Тритон Дешарова. Книга 2

      Из-за дождя мне едва удавалось следить за лодкой впереди. Все было размыто. Но это же играло мне на руку — улицы резко обезлюдели, и некому было звать копов, чтобы сообщить, что тут, де, какой-то полоумный в канале плавает. Гондол тоже не было, да и плыл я очень быстро, стараясь не упустить лодку из виду. Она скрылась в переплетении каналов, и я едва не заблудился, пытаясь не отставать.       Над водой поднялся туман. Я успел заметить фигуру в черной ветровке где-то вдалеке, и полагаясь на зрительную память, поплыл в том направлении. Канал окончился у зарешеченного тоннеля, который нырял под город. На воде мерно покачивалась пустая гондола. Черт! Он что ли призрак? Словно испарился!       Я подплыл к решетке, преграждавшей мне путь дальше, и всмотрелся в темноту, пахнущую сыростью. Тоннель изгибался налево спустя несколько метров. Вместо кирпичной кладки на стенах был барельеф, изображавший что-то вроде событий античной эпохи. Вероятно, раньше этот тоннель был туристическим объектом, но сейчас его опечатали и закрыли по неизвестным причинам.       Даже несмотря на мою худобу, протиснуться между прутьями железной решетки было невозможно, расстояние слишком маленькое. Не представляю, как за решетку мог проникнуть Агарес, который в два раза больше и шире меня в плечах, не говоря уже о его гигантском мощном хвосте. Даже если бы он внезапно превратился в человека, он бы не смог.       Тогда куда же он подевался? Нырнул в воду? В растерянности я огляделся вокруг. Не могло же мне показаться?       Ощутив, что продрог до костей, я кое-как забрался внутрь гондолы, перевалившись через бортик. Мокрый и расстроенный я некоторое время сидел в лодке, не обращая внимание на то, что дождь шел с неба сплошным потоком, и упругие струи хлестали по лицу. Мне стоило убраться отсюда, пока кто-то действительно не вызвал копов, но я не мог себя заставить сдвинуться с места. Надежда все еще не покидала меня.       Мне казалось, что Агарес где-то здесь, возможно даже, наблюдает за мной. Хотя я не ощущал знакомого влажного аромата, похожего на морской бриз. Я надеялся, что это просто дождь мешает различить его, и упорно сидел, сверля взглядом непроницаемую темноту тоннеля, который, словно в насмешку, скалился мне решеткой.       По мере того, как время шло, надежда меркла. В конце концов, Агареса действительно не могло здесь быть. Если бы он вдруг в самом деле каким-то чудом вернулся из Атлантиды, разве он не стал бы первым делом искать меня? Он ведь обещал!       С другой стороны… Я столько раз убегал от него, что он мог и передумать. Решил, что такой бедовый «супруг» ему на хрен не сдался. По истечение времени, размышляя над теми событиями и связью с Агаресом, я пришел к выводу, что тогда я бы не смог стать тритоном и уйти с ним в его мир. По крайней мере не по своей воле. Возможно, Агарес это понял. И даже если и вернулся, то отказался от попыток искать меня снова.       Именно поэтому он решил… пожертвовать собой и остаться на том корабле с нацистами, он ведь знал, как все обернется после того, как Накамия откроет Врата! Он знал, что Атлантида или то, что от нее осталось, заглотит его вместе с кораблями. И отослал меня.       Мне стало так тоскливо, что я едва сдерживал слезы. Боже, как я смешон! Сам убегал от него, не хотел быть частью его мира, и вот сейчас гонюсь за призраком в тщетной надежде, что мираж окажется действительностью.       Я осторожно перевернулся, стирая мокрым рукавом влагу с лица. Вдруг померещилась смазанная тень в глубине тоннеля. Я мгновенно метнулся к решетке, снова бросившись в воду. Искал любые признаки присутствия мерфолка. Но вода, если не считать ряби от ударов дождевых капель, оставалась абсолютно спокойной.       Внезапно для самого себя разозлившись, я схватился за решетку и заорал, как полоумный:       — Агарес! Выходи, проклятый ублюдок! Я знаю, что ты здесь! Я просто знаю! Ты хочешь знать, насколько отчаянно я хочу тебя видеть? Ты выиграл! Я с ума схожу, я, блять, искал тебя целый гребанный год! Я хочу тебя, слышишь?!       Опустив голову, последнюю фразу я произнес совсем тихо. Ответом мне, конечно же, послужила тишина.       Несколько раз бессильно ударив кулаком по равнодушной железной решетке, я выругался. Какого черта вообще? Неужели я на самом деле схожу с ума?!       Не веря самому себе до конца, что собираюсь делать, я вернулся к гондоле и подтолкнул ее к зарешеченному входу. Здесь было слишком темно и меня никто не мог заметить, даже если бы случайно посмотрел сюда. Забравшись в лодку, я принялся остервенело срывать с себя мокрую одежду. Агарес, это похотливое чудовище, норовившее вытрахать меня в любых обстоятельствах, тот Агарес, которого я знаю, никогда не смог бы устоять передо мной. И если он действительно здесь, то он мне покажется.       Раздеваясь, я внимательно следил краем глаза за тоннелем. Там было по-прежнему темно и сыро. Кинув скомканную мокрую одежду на нос лодки, я улегся так, чтобы меня было хорошо видно со стороны тоннеля, и постарался расслабиться, хотя от холода зуб на зуб не падал. Я понимал, что одного стриптиза вряд ли будет достаточно.       Если что и выманит этого хитрого старого морского дьявола, то только желание. Неважно, мое или его. В конце концов, Шиничи ведь сам сказал, что я идеальная приманка для него.       С этими злыми мыслями, распаленный, я медленно провел ладонями по своей груди. Ничего сексуального или возбуждающего лично для меня в этих действиях не было. Да и обстановка как-то не располагала. Но я представил, что Агарес смотрит на меня, и… первая едва уловимая дрожь уже не от холода скользнула по телу, заставляя заныть низ живота. Я даже на мгновение закрыл глаза, представляя его лицо, его горящие сверкающие глаза…       И я забыл о холоде. Меня окатило волной жара, и я невольно облизнул губы, едва ощутимо оглаживая кончиками пальцев живот. Ничего, я подожду, я терпеливый. Я искал этого козла целый год. Я подожду и посмотрю, как долго он сможет мне сопротивляться. К этому телу он не прикасался так долго… Вот сейчас и узнаем, потерял ли Агарес ко мне интерес.       С трудом контролируя дыхание, я медленно развел ноги, оглаживая уже внутреннюю сторону бедер. Мне казалось, что времени прошло уже предостаточно, но в темноте за решеткой не было ни шороха, ни звука. Я уже всерьез начал ощущать себя дико глупо, но внезапно…       Из тоннеля повеяло сырым затхлым воздухом, но я уловил в нем знакомые нотки чарующего аромата озона. Этот запах я узнаю всегда и везде.       Я медленно сел, не в силах поверить, что у меня получилось. Словно до этого момента я действительно просто сходил с ума, у меня разыгралось воображение, и на самом деле в глубине души я знал, что Агареса здесь нет.       Напряженно всматриваясь в темноту, я наконец заметил, как спокойная поверхность воды в глубине тоннеля зарябила. Сначала показались длинные серебристые волосы, расплывшиеся по ней, словно шелковые ленты, а затем и сама голова. Агарес поднялся из воды очень медленно, словно нехотя. Я не мог различить его лица, только силуэт. Но я видел, что он не был обнажен, как обычно, на нём была всё та же ветровка. Он нырнул, а в следующее мгновение оказался уже рядом с решеткой. Распахнутая ветровка липла к его телу, очерчивая скульптурно вылепленную широкую грудь и сильные руки. С волос капала вода. Он все еще был в белой венецианской маске, но сквозь прорези я видел знакомые мерцающие в темноте глаза.       Я столько хотел ему сказать при встрече, я так долго ждал этого момента, но когда он наступил, горло словно тисками сдавило. Я откинулся на противоположный бортик лодки и уставился на Агареса, не в силах ничего сказать. Сумасшедший коктейль эмоций накрыл меня с головой, и мысли смешались.       — Агарес, ты… — наконец хрипло удалось выдавить мне.       Я только и мог, что смотреть, как капли воды интимно скользят по его бледной груди вниз, туда, где не до конца расстегнутая куртка закрывала низ мускулистого подтянутого живота. Невольно сглотнув, я почувствовал, как жар всерьез захлестывает тело. В течение этих двух лет меня больше не беспокоила течка, а мутация резко прекратилась. Теперь я нашел ответ на свой вопрос — процесс мог запустить только мерфолк. Без близости с ним я снова стал человеком, а все признаки мутации исчезли.       Я надеялся, что вместе с ними исчезнет и зависимость от этого морского дьявола, но глубоко ошибся. Может, течки и прекратились, но вот безудержные эротические сны с участием этого чернохвостого демона — нет. Бесчисленное количество раз я просыпался по ночам от острого чувства одиночества и неудовлетворенности. Иногда я умудрялся даже кончить во сне, и от того пробуждение становилось еще хуже. Я просыпался один, понимал, что Агареса рядом нет, и на душе было так погано, что частенько это состояние выливалось в слезы. Я скучал по нему слишком сильно. С его исчезновением в душе словно образовалась дыра.       Агарес не спешил приблизиться к решетке вплотную. Он просто смотрел на меня, но я отчетливо увидел, что мое шоу не оставило его равнодушным. Его кадык дернулся, когда он сглотнул, а вены на шее обозначились четче от напряжения. Он словно сдерживал себя, чтобы не прикоснуться ко мне.       — Какого черта, Агарес? — наконец выпалил я, сам передвинувшись к решетке и вцепившись в нее. — Почему ты… так одет?       Агарес наконец шевельнулся. Он подплыл вплотную, как я и хотел, и медленно снял маску.       Я уставился на него, жадно впитывая каждую черточку. Он ни капли не изменился. Все то же аристократически холеное нереально красивое и надменное лицо, словно выточенное из мрамора. Твердый абрис чувственных губ, длинные стрелки выбеленных ресниц, мерцающий взгляд…       Агарес протянул руку сквозь прутья решетки и обхватил мою голову за затылок. Я охотно подался ближе и в следующее мгновение его губы впились в мои. Язык жадно ворвался в мой рот, ненасытно изучая, исследуя. С непривычки, совсем забыв, какой он у него длинный, я задохнулся, когда Агарес проник языком глубже в мое горло. Заскулив от жара возбуждения, прошившего все тело, словно молния, я вцепился в воротник его ветровки, кусаясь и также жадно отвечая на долгожданный поцелуй.       Мне было больно от того, как решетки впились в голую грудь, но я не обращал внимания. Я боялся, что если отпущу Агареса, он снова исчезнет, словно его никогда и не было в моей жизни. И упивался этим глубоким поцелуем до дрожи в ногах.       Агарес сам отстранился, я протестующе вцепился в его волосы, но он лишь наклонил голову и жадно провел языком по моему горлу. Он любил делать так, словно он действительно зверь и не умеет по-другому. Секс и любые ласки с ним всегда отличались какой-то дикостью, он никогда не трогал меня так, как трогал бы человек. И только сейчас я осознал, как мне не хватало этого. Его губы накрыли мой кадык, слегка посасывая, а затем он сильно укусил меня в плечо, словно обновляя метку.       В голову начал закрадываться дурман возбуждения. Несмотря на ледяной дождь я дрожал уже от желания. Решетка, что разделяла нас, неимоверно раздражала, и я дернул Агареса за волосы.       — Открой эти чертовы ворота, — хрипло выдохнул я.       Агарес резко отстранился. Его взгляд непроницаемо потемнел. Я видел, как жадно трепещут крылья его носа, пока он глубоко втягивает мой запах. Но он явно не спешил выполнить просьбу.       Внезапно совсем рядом раздался какой-то приглушенный шум, и я вздрогнул, резко повернувшись, чтобы посмотреть, что случилось. Но вроде все было тихо, а когда я обернулся обратно, Агарес уже исчез.       — Эй! — крикнул я. — Агарес! Куда ты?!       Но мне ответило только эхо тоннеля.       Да твою мать! Какого хрена? Почему Агарес меня избегает?       По крайней мере, теперь я точно знал, что это не потому, что больше не интересую его. В замешательстве я несколько минут просто сидел голый в лодке, как дебил. Возбуждение схлынуло также внезапно, как и наступило. Злясь на Агареса, я кое-как натянул мокрую одежду. На самом деле, в какой-то степени это даже было смешно — Агарес всегда настойчиво преследовал меня, а теперь мы явно поменялись ролями.       Внезапно взгляд зацепился за какую-то тень под водой у основания ворот. Я чуть не хлопнул себя по лбу! Ну конечно! Нужно просто вытащить металлический брусок из скобы, что соединяла створки. Должно быть, именно так Агарес и очутился по ту сторону.       Не колеблясь, я нырнул под воду прямо с лодки. Мне удалось приоткрыть ворота достаточно, чтобы проскользнуть внутрь.       — Агарес! — позвал я снова.       Он не отозвался. Тогда я поплыл вперед до тех пор, пока мои глаза не привыкли к этой темноте. Завернув за угол там, где тоннель изгибался, я увидел, что он разветвляется. И куда ведут оба тоннеля? Должно быть это старые канализационные пути, соединяющиеся с общей системой каналов под городом.       Я остановился и принюхался. Здесь невыносимо воняло сыростью и плесенью и учуять в этой смеси запах Агареса было невозможно. Чувствуя себя кошкой, охотящейся за рыбкой, я невольно усмехнулся и поплыл влево, надеясь, что не ошибся. Вскоре я начал слышать какие-то голоса и даже музыку. Тоннель резко сузился.       В конце показался слабый поток света, пробивающийся сквозь щели в потолке. Задрав голову, я увидел старенький неплотно прикрытый люк.       На всякий случай я осторожно сдвинул крышку и украдкой огляделся. Это был какой-то закуток, и отсюда открывался вид на задернутые шторы, за которыми мелькали тени светомузыки. Слышались пьяные голоса и громкий развязный смех. Неужели… я снова в казино?       Я осторожно выбрался на пол. В воздухе витал запах сигарет, грязных денег и дешевого алкоголя. Но я безошибочно узнал мелькнувшие в нем нотки свежего бриза. Агарес был здесь.       Я огляделся. Стены были декорированы фресками с рельефными изображениями ангелов. Куполообразную крышу подпирали величественные колонны. Похоже, это здание раньше было монастырем. А теперь это притон для наркоторговцев и игроманов. Символично. И что Агаресу тут понадобилось?       Я встряхнулся, как собака, чтобы с меня не сильно капало, и уверенно направился в игровой зал, делая вид, что я тоже клиент. Никто не обращал на меня особого внимания, всюду сновали официанты с подносами. Люди вокруг веселились, уже достигнув кондиции. Я же направился на второй этаж. Агареса в зале не было.       На лестнице я столкнулся с парнями, которые тоже жили на «Посейдоне». Белорусская девушка по имени Родя, была среди них. Она выглядела так, словно ее вот-вот стошнит. Парни меня не заметили, они напряженно таращились на закрытую дверь, вслушиваясь в разговор на повышенных тонах, происходивший за ней. Я схватил Родю за руку и потянул вниз. С ней я нормально общался, а вот с остальными не так чтобы очень.       — Что случилось, Родя? На тебе лица нет.       — Мафия, — мрачно бросила девушка. — Они только что… отрубили Колову руку!       — Что?!       — Что-то пошло не так… Похоже, их не устроил товар. Они сказали, что драгоценный камень, который Колов принес им в прошлый раз, был поддельным, поэтому они заберут в уплату его руку, за то, что посмел их обмануть. А еще они сказали, что он должен принести что-то еще в качестве компенсации, — быстро проговорила Родя полушепотом.       — Ладно, я понял. Успокойся, — я похлопал ее по плечу. — Если сразу не убили, то вряд ли убьют. Колов нужен им живым, иначе не требовали бы с него что-то еще. Есть место, где можно подсмотреть, что там происходит внутри?       Девушка кивнула и повела меня назад по лестнице. Она была превосходной воровкой, за что и скрывалась, кстати. И Колов держал ее как раз для таких ситуаций: в любом помещении наметанный глаз Роди сразу же фиксировал все входы и выходы. Включая тайные. Мы прошли во внутренний дворик, поднялись по другой лестнице на второй этаж снова, и зашли в ванную комнату с выходом на веранду. Выбравшись на балкон, мы, пригнувшись, подобрались к окну комнаты, в которой проходили переговоры, и осторожно заглянули внутрь.       В комнате стоял игорный стол для покера. Несколько головорезов удерживали Колова за плечи, на полу была лужа крови. Кисть нашему боссу и правда отрезали. Он держался за поврежденную руку, стиснув зубы, весь бледный от потери крови. Напротив него сидел старик, вероятно, глава клана Каморра. На столе между ними лежали две половинки маленькой сияющей жемчужины. По крайней мере, сначала мне показалось, что это жемчуг. Но приглядевшись, я увидел, что из них вытекает какая-то светящаяся жидкость.       Я широко распахнул глаза, не веря им. Кажется, теперь я понял, что Агарес тут делает.       Это была спора с его ДНК! Она выглядела точно так же, как та, что была заключена в моем теле. Эта тоже принадлежит Агаресу? Кажется, Колов конкретно лоханулся. Видимо, он принял ее за драгоценный камень и решил продать Каморра.       — Скажи мне, Колов, что это за хрень? Детская конфета, а? Ты что же, думал, что меня можно обмануть? Забыл, с кем имеешь дело? Где мои сапфиры? — старик Каморра издевательски провел пальцем по голубоватой жидкости, вытекшей на стол, и поднес ее к лицу мужчины. — Ты меня в прошлый раз кинул на большую кучу бабок, и теперь посмел вернуться и показаться мне на глаза? Рука — это слишком мало за твою жадность. Прикажи своим людям, чтобы они принесли мне настоящие драгоценные камни, или я отрублю тебе вторую.       — Сеньор Каморра, пожалуйста, поверьте, я не собирался вас обманывать, — спокойно отозвался Колов. Невероятное самообладание! — Ведь вы сами оценили тогда все драгоценные камни, что я принес. И этот в том числе. Это не сапфир, вы правы, но поверьте, он имеет огромную ценность. Я нашел его в сейфе в обломках одного немецкого корабля. Если бы это было поддельным сапфиром, разве немцы стали бы хранить его в сейфе? Это точно должно быть что-то необычное и ценное.       — Меня не интересуют твои россказни. Это я точно не смогу сбыть с рук или обменять хотя бы на наркотики, — равнодушно отозвался старик. — А я уже пообещал заплатить наркоторговцу за очередную партию. Выходит, ты кинул меня на бабки. Причем на крупные.       Глава Каморра кивнул своему человеку, державшему Колова, и тот тут же вцепился в его обрубок, заставив мужчину заорать от боли.       — Боже, — Родя резко присела и прижала ладонь ко рту. — Что же нам делать? Кажется, мы спровоцировали итальянскую мафию, Дерти!       — Возвращайся и сообщи остальным о том, что здесь произошло, — прошептал я в ответ. — Я останусь здесь и буду следить за обстановкой. Возможно, смогу Колову помочь.       Родя кивнула и уже собралась было уходить, но дверь в комнату резко открылась. Чей-то голос сообщил:       — Синьор Викладо, прибыла крестная мать Личарди.       — Что эта сука… — начал было старик, но тут судя по звуку, дверь ударилась об стену.       Мы с Родей снова приподнялись, чтобы наблюдать. В комнату вошла эффектная блондинка на высоких каблуках. Она была в черной ветровке и джинсах.       — Каморра, — холодно сказала она вместо приветствия. — Этот товар предназначен не для тебя.       — Какое право ты имеешь врываться сюда…       — Закрой свою вонючую пасть. А ты, — она повернулась к Колову, злобно сверкнув глазами. — Я ведь предупреждала, что не стоит играть со мной? Тебе с самого начала следовало согласиться на сделку и продать это мне. — Женщина кивнула на стол.       — Что это, нахрен, такое? — не выдержал Викладо.       Блондинка перевела на него холодный взгляд. А я внезапно заметил, что она пришла не одна. В дверях позади нее стоял высокий человек в венецианской маске.       Его длинные серебристые волосы были зачесаны назад. Это… не может быть… Это Агарес?! Он был примерно такого роста, какой я себе и представлял, если бы он был человеком, то есть около двух метров. Он был выше всех в этой комнате. Я опустил взгляд, разглядывая его ноги. Но Агарес был в длинном застегнутом черном плаще, доходившем ему до лодыжек. Не мог же он спрятать хвост?       Я не понимал, как Агарес умудрился замаскироваться под человека, но точно знал, что он пришел сюда из-за этой споры с ДНК. И вероятно, с конкурентом Каморра — Личарди, связался именно поэтому. Скорее всего, это была не первая. Остальные все еще были в руках у Викладо. Теперь картина складывалась предельно ясная: Колов нашел тогда в экспедиции к Лемегетону какие-то вещи с кораблей Рейна и Шакаловой, которые не смело ураганом во Врата. И среди них был сейф, где хранились материалы исследований — ДНК мерфолков. Колов подумал, что это что-то ценное и решил сбагрить их итальянской мафии.       — Этот высокий парень с белыми волосами, — вдруг зашептала Родя. — Похоже это и есть тот самый подчиненный Личарди.       — Что?       — Его кличка Рой. Говорят, он ее телох и любовник.       — Он… ее любовник? — вырвалось у меня.       — Не знаю, — Родя пожала плечами. — Такие ходят слухи. Что-то не так?       — Нет, все нормально. Похоже, Колову больше не грозит лишиться второй руки. Нам, наверное, повезло, что Личарди вмешались.       Я снова сосредоточился на Агаресе. Он стоял молчаливой тенью, подпирая спиной дверной косяк и скрестив руки на груди. Да, с первого взгляда действительно производит впечатление опытного телохранителя. Несмотря на то, что маска закрывала его лицо, я знал, что он неотрывно смотрит на разбитую оболочку на столе.       Ведь зная то, что мне рассказал Юкимура, я мог представить, насколько ценными для мерфолков были эти споры с ДНК. Это буквально будущее их расы. Я только не понимал, почему он не убьет Каморра и не заберет все свои споры обратно? Он просто стоял тут, словно ледяная скульптура, абсолютно неподвижно, и не принимал участия в разговоре. Но вот блондинка подошла к нему и что-то сказала на ухо. В ответ Агарес лениво повернул к ней голову и ответил так же тихо. По-моему, даже рассмеялся.       Меня остро кольнула ревность. Я перевел взгляд на стол и впервые задался вопросом: если Агарес даже пренебрег поисками меня ради этих своих спор, то… Может все это время я для него тоже был просто… ну, наследием, которое нужно оберегать? Пасти, воспитывать, чтобы потом обратить в тритона и тем самым увеличить популяцию собственной этнической общины. И с этими спорами то же самое будет, если он найдет для них вместилище, как он выразился в прошлый раз? Кто знает, как там у мерфолков принято!       Пока я размышлял об этом, Личарди и Каморра продолжали обмениваться колкостями, не обращая внимания на истекающего кровью Колова. А Агарес подошел к столу и взял разбитую спору. Его руки были в кожаных черных перчатках. Значит, он скрывает перепонки. И его трансформация неполная. Он двигался немного неестественно, как будто ему было больно. Что-то не так.       — Дерти, пойдем, — Родя потянула меня за руку. — Колова сейчас отпустят, наверное, нам нужно ему помочь.       Блондинка вместе с Агаресом направились к двери, и я кивнул. Но вместо того, чтобы последовать за девушкой, я помчался на первый этаж в надежде перехватить Агареса. Я пробежал по коридору в игровой зал, собираясь пройти к главному входу, но тут меня схватили за шиворот и втянули в ту самую темную нишу, где был канализационный люк. В нос ударил знакомый запах, и я расслабился, позволив Агаресу затащить меня в люк.       Агарес прыгнул первый, а потом поймал меня и сразу же прижал к стене, крепко прижимая к своему телу. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, я чувствовал, как его тело содрогается, словно вулкан, готовый вот-вот извергнуться. Он глубоко втянул мой запах, зарывшись носом в шею, а потом вдруг резко отскочил.       Послышался звук рвущейся ткани, и я опустил взгляд. Нижняя часть плаща раздулась, мелькнула блестящая чешуя. Я бросился расстегивать молнию, чтобы помочь Агаресу, но он резко нагнулся, чтобы скинуть берцы и сам рванул на себе плащ, распахивая его.       То, что было под ним, застало меня врасплох. Вряд ли это можно было назвать ногами. Это по-прежнему был хвост, но только разделенный надвое. Почти как у меня тогда, когда была первая волна изменений. И прямо сейчас две эти части пытались соединиться друг с другом, между ними уже наросла новая мышечная ткань и очень быстро поверх нее формировалась чешуя. Этот процесс вероятно был очень болезненным.       — Это очень нестабильно, Дешаров… — хрипло заговорил на языке Атлантиды Агарес. — Я скоро снова изменюсь. Мне нужно… найти место, чтобы переждать, пока трансформация не завершится.       Я сглотнул и кивнул.       Тогда он протянул руку и осторожно погладил меня рукой в перчатке по щеке.       — Ты… все еще боишься меня?       Вместо ответа я сорвал с него маску. Между прядями длинных серебристых волос медленно выглядывали его уши, постепенно удлиняясь. Не знаю почему, но я успокоился. Честно говоря, куда больше меня иррационально напугало то, что Агарес стал человеком. С хвостом он был мне гораздо привычнее и… роднее.       Его уши забавно и мило подрагивали. Улыбнувшись, я нежно коснулся их. Агарес обнял меня, привлекая к себе и уже собрался было поцеловать, но над нашими головами раздались чьи-то шаги и крики.       — Давай уберемся отсюда, — прошептал я. — Агарес, ты знаком с подземными маршрутами в Венеции?