никогда не примет королеву. Отто начал искать поддержки у лордов, по его мнению разделявших его взгляды. У тех, у кого были старшие сёстры или дочери. У тех, кто чувствовал угрозу от созданного королём прецедента и беспокоился о своей власти. Многие не желали преклонять колено перед королевой, но большинство не были готовы идти против воли короля. Особенно, учитыывая тот факт, что Отто не мог предложить им ничего взамен. День вторых именин Эймона казался прекрасным поводом, чтобы склонить чашу весов в свою пользу. На праздник съехались лорды со всего королевства. Король должен был увидеть, как все любят его сына, как счастливы, что у королевства наконец-то появился законный наследник. Когда Отто услышал о белом олене, он счёл это знаком Богов. Кто посмеет оспорить права его внука, когда его благословили сами Боги? Но белого оленя нашли не королевские охотники, а эта проклятая девчонка, гори она в семи преисподнях! Они с Бисбери просто наткнулись на него после того, как на них напал дикий кабан. И, что ещё хуже, у них была целая компания знатных свидетелей. Отто никак не мог обвинить их во лжи, и ему оставалось лишь, стиснув зубы, выслушивать, как все обсуждают чудесное событие, совсем забыв про Эймона. А презрительный взгляд Хоберта был почти невыносим. Хотя и Хоберт не мог ничем похвастаться, ведь он так и не смог склонить Бисбери на их сторону. Тогда у Отто родился отчаянный план. На охоте он подслушал разговор нескольких лордов из Долины о неком сире Арнольда Аррена. Ходили слухи, что этот кузен леди Аррен, её наследник, хочет занять её место правителя Орлиного Гнезда. Отто анонимно написал сиру Арнольду, советуя ему обратиться за помощью к королю, ссылаясь на прецедент, созданный Великим Советом. Он был уверен, что сможет убедить короля Визериса выслушать дело сира Арнольда, чтобы сохранить мир в Долине. Тогда леди Аррен будет вынуждена приехать в столицу и защищать свои права перед королевством. Пусть король увидит, что думают лорды о правящей женщине, когда есть более достойный мужчина-наследник. В худшем случае, леди Аррен будет унижена. В лучшем — Отто сможет убедить короля, что он не может отказать сиру Арнольду, не поставив под угрозу свои собственные права на трон. Если убрать леди Аррен с дороги, притязания принцессы Рейниры ещё ослабнут. Отто не учёл только, что сир Арнольд окажется полным дураком. Он не был уверен, что послужило причиной нападения сира Арнольда на леди Аррен. Дошли ли до него вести о том, что королевские войска направляются к Ступеням? Или же отъезд леди Аррен из Орлиного Гнезда показался ему слишком заманчивой возможностью? Как бы то ни было, он собрал свои силы и напал на Редфорт. Во имя всех богов, сир Арнольд был признанным наследником леди Аррен! Ему нужно было всего лишь напасть на леди Аррен из засады и тихо убить её, переложив всю вину на горные кланы, и Долина перешла бы к нему. Именно такой путь Отто посоветовал бы ему, если бы знал, что этот человек так склонен к братоубийству. Вместо этого сир Арнольд похоже решил сыграть в рыцаря, одолев свою кузину в честном бою. Отто стоило огромных усилий не запустить кубком в стену от отчаяния. Вместо этого он тщательно скрыл свой гнев и сосредоточился на том, чтобы отговорить короля от вмешательства. Это был опасный шаг. Одно неверное слово — и Малый Совет заподозрит его в сговоре. Увы, Бисбери, лорд Стронг и принцесса убедили короля в необходимости поддержать Долину. Однако не всё было потеряно. Их войскам потребовались бы недели, чтобы добраться до Редфорта, и у сира Арнольда хватило бы времени, чтобы убить леди Аррен. Конечно, корона ни в коем случае не смогла бы признать его лордом Долины после убийства кузины, но, по крайней мере, леди Аррен была бы устранена. А потом принцесса Рейнира предложила полететь в Долину на своём драконе. Отто и представить не мог, что король согласится. Принцесса было не место на войне. К тому же, она по-прежнему оставалась наследницей трона. Но отто знал, что дерзкая девчонка всё равно ослушается и полетит в Долину. Что ж, он надеялся, что её неповиновение королю откроет глаза лордам. Тогда все увидят, что она так же безумна, как и её дядя. Однако король уступил. Правда, не преминув при этом невольно признаться, что не считает Эймона и Хелейну своими детьми. Тогда Отто начал понимать, что отныне король глух к голосу разума. Он слишком слаб перед капризами своей единственной дочери. На следующий день принцесса Рейнира улетела на войну, а глубокой ночью Отто проник в септу замка. Он зажёг свечу и пал на колени в молитве. Пусть её поразит шальная стрела! Пусть порвётся седло её дракона! Пусть кинжал убийцы вонзится ей в спину! А если же ей суждено выжить, даруй мне сил исполнить свой долг. Но ответом ему служил лишь бесстрастный лик Неведомого.

***

Королевский гвардеец

Кристон всегда мечтал стать рыцарем. Сын стюарда, он не имел большого выбора, но мысль об этом завладела им с юных лет. Рыцари были воплощением его идеалов: силы, доблести, чести и беззаветной преданности. Рыцарей не принижали из-за цвета их кожи. Над рыцарями не насмехались, называя их мать дорнийской шлюхой. Он знал, что это будет нелегко. Его дорнийские корни и простое происхождение играли против него. Кристон был готов бороться за малейшую возможность, понимая, что ничто в жизни не достанется ему просто так. В детстве, когда он не бегал по поручениям, чтобы заработать немного денег для своей семьи, Кристон пробирался на тренировочные площадки в Чёрном приюте. Будучи слишком низкого происхождения, чтобы получить настоящее обучение, он жадно наблюдал за тренировками оруженосцев и юных лордов, пытаясь повторить все их упражнения. Любая возможность сразиться, даже в учебном поединке, была для него бесценна. Он жаждал испытать свои навыки, а не просто махать мечом против соломенного чучела. Ночью Кристон засыпал в изнеможении, покрытый синяками и с волдырями на руках. Несмотря на его умение обращаться как с булавой, так и с длинным мечом, никто не спешил брать его в оруженосцы. Это было несправедливо. Раз за разом ему предпочитали мальчишек с громкими именами, чьи навыки не шли ни в какое сравнение с его умениями. Кристон неустанно обращался к Семерым, молясь, чтобы его усилия были вознаграждены, чтобы кто-то увидел его потенциал. В конце концов, ему представилась возможность проявить себя, когда лорд Дондаррион отправил своих людей отбивать набеги дорнийцев в Дорнийских марках. Наспех собрав все доспехи, которые он смог себе позволить, Кристон отправился сражаться как простой пехотинец. Поначалу ему пришлось нелегко. Сослуживцы относились к нему с подозрением, отказывались делить еду и питьё, боясь, что он дорнийский шпион, посланный отравить их. Даже после того, как Кристон сражался и убивал бок о бок с ними, он продолжал выслушивать колкости в свой адрес. — Не забудь надеть шлем в бою, Кристон, а то ещё примем тебя за дорнийца и убьём! Один сослуживец как-то назвал его «дорнийским псом», но кулаки Кристона быстро дали понять обидчику, что он не потерпит подобного оскорбления. тот солдат избегал его до конца службы, и больше никто не осмеливался повторить ничего подобного. Когда сир Арлан Дондаррион попросил добровольцев для штурма двух сторожевых башен на Костяном пути, горном перевале, соединяющем Дорн со Штормовыми землями, Кристон вызвался первым. Он чувствовал, как предвкушение звгорается в его крови. Это был его шанс проявить себя. Он сражался яростно, и каждый убитый дорниец приближал его к заветной мечте о рыцарстве. И когда всё было кончено, а сторожевые башни разрушены, сир Арлан объявил о своём намерении посвятить его в рыцари. Кристон в своих окровавленных доспехах провёл ночь, молясь перед статуей Воина. На рассвете он преклонил колено перед сиром Арланом. — Именем Воина обязую тебя быть храбрыми. Именем Отца обязую тебя быть справедливыми. Именем Матери обязую тебя защищать юных и невинных. Именем Девы, обязую тебя защищать всех женщин. Именем Старицы, обязую тебя быть мудрым. Именем Кузнеца, обязую тебя быть трудолюбивым. Именем Неведомого, обязую тебя хранить эту клятву до конца своих дней. Сир Кристон встал. Лорд Дондаррион предложил ему место среди своих рыцарей, и Кристон с радостью согласился. Чтобы показать, что он серьёзно относится к своей новой должности, Кристон старался стать примером для других рыцарей. Оставив позади юношеские увлечения, он решил хранить целомудрие, считая, что его новое положение обязывает. Он не пил и не играл в крсти. Пока его товарищи развлекались в ближайшем городе, Кристон полировал доспехи или молился в септе. Он должен был стать безупречен. Ведь в любой момент он мог потерять всё, чего добился. В конце концов, он покинул службу Дондаррионам. Он жаждал большего. Кристон стал колесить по стране, предлагая свой меч тем, чьи цели казались ему достойными. Так судьба привела его в Королевскую Гавань на Турнир Наследника. Он не мог упустить шанс испытать себя в бою с лучшими рыцарями королевства. Кристон и сам не ожидал такого успеха. Он не был турнирным рыцарем и никогда не тратил время на упражнения с копьём. В тот день, на Турнире Наследника, он сражался как никогда. Казалось, сам Воин направлял его руку. Его копьё разило одного противника за другим, в том числе и самого принца Деймона. Затем он решил попросить знак внимания у принцессы Рейниры. Кристон был уверен в своей победе, а покровительство принцессы сулило ещё большую удачу. В конце концов, они собрались здесь, чтобы отпраздновать рождение её будущего брата. Однако, турнир был прерван из-за смерти королевы и новорождённого принца. Несмотря на это, Кристон проявил себя на турнире достаточно хорошо, чтобы его пригласили на отбор в Королевскую гвардию. Королевская гвардия, лучшие рыцари королевства, поклявшиеся защищать короля и его семью. Это была честь, о которой он не смел и мечтать. Он принял приглашение, понимая, что, скорее всего, его не выберут, но само участие в отборе улучшит его репутацию. Хотя это и было ниже его достоинства, Кристон не мог избавиться от презрения, оглядывая своих соперников. На них были блестящие, новенькие доспехи, явно не знавшие настоящих сражений. За ними стояли оруженосцы с гербами. Кристон знал немало подобных людей. Они привыкли, что при одном звуке их имени перед ними открываются все двери. Его опасения оправдались, когда лорд-командующий начал перечислять «достижения» других кандидатов: турнирные победы и поимка браконьеров. Кристон знал, что принцесса выберет одного из них, ведь он был слишком низкого происхождения для подобной чести. Но принцесса Рейнира выбрала его, признав, что его воинское мастерство важнее происхождения. В тот миг Кристон поклялся служить ей до конца своих дней. В ту же ночь Кристон был принят в королевскую гвардию перед королём, принцессой Рейнирой и лордом-командующем сиром Гаррольдом Вестерлингом. Опустившись на колени перед Железным троном, Кристон принёс торжественную клятву. — Я клянусь защищать короля всеми своими сиоами и отдать свою жизнь за него. Я не возьму жены, не буду владеть землями, не заведу детей. Я буду хранить его тайны, исполнять его приказы, следовать за ним в бой и защищать его имя и честь. Несмотря на то, что он присягал королю, Кристон не мог отвести взгляда от принцессы, удостоившей его этой чести. Когда она накинула белоснежный плащ ему на плечи, Кристон испытал небывалую гордость. Кристон неотступно следовал за принцессой изо дня в день. И подобно тому, как она разглядела в нём достойного рыуаря в день отбора в Королевскую гвардию, Кристон разглядел в ней истинную наследницу трона. Он видел, как она не пропускала ни одного заседания Малого совета. Видел, как прилежно она занималась с мейстером. Видел, как любезна она вела себя с придворными, искавшими её внимания. Видел, как она, не щадя себя, отдавалась урокам стрельбы из лука. Видел, как она ежемесячно летала на Драконий Камень, чтобы исполнять свой долг. Видел, как она выезжала в город и старалась улучшить жизнь простого народа, никогда не выказывая им презрения. Кристон видел в принцессе Рейнире великую правительницу. Кристон не был глух к слухам при дворе. Он знал, что многие ждут, когда король назовёт своим наследником маленького принца, сместив принцессу Рейниру. Но он также видел, как принцесса укрепляла свои позиции, усердно работая, чтобы разубедить тех, кто сомневается в ней из-за её пола. Кристон видел в принцессе Рейнире тот же огонь, что горел и в нём. Желание проявить себя в мире, который с рождения смотрел на них свысока. Когда на охоте в честь вторых именин маленького принца принцесса повстречала белого оленя, его вера в неё ещё укрепилась. Даже при своём скудном образовании Кристон знал, что знаменует собой белый олень. Это должно было стать знаком для тех, кто всё ещё сомневался в решении короля. Боги благословили принцессу Рейниру править королевством. Во всём была воля богов: и в его триумфе на турнире, и в том, что принцесса выбрала именно его. Боги хотели, чтобы он стал её защитником. Боги хотели, чтобы он помог ей стать первой правящей королевой Семи Королевств.

***

Визерис

Никто и никогда не спрашивал Визериса, хочет ли он быть королём. Когда он очнулся от оцепенения после смерти отца, все уже только и говорили о о том, кто станет преемником его деда: он или Рейнис. Ходили слухи, что Корлис готовил флот Веларионов на Дрифтмарке, а Деймон уехал собирать армию. Визерис порой думал: а если бы не эта армия, если бы Деймон прежде посоветовался с ним, смог бы он избежать тяжкого бремени королевской власти? Но когда Деймон вообще его слушал? Визерис никогда не мечтал о короне. Он знал, что после смерти Джейхейриса трон займёт его отец, а затем и он сам, но это казалось таким далёким. Бейлон так и не оправился после смерти жены и старшего брата, но всё же был полон сил и совсем не стар. У Визериса должно было быть время. Время учиться у отца, постигать предназначение наследника под его руководством. Но вот, на Великом Совете прозвучало имя Визериса как нового наследника Железного Трона. И, глядя на угасающего короля Джейхейриса, он понял, что его время вышло. Он хорошо помнил свою первую ночь в Красном замке после того, как его провозгласили принцем Драконьего камня в Харренхолле. Визерис всё ещё приходил в себя после решения лордов, когда дед вызвал его в глубины Красного Замка. Несмотря на то, что король на словах чтил Веру в Семерых, он велел снять плоть с головы Балериона и установить череп на алтарь. Там, под невидящим взором Чёрного Ужаса, Джейхейрис рассказал Визерису о том, что побудило Эйгона оседлать дракона и отправиться на завоевание. О страшной зиме, что надвигается с севера, дабы уничтожить мир живых. О короле из рода Таргариенов, который должен восседать на Железном Троне, чтобы объединить королевство против холода и тьмы. О Песни Льда и Пламени Эйгона Завоевателя. Визерис был потрясён. Он по-прежнему не был уверен, хочет ли корону, а теперь дед возложил на него ещё более тяжкое бремя. Судьба всего мира зависела от его рода. Ужас тисками сковал его грудь, а на висках выступила испарина. Визерис не был лидером, он не умел вести за собой людей. Деймон умел. Рейнис внушала преданность. Визерис же всегда был миротворцем в их маленькой троице. Он не думал, что у него хватит сил сохранить королевство перед лицом такой угрозы. А дед лишь похлопал Визериса по плечу в ответ на молчание и удалился спать, оставив его в смятении перед Балерионом. На следующий день Визерис отправился к Джейхейрису, желая узнать больше. Оставил ли Эйгон записи о том, что именно он видел? Когда должна наступить эта страшная зима? Видел ли он короля Таргариенов, сидящего на Железном Троне, описывал ли его? Но Джейхейрис и сам больше ничего не знал и только показал ему надпись, сделанную Эйгоном на валирийском кинжале. Неужели это всё, что Эйгон им оставил? Визерис начал искать в библиотеке Красного Замка всё, что касалось Завоевателя. Когда это оказалось безуспешным, он приказал привезти книги с Драконьего Камня. Все, что касалось Эйгона Завоевателя и Дейнис Сновидицы. Должно же было существовать хоть что-то, хоть какой-то намёк на их будущее. Но Визерис не нашёл ничего полезного. Король слабел день ото дня, но его новый десница, Отто Хайтауэр, крепко держал королевство в своих руках. Визерис был рад оставаться свободным и посвятить себя учёбе. Эймма родила мёртвую девочку. А Визерис так надеялся на здорового мальчика, чтобы обеспечить свой трон и передать сон Эйгона. Но им просто нужно было продолжать пытаться. Старый Король умер. Поскольку у Визериса больше не было дракона, Деймон и Караксес зажгли погребальный костёр. На этот раз его брат сумел сохранить достоинство, соответствующее их положению, и церемония прошла успешно. В недели, предшествовавшие коронации, Визерис пытался справиться с наплывом лордов в Королевской Гавани, выслушивая прошения и разрешая споры. И всё это тяжким бременем легло на него, нового короля. К тому же, он слишком часто замечал взгляды, обращённые на живот Эйммы, в надежде увидеть признаки новой беременности. Отто был даром богов в те дни, беря на себя многие обязанности Визериса. После коронации Визерис с облегчением утвердил Отто в должности Десницы короля. Ему нужна была его мудрость, чтобы справиться с грядущими испытаниями. Шли годы. Визерис начал чувствовать себя более уверенно на троне. Он перестал полагаться на Отто и Малый совет во всём. И иногда ему даже казалось, что он неплохо справляется. Тем не менее, корона временами казалась слишком тяжёлой. И Визерис не мог ни думать, была бы она так же тяжела для Рейнис. У него всё ещё не было наследника. Маленький Эйнар прожил всего несколько месяцев м умер. Визерис был безутешен в своём горе после потери сына. Но он решил не опускать руки. Рано или поздно у них всё получится. Должно получиться. Он должен передать сон Эйгона своему сыну. Эймма советовала ему чаще общаться с Рейнирой. Похоже, его дочь скучала по нему. Но Визерис не мог выкроить время из-за своих обязанностей, поэтому он сделал Рейниру своим виночерпием. Это показалось ему справедливым решением. Эйрион родился уже мёртвым. Почему боги оставили его? Визерис видел, как сын Рейнис, Лейнор, растёт прекрасным юношей с добрым нравом. Всадник дракона. Умелый воин. Усердный ученик. Всё, чего королевство ожидало от отпрыска дома Таргариенов. Всё, что Визерис хотел видеть в своём сыне. И тогда Визерису приснился сон. О прекрасном сыне с серебристыми волосами и короной Завоевателя на голове. О грохоте копыт, треске щитов и звоне мечей. О том, как его сын восходит на трон под звон колоколов Великой септы и рёв драконов. Этот сон был ярче всего, что Визерис когда-либо испытывал. Несомненно, это было пророческое видение, подобное тем, что посещали Дейнис и Эйгона. У него будет сын, и все разговоры при дворе о наследнике стихнут. Королевство останется сильным и единым, готовым встретить грядущие ужасы. Может, Визерис и не станет великим королём, о котором сложат песни, но он войдёт в историю дома Таргариенов как сновидец. Вскоре Эймма забеременела. Наконец, после стольких лет, у него будет наследник, принц Драконьего Камня. При дворе считали Деймона его неофициальным наследником, но его брат никогда не подходил для этой роли. По совету Рейниры он пытался назначить Деймона на различные должности в Малом Совете, но тот относился к работе несерьёзно. Единственное, в чём Деймон и правда был силён — это создание хаоса. Шли месяцы, и Визерис испытывал всё большую радость, предвкущая, скорое рождения сына. Он приказал своему совету устроить турнир, чтобы достойно отметить это событие. Многие отговаривали его. Эймма беспокоилась, что случится, если родится девочка. Но они не видели того, что видел Визерис. Они не знали, что их будущий король уже вот-вот появится на свет. Но он не появился. Он застрял в родовых путях и его никак нельзя было перевернуть. Великий мейстер предоставил Визерису выбор: потерять их обоих или спасти сына. А ему нужен был сын, королевству нужен был сын. Наверняка, если бы его жена была в здравом уме, она бы поняла. Они годами надеялись и молились о сыне. Визерис держал Эймму за руку и старался не слушать её криков. В конце концов, это не имело значения. Бейлон не прожил и дня. Визерис потерял Эймму напрасно. Он убил Эймму напрасно. Его жена, с которой он прожил двадцать лет, лежала на погребальном костре из-за его глупого решения. Что ему оставалось делать? Он едва помнил времена до их брака. И будущее без неё представлялось Визерису зияющей бездной. Он не был сновидцем. Все его надежды на божественное благословение оказались лишь следствием тщеславия. Мальчик в короне Завоевателя был всего лишь сном. Вскоре после похорон Малый Совет вызвал его для обсуждения вопроса о престолонаследии. Неужели он не мог хоть немного передохнуть? Неужели он не мог зоть немного погоревать? Нет. Похоже, дурная репутация его брата восстановила многих лордов против него, и Совет ни за что не хотел видеть Деймона на Железном Троне. Они даже предлагали пренебречь традициями и провозгласить наследницей Рейниру. Визерис не желал играть в эти глупые политические игры, когда пепел его жены и сына ещё не остыл. Почему всем всегда что-то от него нужно? Он в ярости выбежал из зала Малого совета. Может быть, если он назначит официального наследника, они наконец заткнутся и оставят его в покое. Успокоившись, Визерис пошёл к Деймону. Брат долгое время был его неофициальным наследником; Визерис надеялся, что его трагедия сможет пробудить в Деймоне лучшие качества. Советники ошибались, они не знали Деймона так же хорошо, как Визерис. Визерис попытался выяснить, как Деймон отнесётся ко сну Эйгона. Однако Деймону были безразличны сны и пророчества о высшей цели дома Таргариенов. Он скорее предпочёл бы написать собственную историю огнём и кровью, чем следовать судьбе, предначертанной Богами. Когда же Визерис узнал, что Деймон провозгласил Бейлона «наследником на день», то лишь ещё больше укрепился в своём решении. Его брату не суждено стать королём. Оставалась лишь Рейнира. Визерис вызвал её к черепу Балериона и объявил, что она станет его наследницей. Он даже солгал, чтобы приободрить её, сказав, что верит, как верила и Эймма, что Рейнира станет великой королевой. На самом деле, до этого момента Визерис никогда не задумывался об этом и, конечно, не обсуждал с Эйммой. Но королевству нужно было согласие Рейниры. Визерису нужно было согласие Рейниры. Он пожертвовал Эйммой ради наследника, ради сына, который однажды наденет его корону. Может, если он отдаст эту корону Рейнире, Эймма сможет простить его в загробной жизни. Может, тогда Визерис обретёт долгожданный покой. Визерис рассказал Рейнире о сне Эйгона, и ему стало легче, словно он сбросил тяжёлый груз с плеч. Дворяне со всего королевства съехались, чтобы присягнуть новой наследнице. Визерис ожидал недовольства из-за того, что корона достанется женщине, но лорды всё же преклонили колени перед Рейнирой. Если кто-то и сомневался в его решении, то у них будет время свыкнуться с этой мыслью. Рейнира, по крайней мере, серьёзно относилась к своей новой роли. Сначала Визерис немного сомневался в своём выборе, особенно, учитывая доклады от её септ на протяжении многих лет. Но когда корона наняла для неё мейстера из Цитадели, Рейнира всецело погрузилась в учёбу. Тем не менее, её упрямство никуда не делось. Лететь навстречу опасности, чтобы сразиться с Деймоном и вернуть яйцо Бейлона, было невероятно глупо, но, к счастью, всё обошлось. Зато она разрешила ему снова жениться. Малый совет уже несколько лун настаивал на этом, но они не понимали, насколько это тяжело. Визерис знал, что ему нужно обеспечить престол запасными наследниками, но ведь его жена умерла меньше полугода назад. Без Эйммы мир потускнел. Иногда Визерису казалось, что его поглощает тьма. Алисента вернула в его жизнь краски. Она видела в нём мужчину, а не короля, слушала его рассказы о Древней Валирии и Рейнире. Конечно, Алисента не могла заменить Эймму, но она стала бальзамом для его израненной души. Разве он не заслужил хотя бы немного счастья после всего, чем пожертвовал ради королевства? Неужели он не мог жениться по любви, а не из политической выгоды? Неужели он не имел права хоть на мгновение забыть о проклятой политике? Визерис предпочёл Алисенту Лейне Веларион. Корлис отреагировал весьма предсказуемо. Он всегда был слишком горд, чтобы по-настоящему служить королевству. Казалось, иногда он и вовсе забывал, что Визерис был его королём. Рейнира вовсе не обрадовалась его помолвке. Наверное, не стоило объявлять о свадьбе с её лучшей подругой и фрейлиной на заседании Малого совета. Но, честно говоря, Визерис просто не решился сказать ей об этом наедине. Впрочем, он был уверен, что со временем Рейнира смирится с тем, что её подруга станет её мачехой, и, возможно, даже будет довольна. Рейнира попросила снять с неё обязанности виночерпия и позволить посещать заседания Малого Совета в качестве наблюдателя, а после своего совершеннолетия и вовсе стать его полноправным членом. Визерис мгновенно согласился, надеясь наладить их отношения. Но Рейнира продолжала хранить холодное молчание, когда они оставались наедине, а в день свадьбы исчезла сразу после церемонии. Алисента быстро забеременела. Визерис знал, что не любит её так, как он любил Эймму, но всё равно ожидал, что обрадуется новости. Но нет, он ощутил лишь смешанные чувства, глядя на её округлившийся живот. По крайней мере, у него появится запасной наследник. Мальчик родился похожим на мать, от Визериса ему достались только фиолетовые глаза. И глядя на долгожданного сына, Визерис думал, уж не поэтому ли он не ощущает ничего кроме лёгкого облегчения от того, что роды прошли легко. Он вовсе не испытывал той мгновенной бесконечной любви, что испытал к Рейнире, Эйнару и Бейлону, когда они только появились на свет. Визерис назвал мальчика Эймоном. Как сказал Бисбери, его дядя был великим человеком, и это было достойным способом почтить его память. Он также надеялся снова сблизиться с Рейнис, назвав малыша в честь её отца. Кузина по-прежнему была на него в обиде. На празднике в честь шестнадцатилетия Рейниры она лишь сухо поприветствовала его. Визерис скучал по её обществу, Рейнис всегда была честной и прямолинейной. Как же одиноко быть королём. Рейнира по-прежнему не разговаривала с ним, но, по-видимому, помирилась с Алисентой. Визерис старался не ревновать. По крайней мере, Алисента хорошо влияла на Рейниру, вовлекая её в благотворительную деятельность в Королевской гавани. Приятно было видеть, как Рейнира продолжает дело его бабушки. Он надеялся, что под влиянием егоновой жены Рейнира станет чуточку мягче. Поскольку Эймон рос здоровым и крепким мальчиком, поползли слухи, что Визерис подумывает назначить его своим наследником. Он просто отвечал, что Рейнира — его наследница. Рано или поздно они поймут. Он — их король, они присягнули ему и Рейнире. В честь вторых именин Эймона устроили охоту в Королевском лесу. И двор был счастлив ненадолго покинуть стены замка. Отто упомянул о белом олене, которого видели бродящи неподалёку, и что это несомненно было хорошим знаком. Но Визерису уже надоели знамения и приметы. Тем не менее, некоторые лорды были немало взволнованы, когда Рейнира встретила белого оленя. Но ведь это было лишь животное. Визерис же был озабочен поиском подходящей партии для дочери. Джейсон Ланнистер, конечно, был высокомерным, но они с Рейнирой, вероятно, нашли бы общий язык. Почему она не могла выполнить всего одну его просьбу? Рейнира с удовольствием летала на Драконий Камень, чтобы решать там мелкие вопросы, и уговорила его устроить королевское путешествие. Но едва речь заходила о браке, она тут же меняла тему. В конце концов, они договорились, что она сама выберет себе мужа. А затем в Долине началось восстание, сразу же после того, как он отправил корабли на Ступени, чтобы усмирить Деймона. Седьмое пекло! Одна проблема сыпалась за другой. Неужели ему не будет покоя? Малый Совет стал обсуждать помощь Долине, как вдруг Рейнира заявила, что сама полетит в Долину. Его наследница, их с Эйммой единственное дитя. Визерис надеялся, что с годами она стала благоразумнее, но нет. Рейнира осталась всё той же безрассудной девчонкой, которая в семь лет оседлала дракона и улетела без спросу. Кровь дракона кипела в Рейнире так же яростно, как и в Деймоне, к его досаде. Визерис отказал ей. Конечно, он отказал. Но затем Рейнира пригрозила, что отречётся от трона, если он не разрешит ей полететь в Долину. Визериса охватил страх. Рейнира должна была стать королевой. Это его расплата за смерть Эйммы. Так он сможет заслужить её прощение. Он скучал по Эймме каждый день. А кровавое родильное ложе до сих пор преследовало его в кошмарах. Рейнира была его спасением. И когда она улетела на войну, ему осталось только молиться перед черепом Балериона, чтобы не навлечь на себя ещё большее проклятие.