Эргономичный герой

      Душевая кабинка насквозь пропахла хлоркой. И все же Каваджири Хаято отчетливо ощущал другой запах, неотступно преследовавший их от самой регистрационной стойки отеля – запах липкой от пота кожи щекотал ноздри, такой въедливый, такой вульгарный... Неужели и они вскоре оставят здесь такой же след?       Мотая головой, Хаято открыл воду.       "Если и так, все это ради мамы."       Несколько минут парень просто стоял под обжигающе горячим потоком, смотря в пустоту.       Как же он желал, чтобы Рохан и его друзья не погибли в тот роковой день, и десять последующих лет оказались всего лишь долгим дурным сном, игрой его больного воображения. Но еще больше Хаято желал лишь одного...       ...чтобы Йошикаге Кира не ждал его сейчас за дверью.       ...вытираясь, Хаято подошел к туалетному столику, заваленному аккуратными рядами косметики. Пальцы запрыгали по знакомым колпачкам, тут же остановившись на новом тюбике. Парень медленно открыл губную помаду и выкрутил наружу хищный алый язычок.       "Кира ничего не дарит просто так..."       Хаято выскочил из ванной комнаты несколькими минутами спустя. Преувеличенно игриво виляя бедрами, на носочках он подбежал к сидящему в кресле седому мужчине и прыгнул ему на колени, обвиваясь вокруг шеи.       — Прости за задержку, папочка!       Тот лишь лукаво улыбнулся, лениво водя пальцами по спине юноши.       — Тебе понравился мой подарок, Хаячи?       — А ты как думаешь, папуль?! Смотри!       Хаято хвастливо надул губки. Эта дурацкая постановка начинала его нервировать. Что он забыл здесь, на коленях чудовища, принявшего облик его отца?       — Ты выглядишь просто великолепно, Хаячи. Жаль, что твоя мама совсем на тебя не похожа... Мне бы и в голову не пришло дарить ей такую дорогую помаду.       Пальцы Киры остановились на шее Хаято, крепко сжимая загривок, их губы почти касались друг друга. Сердце парня сжалось.       — Но мы ведь ей ничего не скажем, так?       Не дожидаясь ответа, Кира поцеловал его.       Хаято прикрыл глаза. Он должен быть сильным – ради той девушки, что могла стать жертвой Киры сегодня, ради мамы, ради...       Он тихо застонал. Кира отодвинулся. След его грубого поцелуя все еще горел на губах Хаято.       — Я хорошо воспитал тебя, мой мальчик. Прими свою награду.       Он поднял со стола бокал, поднося ко рту парня. Тот отпил немного вина, с его подбородка на грудь упали несколько ярко-красных капель. Глаза Киры хищно загорелись. Стягивая сорочку, он начал жадно слизывать их с бархатной кожи парня, обсасывая аккуратные сосочки.       Хаято вцепился в волосы мужчины. Он ненавидел его всем сердцем, и все же... все же...       — Смотри, Хаячи, кое-кто захотел поиграть тоже!       Ладонь Киры исчезла в тонких кружевных трусиках парня, нежно массируя набухающий член. Тот медленно сглотнул и прошептал, сам не веря своим словам:       — П-пожалуйста, папочка, жестче, как ты любишь...       Ощущения переполняли его. Раз это всего лишь притворство, почему бы не отпустить вожжи? Он прижался к шее мужчины, вдыхая сладостный аромат духов.       — Тебе было так хорошо, мой малыш?       Кира смотрел на него не мигая.       — Пора отблагодарить папочку.       Расстегнув халат, мужчина освободил длинный, налитый кровью стояк. Парень облизнул пересохшие губы.       Упав на колени, Хаято обвил пальцы вокруг толстого, покрытого венами ствола и начал ласково разминать гладкую поверхность.       — Тебе нравятся мои пальчики, папочка?       Может быть, стоит признать поражение и отдаться на волю победителю?       Губы Хаято приблизились к упругой мошонке, начиная осыпать ее поцелуями, опускаясь все ниже, глубже...       Осталось совсем чуть-чуть, до самой точки невозврата...       Язык коснулся тугого комка мышц. Густая жидкость полилась в ладони юноши.       — Папочка, папочка, смотри, как много!       Торжествующий Хаято показал липкие руки мужчине и принялся страстно их облизывать, размазывая сперму по губам. Все его мысли были только о том, как принести удовольствие лучшему мужчине на свете – его дорогому папочке...       Сжав запястья мужчины, Хаято потащил его в постель, суетливо вертясь на пяточках.       — Давай скорее, сделай своему сыну приятно...       Он сжал белоснежные простыни. Как же ему не хватало этого – сладостного чувства подчинения, прикосновений сильных рук к тонкой коже, и, конечно же...       Хаято сладостно застонал.       ...нежно раздирающей его внизу любви.       Каждый толчок Киры переворачивал внутренности Хаято, расходился неудержимой волной удовольствия, топящей в розовом сиропе любые мысли. Все, что ему нужно было сейчас – почувствовать новый поцелуй, новое касание, новую фрикцию...       — Я был таким плохим мальчиком, папа... Я не понимал, как много ты делал все это время для мамы, для меня...       — Я всегда любил вас, Хаято, мне правда жаль, что все так получилось.       Смысл этих слов не сразу доходил до опьяненного разума парня. Он недоуменно улыбнулся.       — Получилось что?       — Твоя мама узнала о нас, и...       Острые когти ужаса начали разрывать внутренности парня в клочья. Он попытался закричать, но рука Киры заткнула ему рот.       — Издашь хоть звук, и отправишься вслед за ней.       Мужчина продолжил вгонять в него свой член, не обращая внимания на то, как зубы Хаято раздирают до крови его ладонь. Парень под ним тихо стонал, заливаясь слезами.       "Все, кого я хотел спасти, мертвы."       — Не плачь, Хаято. Я всегда буду с тобой, твой любящий папочка. Как насчет небольшого путешествия, только мы с тобой?       Мужчина смотрел на парня, не мигая.       Хаято медленно закрыл глаза, чувствуя, как внизу живота растекается нестерпимый жар...       ...душевая кабинка насквозь пропахла порохом. И все же Кира Йошикаге отчетливо ощущал другой запах, неотступно преследовавший их от самой регистрационной стойки отеля – запах волос Хаято щекотал ноздри...                                                                         fin