Клетка свободы

Неизвестно, во сколько он проснулся, неизвестно, сколько вообще он проспал, но одно его волновало точно — ебучая головная боль. Да и не только она. Горло просто разрывало от боли, когда тот пытался что-то сказать. Виски долбили сильнее вчерашнего, в теле не было ни единой силы хоть палец приподнять. Ниже груди, около солнечного сплетения, красовались хорошо видные синяки. Скарамучча хоть бил и сильно, но понимал, куда, поэтому рисковать не стал, да и не хотел, мало ли долбанёт так, что Итэра потом и не откачаешь. В ушах звенел еле слышный, но до жути противный звон. Итэр будто впервые оглядел комнату. К сожалению, он до сих пор в ней находился, и это был не сон, так же, к сожалению, он до сих пор был жив.   «Пиздец... Я точно ебнусь такими темпами. Почему он так зависим от меня?» — задал риторический вопрос, но, с другой стороны, хотелось бы узнать ответ. Парень прокрутил остатки вчерашних воспоминаний. — «Хоть он и конченый, но грех не согласиться, что он абсолютно прав...»   И правда, как бы ни хотелось признавать это, но Итэр и сам понимал, что ему некуда идти, поэтому волей-неволей, а остаться здесь — самый оптимальный вариант. Как и говорил Скара, он никому из компании не нужен, сестра, узнав, что тот не «вылечился», сразу же поведёт его снова по той же тропе, которую Итэр так старался обходить всеми способами.   «Лучше просто сдохну, чем пройду это ещё раз», — размышлял тот с закрытыми глазами.  

***

Для уточнения вопроса, который может задать человек: «почему же он тусовался с компанией, которая его не принимает?», — ответ как нельзя прост. Если некоторые уже поняли, что к чему, то тогда это только подтвердит их догадки — Скара сам выставлял Итэра всему свету. Именно он стал тем, кто нашёл компанию, сдружился с ней, а потом невзначай спросил, можно ли позвать своего друга. Если бы компашка ответила «нет», то и Скаре делать там было бы нечего, поэтому он бы ушёл. Как могло показаться другим, Итэр и Скара не были дружны, по большей части как знакомые, но Скара знал парня как облупленного. Он был во все тяжкие времена с ним, но Итэр не считал его кем-то больше, чем спасательный круг. Можно сказать даже так — он его использовал, чтобы хоть как-то выбиться в люди, как было сказано выше. Неосознанно, но Скара в какой-то степени сам выстроил именно такие отношения между ними, но терпению рано или поздно приходит конец.  

***

Он мог бы рано или поздно как-нибудь да сбежать, но если он это сделает, то единственный вариант — сестра. Если он вернётся домой, его станут расспрашивать, хочет он того или нет.   «А после меня снова будут водить по этому кругу ада...» — закончил размышления Итэр.   Дверь приоткрылась, из неё высунулись темно-синие волосы, а после — голова. Итэр не стал как-либо реагировать, поэтому продолжил лежать с закрытыми глазами. — Милый, ты спишь? — тихим голосом спросил тот. — Наверное, у тебя болит горло после вчерашнего... — с раскаянием продолжил тот, осторожно подходя ближе. — Я приготовил тебе кашу, чтобы было легче проглатывать пищу. Я также приготовил лекарства. Тут мази разные и таблетки, которые мне посоветовали.   «Интересно, после вчерашнего у меня горло вообще восстановится?» — задался вопросом Итэр.   Чуть приоткрыв глаза, он направил взгляд на Скару. Тот сразу же выпрямился и слегка улыбнулся. Он поставил поднос на тумбочку, помог Итэру сесть поудобнее, взял поднос с едой и, сев рядом, начал кормить. Не сказать, что всё было настолько плохо с горлом, но дискомфорт доставляло. Итэр думал, что на следующий день не сможет и звука произнести, но он мог, хоть и с болью. Есть до безумия хотелось, поэтому он просто принимал еду от Скары, пока тот с его, хоть и безвыходной, но покорности улыбался. После последовали таблетки обезбола и мази для быстрого заживления синяков. На шею Скара наклеил хорошего размера пластыри. Не выдержав, Итэр еле как проговорил:   — Ты хоть знаешь, как этим пользоваться? — хрипло, тихо и до жути медленно, но всё же сказал Итэр. Раньше он и подумать не мог, какими усилиями ему будут даваться слова. — Я, конечно, понимаю, что ты меня в больницу не поведёшь, но насколько можно этому доверять? — Милый, прошу, не разговаривай... Мне очень жалко твоё горло, и я понимаю, что совершил огромную ошибку... Я пошёл в аптеку и попросил самое эффективное, что только есть. Названия я не знаю и впервые их видел, поскольку я никогда не получал какие-либо травмы и...   — Кроме психических, — сердито произнёс тот. — Ибо я не понимаю, как можно было таким ебалаем стать, — Скара быстро закрыл рот тому своими ладонями.   — У тебя горло больное! Не говори пока что, пожалуйста. Мне правда очень жаль, — опустив голову, сказал тот. — Очень...   Итэр нашёл в себе силы, поднял руку, согнул её, а после показал средний палец. В глазах так и читалось: «Пососи, ублюдок. Жаль ему, иди нахуй». Всё, что мог сделать Скара лишь отвести взгляд.   — Мне правда очень жаль. Словами не передать как. Я очень вспылил, и я очень сожалею об этом, — помедлив, продолжил. — У меня иногда такое случается, поэтому тебе стоит привыкнуть, прости.   Итэр лишь закатил глаза, поскольку рот был закрыт, а сопротивляться тот, понятное дело, не мог.   — Завтра мне нужно уже идти в университет, поэтому посидишь тут один? Я куплю тебе то, что ты только захочешь, а пока меня не будет, будешь сидеть и покорно, без всяких закидонов, ладно?   Тот убрал ладонь со рта и, мягко улыбнувшись, потрепал того по волосам.   — Только через мой труп. Когда уйдёшь, я тебе всю комнату расхуячу, — Итэр старался говорить как можно тише, чтобы не напрягать голос.   — Думаешь, сможешь? — издевательски улыбнулся тот. — Я пойду куплю штуки для вышивания из бисера. Насколько я помню, в твоей комнате их было очень много... Они были потрясающими... Каюсь, взял пару штук.   — Ты... — прохрипел тот. — Ублюдок.   Скара ухмыльнулся и поднёс палец к своим губам.   — Как я мог не пробраться в твою комнату? И маты тебе совсем ни к лицу, милый.   — Иди нахуй.   — Да, — с тяжестью вздохнул тот и встал. — Будет всё сложнее, чем я думал. А на публике такой душка, — он перевёл взгляд на него и посмотрел с холодом сверху вниз. — Под всех стелился, а на меня даже не смотрел, — Скара спокойно вышел из комнаты и закрыл дверь. Она щёлкнула.   Итэр понял, что его заперли на ключ, и вздохнул. Теперь ему предстоит неизвестное время лежать среди этой пустой комнаты.   «Точно... Комната», — парень огляделся.   Он уже окидывал комнату взглядом, но никогда не всматривался. Ему не показалось, комната была действительно огромна, но очень пуста. Тумбочка рядом с большой и белоснежной кроватью... Кстати, о кровати: пододеяльник, как и само одеяло, были чистыми. Судя по всему, Скара уже успел прибрать вчерашний беспорядок. Кровать была до ненависти мягкая и очень удобная.   «Судя по всему, он знает мои вкусы даже лучше меня», — с ужасом подумал Итэр.   Ковёр, огромные окна с закрытыми шторами, шкаф и дверь, которая, скорее всего, вела в ванную. Парень снова вздохнул и почувствовал ужасную слабость, улёгся и закрыл глаза.   «Да пошло оно всё. Лучше бы не просыпаться».