Тритон Дешарова. Книга 2

      Где я?              Первое, что бросалось в глаза — деревянный потолок, покрытый трещинами, и зияющая темная дыра в углу. Кажется, это моя каюта на «Посейдоне». Агарес перенес меня сюда.              Я резко вскочил с кровати и кинулся к двери, но вовремя спохватился, что не замаскировался. На столе лежала косметика и вещи, которыми я обычно пользовался, чтобы изменить внешность. Надо найти Агареса как можно скорее, но все равно я не могу выйти на улицу вот так. Слишком опасно. А если в Венеции находится Рейн и его люди, тем более.       Вернувшись к столу, я взял ножницы и быстро обрезал отросшие волосы максимально коротко. Затем затемнил кожу, нацепил накладную бороду и очки и внимательно осмотрел результат в зеркале. Ну теперь я похож на мужчину средних лет, в котором с трудом можно узнать прежнего Дешарова, студента морской академии.       Порывшись в ящике стола, я достал пистолет, бинокль и фонарик, засунул их в водонепроницаемые пакеты и распихал по карманам своей куртки. Возможно, придется плыть. Даже скорее всего.       Выйдя на палубу, я огляделся. На корабле не было ни души. Но из капитанской рубки доносился сигнал пейджера. Я пошел туда и прослушал последние сообщения, которые оказались от Роди и еще нескольких парней из экипажа.       Новости оказались неутешительными: Колов, кажется, умудрился обстряпать свои делишки не только с Каморра, но и наобещал «камни» немецкой компании, которую, — теперь я не сомневался, — возглавлял Рейн. И Шакалова, если она тоже выжила. Мало того, немцы предложили ему принять участие в каком-то проекте в качестве посредника, и «Посейдон» должен поплыть с ними в Японию.       Все были взбудоражены этими новостями, предвкушая очередной большой куш, но меня сковала тревога.       Что Рейну понадобилось в Японии? А вдруг… Вдруг они знают о планах Агареса и хотят опередить его, — первыми найти обломки бомбы и открыть проход снова?       Я уже ничего не исключал. Только прибыв в Венецию, я оказался в самом эпицентре каких-то непонятных интриг между немцами, Агаресом, итальянской мафией и Коловым.       С другой стороны, возможно, это отплытие даже на руку. В море Агаресу куда легче будет отобрать свои споры, чем в городе, контролируемом двумя его врагами. Но где он сейчас?       Я решил убраться с «Посейдона» и для начала наведаться в то казино, где проходила сделка с Каморра. Но когда уже сел в гондолу, то вдруг заметил трехпалубный лайнер на западной стороне порта, который медленно приближался к «Посейдону». Вскоре между обоими суднами протянулся трап, по которому прошли парни из моего экипажа. А на основной палубе лайнера я разглядел знакомую фигуру в зеленом военном мундире. Инстинктивно присев на корточки, под прикрытием тента, натянутого над гондолой, я пробрался к краю лодки и перепрыгнул на берег. И прижавшись к стенке какого-то здания, продолжил наблюдение.       Человек в зеленой форме — это явно Рейн. Интересно, Шакалова с ним? Достав бинокль, я внимательно осмотрел палубу лайнера, но не обнаружил никого, похожего на нее. Это утешало — Рейн, конечно, тот еще ублюдок, но тупой как валенок, с ним легче справиться в случае чего, чем с этой коварной и лживой интриганкой.       Но был там еще один старый знакомый. Старикан Шиничи. Господи, а этот-то как умудрился выжить?! Он стоял, беседуя с Коловым и той блондинкой — Личарди. Увидев ее, я воспрянул духом. Может Агарес с ней?       Я еще раз дотошно изучил корабль немцев, но Агареса нигде не было. Однако я чувствовал, что он здесь. Не знаю, как это объяснить, но я как будто ощущал его невидимое магнитное поле, которое притягивало меня, заставляя нервничать. Он точно прятался на лайнере или даже на «Посейдоне».       — Решил поиграть со мной в прятки, мой вождь? — пробормотал я себе под нос, сощурившись и мысленно благодаря Колова за то, что он такой тупой и умудрился ввязаться в терки между итальянцами, немцами и Агаресом. Раз «Посейдон» поплывет с немцами, то Агарес точно будет на их лайнере, и значит я смогу быть рядом и помочь, хочет он того или нет.       Рейн скрылся в капитанской рубке, и я воспользовался этим, чтобы пробраться обратно на «Посейдон». Спрятавшись в своей каюте, окно которой удачно выходило на лайнер, я продолжил наблюдение. Увидел, как Шиничи что-то изучает на своем электронном навигаторе, разговаривая с Личарди. Интересно, что они обсуждают? Дальнейший курс? Планы? Поиски обломков атомной бомбы?       Вероятнее всего, после той неудачи на Лемегетоне, они хотят найти способ попасть в Атлантиду. И если Агаресу нужна бомба, то им нужно то место, где когда-то катастрофа уничтожила врата. А значит, и Рейн, и Агарес, стремятся попасть в одно место. Если я смогу узнать, куда направляется Рейн и сопоставить это с координатами той морской зоны, которую мы с однокурсником исследовали, то подтвержу свои догадки.       Позади старика стояли люди — наверное, его телохи. Как водится, одетые во все черное. У одного в руках был кожаный чемоданчик, скорее всего с зеленью. Никаких других сейфов, даже рядом с Шиничи, не было. А жаль. Конечно, это было бы слишком просто. Но где же тогда они спрятали споры мерфолков? И вообще, кому в итоге Колов решил продать эти долбанные споры — Личарди, Рейну? Судя по тому, что все трое тут, они о чем-то да договорились.       Я решил внимательно присмотреться к людям старого японца, и сердце, вдруг, забилось чаще. Один из них показался мне смутно знакомым, хотя ничего общего между ним и Агаресом не было, разве что бледная кожа. Тоже высокий, в солнцезащитных очках и с короткими каштановыми волосами. Я никак не мог оторвать от него бинокль, ощущая знакомое уже притяжение.       Может ли такое быть, что поглощая человеческие гены, Агарес копировал не только нижнюю часть тела, но и внешность? Он что, притворился одним из тех, кого убил?       В голове лихорадочно замельтешили мысли о том, как пробраться на корабль немцев. Рейн и Шиничи могут узнать меня, даже несмотря на маскировку, не ахти какую. Значит, примазаться к людям Колова днем, чтобы пошариться на лайнере и разведать обстановку, у меня не получится. Не хочу рисковать. Но можно попробовать пробраться на их корабль ночью. Раз мы будем рядом, то я без проблем смогу доплыть до него.       Я еще раз бегло изучил немецкий корабль, на этот раз планируя, где заберусь на палубу. Тем временем Шиничи и Личарди пошли к распахнутой двери просторной каюты, оттуда доносились звуки музыки, туда-сюда сновали официанты и гости. Похоже, собираются отмечать удачную сделку. Человек, в котором я подозревал Агареса, тоже пошел с ними.       Постепенно опустились сумерки, и оба корабля вышли из порта. В восемь вечера Родя заглянула ко мне и пригласила сыграть в покер с другими парнями. Я не стал отказываться и просидел за игрой до полуночи, а потом сказал, что иду спать. Вернувшись в каюту, снова наспех навел маскарад, нацепил накладную бороду, только очки брать не стал, и улизнул с «Поседойна». Улучив момент, я спрыгнул в воду и поплыл к лайнеру. Скорость обоих кораблей была не сильно высокой, что позволило мне с новыми навыками легко догнать лайнер.       После нескольких попыток мне наконец удалось зацепиться кинжалом за спасательную шлюпку, прикрепленную к борту. Ухватившись за свисающий канат, я осторожно взобрался по нему и приподнял голову над перилами, чтобы осмотреться. Банкет был в самом разгаре. Пьяные гости — итальянцы вперемешку с немцами и японцами — шлялись по основной палубе. Даже матросы и те набрались. Звучали немецкие песни. Двери обеденной залы в самой большой каюте были распахнуты настежь. На импровизированной сцене стояла рыжая девушка-певичка в облегающем платье со смелым разрезом до бедра. Мужчины в зале смотрели только на нее, так что сложностей с тем, чтобы перебраться через перила и слиться с гуляющими, не возникло.       Я не стал заходить в зал, юркнул к круглому окошку в узком проходе между каютой и бортом, и пригляделся. Там царил полумрак. Немцы курили сигары и сизые клубы дыма заволокли помещение. Рейн тоже был тут — расслабленно сидел, откинувшись на спинку стула, за отдельным столом у сцены, в компании Колова, Шиничи и Личарди. Они играли в покер. Все-таки интересно, он здесь за главного, или Шакалова тоже выжила? Наверное, она бы присутствовала на празднике. Может она осталась в головном штабе?       Оставив их, я тихонько поднялся по лестнице на вторую палубу, надеясь найти Агареса там. Была еще третья, и по обеим сновали вооруженные люди. Похоже, что дальше основной гостей не пускали. Военные, патрулирующие верхние этажи, казались относительно трезвыми, но не особо бдительными. Они лениво разгуливали туда-сюда или группками собирались возле борта, что-то обсуждая и с интересом наблюдая за происходящим внизу. Кто-то даже пил. Это определенно мне на руку.       Здесь было темно, так что я, стараясь держаться в тени стены, благополучно поднялся на второй этаж никем незамеченным, и спокойно подкрался к лестнице, ведущей на третий. Здесь знакомый свежий влажный запах морского бриза окутал меня, и сердце бешено заколотилось.       Агарес точно был где-то тут.       На третьем этаже была только одна каюта, в которую я и юркнул. Мужчина, которого я видел днем с Шиничи, стоял спиной ко мне у раскрытого окна и смотрел на море, как будто о чем-то глубоко задумался. Будь это действительно Агарес, я бы не смог застать его врасплох. У него не было хвоста и длинных серебристых волос, испускающих сияние, и даже ростом он был ниже Агареса в его человеческом облике, но аромат, витавший вокруг него, пропитавший маленькую каюту, определенно точно принадлежал моему тритону.       — Эй, Агарес.       Его плечи вздрогнули.       Я подошел к нему и обхватил руками за талию до того, как он успел обернуться. Зарылся носом в шею чуть повыше воротника черного костюма, с удовольствием вдыхая любимый запах.       — Думал спрятаться от меня? — шепнул я.       Он медленно развернулся в моих руках. Даже темные очки не могли скрыть слабое сияние, что испускали его нечеловеческие глаза. Я собирался поцеловать его, но вместо этого почувствовал, как в лоб упирается дуло пистолета. А в следующий миг, не успел я отреагировать, как Агарес грубо развернул меня, крепко сжал руки за спиной и толкнул обратно к лестнице, ведущей вниз. Знакомый низкий голос произнес короткую немецкую фразу, значение которой я, разумеется, не понял. На второй палубе нас окружили вооруженные наемники, нацелив на меня пистолеты.       Ошеломленный таким поворотом, я застыл. Я же не мог ошибиться! Не мог! Это точно был Агарес! Чего он добивается?       — Что здесь происходит? — голос Рейна, раздавшийся с нижней основной палубы озвучил мои мысли.       Я опустил голову и увидел, что он стоит внизу в дверях залы, и смотрит на нас.       По его приказу меня заставили спуститься. Оказавшись перед Рейном, я опустил голову, опасаясь, что он узнает меня.       Ужасно хотелось обернуться и посмотреть на Агареса, но я не стал. Не понимаю, почему он так поступил, но наверняка у него были на то свои причины. Я не хотел выдавать его прикрытие, поэтому стоял тихо. Но он мог бы и предупредить, ведь для этого было время!       Взгляд упал на кожаные ботинки Рейна прямо передо мной.       — Кто ты такой и что делал на второй палубе? Туда запрещено ходить посторонним.       — Я искал… туалет, — стараясь говорить приглушенно и низко, с хрипотцой, чтобы он не узнал мой голос, пробормотал я, тщательно выговаривая слова на английском. От волнения акцент снова мог прорезаться и выдать меня.       — Подними голову.       Дыхание сбилось, сердце пропустило удар. Но тут я почувствовал, что руки Агареса на моих запястьях сжались крепче. Может, это какой-то намек?       Очень медленно я поднял голову, лихорадочно пытаясь сообразить, как выкручиваться из этой ситуации. Может… Изобразить пьяного? Точно!       Задорно хихикнув, я развязно протянул:       — Эй, эй, большой капитан, не надо так нервничать. Мне просто нужно отлить, вот я и искал туалет. Не пачкать же мне твою сияющую палубу, а?       Рейн пристально уставился на меня. Острый взгляд препарировал на месте. Но прошло несколько секунд, а Рейн как будто не узнал меня, и я смог сделать вдох.       — Я тебя раньше не видел. Ты прихвостень Колова или Личарди?       — Ха! О чем ты говоришь? — удивленно воскликнул я, качая головой. — Блять, парни отпустите, реально поссать приспичило.       — Кто-нибудь знает его? — спросил Рейн, оглядываясь вокруг.       Никто ему не ответил. Я стоял, покачиваясь, будто набрался, и улыбаясь как идиот. Мой дешевый спектакль привлек остальных гостей. Среди них был Колов, но даже он не узнал меня, поскольку я не носил при нем накладной бороды.       — Заприте его в трюме, — приказал Рейн.       Его приказ незамедлительно выполнили. Меня грубо швырнули в одну из кают в трюме, сковали наручниками и насильно влили какое-то горькое вещество в рот. Подозреваю, это что-то должно было заставить меня протрезветь. Даже не удосужившись включить свет, конвоиры ушли.       Но спустя какое-то время явился Рейн, а за ним по пятам шел Агарес. Он выглядел, как настоящий солдафон, пристроившись за своим капитаном. Абсолютно пустое лицо, ничего не выражающий взгляд, будто он ждал приказов от начальства. А в руках у него были какие-то металлические инструменты, напоминающие орудие пыток — щипцы, плоскогубцы, ножницы и что-то определенно похожее на хрень, для выколупывания глаз.       Я невольно содрогнулся, уставившись на него во все глаза. Но лицо Агареса было скрыто в тени полумрака. Только свет от фонаря из коридора лился в открытую дверь, слабо освещая каюту. Если честно, я запаниковал. Он же не всерьез? Он не станет пытать меня по приказу Рейна, как бы далеко все не зашло? Я бы охотнее поверил, что Рейн внедрил ему какой-то чип в башку (если бы смог, конечно), и управлял им, чем в то, что Агарес по доброй воле причинит мне вред.       От Рейна, когда он наклонился ко мне, несло спиртным и табаком.       — Итак, друг мой, — вкрадчиво улыбнулся он. — Ты достаточно протрезвел?       Он схватил меня за волосы, заставляя запрокинуть голову, а другой рукой впился в горло. Вздернув на ноги, Рейн с силой впечатал меня в стенку. Я закашлялся от удара и затряс головой, пытаясь прогнать мушки перед глазами. Борода не выдержала и отклеилась. Я в испуге отвернулся, но было уже поздно.       Больно схватив за подбородок, Рейн внимательно вглядывался в мое лицо несколько могновений, а потом ошеломленно выдохнул. Его хватка тут же ослабла, а большой палец нежно провел по щеке и губам.       — Дешаров… Это ты? Боже, как ты здесь оказался? — растерянно пробормотал он, явно не веря своим глазам. Но тут его губы сложились в довольную усмешку. — Неужели соскучился по мне?       — Мечтай! — выплюнул я, тщетно пытаясь вырваться, но его пальцы снова сжались сильнее.       Взгляд Рейна изменился — стал расчетливым, липким.       — Какая удача, — почти промурлыкал он, внезапно рванув воротник моей рубашки так, что пуговицы оторвались и заскакали по полу.       Я поежился и взглянул в сторону Агареса, но голова Рейна заслоняла мне обзор. С той стороны, где Агарес стоял, вообще не доносилось ни шороха. Это молчание, полное отсутствие реакции на действия Рейна, напрягали меня куда больше, чем сам Рейн.       — О чем думаешь, малыш Уоллес? — хрипловато поинтересовался он, приблизив свое лицо так, что на меня нестерпимо дохнуло перегаром. Его взгляд опустился на мои губы. — Какая удача, — повторил он, — что ты так внезапно попал ко мне в руки, мой маленький мотылек.       Рейн наклонился, собираясь поцеловать, но в это мгновение бледная, сияющая в полутьме рука появилась у него из-за спины. Я видел, как вздулись вены на запястье, просвечивая сквозь кожу не красным, а ослепительно голубым, словно в них вместо крови тек жидкий электрический ток. Когтистые пальцы едва не вонзились в глазницы Рейна, но Агарес не собирался вырывать ему глаза. От его пальцев во все стороны брызнули маленькие потрескивающие молнии. Тело Рейна задергалось, как будто он подвергся электрическому разряду, а потом резко обмякло. Агарес схватил его за шиворот и вздернул с такой легкостью, словно тот был беспомощным щенком.       — Где находятся камни, которые вы выкупили у русского? — прорычал он. — Большой синий камень, выловленный из моря?!       — На самолете, — прохрипел Рейн. — Он направляется в Хиросиму и будет там через три дня.              Его глаза вращались в разные стороны, руки и ноги дергались, как у марионетки. Похоже Агарес загипнотизировал его.       Я прижался к стене, следя за ними обоими и пытаясь подавить вспыхнувший гнев. Интересно, Агарес сейчас меня спас только потому, что они наконец остались с Рейном наедине и он мог без помех допросить его? До каких пор он ждал бы, прежде чем остановить Рейна, не будь у него необходимости узнать информацию о своем ДНК? Или… Я просто был приманкой с самого начала? Он ведь знает, что Рейн одержим мной.       — Так это и был твой грандиозный план, лорд-вождь? — хрипло выдохнул я, со злостью глядя на Агареса. У меня вырвался истерический смешок, ярость обжигала внутренности кислотой. — Использовать меня как приманку для Рейна, так? Отличный план.       — Он прошел специальную подготовку. Его психика слишком устойчива, — равнодушно ответил Агарес. — Мне нужен был момент, когда он даст слабину. Я не рассказал тебе, чтобы ты не раскрыл наше прикрытие, Дешаров.       Говоря это, Агарес вытащил ключ от наручников из кармана Рейна, и небрежно отшвырнув его тело в сторону, закрыл дверь каюты. Затем подошел ко мне и потянулся мне за спину, чтобы разомкнуть наручники, но ощущение было такое, словно он интимно обнимает меня. Я позволил — выбора особо не было, — пока Агарес шептал на ухо:              — Я бы не допустил, чтобы он притронулся к тебе.       Высвободив мои руки, он обхватил пальцами левое запястье и прижался к нему губами таким до боли привычным жестом, что сердце защемило, несмотря на злость. Агарес провел языком по следам от металла на тонкой коже, но я опомнился и отдернул руку.       — Скажи мне, Агарес… Ты ведь с самого начала не планировал встречаться со мной, так? Ты собирался найти свои споры и свалить нахрен, а я не вовремя тебя обнаружил. Или ты ждал, когда я тебя найду, чтобы претворить свой план с Рейном в жизнь?       Скрестив руки на груди, чтобы хоть как-то закрыться, я прижался к стене. В данный момент мне хотелось, чтобы между нами было хотя бы мизерное расстояние. Мерзкое ощущение, что меня использовали в очередной раз, заставляло что-то в груди судорожно сжиматься. Я бы и так согласился помочь ему, расскажи он мне заранее свой план!       Мной уже достаточно попользовались в прошлом. Всю жизнь я, сам того не ведая, шел по чьему-то сценарию, постоянно вляпываясь в неприятности. Удивительно еще, что мои сгинувшие однокурсники тоже не оказались подставными. С самого начала меня пасли, как скот, загоняя в ловушку, чтобы я действовал по плану.              Окей, с грехом пополам я смирился с тем, что Агарес и дед решили за меня, когда я был младенцем. Дед хотел спасти мне жизнь и воспользовался удачно подвернувшейся сделкой с Агаресом. Агарес же руководствовался инстинктами, ему жизненно необходимо было сохранить свой вид, и он отправил с дедом свое долбанное ДНК в надежде, что оно приживется хоть где-то и хоть у кого-то. Как лидера своего народа я не мог его попрекнуть. Ни его, ни дедушку. Я бы сделал то же самое для своих близких, если бы у меня не было выбора. И поступки обоих в таком контексте еще хоть как-то со скрипом я мог понять и принять.       Но потом случились чертовы Рейн с Шакаловой, обезумевший Шиничи, и все это привело к тому, что я уже не мог вспомнить ни одного лица тех людей, которым действительно доверял. Последние два года я вообще старался не сближаться ни с кем, потому что паранойя разыгралась не на шутку. И только Агаресу я смог довериться полностью. Поэтому и не ожидал такой чудовищной подставы от него особенно сейчас, когда с трудом нашел.       Оглядываясь назад, вспоминая события на острове и свое детство, я думал, что Агарес — незыблемая константа в моем крохотном мирке. А сейчас у меня было такое чувство, словно меня толкнули прямо в пропасть. И это было сродни чувству, словно я потерял способность дышать. Паника. Вот что на долгие мгновения захлестнуло все мое существо.       Агарес медленно перевел на меня взгляд.       — Нет. Я не знал, что ты тоже приедешь в Венецию.       — Да, но ты явно быстро сориентировался и обратил мое появление в свою пользу, — цинично хмыкнул я.       — Это правда, — напряженно повторил Агарес и навис надо мной, притягивая к себе за талию. Даже сквозь одежду я ощущал, какие ледяные у него руки. Это было ненормально.       Упершись ладонями в его грудь, я попытался отстраниться, но он будто не заметил моих жалких потуг. Я словно очутился в объятиях холодной статуи. Да, Агарес был силен, но все же в его руках я всегда ощущал спокойствие и безопасность, тепло живого тела, а сейчас… Сейчас он казался абсолютно бездушным.       Свободной рукой Агарес схватил меня за подбородок и наклонил голову, впиваясь в губы со зверским напором. Это было больно.       Я заколотил по его плечам, мыча ему в рот. Сопротивляясь, с трудом уперся коленом ему в живот. Да он с ума сошел, что ли?!       Но Агарес отвел мое колено в сторону, закидывая себе на бедро, и подхватил за задницу, заставляя прижаться к нему и обхватить его ногами, чтобы не потерять равновесие. Стена холодила мне спину, а спереди прижималось стальное тело Агареса.       — У тебя все мозги в нижнюю головку утекли? — прошипел я, метнув на него злобный взгляд, едва получил возможность говорить.       И только сейчас смог рассмотреть, что… Его лицо изменилось. Оно плыло, как пластилиновая маска, черты смазывались, как будто сквозь новую личину проступало его настоящее лицо, кожа натягивалась и деформировалась. Это зрелище было ужасным и завораживающим одновременно. Я оцепенел.       — Проклятье, я не должен был прикасаться к тебе, — процедил Агарес сквозь стиснутые зубы. От напряжения на его лбу выступили капли пота. — Ты… делаешь мутацию нестабильной.       Ему явно было больно. Вдобавок чернильные тонкие змейки вен расползлись по всему его лицу по скулам до ушей. Вены на шее вздулись, как будто вот-вот лопнут. Короткие каштановые волосы стремительно удлинялись и светлели, превращаясь в серебристые пряди.       Я протянул руку, чтобы прижать ладонь к его щеке, но он резко оттолкнул меня и отскочил. Упав на колени, Агарес схватился за голову. Его трясло так, словно ударило электрическим разрядом. Он лихорадочно зашарил руками по бедрам, наверное, пытаясь порвать брюки, чтобы высвободить хвост.       Я застыл, не зная, чем помочь.       Но тут все закончилось также резко, как и началось. Тяжело дыша, Агарес привалился к стене и закрыл глаза. Некоторое время мы молчали. Он приходил в себя, а я был ошеломлен происходящим. Но долго не выдержал.       — То есть из-за того, что я херю твои планы одним своим присутствием, потому что ты не можешь удержать член в штанах при виде меня, ты боялся, что я нарушу твою маскировку? — не без скепсиса, уронил я и продолжил, не дожидаясь ответа: — О, прости, что я доставил тебе столько неприятностей! Очевидно, что мне стоило тихо сидеть на своем корабле и не высовываться, в смиренном ожидании, пока моя задница не понадобится тебе снова, великий вождь. Спасибо, что вовремя все рассказал, стало так понятно!       Буквально выплюнув последнюю фразу, я направился к единственному окну в каюте, намереваясь спрыгнуть в море и добраться до «Посейдона». Я уже занес ногу, чтобы перелезть через перегородку, но тут меня мощным рывком сдернуло с окна. Агарес обхватил меня сзади и прижался холодными губами к шее.       — Не уходи, — хрипло взмолился он.