S.C.I Mystery Series|S.C.I Коллекция загадочных дел. Том 1

      Придя в себя, Бай Юйтан, Чжань Чжао и вся команда S.C.I. немедленно выдвинулись в городской музей.       Первым делом пришлось разогнать толпу журналистов, осаждавших здание. Полиция оцепила периметр, чтобы сохранить место преступления нетронутым.       Сотрудники S.C.I. оперативно вошли в гостиную.       При виде тела первоначальный шок немного отступил — возможно, сработал эффект узнавания, вызванный теми самыми фотографиями. Чжань Чжао даже почувствовал странное облегчение: если бы он не видел тех снимков ранее, возможно, сейчас не провёл бы этой пугающей параллели.       Гунсунь в перчатках приступил к осмотру.       — Мужчина, около сорока лет, следов отравления нет… — Он внимательно изучил зрачки. — Внезапная смерть.       — Выглядит как сердечный приступ? — предположил Бай Юйтан.       — Скорее… — Чжань Чжао заколебался, — как если бы его буквально напугали до смерти.       Гунсунь кивнул:       — Согласен. Клиническая картина соответствует смерти от испуга.       Бай Юйтан обернулся к Моррису, стоявшему поодаль:       — Вы всё это время были с ним?       — Нет, — покачал головой Моррис. — Он пожаловался, что плохо себя чувствует, и я пошёл за водой… Вернувшись, я застал его уже таким.       — У него были проблемы со здоровьем? — вступил Чжань Чжао. — Сердце, гипертония?       — Мы работали вместе много лет, и насколько я знаю — нет, — вновь покачал головой Моррис.       — У меня другой вопрос, — сказал Чжань Чжао. — У господина Тянь Чжуна была серия фотографий с глазами… Вы о ней знали?       — О… — Моррис кивнул. — Да, это серия под названием «Страх». Его главный шедевр.       — И как ему удавалось добиться от моделей таких выражений? — вклинился Бай Юйтан.       — Э-э… — Моррис замешкался. — Это был его профессиональный секрет…       Чжань Чжао усмехнулся:       — Вам не кажется, что глаза самого Тянь Чжуна теперь поразительно похожи на те, что на его фотографиях?       Моррис содрогнулся и тяжело вздохнул:       — Похожи… Ужасно похожи.       — Так в чём же заключался этот секрет? — настаивал Бай Юйтан.       — Эти люди… не были моделями в обычном смысле, — тихо признался Моррис. — Тянь Чжун нанимал специальных людей, чтобы те… буквально до полусмерти пугали их прямо перед съёмкой.       Чжань Чжао и Бай Юйтан многозначительно переглянулись. В этот момент у входа поднялся шум, и, несмотря на попытки офицеров его задержать, в помещение ворвался мужчина. Все обернулись и узнали Шан Ло — того самого, что только что блистал в телерепортаже.       Молодой полицейский, безуспешно пытавшийся его сдержать, смущённо посмотрел на Бай Юйтана. Тот кивнул, давая понять, что можно отступить.       Шан Ло засунул руки в карманы брюк и спокойно окинул взглядом комнату. Его взгляд на секунду задержался на Чжань Чжао, выказывая лёгкое удивление. Затем он вежливо улыбнулся, перевёл взгляд на Бай Юйтана и произнёс:       — Вы, должно быть, капитан Бай… Много о вас слышал. Меня зовут Шан Ло.       Бай Юйтан ответил ему холодной улыбкой и протянул руку для рукопожатия:       — Знаю. Только что видел ваше выступление в новостях.       — Честно говоря… — Шан Ло кивнул с деланной искренностью. — Я пришёл с небольшой просьбой.       — С просьбой? — Бай Юйтан перевёл взгляд на Чжань Чжао. — И какой же?       — Пока тайна проклятия короба с телом не раскрыта, я намерен оставить настоящий короб в музее, — Шан Ло жестом указал вглубь выставочного зала. — И я надеюсь, полиция предоставит охрану.       Бай Юйтан ответил холодной улыбкой:       — Это место преступления, мы, разумеется, обеспечим его охрану.       — Кроме того, я очень надеюсь, что капитан Бай сможет раскрыть это дело как можно скорее. Многие с нетерпением ждут разгадки, — бросил он на прощание и, снова улыбнувшись, развернулся и вышел.       — Какой у него интерес во всём этом? — Чжань Чжао приблизился к Бай Юйтану. — В этом нет никакой логики.       Бай Юйтан нахмурился, в его глазах читалось глубокое раздумье:       — Кот, скажи… мы в прошлых делах когда-нибудь пересекались с ним?       Чжань Чжао лишь пожал плечами:       — Нет…       К тому времени, как собрали все улики, уже сгущались сумерки. Бай Юйтан отправил Чжань Чжао домой, а сам поехал в одиночку. Машина остановилась у ночного клуба. Бай Юйтан вышел, свернул в тёмный переулок и вошёл через чёрный ход. Бандит, куривший у двери, узнал его и молча пропустил внутрь. За дверью начиналась узкая лестница, утопающая в полумраке и ведущая глубоко под землю. Спустившись, Бай Юйтан оказался перед ещё одной дверью. Он постучал дважды — коротко и тихо. В глазке мелькнула тень, щёлкнул замок, и дверь отворилась.       Помещение за ней напоминало офис. Бай Юйтан скривился, его лицо исказила гримаса отвращения:       — Твой вкус становится всё хуже.       Мужчина за столом, державший в руке сигарету, поднял на него взгляд и презрительно фыркнул:       — Это называется стиль!       Ему было лет тридцать, внешность — самая заурядная, одет как клерк, если не считать неглубокого, но заметного шрама, пересекавшего всё лицо от виска до подбородка.       — Какими судьбами, капитан Бай? — небрежно спросил мужчина, туша сигарету. — Что за важное дело заставляет вас лично посещать мои скромные апартаменты?       — Мне нужно всё, что есть по Шан Ло, — Бай Юйтан перешёл сразу к делу.       — Это… несколько затруднительно, — на лице собеседника появилась тень смущения.       — Он вышел из подполья, — Бай Юйтан придвинул стул и сел. — А о подполье лучше всех осведомлён ты, Ци Хуа.       — Ах… — Ци Хуа тяжело вздохнул и кивнул. — И чем этот тип тебе насолил? Или он угрожает твоему драгоценному Коту?       Бай Юйтан вздрогнул и заметил, что Ци Хуа пристально смотрит на кольцо на его левой руке.       — Я просто не понимаю его мотивов, — уклончиво ответил он, поворачивая кольцо на пальце. — Ты знаешь его историю?       Ци Хуа загадочно улыбнулся:       — Могу лишь сказать… это может быть чревато серьёзными последствиями.       — В каком смысле? — насторожился Бай Юйтан.       — Дело не в тебе, — Ци Хуа кашлянул. — Шан Ло раньше орудовал в Италии. Начинал с торговли наркотиками и оружием… Позже, в борьбе за влияние, он перешёл дорогу не тому главарю, и его вышвырнули.       — И после этого он приехал в Китай и открыл охранную компанию? — видя кивок Ци Хуа, Бай Юйтан продолжил.— Но какое это имеет отношение ко мне?       — Не к тебе, — покачал головой Ци Хуа. — Подробностей я не знаю. Спроси своего старшего брата — он всё прояснит… Я знаю лишь, что разгром Шан Ло был личной инициативой твоего брата.       — Моего брата?! — Бай Юйтан нахмурился ещё сильнее. — Чем он занимался в Италии?!       — Ха-ха-ха… — рассмеялся Ци Хуа. — Этого я не знаю. Вы ведь братья — спроси его сам… Но этот Шан Ло очень амбициозен. В последнее время в наших кругах неспокойно, чувствуется, что назревает буря. Думаю, это его рук дело… Что ж, и я собираюсь на время исчезнуть, пока не схлопотал лишнего.       Поблагодарив, Бай Юйтан поднялся, чтобы уйти. Уже в дверях он услышал напутствие Ци Хуа:       — Будь осторожен.       Выйдя из клуба и усевшись в машину, Бай Юйтан вдруг вспомнил, что Чжань Чжао, скорее всего, ещё не ел. Он наспех купил пиццу и помчался домой.       Едва переступив порог, он почувствовал едкий запах гари.       — Кот… Котёнок! — у Бай Юйтана похолодело внутри. Он ринулся на кухню и застыл на пороге. Чжань Чжао стоял у плиты в фартуке, с лопаткой в одной руке и бутылкой соевого соуса — в другой. Он с сосредоточенным видом смотрел на шипящую сковороду, что-то бормоча себе под нос. Убедившись, что тот цел, Бай Юйтан с облегчением выдохнул и подошёл ближе — как раз в тот момент, когда Чжань Чжао, обращаясь к яйцу на сковороде, строго приказал:       — Ну-ка, поджаривайся быстрее!       Едва сдерживая смех, Бай Юйтан уже хотел что-то сказать, но заметил, как от раскалённого масла пошёл треск.       Чжань Чжао, видимо решив, что блюдо почти готово, поднял руку с бутылкой…       — Стой! — крикнул Бай Юйтан, но было поздно — струя соевого соуса уже хлынула на раскалённую поверхность. Сковорода взвыла, выпуская клубы едкого чёрно-жёлтого дыма.       Чжань Чжао тем временем с серьёзным видом выгреб туда же рис из стоящей рядом миски и принялся энергично его перемешивать.       — Боже правый… Кот… — Бай Юйтан бросился к плите, выключил огонь, включил вытяжку и распахнул окно.       Чжань Чжао смотрел на него с искренним недоумением:       — Ты чего творишь?       — Это я должен тебя спрашивать! — Бай Юйтан выхватил у него лопатку. — Ты готовишь или ставишь химические опыты?       Чжань Чжао с лёгкой обидой в голосе парировал:       — Я готовлю!       Бай Юйтан скептически окинул взглядом почерневшую массу на сковороде.       — И что это, по твоим планам, должно было быть?       — Сначала я хотел сделать омлет с рисом… но потом передумал и решил приготовить жареный рис с яйцом, — ответил Чжань Чжао.       Бай Юйтан показал пальцем на угольно-чёрное месиво:       — И это, по-твоему, жареный рис с яйцом?       — …Да, — неуверенно пробормотал Чжань Чжао.       Бай Юйтан перевёл взгляд с закопчённой кухни на почерневшую «еду», а затем на самого Чжань Чжао — чистого, опрятного и слегка смущённого. Он сдавленно вздохнул и провёл рукой по лицу:       — Знаешь, Кот, твои кулинарные творения… они такие… мужественные.       Чжань Чжао уставился на него:       — Только еда?       — А ещё ты выглядишь невероятно героически, когда стоишь у плиты, — не выдержав, Бай Юйтан рассмеялся, прислонившись к раковине. Вся его тревога мгновенно рассеялась. Чжань Чжао подошёл к нему и энергично взъерошил ему волосы:       — Ну что, полегчало?       Бай Юйтан на секунду замер, затем мягко приподнял его подбородок, наклонился и коснулся губами уголка его рта:       — Спасибо, Кот…       Перекусывая пиццей на кухне, Бай Юйтан поделился с Чжань Чжао информацией, полученной от Ци Хуа.       — Хм… — Чжань Чжао на мгновение задумался. — Сяо Бай, как ты думаешь, Шан Ло мог воспользоваться всей этой ситуацией?       — Во-первых, — Бай Юйтан вращал чашку с кофе на столе. — Безопасность на выставке обеспечивала его компания. После смерти Карлоса он тут же выкупил тот ящик с телом…       — Верно, — Чжань Чжао ткнул палочками в кусочек пиццы. — Он определённо извлёк из этого выгоду… Но предположить, что он совершил убийство и разыгрывает всю эту историю с проклятием ради такой скромной прибыли… Звучит не очень убедительно.       — Всё дело действительно окутано странностями, — Бай Юйтан протянул Чжань Чжао чашку с горячим молоком. — Кот, после ужина нам нужно вернуться в бюро. У Гунсуня наверняка уже готовы результаты вскрытия.       Чжань Чжао кивнул и сделал глоток молока.       К 7 часам вечера они были уже в S.C.I. Гунсунь ждал их в кабинете с отчётом, прислонившись к столу Цзян Пина и с серьёзным видом изучая экран компьютера.       — В чём дело? — подошёл Бай Юйтан. — Что нашли?       — Капитан, — Цзян Пин посмотрел на них. — В сети полно обсуждений о том ящике с телом и культуре ту си. Некоторые даже основали культ, поклоняясь тому ящику как божеству.       Чжань Чжао внезапно спросил:       — Много ли людей изучают культуру су си?       — Хм… — Цзян Пин открыл несколько вкладок. — Информации о ту си не так много, но в сети есть два известных специалиста.       — Кто именно?       — Художница Мо Нин и гадалка Акаша, — Цзян Пин начал искать информацию. — Самая известная работа Мо Нин, «Пылающая ярость», изображает древнюю казнь ту си: преступников вешали, а затем сжигали заживо.       На экране появилось изображение картины: искажённая фигура, борющаяся в петле, под которой бушевало синее пламя. Самое жуткое было то, что повешенный сам держал в руках другой конец верёвки… Зрелище было пугающим и сюрреалистичным.       — Но зачем ему самому держать верёвку? — не понял Бай Юйтан.       — Согласно верованиям ту си, сожжение заживо — самое страшное наказание, обрекающее душу на вечные муки, — объяснил Чжань Чжао. — Поэтому осуждённый предпочитал сначала повеситься…       Он замолчал, заметив, что все смотрят на него с удивлением.       — Кот, откуда ты это знаешь? — удивился Бай Юйтан.       —… — Чжань Чжао смущённо оглядел всех. — А что такого? Я же учёный. Разве мне не положено быть эрудированным?       — Кхм… — Бай Юйтан повернулся к Цзян Пину. — Что с Акашей?       — Мы как раз смотрим её трансляцию, — вмешался Гунсунь.       — О чём она? — Бай Юйтан и Чжань Чжао приблизились к экрану.       — Она заявила, что знает, кто грешник… что бог ту си открыл ей это, — Цзян Пин пожал плечами, включая запись. — После долгих ритуалов съёмочная группа отправилась по указанному ею адресу.       — Что они ищут? — Чжань Чжао уставился на экран, где была видна небольшая вилла.       — Акаша сказала, что грешники будут наказаны богом ту си… что она знает следующую жертву… — Гунсунь не договорил.       На экране вилла пылала, из окон валил чёрный дым.       «— А-а! — вдруг закричал оператор. — Кажется, внутри кто-то есть!»       Камера резко приблизилась к зданию.       В окне на втором этаже, объятом синим пламенем, они увидели человеческую фигуру, висящую на балке. Верёвка была перекинута через перекладину, а другой её конец был зажат в руке самой повешенной. Это была художница Мо Нин…       Все, смотревшие запись, застыли в ошеломлённом молчании.       Спустя мгновение они переглянулись и произнесли почти хором:       — Это… жуткое совпадение…