Спаси меня от самого себя

Они успели пробежать два лестничных пролёта и оказались этажом выше, но вдруг услышали приближающихся солдат. Ки Хун почувствовал, что его крепко схватили за руку и потянули куда-то влево. Ин Хо втащил его в неприметную комнату и захлопнул дверь как раз в тот момент, когда Треугольники появились из-за поворота. Ки Хун припал к стене, стараясь успокоить колотящееся сердце, и сполз на пол. Ин Хо огляделся, достал из груды хлама доску и аккуратно приставил к дверной ручке, блокируя доступ к комнате. Они в безопасности. Он опустился рядом с Ки Хуном, задевая его плечом.  — Кажется, мы договорились, что ты мне поможешь, а не будешь мешать. С каких пор тебя волнуют их жизни? — сердито прошипел Ин Хо. — Он ничего не сделал! — яростно прошипел Ки Хун в ответ.  — То есть вчера ради своей цели ты стрелял в Треугольников и не особо мучился совестью. А я сейчас должен был оставить его в живых? — Не сравнивай нас! Я не такой, как ты. — Ну конечно. Не ври себе. Все люди одинаковые. Эгоисты, готовые на всё при правильных обстоятельствах. — Вот что ты думаешь? Когда заставляешь людей убивать друг друга, да? — фыркнул Ки Хун. — Напомнить тебе, как легко ты согласился на жертвы ради своего маленького бунта? — Ты всё время манипулировал мной! — Нет. Это было твоё решение, Ки Хун.  — Ладно, хорошо. Но я уже понял, куда это решение меня привело. Теперь я больше не хочу никаких жертв, понятно? — Жертвы неизбежны. Не будь таким наивным. — Я уже жалею, что связался с тобой. — А я жалею, что не оставил тебя в камере, — обречённо вздохнул Ин Хо. Ки Хун вдруг приподнялся, вытащил что-то из кармана спортивных штанов и снова сел:  — Всё, этот спор ни к чему не приведёт. На, ешь, — он протянул пян-се в прозрачной упаковке, — прихватил то, что осталось от нашего завтрака в самый последний момент. Ин Хо повернулся и удивленно уставился на пирожок. — Ну же, считай это благодарностью за то, что придумал, как выбраться из камеры и… всё-таки не убил рабочего, — Ки Хун легко взмахнул пирожком прямо перед лицом мужчины, обёртка зашуршала в тишине, — хотя второе – больше моя заслуга.  — Не изображай святого. Мне не нужна твоя дурацкая доброта, — Ин Хо даже не шелохнулся. — Боже, почему с тобой так сложно, просто ешь, — Ки Хун нетерпеливо вскрыл упаковку, вытащил пирожок и сунул в руку Ин Хо. — Мало того, что наслаждаешься человеческими страданиями, так ещё и ведёшь себя, как упёртый придурок. — Ты ничего обо мне не знаешь, — Ин Хо посмотрел на пян-се, ком подкатил к горлу. После всего, что случилось, только такой кретин, как Сон Ки Хун, мог поделиться едой, как ни в чём не бывало. Ин Хо захотел разозлиться, но вдруг почувствовал что-то другое. Благодарность?  Он разломил пирожок на две части, молча вернул Ки Хуну половину.  — Спасибо, — пробормотал Ки Хун. Горло Ин Хо болезненно сжалось, поэтому он поспешил затолкать в себя первый кусочек. Они сидели рядом и ели в тишине.  — Я служил в полиции когда-то, — небрежно обронил Ин Хо. — Что? — ошарашено уставился на него Ки Хун. — После Академии попал в отдел криминальных расследований. Я начал рядовым полицейским, а в итоге стал руководить целым подразделением в Йонсане. Все те трюки в камере — это просто опыт многолетней службы. Ты же хотел знать. — И почему ты теперь здесь? Что случилось? — тихо спросил Ки Хун. Ин Хо на пару секунд замолчал, а затем набрал воздуха в грудь и продолжил, чтобы не передумать: — Я много лет работал с одним парнем. Его звали Ким Дэ Ён. Сначала он был просто моим напарником, на службе мы проводили много времени вместе. После работы ходили выпить, а по выходным играли в бейсбол. Так в итоге мы стали друзьями. Вместе мы раскрыли много сложных и запутанных дел, вместе дослужились до инспекторов. Потом меня повысили, и я сделал его старшим инспектором в нашем подразделении, чтобы мы продолжали вести дела вместе, как раньше. Он… Он был свидетелем на моей свадьбе, — мрачно хмыкнул Ин Хо, как будто только сейчас вспомнил об этом. Ки Хун слушал почти не дыша. Есть больше не хотелось.  — Один мутный тип попал под подозрение в насилии в семье. Речь шла о моральном угнетении, лишении еды, регулярном физическом насилии. Сексуальное стояло под вопросом. У этого подонка была жена и ребёнок. Дело почему-то зависло, а я тогда только вернулся на работу после небольшой операции. Я решил, что мы с Дэ Ёном быстро во всём разберёмся. Ин Хо тяжело вздохнул. Чем больше он рассказывал, тем сильнее погружался в воспоминания. Он был уверен, что затолкал мысли об этом настолько глубоко, насколько это возможно. Сознание безжалостно развёртывало перед его внутренним взором картинки, которые он мечтал забыть навсегда. — Здоро́во, дружище! — Дэ Ён сгрёб Ин Хо в объятиях, сминая идеально выглаженный пиджак. — Я уже начал волноваться! Думал, тебя распили на кусочки. Хирурги — сущее зло! Как-то в детстве я наступил на гвоздь, так этот садист в больнице сказал, что оттяпает мне ногу до колена. Вот я визжал от страха! — мужчина похлопал Ин Хо по плечу тяжёлой ладонью и громко расхохотался. Дэ Ён был большой и грузный, как медведь. Простой, грубоватый, но добрый и надёжный. Его лучший друг. — С делами всё отлично, — продолжил Дэ Ён, передавая Ин Хо папки, — закрыли того ненормального из метро. И этого, который резал бездомных в северной части района.  — Я видел какой-то висяк по семейному насилию. Надо разобраться. — А-а, это. Не бери в голову, скину на инспектора смены, — Дэ Ён махнул рукой, обогнул стол, неаккуратно задев стопку документов, и направился в сторону выхода из кабинета. — Нет. Но что-то меня смущает. Давай съездим проверим, — ответил Ин Хо.  Дэ Ён остановился в дверном проёме. Его лицо на секунду сделалось хмурым, но он тут же улыбнулся и добавил: — Конечно. Мы с тобой, как в старые-добрые времена. Пойду сделаю тебе кофе, босс! Ин Хо моргнул, улыбающееся лицо Дэ Ён исчезло. На него смотрел взволнованный Ки Хун. За дверью послышались шаги — в коридоре прошла новая группа Треугольников. — Что было дальше? — шепотом спросил Ки Хун и придвинулся ближе. — Мы играли в волчок. С девочкой. — Что? — Ребёнком из этой семьи, — Ин Хо понизил голос, опасаясь, что его услышат, — оказалась девочка. Точный возраст неизвестен. Чёрные волосы до плеч. Невысокий рост. Худощавое телосложение. На первых двух опросах, которые Ин Хо и Дэ Ён провели прямо в тесной грязной квартире, ребёнка не было. Отец семейства говорил, что его дочь то в школе, то у родственников, то у друзей. В третий раз полицейским повезло. Пока Дэ Ён разговаривал с мужчиной на кухне, Ин Хо осматривал кучу старого барахла, сваленного в коридоре. Вдруг он заметил за приоткрытой дверью девчонку. Она улыбнулась мужчине и скрылась в темноте. Ин Хо оглянулся, Дэ Ён и папаша были увлечены беседой, поэтому мужчина тихо зашёл в комнату. Девочка испугалась и попятилась. Ин Хо не стал приближаться, чтобы не пугать ребёнка, и медленно присел на корточки: — Что это у тебя? — с интересом спросил он, кивая на сжатый кулачок девочки. — Волчок. Умеете играть, господин полицейский? — прошептала девочка и раскрыла ладонь. В ладошке оказался обычный маленький волчок и веревочка. У Ин Хо был такой в детстве. Мужчина внимательнее оглядел руку ребёнка. Она действительно была слишком худой. Недостаток питания.  Девочка ловко накрутила веревку и запустила волчок. Тот подпрыгнул на полу и завертелся. — Я был лучшим в своём дворе. Умеешь левой рукой? — спросил Ин Хо. Это всегда приводило ребят в восторг.  — Левой рукой? Врёте! Покажите!  Мужчина тихо рассмеялся, довольный реакцией. Когда у него появится свой ребёнок, он, наверное, будет точно так же удивляться этой мелочи. Девочка нетерпеливо схватила волчок с пола, подошла поближе и протянула мужчине. И тут Ин Хо заметил то, что тут же вернуло его к реальности. Улыбка сползла с его лица. На плече девочки у самого рукава футболки Ин Хо увидел следы заживающего синяка. Синяки такой формы чаще всего оставляли руками, когда лишали жертву движения. Дело дрянь. Ин Хо забрал игрушку и поднялся на ноги. Дрожащими руками накрутил веревочку и запустил волчок. Волчок подскочил и стукнулся о пол. Первый раз у Ин Хо не получилось его закрутить. — Какого хрена здесь творится? — папаша распахнул дверь и тут же схватил ребёнка. Ин Хо едва сдерживался, чтобы не кинуться на этого ублюдка. — Ничего, — процедил он сквозь стиснутые зубы, вернул игрушку девочке и сжал кулаки. — Значит мы закончили? Мужчины вышли на улицу. Дэ Ён направился к служебной машине, а Ин Хо, больше не в силах себя, развернулся и схватил хозяина квартиры за грудки: — Ты за всё ответишь, грёбаный ублюдок! — Я ничего не сделал, господин полицейский. Или у вас есть доказательства? — мерзавец растянул губы в отвратительной самодовольной ухмылке, его дыхание коснулось лица Ин Хо. Ин Хо стал работать без сна и отдыха. Дэ Ён терпеливо ездил с ним и опрашивал соседей, каждая крупица информации могла иметь значение.  — Ты вообще понимаешь, что делаешь, Ин Хо? — строго отчитал его однажды старший суперинтендант. — Ты только получил новую должность, и мы все рассчитываем на тебя. — Девочка подвергается насилию. Её морят голодом и держат взаперти. Я должен спасти её. — Ты знаешь, сколько таких девочек по всей стране? — мужчина откинулся в кресле и зевнул. — Не одна, так другая. Сними уже розовые очки, Ин Хо. Это не твоя проблема. Подумай о себе, о своей карьере. Займись делом, — старший суперинтендант закурил и окинул Ин Хо пренебрежительным взглядом. — Может ты вообще что-то напутал и ошибся? — Нет, я уверен. Мать девочки всё знает, но упрямо молчит. Пока не понимаю, почему. Возможно запугана. Я разговорю её и получу доказательства. — Тогда живее. Моё терпение на пределе. Показатели подразделения должны быть в порядке. Если из-за тебя возникнут проблемы, ты вылетишь отсюда. Я предупредил. Ин Хо вдавил педаль газа и включил сирену. Всё было кончено. Они с Дэ Ёном мчались на задержание. За ними ехала машина с ещё одним офицером. Он сделал это. Собрал все необходимые улики. Наконец мать призналась в том, что происходит в их семье. Она боялась мужа и позволяла ему делать с ребёнком всё, что он захочет. Женщина так долго молчала, потому что не хотела сесть за соучастие. Запись признания лежала на столе в кабинете Ин Хо. — Мы с офицером зайдём с главного входа, если не откроет, будем ломать дверь, а ты, Дэ Ён, иди со стороны пожарной лестницы. Вдруг он решит сбежать, — нервно проговорил Ин Хо. — Всё будет в порядке, напарник. Можешь на меня рассчитывать, — инспектор ободряюще хлопнул Ин Хо по плечу. — Теперь этот гад точно в ловушке. Уверенность Дэ Ёна придала ему сил. Полицейские разделились. Ин Хо и офицер проследовали вдоль длинного трехэтажного здания и вошли внутрь. Мужчины достали служебные пистолеты и поднялись на третий этаж. Дверь была заперта.  — Хван Ин Хо, суперинтендант полиции Йонсана, откройте дверь! — крикнул Ин Хо. Никто не ответил, но где-то в глубине квартиры раздался шум. Мужчина попытался сломать замок, но тот не поддался. Медлить было нельзя. — Продолжай ломать, — Ин Хо побежал вдоль коридора, распахнул дверь и попал на боковой балкон, который вёл к пожарной лестнице. Дэ Ёна нигде не было видно.  Он перемахнул через парапет, схватился за лестницу и подобрался к нужному окну. Оно было открыто. Мужчина забрался внутрь и замер. На полу в дальнем углу комнаты лежала девочка, привязанная к ножке высокого металлического стеллажа. Она была бледной, обессиленной и выглядела ещё хуже, чем когда Ин Хо видел её в прошлый раз. — Теперь всё будет хорошо, слышишь? — освобождая тонкую ручку от верёвки проговорил Ин Хо. Девочка ничего не ответила.  — Ты обещал, что всё схвачено! — крикнул кто-то за стеной. Ин Хо вытащил пистолет и медленно пошёл к двери.  — Эта тупая стерва тебя сдала, что я мог сделать? Я итак путал следы, как мог, прикрывая твою шкуру.  Ин Хо замер. Это был голос Дэ Ёна. — Она захотела лишнюю дозу и разозлилась, когда я её продинамил. Мы поссорились, но я не думал, что ей хватит мозгов… — Просто свали на время, я всё улажу. Зачем ты вообще засветился с этой малявкой. Не мог держать свой хер в штанах, грёбаный извращенец, и просто заниматься дурью? — Как я свалю? У меня клиенты, я в этом районе пять лет сеть налаживал! Здесь покупают и не какие-то нищие барыги, а состоятельные ребята. И ты, в том числе, забыл? Кто продаст копу, если я исчезну, а? Ин Хо рванул с места не помня себя. Ярость будто взорвалась в нём, обжигая изнутри.  — Твою ж мать! — крикнул Дэ Ён и попытался выбить из рук Ин Хо пистолет. Началась драка. — Не стой столбом, тупица! Скорее! Дубинка. Справа, на поясе. Вдарь ему по почкам, — в тот же миг Ин Хо ощутил вспышку боли и провалился в темноту. Воспоминание так сильно захватило Ин Хо, что он не сразу сообразил, насколько крепко сжал кулаки. Ногти больно впивались в кожу. Все мышцы тела были напряжены. Только теперь, когда наваждение отступило, он увидел чужую руку на своей. Рука Ки Хуна лежала на его сомкнутом кулаке. Ин Хо отстранённо наблюдал, как Ки Хун водит большим пальцем по побелевшим костяшкам, пока не пришёл в себя. Наконец мужчина медленно разжал кулак, ладонь была мокрая. Ки Хун остановился, но руку не убрал. Какое-то время они сидели в тишине. — Что стало с девочкой?  — Она погибла. Они ещё немного помолчали. — Я очнулся в больнице и узнал, что дело развалилось. Улики и запись признания матери исчезли. Наверняка Дэ Ён позаботился об этом. Эту мразь задержали за нападение на полицейского, но вскоре отпустили. Дэ Ён утверждал, что я набросился на этого ублюдка из-за личной неприязни, а ребёнка в квартире вообще не было. Мне больше не верили. Старший суперинтендант был в ярости. Меня лишили звания, разжаловали и перевели в другой район. Я нашёл её имя в базе записей о пропавших без вести спустя два месяца. Не думаю, что она и в самом деле пропала, скорее всего она была уже мертва. — Твой друг…— Ки Хун запнулся, не зная, как продолжить. — Он остался в Йонсане, кажется, занял мою должность… Но для меня он умер, — отрезал Ин Хо и одёрнул руку. — Если бы я встретил его сейчас, прикончил бы. Без колебаний. Считаешь, я был бы неправ? Ки Хун не ответил. Он подавленно молчал и смотрел перед собой. Ин Хо приподнялся и заглянул в маленькое круглое окошко в двери:   — Вроде чисто, — Ин Хо убрал доску, которая блокировала ручку, и прислушался. — Мы у крематория. Через него попадём на уровень с игровыми площадками, там есть проход.  — Что? Крематорий? — невнимательно переспросил Ки Хун, с трудом выныривая из собственных мыслей. — Оглянись вокруг. Мы застряли на складе с гробами, значит и крематорий где-то рядом, — Ин Хо повертел крашеную чёрную доску в руке и швырнул её на крышку полусобранного нового гроба.