Спаси меня от самого себя

Ки Хун шёл за Ин Хо и не сводил глаз с его затылка. Он до сих пор не мог понять, почему взял Ин Хо за руку там, на складе. Сейчас это казалось странным и нелепым, но тогда… Ки Хун видел, как лицо Ин Хо темнело с каждым словом. Его голос, обычно уверенный и твёрдый, под конец рассказа дрогнул, и в этот момент в груди Ки Хуна тоже что-то сжалось. Внезапно он понял, что чувствовал то же самое. Три года назад, когда его друг Сан У убил здесь Сэ Бёк. И ему тоже было трудно с этим смириться. Ин Хо остановился и осторожно глянул за угол. Мужчина обернулся и еле заметно кивнул Ки Хуну — можно было идти дальше. Ин Хо старался не встречаться с ним взглядом, но Ки Хун всё равно заметил, каким вымотанным и печальным он выглядел. Ки Хун уставился в пол, пытаясь подавить странное чувство внутри. Жалость? Нет-нет. Просто… просто стало жутко от истории той девочки — вот и всё. Он вдруг подумал о дочери. Если бы хоть кто-то посмел её обидеть, Ки Хун убил бы подонка голыми руками. Внутри Ин Хо, наверняка, до сих пор бродили похожие чувства. Ки Хун тяжело вздохнул. Он ведь даже не представлял, что этот человек… что у него была какая-то жизнь до всего этого. Узкий коридор привёл мужчин в просторный цех с высоким потолком. Они осторожно осмотрелись, прижавшись к стене у входа. Слева и справа Ки Хун увидел старые печи, испачканные в копоти. Он поежился и стал рассматривать железные столы-каталки, на которых видимо загружали гробы. Жуткое место. Ки Хун невольно подумал о тех, кто уже погиб на нынешней Игре.   Ин Хо, не оборачиваясь, махнул Ки Хуну рукой, и они прокрались между двумя первыми столами.  Всё было чисто. Мужчины двинулись дальше, приближаясь к выходу с другой стороны цеха. Ки Хун уже заметил проход, о котором говорил Ин Хо раньше, как вдруг прямо над головой раздался звук громкоговорителя: Сбежавшие обнаружены. Уровень С-3. Сбежавшие обнаружены. Уровень С-3.  — Вот чёрт! — Ки Хун увидел, как Ин Хо вскочил, оглядываясь вокруг. — Вон она! Пропустили камеру, — он махнул рукой куда-то за спину Ки Хуна, а затем развернулся, оттолкнул каталку и побежал в сторону выхода.  Ки Хун бросился за Ин Хо и почти догнал его, как откуда-то сбоку с воплем выскочил пожилой мужчина в форме игрока. У него в руках оказался пистолет. Игрок сбил Ин Хо с ног и направил на него оружие:  — Вы всё испортили, из-за вас они меня найдут! Ки Хун, не раздумывая, бросился вперёд и схватил мужчину сзади. Раздался выстрел. Пуля попала в печь и со свистом отрикошетила. Ин Хо, воспользовался замешательством, вскочил на ноги, выхватил пистолет и направил его на игрока. Он хотел выстрелить, но в последний момент взглянул на Ки Хуна. Его лицо выражало полное замешательство. Ин Хо закатил глаза, а затем направил оружие в другую сторону, прицелился и выстрелил в камеру видеонаблюдения.  — Слышали? Они где-то здесь, быстрее! — солдаты были уже близко.  Ин Хо наотмашь ударил мужчину по голове — он вырубился и обмяк в руках Ки Хуна.  — Живо, лезь в печь!  — Что? Ты спятил?  — Брось его и полезай, я сказал, — Ин Хо схватил Ки Хуна за руку и потащил к ближайшей печи, на ходу распахивая тяжёлую дверцу.  Ки Хун услышал топот со стороны выхода — выбора не было. Он нырнул в тёмное узкое пространство, подтянулся на локтях и пополз внутрь. И тут же с ужасом осознал, что Ин Хо лезет за ним. — Где они? — солдаты начали обшаривать крематорий.  Ки Хуну стало трудно дышать, горло сжалось. Мужчина заворочался, пачкая костюм и руки в чёрной копоти. Ин Хо лежал рядом, смотрел на него и не шевелился. Ки Хун попытался разглядеть его лицо, но почти ничего не смог увидеть.Они застряли внутри этого чёртового каменного гроба. — Они нас не заметят, — на грани слышимости произнёс мужчина. — Управление, приём. Куда они делись? Что? Вырубили камеру? Чёрт. Вот засранцы. Ладно, принято. Может, побежали обратно? Разделимся, — раздался грубый хриплый голос солдата совсем рядом. Ки Хун затаил дыхание. — Сейчас они уйдут, и мы выберемся, — прошептал Ин Хо. — Ищите, пока не найдёте, иначе главный вас живьём здесь зажарит! — неожиданно раздался лязг старых петель — видимо солдат случайно захлопнул дверцу печи, в которой они спрятались. Ки Хуну стало по-настоящему страшно. Одно дело получить пулю в лоб, но совсем другое — заживо сгореть в этом жутком месте. Мысли мужчины хаотично заметались. Надо что-то сделать. Надо выбраться. Грудь сдавило, как будто кто-то стянул её стальным обручем. Ки Хуну показалось, что воздуха стало ещё меньше, а стены начали медленно сжиматься. Он попытался остановить их, упёрся верхней рукой в потолок — тёплый. Точно. Вся печь была ещё тёплая после того, как в ней… Дыхание Ки Хуна участилось, сорвалось и стало шумным, он заёрзал на месте. Ему захотелось закричать. Пусть хоть сам Офицер вытащит его отсюда. Он должен выбраться. Сейчас же! — Ки Хун, — раздался тихий голос Ин Хо прямо у его уха, — послушай, тебе нужно успокоиться.  Ки Хун не понимал, что ему говорят. Ему было слишком страшно.  — Давай, сделай глубокий вдох и выдох, ты слышишь?  В голове шумело. Сердце колотилось, как бешеное. Он задыхался, чувствуя, как страх парализует его. Что он здесь делает? Совсем один. Почему он решил, что справится? Всё кончено. Он умрёт. Точно умрёт. Вдруг Ки Хун почувствовал, как на его щёку мягко легла рука. Прошлась, успокаивая, по скуле и зарылась пальцами в мокрые от пота волосы на затылке.  — Я считаю, ты дышишь. Давай. Один, два, три… — медленно проговорил Ин Хо.  Ки Хун уставился в темноту, рассматривая еле различимые черты мужчины, и попробовал вдохнуть, но сбился.  — Ещё раз, — Ин Хо убрал руку с затылка, нащупал холодную мокрую ладонь Ки Хуна и прижал её к своей груди, — дыши вместе со мной.  Ки Хун ощутил, как спокойно и ровно поднимается и опускается грудная клетка Ин Хо под его ладонью. — Сосредоточься на этом. Один, два, три, четыре. Вдох. Ки Хун глубоко вдохнул вместе с Ин Хо. Задержал дыхание на секунду и медленно выдохнул, всматриваясь в чужие глаза. Они повторили это ещё раз, а затем ещё.  Через пару циклов дыхания, Ки Хун стал понемногу приходить в себя. Взгляд Ин Хо всё ещё скользил от его глаз к губам и обратно. Когда он убедился, что Ки Хун дышит ровно, то перестал считать.  Ин Хо моргнул и разжал руку. Да что на него нашло? Ему пришлось быть аккуратным, почти нежным. Он даже не помнил, когда последний раз был нежным с кем-то. По спине пробежали мурашки, а в горле пересохло. Он не подпускал никого так близко уже очень давно. Где-то снаружи раздался грохот.  — Грузите этих по левому ряду. Эй, ты, видишь панель? Всего две кнопки для таких придурков, как ты. Когда отправишь гробы в топку, нажми «Пуск». Справа активируй «Сброс», там уже всё прогорело. Давай, шустрее, наверху творится чёрт знает что.  Впервые за долгое время Ин Хо по-настоящему испугался.  «Сброс». Они разобьются. А дальше Ин Хо ощутил падение. Единственное, что он успел сделать, — схватил Ки Хуна за олимпийку и вжался в него всем телом.  Почему-то падали они совсем не долго, а что ещё более удивительное — не разбились. Тело и голова гудели от удара. Правое плечо жгло невыносимой болью, а рука больше не слушалась. Он был придавлен сверху телом Ки Хуна. Ин Хо попытался приподняться и осмотреться. Они рухнули на самодельную платформу, которая торчала из странного проёма.  — Боже, слезь с меня, — пробормотал он и спихнул Ки Хуна вбок, стараясь поменьше тревожить плечо, и кое-как выбрался через проём.  Голова гудела, но мужчина постарался собраться с мыслями. Он увидел стол, похожий на те, что стоят в операционных в больницах. На полу валялся разобранный гроб. Ки Хун вылез из проёма, потирая ушибленное колено. Он был весь перемазан сажей и выглядел ужасно. Ин Хо решил, что лучше не представлять, как выглядит он сам. Он обошёл Ки Хуна и заглянул в дыру в стене, туда, откуда они свалились. Наверху на расстоянии метров двух виднелась внутренняя часть печи. Всё ясно. — Офицер до сих пор продаёт органы игроков, — Ин Хо, шатаясь, подошёл к двери, ведущей в коридор, и попробовал её открыть. — Мы угодили в его лабораторию.   Дверь оказалась заперта. Мужчина вздохнул и вернулся в центр комнаты. Ин Хо устало опёрся о стол и зажмурился от нового приступа боли.  — Дай посмотрю. Рука выглядит не очень, — Ки Хун подошёл к Ин Хо и обтёр грязные руки о штаны. — Сними рубашку.  Плечо болело очень сильно, поэтому Ин Хо не стал сопротивляться. Ки Хун аккуратно взял его за предплечье, поднял руку, опустил, снова поднял в другой плоскости и задумчиво осмотрелся вокруг.  — Тебе повезло. Сначала я решил, что это вывих, но всё обошлось. Нужно зафиксировать, — Ки Хун отошёл от Ин Хо и стал рыться в ящиках. — Забавно, что мы оказались в лаборатории. Сядь на стол и сними футболку. Сейчас что-нибудь придумаем. — Мы могли пролететь в три раза больше и свернуть шеи. Так что повезло нам обоим, — Ин Хо снял футболку, а затем и тёмно-зелёную армейскую майку, которая была под ней.  Мужчина поёжился от холода: — Что ты делаешь? Ки Хун нашёл в ящике хирургические ножницы и бросил их на стол. Он оглянулся и посмотрел на Ин Хо, решая, рассказать или нет: — Когда мы с женой узнали, что ждём ребёнка, она сказала, что такой несносный болван, как я, должен как следует подготовиться к появлению малыша. Я и правда был слишком легкомысленным, часто сбегал, чтобы выпить с Чон Бэ. Вёл себя, как дурак, — Ки Хун вздохнул и продолжил поиск. — И каждый раз, когда жена понимала, что я хочу удрать, запирала меня с книгой по оказанию первой помощи. Книга почему-то была не про новорождённых, но…о, то, что надо!  Ки Хун достал большой свёрток чего-то похожего на перевязочный бинт.  — Теперь я знаю про ушибы, вывихи и переломы почти всё. Умею делать перевязки. Мужчина ещё раз внимательно осмотрел плечо: — На службе? — Ки Хун указал на след от пулевого ранения. — Зажило кое-как. Из-за этого твоё плечо всё время болит. — Нет. Это Джун Хо подстрелил меня три года назад. Когда нашёл здесь, — Ин Хо накрыл шрам ладонью здоровой руки. — Раз он узнал, что ты Ведущий и не убил, тогда зачем всё ещё ищет тебя? — Хочет знать, почему я тут. Любит задавать дурацкие вопросы, как и ты.  — И почему ты тут? — Так, Ки Хун, я и рассказал тебе кое-что о своей жизни только чтобы ты наконец открыл глаза на этот отвратительный мир. Я не собираюсь больше отвечать на… — Мне жаль.  — Что? — Что не удалось спасти девочку. И что твой лучший друг оказался предателем и подонком. Я понимаю тебя. И мне жаль. Это было слишком. Ин Хо затрясло. Он резко размахнулся левой рукой и попытался ударить. Выпад получился неудачным — Ки Хун легко поймал мужчину за предплечье. — Ты ничего не понимаешь, — выплюнул Ин Хо прямо в лицо. — Ладно, а теперь вставай, — Ки Хун никак не отреагировал на внезапную вспышку ярости, — и разведи руки в стороны. Не сильно, вот так. Ки Хун взял бинт и принялся накладывать фиксирующую повязку. Ин Хо больше не пугал его. Его реакция была больше похожа на поведение испуганного животного, которое загнали в угол.       — Ты вообще слушал, что я тебе говорю? — как можно более безразлично спросил Ин Хо. — Внимательнее, чем ты думаешь, — Ки Хун зафиксировал бинт рукой на уровне диафрагмы и начал обматывать торс. — Что с твоими почками? Шрам трудно не заметить, но я бы не понял, если бы ты не упомянул операцию и то, как Дэ Ён ударил тебя. Так что случилось? Действительно через весь левый бок до пупка мужчины тянулся длинный рубец. Рубец был уже старый, но Ки Хун всё равно постарался его не трогать, чтобы не раздражать стянутую кожу вокруг.  — Это не твоё дело, — напряжённо ответил Ин Хо.  — И правда, — Ки Хун обошёл мужчину сзади сделал первый оборот вокруг повреждённого плеча, затянул покрепче и пропустил повязку под левой подмышкой, расправляя на груди. Больше он ничего не спрашивал.  Ин Хо наблюдал за уверенными действиями Ки Хуна, чувствовал, как он старается не причинить лишней боли. Холодные руки аккуратно касались его то на рёбрах, то на спине, то на предплечьях. Ин Хо сделалось не по себе. Нужно было срочно отвлечься.  — Джун Хо часто болел в детстве. Когда ему было пятнадцать, очередная инфекция вызвала серьёзные осложнения, и слабые с рождения почки отказали. Потребовалась пересадка. Оказалось, что я подхожу, и я отдал ему почку. Видимо поэтому он и не убил меня. Всё ещё считает, что обязан мне.  — Отдать почку родному брату — это очень благородно, — серьёзно проговорил Ки Хун и сделал последний оборот. Он взял ножницы со стола и обрезал повязку.  Ин Хо хмыкнул: — Мы не родные. Но я всё равно подошёл. Повезло ему, да?  — Какая разница, ты бы всё равно сделал это, так ведь? — Ки Хун кинул ножницы обратно на стол, зафиксировал концы повязки, туго затягивая их на рёбрах. — Вот и всё. Главное теперь — не упади в обморок по пути.    — Что?  — Не умею делать искусственное дыхание. Глава про обмороки была такая скучная, что я уснул. Ну… когда читал тот справочник, — усмехнулся Ки Хун и посмотрел Ин Хо в глаза, приглашая посмеяться над этим вместе.  Но Ин Хо не засмеялся. Ин Хо рассматривал улыбающееся лицо, смешные брови и смазанное пятно сажи на щеке, и вдруг ему так сильно захотелось поцеловать Ки Хуна. Прямо сейчас. Это желание, словно испуганная птичка, вырвалось на свободу и заставило Ин Хо вздрогнуть. Он попытался подавить его, унять, но оно лишь крепче засело внутри. Ин Хо ничего не оставалось, как только обречённо наблюдать за этим волнующим ощущением. — Ты чего? — Ки Хун перестал смеяться.  — Ничего, просто жутко выглядишь, у тебя всё лицо в саже, — птичка расправила крылья, сделала виток под диафрагмой, которую теперь стягивала тугая повязка, и осела где-то в районе сердца.    Ин Хо взял из рук Ки Хуна остатки бинта, потянулся к мужчине и стёр с его лица чёрное пятно: — Так-то лучше, — он смутился, отбросил грязный бинт и стал одеваться.  — Спасибо. — За пятно? — удивлённо спросил Ин Хо, натягивая майку, а за ней и футболку.  — За то, что не убил того человека наверху. Ты не выстрелил в него, хотя мог.  — Я просто не хотел снова спорить с тобой. У меня нет на это времени, — застегивая рубашку, ответил Ин Хо.  Ки Хун отвернулся: — Что он вообще делал в крематории? — Хороший вопрос. — И что будем делать мы? Нас теперь ищут.  — Не знаю, не думал, что мы угодим сюда, — мужчина вернулся к проёму в стене, ещё раз посмотрел наверх. Не вариант. Он подобрал пистолет, который упал вместе с ними, в магазине остался один патрон. Чёрт.  Ки Хун стал внимательно осматривать помещение и кое-что заметил: — Эй, смотри, — он отодвинул шкафчик со стеклянными дверцами, за ним оказалась решётка вентиляции.  Ки Хун схватил первый попавшийся инструмент из ящика и принялся выкручивать фиксирующие шурупы. Один из них застрял и никак не поддавался. — Отойди, — Ин Хо прицелился и выстрелил. Они сняли решётку и заглянули в вентиляционную шахту. — И что дальше? — с сомнением проговорил Ки Хун. — Будем импровизировать. Мы под землей, прямо под крематорием. Но он расположен довольно близко к поверхности из-за дымоходов. Значит и система вентиляции рано или поздно выведет нас на поверхность.  — Зачем выбираться наружу? Нам же нужно попасть на самый верхний уровень, — забеспокоился Ки Хун.  — Раз нас засекла одна камера, засечёт и какая-нибудь другая. Их тут немало, поверь. На поверхности есть несколько проходов внутрь. Мы обойдём камеры этого уровня снаружи и вернёмся внутрь уже выше, там, где обычно проходят игры. Согласен? — Ин Хо бросил пистолет и полез в шахту.  — А что мне остаётся, — вздохнул Ки Хун.