Тритон Дешарова. Книга 2

      — Не уходи, Дешаров.       Оттащив от окна, Агарес снова прижал меня к стенке. На контрасте со словами он действовал грубо, как будто его не волновало мое мнение и чувства. На сопротивление он просто не обращал внимания.       Я злобно наступил ему на ногу, выбиваясь из сил в попытках вырваться из его рук, но чем сильнее я боролся, тем сильнее Агарес подавлял. Все происходящее сейчас, особенно учитывая обстоятельства и валявшегося рядом без сознания Рейна, начинало смахивать на изнасилование, и мой мозг не мог в это поверить.       Даже тогда, когда Агарес забрался ладонями под рубашку, с вожделением оглаживая грудь. Он намеренно обласкал соски, тут же затвердевшие от его холодных прикосновений, а затем провел рукой вниз вдоль живота. Я мгновенно потерял всякую способность сопротивляться, тело задрожало, внизу живота скопилась тяжесть. Его запах дурманил. Всхлипнув, я вцепился в его плечи, опасаясь, что ноги не удержат.       Агарес же явно собирался воспользоваться тем, как действует на меня. Его не волновало, что обстоятельства не располагают, что Рейн может очнуться в любой момент, и даже то, что я не давал своего согласия, а очень даже наоборот. Он протиснул колено между моих ног, рванул пояс на брюках, при этом не говоря ни слова. И это пугало больше всего. Но вместе с тем внезапно так разозлило…       — Ты ублюдок! Только так и можешь меня удержать, да? — задыхаясь от ярости, прошипел я и впился ногтями ему в плечи что было сил. — Может в море ты и царь мерфолков, но я не один из твоих подданных и не буду терпеть такое отношение, прекрати сейчас же! Мало того, что ты ни хрена мне не рассказал, использовал как приманку, а теперь еще и ведешь себя как животное?       Агарес замер. Его хватка ослабла. Попытался дотронуться до моей щеки, но я увернулся и, воспользовавшись моментом, вырвался из его рук. Эта его противоречивость — метания между нежностью и откровенной грубостью — уже не сбивала с толку, а начала бесить. Я ему не собачка, чтобы обращаться со мной по настроению! Захотел — приласкал, захотел — бесцеремонно выебал. Да пошел он!       Злобно уставившись на него, я отпрянул на несколько шагов. Лицо Агареса было абсолютно нечитаемым. Даже в глазах вместо ласковой синей бездны клубился лишь темный непроглядный туман. Сердце сжалось. Да что с ним такое? Он как будто совершенно чужой!       Я с трудом терпел его авторитарность на острове, но сейчас он перешел все границы. Я надеялся, что когда-нибудь мы сможем… сможем быть хоть немного на равных. И сейчас впервые засомневался — да уживемся ли мы вообще? Он не человек. Он царь морского народа. Возможно прямо сейчас он вообще не понимает, что ведет себя как последняя скотина.       Несколько минут мы сверлили друг друга напряженными взглядами. Вдруг в коридоре раздались звуки шагов. Не слишком близко, но и не слишком далеко. Мой взгляд невольно метнулся к Рейну. Тот дернулся — кажется, вот-вот очнется.       Пора заканчивать эти разборки. Я сунул руки в карманы брюк и холодно сказал:       — Кто-то идет. Надо замести следы и убираться, вождь. Что собираешься делать с этим парнем?       — Он ничего не вспомнит, — Агарес окинул тело Рейна небрежным взглядом и подошел ко мне. Я с подозрением смотрел, как он протягивает руку, но он всего лишь обхватил меня за затылок и прислонился лбом к моему. — Я хочу разобраться, — тихо сказал он. — Дешаров, как я должен с тобой обращаться?       Он произнес все это на русском. Отрывисто, но правильно.       — Очень своевременный вопрос, не находишь? — растерянно пробормотал я, сбитый с толку очередной внезапной переменой в его поведении.       В ответ Агарес снова яростно поцеловал меня. Затылок болезненно заныл от усилившейся хватки, во рту появился привкус крови — он прокусил мне губу клыками. Блять! Агарес никогда не позволял себе такого даже в пылу звериной похоти.       Его язык ненасытно исследовал мой рот, и это было похоже не на страстный поцелуй, а на желание сожрать. Одержимость.       Вот теперь я действительно был напуган. Не оставалось никаких сомнений, что он абсолютно невменяем. Ничто не остановит его от того, чтобы овладеть мной прямо здесь. Когда его руки впились в мои бока, царапая когтями так, что стало больно, я задрожал. И почему-то оцепенел, не веря, что это действительно происходит, и он беспрепятственно разорвал на мне рубашку. Жадные губы коснулись шеи, и вдруг…       Шея самого Агареса хрустнула, а потом немыслимо согнулась под странным углом. Я отшатнулся. Его глаза, устремленные на меня, были абсолютно черными и непроницаемыми. Тьма заволокла все, даже белки. В них не было ни проблеска эмоции или здравого смысла.       — А… Агарес… что происходит? — почти проскулил я от страха в иррациональной попытке достучаться.       Агарес моргнул… и оскалился. На меня.       На его лице читался голый инстинкт. Дикое, нечеловеческое, но и не звериное, абсолютно бессмысленное желание обладать, настоящий первобытный голод, от которого по всему телу побежали мурашки.       — Агарес, это я, — жалко пискнул я, нервно сглатывая. — Дешаров!       Его веки дрогнули. В глазах появилась какая-то сизая дымка, как будто они немного прояснялись. Но Агарес снова опустил голову и вдруг упал на колени. Обхватив меня за бедра, он прижался губами к животу, при этом издавая такой звук, какого я никогда раньше не слышал от него. Уж не знаю, что он собирался сделать, но к моему облегчению, в дверь внезапно застучали.              Агарес тут же отпустил меня. Так и не встав, он стремительно отполз к стене за дверью и припал к полу в странной неестественной позе. Как будто огромная черная ящерица. Затем он потянулся и открыл.       На пороге стоял один из солдат Рейна с пистолетом в руке. Первым он увидел, конечно же, меня. Но не успел ничего сказать, потому что Агарес мощным рывком втащил его в каюту и швырнул в стену так, что тот упал и больше не подавал признаков жизни. Агарес поднял его с пола и без усилий оторвал голову. Кровь оросила стены, пол, и даже мое лицо. Я уже видел, как он убивал однажды, но то, что происходило сейчас… Это было действительно страшно, потому что он убил человека поистине зверским способом без всяких эмоций. Почти обыденно.       Я вскрикнул и отскочил к противоположной стене. Агарес, не обращая на меня внимания, поднял обезглавленное тело над собой. Откуда-то из-за его ушей выросло несколько тонких черных щупалец, и они жадно присосались к сломанному позвоночнику.       Я упал на колени и меня вывернуло. Когда поднял голову, то увидел, что Агарес быстро меняется… превращаясь в убитого человека.       Не дожидаясь окончания трансформации, он небрежно швырнул труп в окно и, пошатываясь, направился ко мне. Инстинктивно я попытался отползти, меня натурально трясло от страха и непонимания.       Присев на корточки, Агарес погладил меня по щеке. От его испачканных рук исходил сильный запах крови. Он снова выглядел, как обычный человек, без этих мерзких отростков, взявшихся не пойми откуда, и даже шея была целой.       У меня что, были галлюцинации?       — Н-не трогай меня! — сипло выдавил я, шарахнувшись от его рук. Вскочил на ноги и рванул к выходу, совершенно забыв о маскировке.       Но без бороды меня никто не узнал. В одной из кают я нашел чью-то забытую куртку, прикрыл голое тело, просвечивающее сквозь прорехи изодранной рубашки, и как мог привел в порядок брюки. Мне удалось смешаться с толпой гуляющих, но на всякий случай, я постарался как можно скорее найти ближайшую уборную.       Здесь я перевел дух. Меня все еще трясло. Кое-как взяв себя в руки я открыл кран и сполоснул лицо холодной водой. Стоило мне немного успокоиться, как дверь за моей спиной резко открылась. Я ничуть не удивился, когда обернувшись увидел Агареса. Точнее, человека, чей облик он принял. Его руки уже были чистыми, и ничто не выдавало только что совершенного убийства.       Мне все еще было жутко от этих его перевоплощений, а после увиденного я вообще не понимал, как реагировать. Но мое тело знало. Я замер, как кролик перед волком, вцепившись в края раковины за спиной. Краем глаза заметил окно, через которое мог бы сбежать, но тело не слушалось. До того момента, как он зверски растерзал несчастного солдата, я действительно по-настоящему не хотел уходить. Я просто хотел, чтобы Агарес перестал вести себя, как ублюдок, и выяснить, что происходит, черт возьми. Но теперь я боялся его до дрожи в коленках и ледяного пота на спине.              — Ты… Ты спрашивал, как тебе следует относиться ко мне, — заикаясь и сглатывая, пробормотал я. — Но… Твою мать, это должен быть мой вопрос, Агарес!       Агарес просто стоял, небрежно привалившись к двери, чтобы никто не вошел. Его лицо было лицом незнакомца. Маской. Но вовсе не потому, что чужое. Оно было… равнодушным. Единственное, что выдавало в нем нечеловеческое происхождение — слабо светящиеся, как и у всех мерфолков, зрачки.       О чем, блять, он думает?!       — Уходи, Дешаров. Возвращайся на свой корабль и держись от меня подальше.       — Да пошел ты! — выпалил я потрясенно. — Что за хрень?! Ты что, мать твою, издеваешься надо мной?       Эта его фраза выбила меня из колеи гораздо больше, чем все, что сейчас произошло. Моментально вспыхнул гнев. Забыв о страхе, я бросился к нему и схватил за воротник куртки.       — Ты ублюдок, — сквозь стиснутые зубы выдавил я. — Да что с тобой вообще происходит?! Ты шизофреник что ли? Или ты опять манипулируешь мной? Ты сам! Сам сказал, чтобы я не боялся тебя, что позволишь мне все о тебе узнать, что любишь… Какого хрена? Я не понимаю тебя…       Под конец голос сорвался от эмоций. В глазах закипали злые слезы. Я вглядывался в его мертвые бездушные глаза, пытаясь найти хоть какой-то проблеск эмоций. И нашел. По тому, как его губы сжались в плотную линию, я понял, что он едва сдерживается, чтобы не наговорить лишнего.       Я ждал, но в конце концов Агарес лишь повторил:       — Держись от меня подальше.       — Я не буду! — рявкнул я, бессильно встряхивая его за воротник, но, конечно же, Агарес даже не шелохнулся. — Сначала ты все мне объяснишь. Что эта за странная… мутация? Какого черта? Почему ты изменился… так?       — Я очень опасен, Дешаров! — прошипел Агарес, наконец-то отмирая, и отодрал от себя мои руки. Склонившись ко мне, он тихо угрожающе добавил: — И с каждым днем становлюсь все опаснее и опаснее.       Я судорожно сглотнул, но, когда заговорил, мой голос был на удивление спокоен. Наверное, потому что Агарес выдал хоть что-то кроме ледяного равнодушия. Панический животный страх почему-то отступил, и я снова смог контролировать тело.       — Ты всегда был опасен, мой вождь. И я не раз ощутил это на своей шкуре. Ты прекрасно продемонстрировал все, на что способен, охотясь на меня. Ты… приручил меня. Ты заставил меня хотеть тебя, я не могу без тебя жить, черт возьми! И теперь ты просишь меня уйти? Серьезно? Если ты хочешь, чтобы я держался от тебя подальше, то этой угрозы явно будет мало!       — Ты… — Агарес задохнулся и вдруг крепко прижал меня к груди.       Пульс участился. В этом объятии не было неумолимого холодного давления, бессмысленного желания добраться до моего тела. Оно было отчаянным, порывистым и беспомощным. Не знаю, как я понял это по одним прикосновениям, но сердце сжалось, и я охотно ответил, обхватив шею Агареса руками. Хотел поцеловать его, но он отвернулся, словно опасаясь прикоснуться ко мне. Я чертыхнулся. Блять, он ведь говорил, что у него отшибает мозги и он не может контролировать мутацию, когда возбуждается. Когда я уже это запомню?       Дрожащими руками обхватив его лицо, я прошептал:       — Теперь ты не отвяжешься от меня так легко. Ты еще не знаешь, какой я упрямый, когда хочу чего-то добиться. Даже если ты пугаешь меня до чертиков, не думай, что этот страх удержит меня на расстоянии.       Агарес уставился на меня так, словно я его шокировал. Еще бы. Наверняка он не ожидал, что я могу быть таким настойчивым и упорным даже после всего увиденного. Он ждал, что я обосрусь от страха при виде этой херни, которая с ним происходит, и убегу, сверкая пятками.       То, что удалось удивить его, приободрило меня. О, Агарес отлично изучил мое тело, но он не настолько хорошо знает характер. Меня заставили быть приманкой для него. И если я наживка, а он крупная хищная акула, то он уже пойман на крючок. И я не дам леске оборваться.       — Ты не понимаешь, — отчаянно, почти жалобно произнес Агарес, вцепившись в мои бедра. Его руки дрожали. Они по-прежнему были ледяными, и я ощущал это даже сквозь ткань брюк. — Ты не представляешь, кем я стану, Дешаров. Поначалу я еще мог подавлять это, но как только я оказываюсь рядом с тобой, то перестаю контролировать это. Как только оно освободится, я… Я возможно убью или даже поглощу тебя.       — Это? — напуганный его тоном, повторил я сиплым шепотом. — Что… что это?       Он попытался отстраниться, но я сильнее сжал его лицо в ладонях. Тогда он отшвырнул меня так, что я ударился об стену, но устоял на ногах.       — Темная материя, — с трудом выдавил Агарес сквозь крепко стиснутые зубы, тяжело дыша.       Он судорожно скомкал куртку на груди, впиваясь когтями в материал так, что из образовавшихся прорех потекла голубая кровь. Его лицо снова стало меняться. Под кожей на скулах появились темные вены, извивающиеся, словно черви. Они как будто хотели вырваться из его тела. Глаза стремительно превращались в черные провалы.       Только теперь до меня начала доходить серьезность ситуации. Запоздало я понял, что его невероятные метаморфозы едва ли можно отнести к сверхъестественным способностям мерфолков. Это было что-то опасное, необъяснимое, страшное и отвратительное. И как ни странно, несмотря на страх перед этой неизвестностью, я остро захотел помочь хоть как-то. Отлепившись от стены, я двинулся было к Агаресу на дрожащих подгибающихся ногах, но он вдруг издал ужасающий по частоте шипящий звук.       — Оно жаждет и тоскует по тебе еще больше, чем я… Дешаров, покинь корабль! Сейчас же!       Внезапно дверь распахнулась. Какой-то мужчина, гость, уже изрядно поддатый, ввалился внутрь. В следующее мгновение все повторилось, но произошло так быстро, что я толком ничего не успел разглядеть. Агарес метнулся к нему, послышался звук разрываемого на части тела, который я никогда не забуду, во все стороны брызнула кровь. Агарес превратился в размытую чудовищную тень, промелькнул мимо меня к окну и исчез в воде.       Я машинально отер липкую кровь, брызнувшую мне на лицо, и, пошатываясь, попятился, но чуть не вляпался в ошметки того, что было человеком. В этом месиве из одежды и внутренностей, разбросанных по всей комнатушке, едва ли можно было признать части человеческого тела.       Поскользнувшись на мокром от крови полу, я опрокинулся навзничь и, задыхаясь от шока и паники, забился в угол — между раковиной и стеной. В ушах нарастал звон, смрадно воняло кровью, доносившийся через распахнутую дверь звук веселья смазался и отдалился. Я слышал только собственное загнанное дыхание. Кажется, у меня началась паническая атака.       Каким-то чудом мне удалось взять себя в руки и добраться до разбитого окна. Пока сюда не нагрянул кто-то еще, нужно убраться. Голова кружилась, меня тошнило, ноги подкашивались, но не обращая внимания на свое состояние, я кое-как перевалился через окно на палубу, а затем через борт, и неуклюже прыгнул в море.       Ледяная вода отрезвила. Я поплыл, сам не зная куда, подальше от ужаса, оставленного позади. На море начинался шторм. Не знаю, сколько я так греб, сосредоточившись только на движении, не разбирая направления от страха. Но когда, выбившись из сил, огляделся и попытался найти «Посейдон», то понял, что едва различаю его силуэт. На последнем издыхании мне удалось догнать наш корабль. Был ранний предрассветный час — кто-то уже спал, а кто-то веселился на немецком лайнере, — поэтому палуба оказалась пуста и моего возвращения никто не заметил. Я без помех пробрался в свою комнату и кулем повалился в постель.       У меня началась температура и я провалялся в лихорадке следующие два дня, путая явь, бред и время суток. Мне снились кошмары о том, как Агарес убивает, снова и снова отрывая голову тем людям. Кажется, ко мне приходила Родя, чтобы принести лекарства и еду, но я не реагировал ни на что.       На третий день мне немного полегчало, и я тут же попытался определить местонахождение Агареса с помощью нашего корабельного гидролокатора. Разумеется, это было бесполезно.       Я не знал, на немецком лайнере ли он все еще или прячется где-то в море. Мне было пиздецки паршиво, но я не собирался сидеть сложа руки. Как минимум надо узнать у Агареса, что это за мертвая материя, чтобы найти способ избавить его от этой дряни.       Так я провел несколько дней, лихорадочно придумывая один план за другим, а потом… Потом понял, что мне не надо никуда идти и что-то придумывать. Агарес сказал, что эта мерзость внутри него скучает по мне и тоскует больше, чем он. Значит, он сам придет за мной.       Я стал ждать. Сидел на носу корабля по вечерам, пялясь в море, как идиот.       И следующей ночью он действительно пришел. Сначала я услышал какой-то чавкающий липкий звук, раздавшийся за бортом корабля. На палубе никого не было, все уже разбрелись по каютам отдыхать. Я бросился к борту, но не успел добраться. Увидел, как с той стороны в перила вцепились бледные когтистые пальцы. Затем появился и сам Агарес. Тяжело подтянувшись на руках, он с трудом сел на перила и перетащил через них хвост. Его великолепный длинный черный хвост, будто нехотя, шлепнулся следом за ним на палубу, как дохлая рыбина.       Таким я его еще никогда не видел.       — Агарес? — ошеломленно выпалил я.       Нервно оглядевшись и убедившись, что никого нет, я подскочил к нему и помог подняться. После чего с трудом поволок в свою каюту.