S.C.I Mystery Series|S.C.I Коллекция загадочных дел. Том 1

      С прибытием сотрудников полиции царивший в комплексе «Мир Наслаждений» хаос постепенно сменился упорядоченной суетой.       Гунсунь сидел в чёрном «Мерседесе» Бай Цзинтана. Закрытые окна почти не пропускали шума извне, оставляя лишь беззвучную картинку за стеклом, где люди молчаливо суетились. В этой внезапно наступившей тишине весь мир словно замер.       Бай Цзинтан лежал рядом на откинутом сидении, безмятежный и спокойный. Лишь необычная бледность выдавала неладное; во всём остальном он казался просто погружённым в сон.       Гунсунь повернулся и пристально разглядывал его. Не укладывалось в голове, что такой сильный человек мог так легко рухнуть без сознания. Или же его сила была всего лишь фасадом, за которым он тщательно скрывал свою уязвимость ото всех? Даже теряя сознание, он умудрился пошутить. Неужели даже оказавшись на пороге смерти, он и тогда встретил бы её с улыбкой?       Повинуясь внезапному порыву, Гунсунь потянулся к нему и лукаво ущипнул за нос, а затем ткнул его в щёку. Вид этого вечного задиры, теперь такого беззащитного, вызвал у Гунсуня странное облегчение, понемногу вытесняя тревогу и страх.       Он где-то слышал, что слова, сказанные спящему, могут рождать в его сознании образы.       Гунсунь наклонился ближе и прошептал ему на ухо:       — Ты съел муху…       Брови Бай Цзинтана слегка дрогнули, а горло дернулось.       Чёрт, а ведь работает!       — За тобой гонится собака, — продолжил он, едва сдерживая улыбку.       Бай Цзинтан нахмурился ещё сильнее, а его веки заметно затрепетали.       Почти давясь от сдерживаемого смеха, Гунсунь на мгновение задумался, затем снова наклонился вперёд и тихо, в самое ухо, произнёс:       — Гунсунь сказал, что если ты не проснёшься, он больше не будет тебя любить.       Бай Цзинтан внезапно перестал реагировать. Озадаченный Гунсунь присмотрелся и увидел, как его плотно сжатые губы медленно разомкнулись. Без сознания, тот вдруг отчетливо произнес:       — Даже если мне суждено умереть, я должен вернуться к жизни.       …!       Гунсунь встретился с открытыми глазами Бай Цзинтана, в которых плескалась безмятежная улыбка. От неожиданности он едва не вскрикнул.       — Ты… когда ты пришел в себя?       — Только что, — Бай Цзинтан улыбнулся и попытался пошевелиться, но обнаружил, что его левая рука все еще мертвой хваткой сжимает запястье Гунсуня.       — Если они так и не разожмутся, что нам делать? — с притворной тревогой в голосе спросил он, намеренно сжимая руку еще сильнее.       Гунсунь молча взглянул на свои побелевшие от недостатка крови пальцы и выдохнул:       — Больно…       Бай Цзинтан мгновенно разжал хватку. Атмосфера в салоне стала на удивление мягкой, а воздух, казалось, постепенно нагревался. Бай Цзинтан почувствовал, что это редкий, выпадающий раз в жизни шанс. Он уже собрался излить несколько задушевных слов, как вдруг дверь машины с грохотом распахнулась.       С двух сторон одновременно появились головы близнецов.       — Босс! Вы очнулись?!       Глядя на эти две бестолковые лампочки, Бай Цзинтан сгоряча уже было потянулся, чтобы вышвырнуть их прочь.       Близнецы, заметив его убийственное выражение лица, замахали руками:       — Погоди, Дагэ! Ты точно обрадуешься, когда услышишь!       — Гунсунь только что так за тебя переживал, что даже заплакал! — Дин Чжаохуэй немедленно преувеличил правду в десять раз.       — Я не… — начал оправдываться Гунсунь, покраснев. Он, конечно, был взволнован, но до слёз дело не доходило.       — Он даже бросил все дела и помчался о тебе заботиться! — Дин Чжаолань тут же подхватил, не отставая в художественном преувеличении.       — Эй, вы… — Гунсунь попытался остановить их, но было уже поздно.       — И ещё! — хором подхватили близнецы, с лёгкостью преувеличивая правду уже в сто раз. — Он ласково называл тебя «Цзин…тан…» и сказал, что ради твоего выздоровления готов на всё! — С этими словами они с торжествующим видом захлопнули дверцы.       Гунсунь скрежетал зубами. Проклятые близнецы не стеснялись в сочинительстве! Хотя в основе их слов и лежала доля правды, до таких невероятных преувеличений… Он робко взглянул на Бай Цзинтана и встретил его восторженный, полный ожидания взгляд.       — Не слушай их. Они всё выдумали, — поспешно пробормотал Гунсунь, но Бай Цзинтан уже притянул его к себе.       — Повтори ещё раз, — прошептал Бай Цзинтан, обнимая его и нежно целуя в мочку уха. — Назови меня по имени.       Гунсунь на мгновение замер, но, встретившись с его горящим взглядом, сдавленно выдохнул ему в ухо заветное слово. В ответ его губы поглотил необычайно нежный, но властный и долгий поцелуй.       — Я… Мне нужно на вскрытие, — вырвавшись, едва переводя дух, Гунсунь распахнул дверь и почти выпрыгнул из машины. Бай Цзинтан остался сидеть в салоне, не в силах отвести восхищённый взгляд от его спешно удаляющейся фигуры.       Придя в себя, Гунсунь подошёл к телу Шэнь Лин, сменил перчатки и лично приступил к осмотру, отстранив вызванного для помощи судмедэксперта Яна. Увидев повреждения, он замер в изумлении. Ошеломлённый, Гунсунь обернулся на стоявших позади Бай Юйтана и Чжань Чжао. Те с вопросительным видом смотрели на него, и, встретившись взглядом, Чжань Чжао едва заметно подмигнул. Гунсунь на мгновение задумался, а затем уверенно кивнул в ответ.       Результаты осмотра были шокирующими: Шэнь Лин была задушена, а не убита ножом. Вокруг её шеи была туго обмотана почти невидимая прозрачная леска, второй конец которой был закреплён на ограждении верхнего этажа. Длина была рассчитана с филигранной точностью — ровно так, чтобы тело оказалось в центре магического круга. Ван Чао с группой поднялись наверх и обнаружили на полу большую лужу крови. Вердикт был очевиден: Шэнь Лин сначала ударили ножом в шею наверху, затем, обмотав леской, сбросили вниз. И нож, и леска были стандартным реквизитом, используемым в иллюзионистских трюках.       Чжань Чжао и Бай Юйтан опросили друзей Шэнь Лин. Те подтвердили: после беседы со следователями Шэнь Лин выпила с подругами, а Шэнь Цянь тем временем ушёл готовиться к церемонии открытия. Когда пришло время представления, все собрались идти на площадь, но Шэнь Лин неожиданно заявила, что у неё срочное дело, и направилась в служебный коридор одна.       — Служебный коридор? — уточнил Чжань Чжао. — Что это за проход?       — Им могут пользоваться только сотрудники Shen Group, — последовал ответ.       Чжань Чжао подозвал девушку, которую назвали лучшей подругой покойной, и задал ей несколько вопросов наедине. Вернувшись к Бай Юйтану, он что-то быстро прошептал ему на ухо. Они переглянулись — и в их глазах вспыхнуло одинаковое понимание. Не теряя ни секунды, они развернулись и зашагали прочь.       Тем временем на парковке мужчина поспешно распахнул дверь машины, забросил объёмную сумку на заднее сиденье и с силой захлопнул её. Он тяжело вздохнул, собираясь вернуться, но, обернувшись, замер в изумлении: прямо перед ним стояли Чжань Чжао и Бай Юйтан.       — Что случилось, адвокат Кун? Вы весь вспотели, — участливо поинтересовался Бай Юйтан, но в его улыбке сквозила лёгкая насмешка.       Человек у машины, личный юрист Shen Group — Кун Чен, побледнел ещё сильнее.       — Э-э… Какая неожиданная встреча, господа офицеры. Чем обязан? — Голос его дрожал, а слова путались, выдавая сильнейшее нервное напряжение.       — Это не случайность. Мы здесь специально ради вас, — вступил в разговор Чжань Чжао, его улыбка стала чуть уже. — А эта машина позади вас, кажется, не ваша. Белый «BMW», если я не ошибаюсь… Он принадлежит вашему боссу, Шэнь Цяню?       — Да, именно так, — закивал Кун Чен, слишком поспешно. — Босс просто попросил отнести эту сумку в машину.       Бай Юйтан скептически покачал головой, его взгляд стал твёрже:       — Полагаю, внутри окровавленная одежда, прозрачная леска и несколько ножей, не так ли?       — Я… я не знаю! Я не заглядывал внутрь! — Кун Чен затряс головой с преувеличенным испугом.       — Не просто заглядывали. Вы сами это туда и подложили, — Бай Юйтан вздохнул с притворной жалостью. — Это вы убили Шэнь Лин, пытаясь подставить Шэнь Цяня. Вот уж правда: сутками стережёшь дом, а вор-то оказывается внутри…       — Что вы… Что за чушь?! — голос Куна Чена сорвался на крик. — Какие у вас доказательства?! Я… я подам на вас за клевету!       — Успокойтесь, — мягко, но властно вмешался Чжань Чжао, жестом призывая его сбавить пыл. — Кстати, который сейчас час?       Кун Чен замер. Его рука рефлекторно рванулась к внутреннему карману пиджака, но застыла в воздухе, будто обожжённая.       — Ну же, достаньте свои карманные часы, — с обманчиво дружелюбной улыбкой подал голос Бай Юйтан. — Или в них скрывается что-то, чего вы стыдитесь?       Кун Чен молча смотрел на них, и в его глазах читалось леденящее душу осознание. Наконец, он сдавленно выдохнул:       — Откуда вы знаете…       — Нас с самого начала терзал один вопрос, — Бай Юйтан сделал паузу, глядя на бледнеющего Кун Чена. — Если Шэнь Лин находилась в опасности, почему она отошла от всех и пошла одна по служебному коридору? И что ещё важнее — откуда убийца знал, что именно там её поджидать? Ответ прост: она пыталась избежать встречи. И этим человеком были вы.       — Ваши общие друзья подтвердили, что в последнее время вы буквально преследовали Шэнь Лин, — подхватил Чжань Чжао. — Она жаловалась подруге, что вы разыграли ту историю с её похищением, и после этого она вас просто ненавидела и старалась держаться подальше.       — А сегодня, — продолжил Бай Юйтан, — вы сказали компании, что ненадолго отлучитесь в уборную и попросили всех подождать вас перед выступлением. Шэнь Лин, услышав это, тут же ушла одна через служебный проход… Всё это было частью вашего плана. По словам тех же друзей, ваше отсутствие затянулось минут на двадцать. Ровно столько, чтобы пройти в тот самый проход, совершить убийство, подняться на лифте на крышу, сбросить тело с заранее подготовленной леской и вернуться обратно.       — Персонал также сообщил, что именно вы, действуя от имени Shen Group, подписывали с Чжао Чжэнем соглашение о неразглашении, — неспешно вступил Чжань Чжао. — И именно вы распорядились перекрыть доступ на крышу с начала подготовки к шоу. Ключ был у Шэнь Цяня… Но, разумеется, такие мелочи его не заботят. Если вы могли без труда взять ключи от его машины, то раздобыть ключ от крыши и вовсе не составило труда. Так что ваши приготовления остались незамеченными.       Чжань Чжао сделал шаг вперёд, его голос стал тише, но оттого ещё весомее.       — И магический круг… Вы нарисовали его на рекламном щите ещё до того, как его установили. Ведь секрет фокуса в том, что полотно уже висит на стене комплекса, но снаружи оно закрыто специальным покрытием, имитирующим стену. А до монтажа щит хранился как раз на крыше. Вам нужно было лишь дождаться тёмной ночи, подняться туда, отклеить покрытие, нанести символы и снова его закрепить. И никто бы ничего не заметил.       Кун Чэн выслушал их и издал короткий, сухой смешок:       — Всё, что вы сказали, лишь доказывает, что у меня была возможность совершить преступление. Но с чего вы взяли, что это сделал именно я? У Шэнь Цяня и Чжао Чжэня тоже были для этого все шансы!       Бай Юйтан и Чжань Чжао переглянулись, и на их лицах появились лёгкие улыбки. Чжань Чжао с сожалением покачал головой:       — К несчастью для вас, вы допустили одну ошибку.       — Какую ошибку? — Кун Чен недоверчиво нахмурился.       — Когда мы впервые увидели тело, нас поразила одна деталь, — Чжань Чжао сделал паузу для эффекта. — Настоящий убийца-маг, орудующий ножом, всегда наносит удар до смерти. Так было во всех предыдущих делах, и этот почерк никогда не менялся! Но в этот раз нож вонзили в горло после того, как жертву задушили. — Он снова покачал головой. — Это было лишним движением. Бессмысленным и рискованным.       — Это потому что… — Кун Чэн порывисто начал, но тут же сжал губы, и на его лице застыла гримаса досады и сожаления.       Бай Юйтан с притворной симпатией кивнул:       — Понимаем, это не совсем ваша вина, адвокат Кун. Никто не мог предугадать… Это был несчастный случай, не так ли?       Кун Чэн опустил голову, сунув руки в карманы в тщетной попытке скрыть их дрожь.       Чжань Чжао тем временем продолжил, методично излагая ход их размышлений:       — Шэнь Лин была задушена. Зачем тогда понадобилось наносить колотую рану? Мы предположили, что убийца пытался скрыть или повредить именно тот участок кожи на шее. Что же с ним не так? Вероятнее всего, орудие удушения оставило на коже уникальный, опознаваемый след. Сам след был очень тонким — а это значит, что мы ищем не верёвку, а нечто очень тонкое и необычное: леску или цепь.       — Мы поговорили с вашими друзьями и выяснили, что вы постоянно носите с собой старинные карманные часы, — взял слово Бай Юйтан. — На длинной цепочке к ним прикреплена круглая медная монета с выгравированным именем. Когда вы душили Шэнь Лин, эта монета вдавилась ей в шею, оставив чёткий отпечаток — ваше собственное имя. И вы попытались уничтожить эту улику.       — Ха-ха… — Кун Чэн хрипло рассмеялся и медленно достал из кармана часы. На конце цепочки действительно болталась медная монета достоинством в один юань. — Не ожидал, что во время удушения монета прижмётся к её шее именно той стороной, где выгравировано моё имя.       — Вы вырезали этот участок кожи, но понимали, что это вызовет вопросы, — вступил Чжань Чжао, пристально глядя на Куна Чэна. — И тогда вам пришла в голову мысль скрыть рану, вонзив в это место нож. Судя по схожести нарисованных магических кругов, вы же убили и Чжан Чжэньчжэнь? Зачем? За что вы их убили?!       Кун Чэн смотрел на часы в своей руке, затем медленно кивнул, стиснув зубы:       — Да… Потому что они заслуживали смерти.       На этом он замолчал, и больше от него не удалось добиться ни слова. Кун Чэна препроводили в патрульную машину и увезли в участок. Бай Юйтан и Чжань Чжао впервые за долгое время смогли выдохнуть с облегчением. Коллеги были потрясены, узнав все детали произошедшего. Это было редкое, почти идеальное преступление, раскрытое с невероятной скоростью и точностью, как и дело Чжан Чжэньчжэнь. Все не могли не восхищаться проницательностью Бай Юйтана и Чжань Чжао.       Однако сами они не разделяли всеобщего ликования. Их лица оставались серьёзными. И Кун Чэн, и ранее арестованный Вэй Юн твердили одно и то же: «Они заслуживали смерти». Что же на самом деле стояло за этими словами? Все ключевые фигуры, причастные к инциденту, теперь мертвы. Какую роль во всей этой истории играл Кун Чэн? Или то, что они раскрыли, было лишь верхушкой айсберга?       Команда S.C.I. вернулась в штаб, испытывая скорее усталую опустошённость, чем триумф. Вэй Юн, Ли Сюй и теперь Кун Чэн ожидали допроса. Бай Юйтан уже собирался созвать всех на совещание, как вдруг заметил, что в отделении нет Ма Ханя.       — А где Ма Хань? — Бай Юйтан окинул взглядом отдел и обратился к Цзян Пину. — Разве он не ушёл присматривать за Чжао Цзюэ? Я же поручил ему отправить кого-то другого.       — Ах! — Цзян Пин, словно очнувшись, сунул руку в папку и вытащил пачку фотографий. — А я уж подумал, он, взглянув на эти снимки, просто куда-то сбежал.       Чжань Чжао забрал у него фотографии, и все сгрудились вокруг, чтобы рассмотреть. На снимке была запечатлена танцующая девушка, её фигура замерла в изящном движении.       — Откуда это? — Бай Юйтан, взглянув на фото, резко выхватил его из рук Чжань Чжао и уставился на Цзян Пина.       — Я… я связывался с семьёй Сюй Цзяли… Это её последнее прижизненное фото, сделанное во время выступления.       — Ты сказал — Сюй Цзяли?! — даже Чжань Чжао, обычно невозмутимый, не смог скрыть удивления.       — Что? Что не так? — Цзян Пин в растерянности переводил взгляд с одного удивленного лица на другое.       В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в помещение ворвался запыхавшийся Лу Фан, его лицо было белым как полотно.       — У нас ЧП! Машину, которая конвоировала Кун Чэна, протаранили! Конвоир ранен, Кун Чэн сбежал… И его табельный пистолет украден!