Убийство с обложки

«Добрый день. Меня зовут Хан Джувон. Я — международная модель. За моими плечами сотрудничество с Chanel, Blindness, Sacai и Maison Margiela. Сегодня меня пригласили на интервью в преддверии показа в Токио — эксклюзивно для журнала TOUCHÉ». Джувон крепко сжимает в руках микрофон, волнуясь. Образ сегодня получился закрытым: длинные тёмные брюки, немного волочащиеся по полу, тяжёлые чёрные армейские ботинки на шнуровке, бесформенный свитер, натянутый до самого горла. Образ завершали кожаные перчатки. Перчатки выделялись из общего ансамбля, но были необходимы: костяшки пальцев были сильно разбиты, а ладони до сих пор покрывали небольшие синяки. Он уже не помнил, что именно стало причиной резко накатившей злости — той, что могла разрушить всё вокруг. Потерянность в пространстве и времени, сбившийся режим сна, вечный стресс, ссоры с Хёком, непонятные мотивы Ли Донсика и его взбалмошная возлюбленная, которая была вдвое младше. Это всё копилось годами — по кирпичику, выстраивая гигантский замок, из которого Хан наблюдал за жизнью. Юён помогала обустроить эту крепость, давая ему возможность покидать её и возвращаться в относительном здравии. Когда дизайнер исчезла, стены замка начали давить. Ему стало не по себе. Удар за ударом он рушил фасад, оставляя лишь руины. Устроившись на высоком вращающемся стуле, он обводит взглядом журналистов и фотографов. Сотрудница издания, находящаяся за кадром, даёт Хану пространство. Взрослая женщина по имени Пак Хаён нажимает на кнопку звукозаписи и подаёт всей команде сигнал — можно начинать. Пак известна своим профессионализмом: она освещает громкие скандалы в модельной индустрии, всегда вставая на сторону пострадавших. Её невозможно купить, и она умеет обращаться с самыми разными людьми. — Что ж... Хан Джувон, для меня большая честь поговорить с тобой, учитывая твой плотный график. Насколько мне известно, ты впервые посещаешь Токио. Какие у тебя впечатления от города? Джувон, наконец, отпускает ситуацию, смотрит то в камеру, то на журналистку. Складывает руки в замок и спокойно отвечает: — Захватывает дух — культура, колорит. Кажется, здесь всё движется в несколько раз быстрее. Мне очень интересно увидеть себя в футуристическом образе. Честно, я буквально считаю часы до показа. Хаён улыбается, наслаждаясь ответом: — Вижу, ты серьёзен, Хан! Думаю, зрители будут в восторге. Сейчас к тебе приковано особое внимание после «ледяной фотосессии». Мы привыкли видеть тебя в разных амплуа — ты умеешь удивлять. Когда я впервые увидела, что ты сотворил с полупустой комнатой, честно, была поражена. Ждёт ли нас в этом году что-то такое же откровенное? Так как Джувон впервые работал в подобном стиле, он знал — больше на такое не подпишется. Последствия слишком беспокоили его. Он решает мягко намекнуть Хаён, что это была разовая акция. — Я очень внимательно подхожу к выбору предложений от брендов. Возможно, однажды я наберусь смелости и повторю тот успех, но сейчас не хочу ещё сильнее провоцировать публику. — Поклонники и читатели журнала всё равно будут ждать. С тех пор, как произошёл неудачный показ в Париже, прошло уже достаточно времени… Тогда ты с трудом справился с эмоциями. Ты уверен, что в этот раз всё пройдёт гладко? Мысленно Джувон благодарит, что госпожа Пак не называет имя Ли Юён. Травма ещё слишком свежа. Он не избавится от неё, пока знает лишь полуправду. — Да, тогда я устроил скандал, признаю. Возможно, сказывались перелёт или личные переживания. Точно сказать не могу. Хаён тут же цепляется за слово личные, не желая отпускать тему. — Вы намекаете на отношения? Пожалуйста, приоткройте немного завесу личной жизни. Кто же эта незнакомка… или незнакомец? Формулировка не нравится сразу. — Сейчас я слишком занят карьерой, чтобы находить время на личное. Но когда придёт момент, и я решу завязать с моделингом, непременно найду достойную девушку. Обещаю, Пак Хаён, вы узнаете об этом первой. — последняя фраза сглаживает обстановку, создавая дружелюбную атмосферу. Тема ориентации тянется через всю его жизнь, оставляя зияющие раны в сердце. Ему пятнадцать. Он один в Лондоне. Его внешность вызывает смех и насмешки у одноклассников. Идеальный, но чужой. Кто-то запускает слух, будто он встречается с парнем, хотя он даже не целовался и никогда не испытывал влюблённости. Перешёптывания перерастают в гул, мерзкий и громкий. Джувон терпит, даже когда это происходит прямо при нём. Однажды ночью к нему кто-то пытается пристать, затыкая ему рот рукой. Он вырывается, плюёт в лицо. Он ещё не умеет драться, но умеет убегать. За время учёбы он сменил четыре комнаты — проклятое число, означающее смерть. Ему двадцать один. Он учится в полицейской академии Сеула. Дружба с Кёнилем даёт ему свободу. Он забывает разочарования, оставленные Англией. Хан не любит прикосновений, но терпит их от Кёниля. Хлопки по плечу, поглаживания по голове, даже тисканье щёк — несмотря на грязные после улицы руки. Когда он понимает, что у Кёниля появился кто-то ближе, он сбегает. У него уже достаточно навыков, чтобы вступить в драку, но он не желает применять силу к близкому. Он просто исчезает. Ему двадцать три. Он получает свой первый модельный контракт. Он по-настоящему горд. Но случайно становится свидетелем сцены, где несовершеннолетняя модель полностью подчиняется главному продюсеру съёмки. В тот же день Хан разрывает контракт. Сейчас ему двадцать семь. Он больше не хочет убегать. Он хочет бить. Жаждет крови каждого, кто причиняет боль. В правом кармане у него нож. В левом — пистолет. Даже сейчас, во время интервью.