Тритон Дешарова. Книга 2

      Во сне меня снова преследовало полыхающее море, усеянное горящими обломками истребителей, грязно-серое небо, которое заволокла едкая гарь, и бесконечные взрывы, оставлявшие на небесном полотне метеоритные следы. Вода горела, все вокруг горело, поверхность была усеяна трупами людей и мерфолков, настоящая братская могила. И я среди них пытался доплыть хоть до одного чистого местечка, едва волоча свой хвост и уворачиваясь от падающих сверху частей истребителей.       Вне себя от ужаса я искал Агареса, надеясь, что не увижу среди этих безмолвных трупов его лицо. Я плавал между ними, хватая и переворачивая каждый, осматривал и звал:       — Агарес! Агарес! Где ты?!       Очередной грохот взрыва заставил меня вздрогнуть всем телом и… очнуться от этого кошмара.       Но в небе и правда грохотало. Раскаты грома. Я открыл глаза и понял, что проспал целый день, потому что на море снова царила ночь. Небо заволокли сизые пышные тучи — признак надвигающейся бури.       Поднявшись, я обнаружил, что остался на рифе в гордом одиночестве. Агареса действительно не было рядом. Возле скалы, с которой мы сиганули в море, низко-низко над водой летали птицы. Их было так много, что они казались роем пчел. Это было похоже на то, словно что-то привлекло их, совсем как тогда, когда Агарес показывал, как его магнитное поле двигает корабль, заставляя птиц сбиться с курса и следовать за ним.       А еще на поверхности моря плавали бледно-голубые сферы, испускающие флуоресцентное сияние. Если приглядеться, можно было увидеть, что эти сферы состоят из точек и линий, складывающихся в странный круглый узор, похожий на созвездия.       Зачарованный этой нереальной картиной, я поднялся на камне во весь рост, разглядывая спокойную поверхность моря, на которой покачивались сияющие сферы. И не сразу заметил, как птичий гвалт резко стих, они улетели, но ветер продолжал набрасываться на меня резкими порывами, заставляя ежиться от холода. Сбоку раздался всплеск, а в следующее мгновение меня схватили за лодыжку. Я поскользнулся, потерял равновесие и начал заваливаться вперед, рискуя упасть в воду, но попал прямо в руки Агареса, который вынырнул прямо передо мной.       Он приподнял меня на хвосте, позволяя сесть на камень, и обхватил ладонями мое лицо. На мгновение захлестнувшая волна паники участила мое сердцебиение, но я немедленно успокоился, увидев Агареса.       — Что это такое? — спросил я взволнованно и указал рукой на море.       — Пользуюсь возможностью пополнить свои резервы, — пояснил Агарес. — Пока стихия бушует, я могу позаимствовать природную силу, чтобы увеличить собственные запасы энергии.       Он кивнул на небо, где темные тучи сгущались все плотнее, затмевая луну.       — Как это? — я проследил его взгляд, а потом с любопытством уставился на него.       Агарес опустил руку в воду. Некоторое время ничего не происходило, но тут я заметил то же самое голубоватое свечение под водой, как будто зажгли электрический фонарь. А потом несколько крупных рыбин совсем рядом выпрыгнули из воды и приземлились на камень уже мертвые и поджаренные добела.       — Ты бьешься током, как электрический угорь?! — ошеломленно воскликнул я и ухватил одну рыбу, чтобы рассмотреть получше.       Она пахла гарью, но при этом божественно аппетитно, а я был голоден уже черт знает сколько. Мой желудок издал стон умирающего кита, и я осторожно понюхал ее, сглатывая набежавшую слюну.       Агарес наблюдал, явно забавляясь моими действиями.       — Знаешь, тебе стоит и дальше тренировать навык, мой господин, — пробормотал я и, не мешкая, содрал свернувшуюся чешую с рыбины, прежде чем впиться зубами в сочную мякоть.       — Как ты меня назвал?       — Мой господин? — с набитым ртом я бросил на него игривый взгляд.       Агарес прищурился, словно оценивая, насколько ему нравится новое обращение. Неопределенно ухмыльнулся и принялся потрошить и сдирать когтями чешую с оставшихся на камне рыбех для моего внезапного пиршества.       И поскольку я был очень голоден, он повернулся ко мне спиной, погрузив обе руки в воду. От него во все стороны под водой потянулись электрические змейки. От воды повалил густой пар, и вскоре на поверхность всплыли десятки, если не сотни дохлых рыб!       Но кое-что более интересное привлекло мое внимание. Я заметил, что чешуя на боках Агареса слегка подрагивала, словно крылья колибри. Когда угорь бьется током, он тоже топорщит чешую. Он вырабатывает электричество за счет движения тысяч тонких мышц в хвосте. Эти мышцы, словно крошечные батарейки, соединенные между собой, излучают чрезвычайно высокое напряжение. Вероятно, способность Агареса также подчинялась этой логике. И мощность его тока была определенно намного больше, чем у угря. И если электрические угри способны убить взрослого человека на расстоянии от 3 до 6 метров, то что уж говорить об Агаресе? Море вокруг камня бурлило, а его поверхность теперь была усеяна таким огромным количеством поджаренных рыбин, что сомневаться не приходилось — Агарес способен биться током на большом расстоянии. По крайней мере, в радиусе 30 метров точно.       Завороженный происходящим, я опрометчиво протянул руку, чтобы коснуться его чешуйчатого бедра, но Агарес резко обернулся и перехватил меня за руку.       — Что ты делаешь?       — Я… ну… мне немного любопытно, — пробормотал я смущенно. — Я хотел просто… наверное, почувствовать твою силу. Я не собирался дотрагиваться, честное слово. Я бы не обжегся, — и стараясь сменить тему, поспешно спросил: — Это очень крутой навык. Я смогу такому научиться?       — В конце концов, научишься, — задумчиво ответил Агарес, мягко скользнув кончиками пальцев по моим бедрам. Я почувствовал покалывающее ощущение остаточного статического электричества, и невольно задрожал. Агарес наклонил голову и шепнул мне на ухо: — Как только… у тебя появится собственный хвост. Но сначала…       Внезапный шум и звук отдаленных человеческих голосов, разносимых ветром над морем, заставил его прерваться. Агарес мгновенно утянул меня под воду, и мы поплыли в ту сторону, откуда доносился звук.       Вынырнув рядом с прибрежными скалистыми рифами неподалеку от причала на этой стороне острова, мы принялись наблюдать за тем, как военные суетливо погружают на корабль резервуары с оставшимися в плену мерфолками.       — Агарес, куда они повезут их?       — Подождем, пока люди не отплывут подальше от берега в открытое море, — не отвечая, сказал он и оскалился.       К тому моменту, как люди закончили погрузку и отплыли от берега, разразилась настоящая буря. В потемневшем небе грохотал гром и сверкали молнии, дождь хлестал плетьми. Вздымающиеся волны швыряли судно из стороны в сторону и очень быстро вынесли его в открытое море.       Я примостился на спине Агареса, и мы поплыли за кораблем. Улучив момент, он нырнул в воду под самое дно судна в опасной близости от гигантских вращающихся лопастей.       Наверное, Агарес собирался с помощью электрического тока вывести из строя двигатель корабля, но только как?       Как раз в этот момент он обвился хвостом вокруг моего тела, чтобы меня не унесло, и направив руку в сторону винтов, выпустил ослепительную голубую сферу.       Та унеслась к лопастям и вспыхнула, как будто взорвалась. Даже я почувствовал упругий толчок под водой, и если бы не Агарес, меня бы унесло. Винты загудели и остановились. Теперь японский корабль был обездвижен и полностью во власти морской стихии.       Агарес увлек меня на поверхность. Воспользовавшись накатившей гигантской волной, мы под шумок взобрались на корму корабля под прикрытием стен капитанской рубки, в которой находились двое солдат. Они не могли нас увидеть в кромешной темноте или услышать из-за завывающего ветра. Пригнувшись под светящимися конами, мы проскользнули по палубе к какому-то люку. К счастью для нас многие фонари либо были выведены из строя из-за перебоев с электричеством, либо светили в сторону моря, а людей снаружи в такую погоду почти не было. Японцы ограничились двумя солдатами в рубке в качестве сторожил.       Мы оказались в темном и сыром помещении по колено в воде. Похоже оно служило для отвода дождевой воды, но пахло здесь не только сыростью — еще кровью. Я занервничал.       — Это кровь мальков, смешанная с человеческой, — сказал Агарес едва слышно. — Забирайся мне на спину.       Я безоговорочно послушался, и мы поплыли вперед. Точнее — Агарес легко и беззвучно скользил в воде по полу. Запах крови становился все сильнее, сквозь щели в потолке пробивался тусклый свет, временами половицы поскрипывали под тяжестью чьих-то шагов. Воды на полу больше не было. Предположительно мы проникли во внутренние помещения дренажного отсека. Наверняка мерфолки уже содержатся где-то здесь.       Внезапно я услышал голоса двух человек, звучавшие очень невнятно из-за того, что верхние помещения в трюме над нами были звукоизолированы. Я не мог разобрать, о чем они говорили. Я приподнялся, воспользовавшись тем, что Агарес остановился, тоже прислушиваясь, и прижался ухом к потолку, нависавшему над нами низко-низко.       — Так значит… у него уже начался процесс мутации?       — Мы наблюдаем некоторые реакции отторжения, но они в рамках контролируемой стадии. Ничего за пределами нормы. Органы русалок приживились на удивление неплохо и сейчас благополучно растут в нем. Ноги находятся на фазе слияния. Ожидается, что вскоре он сможет полностью измениться.       — Это просто чудо! Из тридцати объектов он единственный выжил! Позвольте мне взглянуть на него, Левджет.       — Конечно. Пожалуйста, пройдемте за мной.       Я в шоке прикрыл ладонью рот. Все услышанное казалось чудовищным. И невозможным. Мало того, что чудом выживший Шиничи, — а один из голосов принадлежал ему, — ставит отвратительные противоестественные эксперименты, пытаясь превратить человека в мерфолка насильственными методами, так еще и мой дед — его подельник! Как мог мой дедушка участвовать в таком мерзком проекте?! Почему он заодно с этим сумасшедшим старикашкой?       Шестеренки завращались в голове со страшной силой. Неужели… Может… Та сделка… Он все-таки согласился на нее умышленно? Вся его любовь ко мне — просто красивый фасад? На самом деле он тоже следовал плану Шиничи и пытался превратить меня в идеальную приманку для Агареса?       Нет, нет, это неправда! Всегда остается шанс, что Шиничи просто вынудил его… Может у него есть какой-то компромат на дедушку…       Я не хотел в это верить.       Но вместе с тем невольно вспоминал многие эпизоды из детства, которые за давностью лет либо забылись мной, либо были глубоко спрятаны, потому что я по-прежнему не понимал, что тогда произошло. Например, воспоминание о белом здании, похожем на госпиталь, в которое меня в раннем детстве водил дедушка. Там были и другие дети, и мы все проходили какие-то обследования…       — Дешаров? — шепотом позвал Агарес.       Словно чувствуя, в каком шоке я пребываю, он повернулся, поддерживая меня хвостом, и притянул в свои объятия. Его ладонь нежно прошлась по спине, будто он пытался меня утешить.       Я не осознавал, что дрожу, весь покрывшись холодным липким потом. Мысли метались в разные стороны по мере того, как я вспоминал все больше.       Когда мне было шесть и я жил в Норвегии, дедушка каждый месяц возил меня в больницу. Там меня обследовали по всем параметрам, все показатели моего организма считывались, измерялись и фиксировались. У меня брали образцы волос, крови, слюны… Как сейчас понимаю, для того, чтобы узнать, как показатели будут меняться с течением времени.       Можно, конечно, списать это на то, что дедушка просто переживал за меня и хотел исключить вероятность того, что я снова заболею, но я был абсолютно здоров. ДНК Агареса работала лучше иммунной системы, и я никогда не болел в детстве. Тогда зачем же дед заставлял меня проходить все эти странные медицинские осмотры?       И кроме того, я ведь не один был такой. Что насчет других детей?       Я невольно сжал кулаки и прикусил нижнюю губу. Агарес мягко накрыл мои сжатые руки когтистой ладонью, но ничего не сказал.       — Я… Черт возьми… Агарес, неужели даже мой дед… — прошипел я, ощущая отвратительную волну тошноты и паники, поднимающуюся в груди. — С самого начала все это было только для того, чтобы сделать меня идеальной приманкой для мерфолков? Как и тех других?       Агарес не ответил, просто крепче обнял меня, прижимая к груди, и поцеловал в лоб. Я стиснул руки вокруг его мощной шеи, зарываясь пальцами в длинные мокрые волосы, и уткнулся носом ему в щеку, прячась в густом родном запахе.       Да, я не хотел верить в то, что собственный обожаемый в детстве дедушка тоже относился ко мне всего лишь как к изучаемому объекту. И в то же время то, чему я стал свидетелем сейчас, было неоспоримым доказательством его предательства по отношению ко мне. Я думал, что после Шакаловой и Рейна я уже никогда не смогу доверять людям, но сейчас дед нанес мне сокрушительный финальный удар. Паника сковала горло, я не мог сделать следующий вдох, сомневаясь уже буквально во всем, и…       — Агарес… Ты знал? Ты знал с самого начала, что мой дед замешан в этом всем? — с трудом протолкнул я сквозь судорожно сжимающееся горло.       Иначе почему он молчит все это время?!       Агарес снова не ответил, продолжая успокаивающе поглаживать меня по спине. Я схватил его за руку и впился взглядом в его непроницаемые глаза.       — Если ты что-то знаешь… Пожалуйста… Хотя бы ты не скрывай этого от меня. Я хочу понять. Я… ты ведь знаешь, что… Погнавшись за тобой там в Венеции, я уже решил, что останусь с тобой несмотря ни на что. Я даже согласен отправиться с тобой в Атлантиду. Но только если ты не будешь мне лгать или скрывать от меня всю правду обо мне же самом! Пожалуйста, я с ума сойду, если не смогу доверять даже тебе!       — Дешаров, — проронил Агарес впервые за все время. Я почувствовал, как напряглось его тело, словно он сомневался над ответом. Но все же он медленно проговорил: — Человек, которого ты знаешь, как своего дедушку, на самом деле был эмиссаром, которого я изначально отправил в мир людей.       — Эмиссаром? Что… что ты хочешь сказать? — растерянно пробормотал я. — То есть… он был мерфолком, не человеком? Изначально?       Агарес кивнул.       — Да. Сто лет назад я планировал начать вторжение в ваш мир.       — Почему? — пораженно выдохнул я.       — Чтобы выжить, — Агарес прищурился, его ноздри раздулись, словно он был в ярости, глаза опасно сверкнули. Кажется, даже сейчас мысли о том времени приводили его в бешенство. Но он продолжил: — Мировой океан служит внешней защитной сферой для Атлантиды.       — Как атмосфера для Земли….       Агарес просто кивнул, интуитивно поняв, о чем я говорю, ну или просто прочитал мои мысли.       — Чем серьезнее ущерб, который люди наносят морям, тем в большей опасности оказывается наш мир. Люди сильно загрязняют воды мирового океана, и это влияет на нас. Наша нормальная репродуктивная система была полностью разрушена из-за потепления морской воды.       — Загрязнение экологической морской среды… Наши воды — ваш воздух, — пробормотал я, расширив глаза, когда представил, каких масштабов демографическая катастрофа возникла у мерфолков из-за людской беспечности и безответственности.       — Чтобы предотвратить исчезновение будущих поколений мы разработали другой метод увеличения нашей популяции.       — Ассимиляция людей на генетическом уровне?       Он в очередной раз кивнул.       — Я отправил несколько своих лучших и самых выносливых подчиненных — эмиссаров, чтобы учиться у вас. Они должны были влиться в ваш социум, имитировать человеческие гены, понять, как работает ваша репродуктивная система. Моя цель была — не дать своей расе погибнуть, и ради этого я даже был готов смешать свою кровь с вашей. Изначально я хотел, чтобы мои эмиссары оплодотворили человеческих женщин, чтобы понять, возможен ли такой союз и полукровки от него. Затем получившееся поколение полукровок я бы призвал обратно в Атлантиду. Они стали бы нашей основной движущей силой в войне против людей.       Я недоверчиво уставился на Агареса, когда понял все коварство, высокомерие и жестокость его плана. Дети мерфолков и людей, которых он обратил бы против последних.       — И что было дальше? — хрипло спросил я. — Почему у тебя не вышло? Из-за войны? Ядерной бомбы?       Агарес покачал головой.       — Человеческие самки не способны выносить дитя мерфолка.       — Этого следовало ожидать, — усмехнулся я. — Ваши гены слишком доминантны.       — Если бы мой план свершился, мы бы покорили ваши воды и стали хозяевами земных морей, — прошептал Агарес мне на ухо.       Я слегка отстранился, пытаясь разобраться в той мешанине эмоций, которые испытывал. Как реагировать на такое заявление? Как человек, я был шокирован подобными планами, а как мерфолк… Мне жалко и Атлантиду тоже. Но в глубине души, я осознавал, что рад неудавшемуся плану Агареса. Он был утопическим. Я бы не хотел стать свидетелем войны между людьми и мерфолками. Это была бы война столь же разрушительная, если не более, как и наша мировая. Невообразимая катастрофа.       — Я знаю, о чем ты думаешь, Дешаров, — сказал Агарес, мягко погладив меня по волосам. — Ты не обязан со мной соглашаться. У мерфолков тоже есть внутренние разногласия, и наши точки зрения могут различаться. Левджет тому живое доказательство. Он родился раньше меня, он единственный старейшина, который имеет право конкурировать со мной в борьбе за власть. Мне стоило еще тогда осознать, насколько он амбициозен. Но я отправил его в ваш мир и собственными руками дал ему возможности предать меня. Он отрекся от меня и стал сотрудничать с людьми, чтобы нарастить собственную мощь, вернуться и свергнуть меня. Не знаю, каким образом, но он сумел долгие годы сохранять человеческую форму.       Я хмыкнул.       — Не знаешь? Разве ему не нужно всего лишь пожрать человечину, чтобы принять человеческий облик?       Агарес покачал головой.       — Эта способность в большей степени развита благодаря темной материи. К тому же нужно тщательно контролировать дозу человеческого ДНК, чтобы иметь возможность сохранять свой облик, а не копировать носителя. Я предполагаю, что он принимал какой-то наркотик или универсальную формулу, которую ему помогли разработать ваши ученые. Кроме того, несмотря на то, что он оставался в вашем мире, каким-то образом он сумел переманить на свою сторону оставшихся в Атлантиде некоторых мерфолков. Когда я обнаружил это, я убил его.       Я вздрогнул.       — Но… кораблекрушение… Мой дед погиб в море из-за него… Это ты устроил?       — Да. Я не мог допустить, чтобы он продолжал использовать тебя. Ты действительно его дитя от союза с человеческой женщиной, но это не значит, что…       — Погоди! Ты же сказал, что дети от союза с человеческими женщинами невозможны?       — Дело в том, что по донесениям моих эмиссаров, такие союзы слишком рискованны. Плод либо убивает мать при рождении, либо организм матери отторгает его. Ты аномалия. Ты единственный, кто сумел появиться на свет. Что с твоей матерью, я не знаю, скорее всего она мертва. Ты был слишком слаб и неприспособлен для мира людей. Ты умер бы без моей ДНК, Дешаров.       Агарес взял меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза, и произнес так, словно заклинал:       — Я — твой единственный истинный предок. Я дал тебе жизнь. И я не хочу, чтобы ты переживал из-за предательства Левджета.       Мысли мгновенно спутались, разбежавшись в разные стороны, точно бильярдные шары от точного удара кия.