***
Пуля лишь слегка задела руку, но, как и любая огнестрельная рана, она требовала наложения пары швов. Чжань Чжао, всегда болезненно воспринимавший любую боль, сжал зубы и изо всех сил старался не морщиться. К счастью, молодая медсестра обладала легкой рукой и филигранной техникой — всё закончилось быстрее, чем боль успела как следует разгореться. Пока она завязывала повязку, ее взгляд упал на Бай Юйтана, который стоял в дверях с лицом, словно высеченным из льда. — Это капитан Бай? — с улыбкой спросила она Чжань Чжао. — Гэгэ всегда говорил, что он душка, а он оказывается такой суровый! Чжань Чжао удивленно взглянул на бейдж на ее халате: «Стажер Ма Синь…». Имя показалось знакомым. Присмотревшись к ее улыбающемуся лицу, он заметил и что-то знакомое в чертах. — Так ты сестра Ма Ханя! — наконец вспомнил он. — Хе-хе, — девушка звонко рассмеялась, закрепляя последний кусочек пластыря. — Главное, чтобы рана не намокала. Через неделю зайдите снять швы, доктор Чжань. Готово! — крикнула она в сторону двери. Бай Юйтан вошел, молча взял Чжань Чжао за куртку и потянул за собой, но тот удержался, ухватившись за его рукав. — Сяо Бай, ты ее знаешь? — он показал на Ма Синь. — Это Ма Синь, сестра Ма Ханя. Бай Юйтан на секунду замер, бросил на девушку короткий, вежливый взгляд и кивком дал понять, что принял к сведению, но не произнес ни слова. Ма Синь, собирая инструменты, лишь покачала головой. — Что же, гэгэ был абсолютно прав… — В чем прав? — не понял Чжань Чжао. Подняв свой медицинский поднос, она направилась к выходу. — Гэгэ говорил, что капитан Бай обычно очень спокоен, но если его вывести из себя… — она многозначительно скользнула взглядом по Чжань Чжа. — …То тому, кто посмеет тронуть доктора Чжаня, не поздоровится. Словно отрубит палец каждому, кто приблизится. С этими словами она вышла, оставив за собой легкую, насмешливую улыбку. В процедурной воцарилась неловкая тишина, в которой остались лишь они двое. Спустя долгий момент Бай Юйтан, не поднимая глаз, прорычал: — Засранец… Заставлю его на этой неделе работать сверхурочно. Чжань Чжао протянул здоровую руку, растрепал его волосы и потянул за собой мрачнеющего Бая. — Поехали, капитан Бай. Сначала они заехали домой к Чжань Чжао, чтобы он мог переодеться. С огромным трудом натянув рубашку на здоровую руку, он беспомощно замер перед шкафом, не в силах справиться с пуговицами и галстуком правой. — Сяо Бай, — неловко позвал он, — помоги застегнуться… и галстук завязать. Бай Юйтан, не двигаясь с дивана, лишь поманил его пальцем. — Иди сюда. Чжань Чжао подошел и встал перед ним. Бай Юйтан не встал, а похлопал по своим коленям, и в его глазах вспыхнула знакомая искорка. Щеки Чжань Чжао залились румянцем. Он замешкался, но Бай Юйтан ухватил его за край рубашки, легким движением притянул к себе, обвил руками его талию и усадил к себе на колени. Чжань Чжао, утопая коленями в мягком диване, сидел, расставив ноги, и смущенно опустил взгляд, пока Бай Юйтан медленно, одна за другой, начинал застегивать пуговицы снизу вверх. Пальцы скользили по ткани, и от каждого легкого прикосновения по коже Чжань Чжао бежали мурашки, заставляя кровь снова приливать к лицу. Застегнув последнюю пуговицу, Бай Юйтан проигнорировал протянутый ему галстук. Вместо этого он крепче обнял Чжань Чжао, прижал к своей груди, уткнулся лицом в его шею и принялся нежно гладить его по спине. Чжань Чжао не сопротивлялся, позволяя объятиям становиться все теснее. — Кот… — наконец прошептал Бай Юйтан, и его голос дрогнул. — Ты меня до смерти напугал… У меня, кажется, седые волосы отросли. Чжань Чжао тихо рассмеялся и здоровой рукой провел по его голове. — Нет… все еще черные. — В следующий раз не бросайся так, — укоризненно прошептал Бай Юйтан. — У меня нет девяти жизней, как у тебя, чтобы постоянно так пугаться. Он приподнялся и коснулся губами уголка все еще улыбающегося рта Чжань Чжао. Это легкое прикосновение стало началом — их губы встретились вновь, на этот раз сливаясь в медленном, томном поцелуе. Бай Юйтан откинулся на спинку дивана, его руки мягко обвили талию Чжань Чжао, притягивая его ближе. Чжань Чжао ответил на объятие, его левая рука легла на плечо Бай Юйтана, пальцы вцепились в ткань рубашки. Когда их губы наконец разомкнулись, Бай Юйтан с легкой улыбкой прошептал: — Кот, ты все еще кусаешься. Технике тебе еще учиться и учиться. Чжань Чжао лишь покраснел и сердито посмотрел на него. Бай Юйтан поспешно добавил: — Я могу научить… — Его палец нежно коснулся нижней губы Чжань Чжао. — Приоткрой рот… Чжань Чжао на мгновение замер, затем медленно разомкнул губы, позволяя пальцу скользнуть внутрь. Он напрягся, инстинктивно желая сомкнуть зубы… — Не кусай, — тихо попросил Бай Юйтан. — Расслабь челюсть… Чжань Чжао послушно разжал зубы. — Языком… — Бай Юйтан приблизился, его губы коснулись щеки Чжань Чжао. — Попробуй коснуться… Закрыв глаза, Чжань Чжао осторожно провел языком по пальцу. Влажное теплое прикосновение пробежало по нервным окончаниям прямо в сердце Бай Юйтана — невыразимо нежное и сокровенное. Бай Юйтан медленно убрал руку, погрузил пальцы в короткие шелковистые волосы Чжань Чжао и, приподняв его лицо, снова поцеловал. На этот раз Чжань Чжао не кусался, а послушно отвечал на поцелуй, движение губ становились увереннее. Между поцелуями им каким-то образом удалось завязать галстук, затем снова погрузиться в объятия, накинуть пиджак — и вновь найти губы друг друга. Примерно через час они наконец-то выбрались из дома. Бай Юйтан почти что выволок на улицу Чжань Чжао, который все еще напоминал перегретый паровой котёл. У подъезда к ним медленно подкатил и замер черный седан. Дверь открылась, и из машины вышел мужчина… Оба застыли на месте. Чжань Чжао смотрел на приближающегося человека с нарастающей паникой. — Папа… Чжань Цитянь окинул взглядом сына, затем Бай Юйтана, явно удивленный их напряженными позами. Он протянул Чжань Чжао термос. — Мама попросила передать. — А… — Чжань Чжао потянулся было правой рукой, но тут же отдёрнул ее и взял термос левой. Чжань Цитянь слегка нахмурился. — Что с рукой? — Пустяки… просто небольшая травма, — поспешно ответил Чжань Чжао, прижимая термос к груди. Чжань Цитянь кивнул и, не задавая больше вопросов, развернулся к машине, но Бай Юйтан неожиданно спросил: — Дядя, а зачем вам самому привозить? У вас же есть водитель. Чжань Цитянь замер, ошеломленный вопросом. Чжань Чжао тоже смотрел на Бая с широко раскрытыми глазами. — Я… решил завести по пути на работу, — после паузы ответил отец. — По пути? — Бай Юйтан с искренним недоумением посмотрел на небо. — Но здание суда совсем в другую сторону… Чжань Цитянь бросил на него сердитый взгляд, молча сел в машину и резко уехал. Бай Юйтан, довольно улыбаясь, подошел к Чжань Чжао. — Кот, что там за суп? Через крышку так вкусно пахнет. Чжань Чжао лишь покачал головой, стараясь скрыть поднимающуюся улыбку. — Тебе ничего не достанется! — фыркнул он и повернулся, чтобы идти, но уголки его губ предательски подрагивали. Бай Юйтан с сияющей улыбкой последовал за ним, но тут его телефон прервал момент звонком. Поднеся трубку к уху, он на ходу крикнул Чжань Чжао, и его голос снова стал собранным и деловым: — Кот, Цзян Пин говорит, у Морриса есть важная информация!Дело №4. Убийца - не человек. Глава 7. Несчастный случай
16 ноября 2025 г., 01:17
Студия Акаши располагалась на оживленной торговой улице в центре города. Благодаря шокирующим заявлениям и прямым эфирам, гадалка успела прославиться, и найти ее владение было нетрудно. Двухэтажное здание было стилизовано под сказочный дом ведьмы, кричаще и неестественно.
Чжань Чжао и Бай Юйтан вышли из машины. Дверь, открываясь, зазвенела колокольчиками, оповещая об их приходе. Внутри царила странная атмосфера: стены, сплошь покрытые зеркалами, создавали путаницу в пространстве, а высокие ширмы рассекали комнату на части. Тусклый желто-зеленый свет сочился с потолка, а окна, заклеенные цветной пленкой, искажали дневной свет, наполняя все помещение тягучим, болезненным полумраком.
Никто не вышел им навстречу. Звон колокольчиков должен был быть слышен по всему дому. Они переглянулись, и у обоих сжалось сердце от дурного предчувствия.
Бай Юйтан инстинктивно положил руку на кобуру на поясе. Чжань Чжао достал пистолет. Двигаясь синхронно, один прикрывая другого, они обошли ширму и направились к лестнице на второй этаж.
Сверху донесся приглушенный стук, будто что-то тяжелое упало на пол.
Не сговариваясь, они рванули наверх.
Дверь в студию на втором этаже была распахнута. Внутри разворачивалась душераздирающая сцена: молодая женщина, с искаженным яростью лицом, с нечеловеческой силой душила Акашу веревкой. Та уже теряла сознание, ее глаза закатывались, из открытого рта вырывался хрип, а пальцы бессильно царапали воздух.
Бай Юйтан ринулся вперед, молниеносно захватил локоть женщины и с силой вывернул его. Хватка ослабла, и Чжань Чжао тут же сорвал веревку, оттаскивая Акашу в безопасное место. Та судорожно вздохнула, захлебываясь кашлем, но была спасена.
Однако женщина, словно одержимая, с диким криком вырвалась, набросилась на валявшуюся веревку и снова попыталась атаковать. Ее сила была неестественной.
— Она ненормальная! — крикнул Бай Юйтан, с трудом удерживая ее и прижимая к полу.
— Выруби ее! — скомандовал Чжань Чжао, но не успел договорить.
Из темного дверного проема метнулась тень. Мужчина, прятавшийся в глубине комнаты, поднял пистолет. Целился он в Акашу.
Чжань Чжао рефлекторно толкнул женщину в сторону. Грянул выстрел.
— Кот! — успел крикнуть Бай Юйтан, прежде чем тело Чжань Чжао резко дёрнулось и рухнуло на пол.
Не отпуская обезумевшую женщину, Бай Юйтан вскинул пистолет и выстрелил в дверь. Пуля ударила мужчину в плечо. Тот вскрикнул, развернулся и бросился бежать.
— Кот… — сквозь зубы прошипел Бай Юйтан и нанес точный удар по шее сопротивлявшейся женщины. Та немедленно обмякла.
Бросив ее, он кинулся к Чжань Чжао. Тот сидел, сжимая левое предплечье, сквозь пальцы сочилась кровь.
— Пустяки, царапина, — скривился он, но, увидев искаженное лицо Бай Юйтана, тут же крикнул. — Догони его, Сяо Бай! Быстрее!
Вид, что Чжань Чжао в сознании и говорит, вернул Бай Юйтана к действительности. Но алая полоса на белой рубашке заставила его кровь похолодеть. Его лицо исказила холодная ярость.
Он подхватил стул и швырнул его в окно. Стекла с грохотом посыпались вниз. Высунувшись, он увидел бегущего мужчину, прижимающего окровавленное плечо. Бай Юйтан перепрыгнул через подоконник, мягко приземлился на крышу припаркованного внизу грузовика, а затем — на асфальт. Несколько мощных прыжков — и он настиг преступника.
Тот инстинктивно повернулся с пистолетом, но позади никого не было. Прежде чем он успел среагировать, железная хватка вцепилась ему в воротник и резко дернула на себя. Острая боль пронзила уже раненое плечо, и он с криком выронил оружие.
Бай Юйтан швырнул его на землю, подобрал пистолет и… остолбенел.
— Почему это ты?! — вырвалось у него, когда он увидел лицо человека, корчащегося от боли на асфальте.
Им оказался Цюй Яньмин, его бывший подчиненный, с которым они недавно пересекались в музее.
Бай Юйтан в бешенстве вцепился ему в куртку.
— Ты с ума сошел?! Ты убийцей стал?!
Цюй Яньмин лишь плотно сжал губы, отводя взгляд. Не тратя слов, Бай Юйтан надел на него наручники, грубо поднял на ноги и, оттащив обратно в студию, сделал вызов в S.C.I. Вернувшись, он увидел, что Чжань Чжао уже стоит на ногах. Тот, увидев пленника, удивленно воскликнул.
— Ты?!.
Бай Юйтан молча подкатил стул, усадив Чжань Чжао, и принялся осматривать рану. Пуля лишь задела руку, но вид крови на бледной коже заставлял его сжимать кулаки.
— Почему ты хотел ее убить? — спросил Чжань Чжао Цюй Яньмина, все еще не в силах поверить. В ответ тот упрямо молчал. Акаша, пришедшая в себя, начала бормотать хриплым голосом:
— Проклятие… Это все проклятие…
Бай Юйтан, и без того на взводе, с силой толкнул стол.
— Заткнись! — его ледяной тон заставил смолкнуть даже Чжань Чжао, который смотрел на него с неподдельным изумлением. Бай Юйтан отвернулся, уставившись в разбитое окно, его плечи были напряжены.
Акаша немедленно замолчала, сжавшись в комок. Вскоре прибыли наряд и скорая. Бай Юйтан коротко сдал задержанного Ван Чао и Чжан Луну и, не говоря ни слова, повел Чжань Чжао к машине, чтобы отвезти в больницу.