На грани

Такемичи брёл по улицам, осматривая окрестности. Оставаться дома было невозможно. Нет, не потому что ему там не рады—хотя и это тоже. Просто он чисто физически не мог просидеть в четырёх стенах, пока его мать делала вид, что всё в порядке, а Джеймс пытался играть роль заботливого отчима. Нет уж, нахрен. Такемичи старался запомнить дорогу, отмечал про себя вывески, номера домов, магазины. Хоть какой-то ориентир. Но внезапно… Он услышал звуки из переулка. Глухие удары, стоны боли, приглушённые хрипы. Что-то между дракой и избиением. Любопытство взяло верх. Осторожно выглянув за угол, он увидел картину, достойную голливудского фильма. В центре переулка стоял высокий парень. Он спокойно курил сигарету, а под его ногой извивался избитый парень, которому явно доставалось больше всех. Остальные тоже валялись неподалёку, корчась от боли. Но главное—этот парень совсем не выглядел взволнованным. Ему было скучно. Как будто он просто так, от нечего делать, раскидал этих несчастных. Он не просто дрался. Он играл. Такемичи заметил кровь на его костяшках. Татуировки на руках, по обе стороны тыльной части лодони: Преступление и Наказание Короткие тёмные волосы, зализанные вверх, а по центру выбивалась прядь, окрашенная в жёлтый цвет. Глаза были такими же жёлтыми, хищными. На одном ухе висела длинная золотая серьга. Выглядел он как натуральный бандит. Такемичи, как идиот, просто стоял и пялился. И тут их взгляды встретились. В глазах того парня что-то вспыхнуло—хищный интерес. Как будто он нашёл что-то любопытное. Такемичи внутренне выматерился. Дерьмо. Без резких движений, не привлекая лишнего внимания, он просто развернулся и пошагал дальше, делая вид, что ничего не видел. Типа: «О, гляньте-ка! Обычный прохожий идёт по улице! Ничего необычного! Не стоит преследовать этого невинного японского подростка, ага!» … Но через минуту он почувствовал. Как что-то тяжёлое и опасное нависает за спиной. Он ускорил шаг. Силуэт позади тоже ускорился. Бля. Он свернул за угол. Силуэт тоже свернул за угол. ПЯТЬ МИНУТ. ПЯТЬ. ЧЁРТОВЫХ. МИНУТ. Такемичи чувствовал, как этот парень буквально шагает по его пятам. Не приближается. Не хватает за шкирку. Просто следует за ним. Чего ему надо? Ещё пять минут. Такемичи понял две вещи: 1. Он не может избавиться от преследователя. 2. Он потерялся. БЛЯТЬ. Он идиот. Такемичи остановился. Он оказался где то во дворе между домами. Огляделся. Вокруг забор, машины, окна соседских квартир. Что делать? — Окей…— он глубоко вздохнул.—Окей…. У него было два варианта: 1. Вежливо попросить этого страшного бандита перестать его преследовать. 2. Бежать. Первый вариант отпадает нахрен. Потому что этот психованный бандит очень даже мог вмазать ему в рожу. Значит, остаётся только одно, то чему Такемичи научила жизнь с бандой Мизо — бежать. Такемичи резко рванул с места. И он никак, НИКАК, блять, не ожидал, что этот чёртов псих последует за ним! И не просто последует — а будет орать и ржать, как душевнобольной, размахивая руками! — Догоню! Поймаю! — разнёсся за спиной радостный вопль. Что с ним не так?! Такемичи оглянулся через плечо и закричал: — Ты псих?! — Сильно видно, да? — бандит драматично вздохнул. Да, блять, видно! — Почему ты бежишь за мной?! — Потому что ты стал убегать? — в голосе парня слышалась искренняя озадаченность. Или он просто делал вид, что не понимает причину злости Такемичи. — Я Ханма, кстати. Такемичи не просил его представляться. — Но все зовут меня Жнец. Охуенно. Нет, правда, очень ободряюще. Такемичи выдыхался. А этот псих бежал за ним, не теряя дыхания, и ещё улыбался. Это конец.

***

Такемичи выдохся и тяжело вздыхал, сидя на скамейке, пытаясь прийти в себя после бесконечных вопросов Ханмы, который всё так же радостно наблюдал за ним. Наконец, усталость взяла своё, и Ханма, словно пытаясь разрядить обстановку, произнёс — Так, как тебя зовут? Можно я буду звать тебя «златовласка»? Или, может, «цепленок»? Такемичи нахмурился и холодно ответил: — Такемичи, зови меня Такемичи. Ханма усмехнулся, скрестив ноги, и стал смотреть на Такемичи сверху вниз. Но прежде чем он успел выкинуть ещё какую-нибудь нелепость, Такемичи решил сменить тему — Кстати, почему ты дрался? Воспоминание о том переулке, от которого по телу пробежала дрожь, всплыло в памяти. Такемичи вспомнил, как Хината говорила, что в этом районе запрещены драки между бандами. Так почему же тогда произошёл бой? — Эти букашки бесили меня, — спокойно сказал Ханма, не проявляя особого интереса к теме. — Но драки же на территории Псов запрещены… разве не так? — не унимался Такемичи. — А? Ну да, но запрещены драки между бандами, а я ни к какой не принадлежу. Я сам по себе, — пояснил Ханма, с ноткой равнодушия в голосе. Такемичи кивнул, размышляя. Он думал, что здесь драки вообще под запретом, но оказалось, всё куда сложнее. Ханма продолжал заливать его вопросами, не давая подростку даже минуты на отдых. После нескольких минут молчания, во время которых Ханма то и дело бросал на него любопытные взгляды, Такемичи наконец вздохнул и, почесав затылок, пробормотал: — Я потерялся. Ханма замер, а потом расплылся в широкой ухмылке. — Чего? — Ну… — Такемичи скривился, понимая, как глупо это прозвучало. — Точнее, я заблудился. Ханма откровенно расхохотался, запрокинув голову назад. — Ох, цыплёнок, ты меня развлекаешь! Просто приехал, а уже теряешься. Это талант. — Да иди ты… — пробормотал Такемичи, устало потирая переносицу. Ханма всё ещё посмеивался, но потом спросил: — Адрес хоть свой знаешь? Такемичи кивнул, доставая из кармана бумажку и протягивая её Ханме. Тот мельком взглянул и хмыкнул. — Ладно, идём. Провожу. Такемичи удивлённо на него посмотрел. — Ты что, правда так просто согласился? — Ну а что? — Ханма ухмыльнулся. — Раз уж ты тут такой беспомощный, кто-то же должен тебя доставить домой, цыплёнок. — Не зови меня так, псих. — Как скажешь, цыплёнок. Такемичи раздражённо выдохнул, но возражать не стал. Главное, что теперь он точно доберётся до дома. Такемичи шагал рядом с Ханмой, старательно игнорируя ощущение, будто его ведут за руку, как маленького ребёнка. Хотя, если подумать, он и правда потерялся, так что возмущаться было бы глупо. Ханма выглядел расслабленным, покуривая очередную сигарету. В какой-то момент он вытянул руку с пачкой в сторону Такемичи. — Будешь? — спросил он, лениво прищурившись. Такемичи скривился. — Нет, спасибо, не хочу сдохнуть раньше времени. Ханма фыркнул. — Да ладно, сигареты не убивают, люди убивают. — Глубоко, — буркнул Такемичи, закатив глаза. Ханма усмехнулся и продолжил курить, а Такемичи снова посмотрел по сторонам. Эти улицы выглядели чужими, но всё же не такими уж неприветливыми. Он замечал, как группы подростков, похожих на местных хулиганов, переглядывались с ними, но никто не подходил. Может, из-за Ханмы. — Слушай, а ты что, местная знаменитость? — спросил Такемичи, всё же не сдержавшись. — А ты как думаешь? — Ханма усмехнулся, выпуская дым. — Думаю, что да. — Ха, ну ты смышлёный. Такемичи только тяжело вздохнул. Ему казалось, что этот тип в любой момент может выкинуть что-нибудь странное. — А ты, значит, новенький, да? — Ханма вдруг пристально посмотрел на него. — Что? — Ну, раз потерялся, значит, не местный. — Я… Эм, недавно переехал. — Ясно. И как тебе Америка? — Пока что… слишком шумно. Ханма снова усмехнулся. — Привыкай, тут по-другому никак. Они продолжили идти, и вскоре Такемичи узнал знакомые улицы. Дом был уже близко. — Ну, дальше я сам, — пробормотал Такемичи, увидев знакомые улицы. Он неловко остановился, не зная, как правильно попрощаться, но, похоже, Ханму это только развлекало. Тот ухмыльнулся и, выпустив очередное облако дыма, лениво протянул: — Оу, какой самостоятельный. Может, всё-таки довести тебя до самого порога, а, цыплёнок? Вдруг опять заблудишься? — Хватит называть меня так! — возмутился Такемичи, чувствуя, как краснеют уши. — Ладно-ладно, не кипятись, — Ханма весело рассмеялся и махнул рукой. — Вали уже Такемичи недовольно фыркнул, но всё же кивнул: — Спасибо, что довёл. — Да без проблем, цыплёнок. — Да чтоб тебя! — Такемичи раздражённо развернулся и быстро зашагал прочь, слыша за спиной довольный смех. Теперь, когда он уже знал дорогу, идти было куда спокойнее. Но почему-то он не мог отделаться от странного ощущения. Будто… его взгляд всё ещё кто-то провожал. Такемичи на секунду замедлил шаг, но не стал оборачиваться. Лучше не думать об этом.