Это мой брат, Сенджу!

Имя брата уже готово было сорваться с языка, как Мадара отвернулся от окна и сел за стол. Изуна опешил. Почему брат его игнорирует? Упорядочивать ту неразбериху, что происходила в его сознании, становилось всё труднее. А ещё, впервые с момента своей смерти Изуна почувствовал страх. Который нарастал с каждой секундой безмолвия, царившего между ними. Учиха залез в комнату и приблизился к склонившемуся за ворохом бумаг, старшему брату. - Мадара… Это я… - Изуна от чего-то не смог произнести «твой младший брат». Дрянной страх продолжал раздирать всё его естество. Вместо этого у него вырвались совсем другие слова, полные опасения. Жалкие и трусливые. - Ты не рад меня видеть? – он больше не мог ждать реакции, и сам потянулся пальцами к лицу старшего. Ничего. Он ничего не почувствовал. А Мадара даже не поднял головы. Изуна вскинул свои руки и внимательно их оглядел. Лучи заходящего солнца просвечивали сквозь тонкие пальцы. Мадара не видел его. Он не слышал слов младшего брата и не чувствовал его прикосновений по той причине, что Изуна являлся не более, чем бесплотным призраком. Слабым отголоском того, кем был при жизни. Не способный ничего изменить, не способный ни на что повлиять. Обречённый лишь наблюдать. Что за жестокая насмешка судьбы. - Мой брат меня не слышит. И я не могу дотронуться до него. - Одного твоего намерения мало. Материальную оболочку для взаимодействия с миром живых необходимо заслужить. Ты вроде парень смышлёный, так что шевели мозгами. Изуна не стал спрашивать, почему Такаши не сказал ему об этом раньше. Итак ясно. Хотел, чтобы Учиха прочувствовал на собственной шкуре, столкнувшись с этим без предупреждения. - Что я должен делать? - Для начала... Первым испытанием было встретить всех тех, кого Изуна убил при жизни. Шиноби не удивился тому, как это Такаши умудрился найти и собрать его бывших врагов в одну кучу. О том, что этот демон был непрост, а также обладал огромной силой и властью, парень начал догадываться. Но Изуне ещё только предстояло увидеть, насколько далеко простираются масштабы его влияния. - Количество народа, желающего отыграться на тебе за свои прошлые поражения, изрядное. - Такаши был этим фактом весьма доволен. - Здесь почти никто не объединяется друг с другом для победы. Каждый сам за себя. Оно и не удивительно, ведь победитель может быть только один. Да и далеко не каждый здесь может похвастаться выдающимися боевыми навыками. А они должны быть на должном уровне, чтобы бой было интересно смотреть. Обеспечь мне необходимую для занятного представления зрелищность, и я дам тебе тело. Направо и налево бесчинства ты творить, конечно же, пока не сможешь. Ты только в начале своего пути. Поэтому пользуйся возможностью влиять на окружающую действительность в мире живых с умом. Ведь если за тобой потянется кровавый след, люди наймут священника, и тебя изгонят. А могут и вовсе запечатать в священный предмет, и ты из него потом никуда не денешься. Впрочем, не будем забегать вперёд. Это место кардинально отличалось от той Арены, на которой Изуне прежде довелось сражаться. Учиха шёл за Такаши, а потом, в один момент оказался в каменном зале со сводчатым потолком. Светильников поблизости не наблюдалось, равно как и других источников света. Но это не мешало им обоим ориентироваться в пространстве. Площадка для сражений была окружена высокими помостами, которые образовывали вокруг неё круг. И там, в ожидании кровавого представления уже разместились высокопоставленные гости. Изуна не был уверен, что сможет победить. В голове было на удивление пусто. Шиноби не испытывал ни сожалений, ни злости, ни страха. От сидящих на своих местах демонов исходила сильная и всепоглощающая жажда крови, которая подобно цунами, обрушилась на Учиху. Он не выдержал и упал на колени, с трудом переводя дыхание. Будто мелкая песчинка, которую с огромной скоростью закружил водоворот, затягивая в свою пучину. - Скажи мне, кто ты такой? - Боги! Глядите, кто тут у нас наконец-то удосужился задаться этим вопросом. Я уж думал, ты и не спросишь. Всё же, гордость у Учих порой переходит всякие границы. А непреодолимое упрямство не позволяет вам смириться с положенным порядком вещей. И в попытке его изменить вы готовы пойти на всё, наплевав на последствия. - Что? – парню стало не по себе. - О чём ты думал, принимая помощь от рук первого встречного? – Такаши улыбнулся. Его зубы извивались подобно червям. Изуну замутило. - Разве любой не поступил бы так же на моём месте? – с трудом выдавил из себя Учиха, малодушно отворачиваясь. - До сих пор пытаешься снять с себя ответственность? Понимаешь ли, у нас так не принято. Демон схватил парня за подбородок и рывком развернул его лицом к себе. - Ты согласился принять участие в битве, и ты не только его примешь, но и в полной мере потом столкнёшься со всеми вытекающими из этого последствиями. Приложить все силы для победы и выложиться на полную – это в твоих интересах. - Вот именно! – послышался знакомый гнусавый голос. - С удовольствием посмотрю, как тебя размажут, – булькающий голос утопленника звучал невнятно. Его было сложно разобрать. Голова ещё не до конца срослась с телом, а это не лучшим образом сказывалось на голосовых связках. - Смотри, Изуна. Тебя пришли поддержать. Хоть они и очень опечалены тем холодным приёмом, который ты оказал им при первой встрече. Прежде чем отойти от Учихи, Такаши потрепал его по щеке как собаку. - Как они… я же убил их… - несмотря на чудовищную слабость, которая его охватила, Изуна попытался встать. Чем дольше ты валяешься на земле, тем больше вероятность больше уже с неё не подняться. Это знает любой воин. - Убил? Сильно сказано. Обездвижил на некоторое время, да и только. Здесь, если хочешь от кого-то избавиться, то его надо стереть в порошок, чтобы и следа не осталось. А ты у нас, как я заметил, мальчик брезгливый. Подчинённые Такаши разразились смехом, больше походящим на предсмертные хрипы умирающих. - От повреждений нанесённых после смерти, человек имеет свойство восстанавливаться. Тебя же больше не беспокоит порез на руке? Откуда он знает? Даже сам Изуна позабыл о нём. А эти двое не могли видеть как он поранился. - Я хочу знать, кто ты? – Изуна почти поднялся на ноги, но невероятно сильный пинок в живот заставил его упасть с размаха лицом на каменный пол, разбивая его в кровь. - Как ты разговариваешь с господином Канэко, паскуда? Как смеешь задавать вопросы, будто ты ему равный? - Остыньте. А то иначе он кончится раньше, чем начнётся бой. Хаширама ворвался в свой кабинет подобно урагану. - Мадара, Мадара! Она просто потрясающая! Я таких красавиц ещё не встречал! Но дело не только в её внешности, она ещё прекрасно воспитана, а её познания в литературе… Мадара, изрядно вымотавшийся, а потому уснувший прямо в кабинете, вскочил на ноги, не понимая спросонья, что происходит. - Кто она? - Как кто? Ты меня не слушаешь, что ли? – Сенджу обидевшись, надулся, сверля Учиху возмущённым взглядом. Впрочем, тот сразу же сменился на обеспокоенный, стоило Хашираме увидеть бледность Мадары и его синяки под глазами. - Четвёртый час на дворе. Ты почему всё ещё не ушёл? - Не окажись меня здесь, кому бы ты сейчас пел свои дифирамбы в сторону будущей невесты? - Но тебе действительно стоит отдохнуть. Выглядишь ты… - Хаширама окинул многозначительным взглядом друга с головы до ног. - Откровенно говоря, паршиво. Краше только в гроб кладут. - От меня хотя бы не несёт за версту перегаром, алкаш несчастный. - Кстати, о возлияниях. Хорошо, что ты затронул эту тему. – Хашираму слегка повело в сторону, и он, запнувшись о собственную ногу, чуть было не налетел на шкаф. Мадара успел поймать господина Первого прежде, чем тот успел бы навеки похоронить себя под этим тяжеловесным сооружением. - Следующая встреча будет уже полностью официальной, так что тут тебе не отвертеться. Придётся присутствовать. Ты будешь вынужден гулять и веселиться. - Не дыши на меня. От одного твоего дыхания опьянеть можно. – Мадара закашлялся. Проникновенные речи Хокаге могли сбивать с ног не только фигурально, но и буквально. - Если так подумать, я ещё никогда не видел тебя пьяным. Да и в принципе не помню, чтобы ты хоть раз пил, – увидев, что Хаширама загорелся очередной идеей, Мадара пришёл в ужас. - Нет, нет и ещё раз нет! - Да, да и ещё раз да! Помолвку Хокаге праздновать собралась, похоже, вся деревня. На улицах было не протолкнуться. - Не вздумай, – сказал Хаширама, даже не повернув головы в его сторону. - Я же ещё ничего не сделал! – справедливо возмутился Мадара, глубоко уязвлённый беспочвенными подозрениями в свою сторону. - Я вижу, что ты планируешь сбежать. Уже приноравливаешься, как бы получше затеряться в толпе. Я тебя сейчас за руку возьму, чтобы ты никуда не делся, - в голосе Хокаге послышалась сталь. Его Советник поёжился от подобной перспективы, и потому смирился с уготованной ему, этим вечером, участью. - Добро пожаловать! Господин Хокаге, господин Советник! – смешной старичок с хитрым взглядом склонился в почтительном поклоне. - Что-то зачастил я к тебе, Кикути, - доброжелательно отозвался Хаширама, снимая обувь. За ним обречённо зашёл Мадара, поприветствовав хозяина заведения рассеянным кивком. - Для меня честь принимать вас и ваших гостей. Прошу за мной, - Хаширама последовавший было за ним, оглянулся. - Ох, и льстец же ты, - Хаширама вёл Учиху перед собой, отрезая ему таким образом все пути к отступлению. Мадара шагал с чувством человека, обречённого на казнь. Знал бы он, чем эта затея для него обернётся в дальнейшем.