Тритон Дешарова. Книга 2

      Агарес сказал это спокойно и так интимно, будто слегка поддразнивая. Его голос был тих и мягок, словно шелест дождя по листве.       Эти слова я слышал бесчисленное количество раз — в романах, фильмах, в беспечных признаниях молодых пар. Они звучали нежно, трепетно, как будто таили в себе величайшую истину. Но чаще всего в них скрывалась лишь иллюзия, тонкий налёт притворства и лжи. Я, человек, никогда не испытывавший тяги ни к любви, ни к привязанности, всегда относился к подобным признаниям скептически. Мне казалось, что подобное не может меня тронуть.       Но стоило Агаресу произнести их так обыденно, так естественно, что мир на мгновение замер. Я смотрел на его губы, ошеломлённый, будто невидимая сила выбила почву из-под ног. Это было похоже на падение — стремительное, неизбежное, как если бы я внезапно сорвался с натянутого каната прямо в его объятия, не в силах осознать произошедшее.       — Я… да, думаю, да, — нервно выдохнул я в ответ.       — А как насчет тебя? — следующий вопрос Агареса заставил меня занервничать еще больше. Но он спросил не то, чего я боялся. Я не был готов ответить на его признание вслух. — Ты по-прежнему боишься меня?       И все же этот вопрос тоже казался с подвохом. Я невольно уперся ладонями ему в грудь, отворачиваясь, чтобы дать себе время и глотнуть немного свежего воздуха, не напоенного ароматами его феромонов. Спустя такое долгое время они все еще имели надо мной ту же колдовскую силу.       — Я… не… уверен, что… — начал бессмысленно бормотать я, задыхаясь от странного чувства, сдавившего грудь.       Почему-то мне казалось, что сейчас любой положительный ответ будет решающим, и пути назад уже не будет. То же самое, что сказать «да», стоя у алтаря. И неважно, о чем спрашивает Агарес. Я иррационально боялся, что как только отвечу на его чувства и скажу это вслух, он сразу же захочет забрать меня с собой в море, я никогда не увижу людей, и останусь с ним на всю жизнь. Да, это было так глупо и нелогично, учитывая, что всего несколько минут назад я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете потому, что Агарес снова со мной, и я был уверен, что все готов отдать ради того, чтобы быть с ним вновь. А сейчас мне стало страшно.       — Ты не можешь сказать, что ты не уверен, Дешаров. Дай мне точный ответ.       Он не играл честно. Хотя эти слова были сказаны убийственно спокойным тоном, без требовательных интонаций, руки Агареса не бездействовали. Он скользнул ладонями по моей заднице, жадно сжимая ягодицы, и прильнул горячим ртом к шее, ощутимо прикусывая чувствительную кожу. Его пальцы скользнули за пояс моих брюк, вжимаясь между ягодицами и слегка потерли сжавшееся колечко мышц. Я задохнулся и откинул голову, подставляясь его губам. Заерзал, тяжело сглатывая набежавшую слюну, и чувствуя, как возбуждение поднимается во мне неумолимым шквалом.       Когда я снова посмотрел в глаза Агаресу, то увидел в них собственное отражение. Раскрасневшийся, взъерошенный, с жадно сверкающими глазами, словно я какой-то наркоман. Разве Агаресу нужен был мой ответ? Достаточно посмотреть на меня, чтобы убедиться в том, что я испытываю и как сильно его хочу. Я был зависим от него так же сильно, как и прежде, и Агарес это точно знал.       Сильной, безоговорочной и агрессивной любви Агареса было достаточно, чтобы сломать все, казалось бы, непреодолимые барьеры между нами — разные расы, этические нормы, мои запутанные эмоции, мое нежелание становиться таким же, как он, мой страх перед будущим. Все мои страхи рядом с ним превратились в жалкие глупые мысли. Одно его присутствие заставляло меня собрать все свое мужество и преодолевать раз за разом любые препятствия, чтобы нырнуть в его океан.       Опустошенный и оглушенный собственными чувствами, я сдался.       — Да, — я обвил руками шею Агареса, выдохнув это ему в губы. — Я люблю тебя.       Агарес улыбнулся уголками губ и прислонился лбом к моему, будто и не ждал другого ответа.       — Отдать тебе йолу было лучшим решением, которое я когда-либо принимал в своей жизни. Мне определенно нужно поблагодарить твоего деда.       — Тогда просто обращайся с его внуком хорошо, лорд-вождь, — слабо ухмыльнулся я. Не удержавшись, я представил, как бы мой дед отреагировал сейчас, узнав, какие между мной и Агаресом отношения сложатся в будущем. И еще неизвестно, захотел ли бы он спасать меня такой ценой, воспользовавшись помощью Агареса.       — Хорошо с тобой обращаться… — Агарес издал тихий смешок. — Тогда мне стоит начать прямо сейчас, да?       Агарес ловко расстегнул мои брюки и принялся стаскивать их с меня. Это было немного затруднительно, из-за того, что вся моя одежда промокла, но Агарес справился быстро. Коготь на указательном пальце игриво прошелся от распахнутого ворота до самого низа, словно нож для бумаги разрывая нити, к которым крепились пуговицы. Не успел я опомниться, как оказался почти раздетым. Он закинул мои голые ноги себе на плечи, покусывая и облизывая внутреннюю сторону бедер и не сводя с меня хищного взгляда.       Я откинулся назад, упершись локтями в крышку ящика. Бедра оказались навесу. Агарес немедля вобрал в рот мой член, и я задохнулся, ощутив влажное тепло его рта. Длинный язык обвился вокруг головки, и от этой ласки я задрожал всем телом. Температура резко подскочила, стало так жарко, что разгоряченную кожу не могла остудить даже мокрая рубашка, сбившаяся до локтей.       — Аг… Агарес… — простонал я, судорожно сжимая бедра.       Он не ответил, вбирая меня в рот до самого основания. Тихо всхлипывая, я подался бедрами ему навстречу, и протянул руку, зарываясь пальцами в его волосы. Агарес ритмично задвигал головой, мгновенно превращая мое тело в дрожащее желе. Распластавшись на ящике, я пытался сдерживать стоны, и захлебывался всхлипами. А потом его язык скользнул ниже, нырнув между ягодицами. Я вскрикнул, почувствовав, как влажный длинный язык бесстыже проникает внутрь меня.       — Нгх… Да, пожалуйста, еще! — простонал я, крепко зажмурившись.       Я неконтролируемо сжал бедрами его голову, когда язык проник глубже. Судорожно сжимаясь вокруг него, я почти плакал от удовольствия и в то же время неудовлетворенности. Мое тело, к которому Агарес не прикасался в течение двух лет, отзывалось сейчас на его ласки повышенной чувствительностью. И я хотел большего. Я хотел, чтобы он всадил мне как можно сильнее и глубже, заставил меня снова почувствовать себя наполненным и натянутым на его чудовищный член, хотел, чтобы он выебал меня до истощения, как тогда на острове. Но я не мог открыть рот и заставить себя сказать это вслух. Агарес же, казалось, нарочно мучил меня, явно не собираясь останавливать эту изощренную дразнящую пытку.       Я извивался, дрожа и поскуливая. Агарес отстранился и медленно, сантиметр за сантиметром, нежно огладил мою лодыжку, с явным намеком. Это заставило меня ощутить себя моллюском, у которого он вскрывает раковину, чтобы насладиться нежным сладким мясом. По прошлому опыту я знал, чего Агарес хочет. Безоговорочной капитуляции. С трудом я заставил себя расслабиться, и он вновь принялся терзать меня языком, доводя до изнеможения, пока в конце концов, я не кончил со вскриком.       Но он не остановился, снова умело распаляя меня медленными сильными толчками языка. Тяжело дыша, я захныкал, вцепившись уже обеими руками ему в волосы. Одного языка было недостаточно, чтобы я мог достичь разрядки повторно. В конце концов, не выдержав, я протянул руку, чтобы коснуться себя сам, но Агарес мгновенно перехватил ее за запястье. Затем он развернул меня, так что я распластался на ящике грудью, и, раздвинув ягодицы, снова продолжил дразнить меня, вылизывая изнутри. Его пальцы обхватили член, лаская мягко и едва ощутимо. Казалось, он хотел добиться, чтобы я совсем размяк и не мог пошевелиться. Он подготавливал меня с тщательной неторопливостью. Но я мог бы поклясться, что я уже мягкий везде, и изнутри, и снаружи. Я был готов принять его.       — Агарес, пожалуйста… — в конце концов вырвалось у меня со стоном. Я нетерпеливо качнул бедрами, пытаясь подтолкнуть его. Я чувствовал, как его член упирается в копчик, твердый, горячий и огромный.       — Пожалуйста — что? — хрипло произнес он, дразняще пробегая когтями по моим бокам.       К черту!       Я шире раздвинул бедра и выпятил задницу, подставляясь ему.       — Трахни меня, Агарес. Возьми меня, — простонал я, дрожа всем телом. — Умоляю!       Он навис надо мной, скользнув грудью по спине, и я выгнулся, стремясь почувствовать, как он вжимается членом в задницу. Мне невыносимо хотелось большего контакта.       — Как ты хочешь, чтобы я тебя взял? — интимно шепнул он на ухо, продолжая свою игру.       Я выругался.       — Грубо! — рявкнул я. — Как ты обычно это делаешь!       Агарес зарылся лицом в мои волосы на затылке и глубоко с наслаждением вдохнул.       — Ты никогда по-настоящему не сопротивлялся мне, Дешаров, — почти мурлыкнул он. — Ты не представляешь, каким грубым я могу быть на самом деле.       Я невольно вздрогнул и обернулся к нему через плечо. Ага, то есть тогда на острове все, что мы делали, было не сексуальным марафоном. И таким образом он хочет сказать, что это не все, на что он способен?       У меня невольно вырвался слегка истеричный смешок. Я хотел съязвить, но не успел. В следующую секунду Агарес вошел в меня одним плавным, слитным толчком, от которого я подавился собственными словами. Я практически ощутил, как дырка растягивается под его напором, и мне показалось в этот момент, что он даже больше чем обычно. Или же я за эти два года отвык, что более вероятно. Я зажмурился, впиваясь пальцами в края ящика, и судорожно сжимаясь вокруг его члена. И в то же время с легким ужасом понимая, что он даже еще не до конца вошел.       Наконец я почувствовал прикосновение холодной чешуи к ягодицам, и тихо всхлипнул. Ощущение наполненности было таким абсолютным, что у меня потемнело в глазах. Казалось, будто я нанизан на горячий толстый кол. Я буквально не мог пошевелиться. Слезы невольно брызнули из глаз, но Агарес не дал мне времени, чтобы привыкнуть. В конце концов, я сам попросил его быть грубым.       Глубокие длинные толчки обрушились на меня яростным ливнем, заставляя беспомощно извиваться и всхлипывать. Каждый раз, когда он всаживал в меня член до упора, я слышал пошлый хлюпающий звук, от которого по всему телу пробегала волна дрожи. Не сдержавшись, я обернулся через плечо и сумел увидеть краем глаза, как толстый член, увитый голубоватыми прожилками, входит в меня, то исчезая, то появляясь. Твою мать, это чудовищное орудие действительно поместилось во мне?!       Возвышаясь надо мной, Агарес тоже посмотрел туда, где соединялись наши тела, и приподнял уголки губ в самодовольной усмешке.       Перехватив мой взгляд, он ухмыльнулся.       — Так достаточно грубо? Ты ощущаешь, как сильно растянут, Дешаров?       — Придурок, — всхлипнул я.       В ответ он накрыл мои губы своими, жадно проникая языком внутрь рта. Я не сразу понял, что происходит, потому что его язык глубоко извивался у меня в глотке, заставляя беспомощно скулить сквозь слезы. А потом я почувствовал это. Его член, оказавшись во мне полностью, как будто… растекся по ощущениям, полностью повторяя форму мышц и плотно сливаясь с моей плотью изнутри. Это было не так грубо, как недавно, скорее это было похоже на то, словно Агарес хотел заставить меня окончательно растаять. Кажется, я даже мог ясно различить форму его члена, потому что прочувствовал ее теперь в полной мере. Между членом мерфолка и человека однозначно была огромная разница. Оказавшись внутри, он словно превратился в щупальце осьминога, гибкое и вместе с тем восхитительно твердое. Как будто он мог менять форму, чтобы стимулировать каждое чувствительное местечко внутри.       Такого крышесносного удовольствия я еще никогда не получал. Кажется, это единственный однозначный вывод, который я мог сделать о морском народе после стольких лет изучения.       Агарес поднял мою ногу, раскрывая меня еще больше, и неумолимо атакуя языком рот. Рыдая от удовольствия, я выгнулся в спине, ощущая, как скользкая чешуя холодит задницу. В такой позе я кончил быстро. Огненная вспышка взорвалась под закрытыми веками, и я содрогнулся, выплескиваясь на ящик.       Кажется, я ненадолго отключился, потому что очнулся в руках Агареса, сидя на его члене, уже лицом к нему. Обхватив его ногами за талию, я почувствовал, как под таким углом он проникает еще глубже. Агарес тяжело дышал, его лицо сковало напряжение. Я поймал себя на мысли, что он очень красив сейчас, в преддверии оргазма.       Дрожа, я обнял его за шею. Тело стало мягким и податливым, как пластилин, и я просто позволял ему вторгаться в меня раз за разом, чтобы догнать собственное удовольствие. Я лениво потянулся к нему за поцелуем и ощутил, как он твердеет и увеличивается внутри меня еще больше. Агарес задрожал, и я невольно посмотрел вниз. И увидел, как его хвост срастается прямо подо мной. Выходит, в этой полутрансформе с разделенным хвостом, член у Агареса поменьше.       Сидеть сразу стало куда удобнее. Хвост изгибался, и эти волнообразные движения усиливали удовольствие от проникновения настолько, что я, толком не отойдя от второго оргазма, кончил снова Агаресу на живот. Одновременно с этим я ощутил, как он выплескивается внутри меня.       Задыхаясь, я положил голову ему на плечо. Гибкое основание плавников обвилось вокруг моей лодыжки привычным успокаивающим жестом.       Некоторое время мы отдыхали, кажется, даже немного подремали, прежде чем продолжить уже до самого рассвета. Когда лучи восходящего солнца окрасили море за пределами нашего укромного ангара пылающим заревом, у меня уже не было сил даже кричать от удовольствия. Агарес выжал меня досуха.       Тогда он отнес уже засыпающего меня обратно в здание. Про себя я назвал его нелепой резиденцией моего морского царя. Пусть и временной. Полагаю, это можно назвать также началом нашей новой совместной жизни.       С этими ироничными мыслями я погрузился в счастливый сон.