Спаси меня от самого себя

Вентиляционная шахта тянулась бесконечно. Ки Хун ударился головой о потолок и чертыхнулся. Колени болели, а спина неприятно ныла. Ин Хо всё это время полз впереди и не жаловался. Он вообще сделался каким-то хмурым и молчаливым.  Наконец Ин Хо очередной раз свернул направо и остановился: — Вот и выход. Ки Хун подполз поближе и заглянул мужчине через плечо — тоннель привел в квадратное помещение шириной не больше трёх метров. Его использовали для проверки и ремонта вентиляционной системы. Мужчины выбрались из шахты. Потолок был низким, поэтому пришлось пригнуться. Посередине потолка мужчины заметили люк, сквозь решетку которого пробивался дневной свет. Ин Хо вцепился в нее, просовывая пальцы в отверстия, и дёрнул вверх. Чугунная крышка поддалась, и люк открылся. Они наконец-то выбрались на поверхность.  Ки Хун выпрямился, жадно вдыхая свежий воздух. Полдня они проторчали в душной вентиляции. Он оглядел окрестности. Вот оно, место, которое он искал. Остров. Они вылезли на возвышенности, поэтому вдалеке Ки Хун смог разглядеть песчаный берег, омываемый тёмной морской водой. Было пасмурно и сыро, видимо недавно прошёл сильный дождь.  Ин Хо оглядел себя при свете дня и попытался отряхнуть напрочь испачканные брюки. Это были дорогие брюки. Из хорошей дорогой ткани. Сшитые на заказ. Теперь они были безнадежно испорчены. Чёрт. Он злился. Злился на Старшего Офицера, на Ки Хуна и на себя. Особенно на себя. «Ты такой до тошноты откровенный с ним, просто прекрасно. Не терпится увидеть, к чему это приведет», — едко проговорил внутренний голос.  Ин Хо проигнорировал это замечание и произнёс: — Видишь этот холм? Здесь всё и спрятано. Уровни, которые ты уже видел, — глубоко внизу. Прямо под нами — крематорий. На уровне земли — ангары для техники, игровое поле для «Тише едешь — дальше будешь» и вся система вентиляции, — мужчина указал на полуметровую стальную трубу, торчащую из подвала. Она гудела, выдыхая теплый воздух, и согревала зелёную траву вокруг. — Это вытяжной вентилятор. И вон там, смотри, — Ки Хун посмотрел туда, куда указывал Ин Хо. И правда, выше по склону блестела ещё одна такая же труба. — Будем подниматься, ориентируясь по ним. Там как раз игровая зона, куда нам и надо. На самом верху — зал для Випов, но туда можно попасть только с вертолётной площадки.  Ин Хо стал подниматься по холму. Ки Хун последовал за ним. — Значит Випы там, на самом верху? — осторожно начал он. — Конечно нет, Ки Хун. Ты думаешь у этих людей есть время торчать тут так долго? Они прилетают только на финальную игру. — Вот оно что… — Ки Хун внезапно осознал всю безрассудность своих действий. Он понятия не имел, как всё здесь устроено, и повёл людей наугад, полагаясь лишь на собственные домыслы. Как он мог быть таким дураком?  — Неужели до них не добраться? — Дело не в расстоянии. У них столько денег и власти, Ки Хун… Ты даже не представляешь. Некоторое время мужчины шли молча. Ки Хун перешагивал лужи и старался не отставать. Ин Хо подумал об Игре. Там что-то происходит. Что делал живой игрок в крематории? Откуда у него оружие? И почему трупы начали сжигать днём, а не ночью, по расписанию? Он нутром чувствовал, что-то идёт не так. И не только внутри Игры, но и внутри него самого. Всё пошло наперекосяк, когда он рассказал Ки Хуну о Дэ Ёне, а потом — крематорий и… да неважно. Он должен был взять себя в руки и всё исправить, иначе окончательно потеряет контроль. — Так дело в деньгах? Из-за них ты тут? — Прекрати задавать свои дурацкие вопросы. — Почему ты стал Ведущим? Что случилось? — Ты сам сказал, мне нравится смотреть на страдания других. Вот и ответ. Что ещё ты хочешь услышать? — Но это же неправда. — Разве? — И тебя бесит, что я это понял. — Люди — жалкий мусор. Мне наплевать на них. Но играть с ними — очень весело. — Эта проклятая Игра ломает людей! Они вынуждены совершать ужасные поступки, чтобы выжить. Как ты можешь говорить об этом, как о развлечении? Ты не представляешь, что они чувствуют, когда оказываются в этой ловушке! — Представляю. — Нет! Я испытал это на собственной шкуре и знаю, о чём говорю! — О, ты же не в курсе. Я тоже. Мой настоящий номер — сто тридцать два. — Номер? Что это значит? Ин Хо молчал. Ки Хун распахнул глаза от удивления: — Ты участвовал в игре? Не может быть. Но как ты выжил… — он резко остановился. — Ты тоже выиграл Игру. Когда? — Давно. Девять лет назад. Я выиграл, забрал деньги, а потом вернулся и стал Ведущим. — То есть ты испытал на себе то, что они делают с людьми, и присоединился к этим ублюдкам Випам? — Да, и я не жалею. Слова Ин Хо сработали именно так, как он и рассчитывал. Ки Хун в ярости кинулся вперёд и неуклюже замахнулся. Удар получился дилетантский, Ин Хо мог бы легко его остановить, но не сделал этого. Скулу обожгло болью.  Он усмехнулся и провёл тыльной стороной ладони по щеке. Она горела от удара:  — Дошло наконец, с кем имеешь дело. — Там, в крематории, ты…— Ки Ху запнулся. Он и сам не понимал, что именно хотел сказать. — Если бы ты заорал тогда, нас бы обнаружили. Ничего личного. Мне просто не терпится прикончить Офицера, — Ин Хо грубо схватил Ки Хуна за олимпийку. — А теперь вперёд. А то я и тебя убью, если придётся. — Да пошёл ты! — Ки Хун оттолкнул мужчину, резко развернулся и рванул с места.  Ин Хо молча уставился ему вслед.   Ки Хун поскользнулся на мокрой траве и чуть не упал. Он остановился и обернулся. Ин Хо отправился дальше, вверх по холму, и скрылся за редкой порослью деревьев. Вот же кретин. Ки Хуна трясло от злости. Стоило ему только подумать, что Ин Хо не так ужасен, как кажется, и он тут же всё испортил. Будто нарочно. Зачем? Может то, что он сказал — правда? Нет. Ки Хун чувствовал, что не ошибся. Его теперь не так просто обдурить. Ки Хуну нужны были ответы.  Ин Хо обогнул разросшийся кустарник. Скоро всё будет как прежде. Он снова будет на своём месте. Подальше от этого надоедливого… Его мысли прервал странный звук. Ин Хо остановился, прислушался. Звук повторился, уже громче. Ин Хо двинулся дальше, но тут же ускорился, почувствовав, как земля под ногами задрожала. Он побежал, но было уже поздно. Его нога провалилась вниз. Земля вокруг него обрушилась, и он рухнул в образовавшуюся воронку, наполненную водой. Ки Хун услышал грохот и рванул на звук. Он вскарабкался по камням и мокрой скользкой траве, стараясь разглядеть, что случилось. Уже наступили сумерки, поэтому он никак не мог найти фигуру Ин Хо среди тёмных силуэтов растений. Что это было? Землетрясение? Оползень? Ки Хун пробежался в одну сторону, затем — в другую и, запыхавшись, остановился: — Ин Хо! Никто не отозвался. — Эй, где ты? Ки Хун вдруг услышал сдавленный выдох совсем рядом. Он пробежал ещё пару метров, перемахнул через колючий куст и чуть не рухнул в какую-то огромную яму. Мужчина присмотрелся и увидел скалистую воронку, наполненную водой. Ин Хо провалился. Его правая нога была по колено в воде, он изо всех сил держался за выступающий камень и тянулся вверх. Ки Хун аккуратно опустился на землю у края, опасаясь, что воронка обвалится сильнее и Ин Хо полностью уйдёт под воду. Он протянул руку, но мужчина отрицательно покачал головой: — Нога…застряла. Не могу вытащить. — Подожди, сейчас что-нибудь придумаю, — Ки Хун стал озираться в поисках чего-то, что могло бы ему помочь. — Почему ты это делаешь? — проговорил Ин Хо. — Ничего личного. Ты дал мне обещание. И несмотря на всё, что ты сказал, я верю, что ты его выполнишь. Ки Хун не нашёл ничего подходящего, поэтому решил действовать сам. Яма была достаточно пологая. Нужно просто быть осторожным. Он лёг живот и медленно пополз вниз к воде. Грунт немного осыпался. Ки Хун потянулся вниз и опустил руки в ледяную воду. Не дотянуться. Тогда он сполз ещё немного, для страховки зацепившись ногой за корни, которые торчали из остатков земли, и опустил голову в воду. В ушах зашумело, но Ки Хун постарался сосредоточиться. Он нащупал ногу Ин Хо и стал искать место, где её зажало. Воздух почти кончился, когда он наконец обнаружил камень, удерживающий голень. Ки Хун напрягся и сдвинул его в сторону. Но не успел он обрадоваться, как с ужасом понял, что корни не выдержали. Земля осыпалась — он съехал в воду по пояс. Ки Хун, захлёбываясь, стал отталкиваться от камней, а потом почувствовал, как его с силой тянут наверх.  Он откашлялся, сделал глубокий вдох и убрал мокрые волосы с лица.  Ин Хо лежал на земле, смотрел перед собой и пытался отдышаться. Ки Хун поднялся и стянул с себя промокшую олимпийку. Вода стекала по рукам и спине. Он отжал футболку прямо на себе, чувствуя, как ткань липнет к коже, затем повторил манипуляцию с олимпийкой и натянул ее обратно. Мерзость. Лучше бы он вообще её не трогал. Ки Хуна затрясло от холода.  Ин Хо встал, не обращая внимания на мокрую штанину: — Пойдём, уже недалеко следующий вентиляционный подвал. Нужно высушить одежду и согреться.  Совсем стемнело. Вытяжку больше не было видно. Мужчины медленно шли вперёд и искали шляпку вентилятора. Ин Хо заметил, как сильно Ки Хуна била дрожь, и почувствовал, что постепенно тоже замерзает.  — Я вытащил тебя. За это я хочу, чтобы ты рассказал, как ты попал на Игру, — произнёс Ки Хун. Ин Хо обхватил себя руками, пытаясь согреться. Ки Хун спас его. Опять. И впервые назвал его по имени. — Понижение сильно ударило по карману. У меня возникли осложнения после драки с Дэ Ёном. Повредить единственную почку — приятного мало. Лечение требовало постоянных затрат. Наверняка я бы с этим справился, но неожиданно заболела жена.  — Так ты не соврал? — Ки Хун решил, раз Ён Иль был выдумкой, значит и вся его история — ложь. Он и представить не мог, что Ин Хо рассказал ему настоящую историю своей семьи ещё тогда, в общем зале после отбоя. — «Всегда ври правду». Слышал такое выражение? У жены нашли цирроз печени. А потом обнаружили, что она беременна. Нужно было срочно делать операцию. Поэтому я занял очень крупную сумму, и это… посчитали взяткой. Начальство не закрыло на такое глаза, не в случае с разжалованным суперинтендантом, который и так был на карандаше. Моя карьера в полиции закончилась. Тех денег оказалось мало. Так я и попал на Игру.  Впереди показалась верхушка вентилятора. Мужчины ускорились и побежали. Ки Хун плюхнулся рядом с тёплой трубой и обхватил колени руками, с одежды капало. Ин Хо наклонился и потянул крышку люка. Она не поддалась. — Какого чёрта? — он попытался ещё раз. Люк не открылся. Ки Хун обречённо вздохнул и прикрыл глаза. — Нет уж, поднимайся. Пойдём до следующего. — Зачем? Мне и тут хорошо. — Мы всё равно не найдём вход на игровой уровень в такой темноте. Придётся где-то остановиться. И лучше это сделать в более-менее тёплом подвале. Слово «переохлаждение» тебе ничего не говорит? Или этого не было в справочнике? — Всё я знаю про переохлаждения, — недовольно поднялся Ки Хун. — Тогда пойдём, — Ин Хо коснулся плеча Ки Хуна, подталкивая его вперед. Плечо было ледяным. Нужно поторопиться. Мужчины отправились дальше.  — Я познакомился с номером сто семьдесят девять на игре «Тише едешь – дальше будешь», — продолжил Ин Хо. — Когда началась стрельба и паника, я перегруппировался и прикрыл его. Я сто раз делал это на перестрелках, так что это случилось неосознанно. Я не собирался его спасать, — будто оправдываясь, добавил он. Перед глазами всплыл мутный образ давно забытого игрока сто семьдесят девять. Высокий, с Ки Хуна ростом, щуплый парень с тёмными очень короткими волосами. Совсем пацан. Курносый, непоседливый и всегда улыбающийся от уха до уха. Воровал всё, что не приколочено, и был настоящей занозой в… — Господин сто тридцать два, вы ничего не потеряли? — Ин Хо моргнул и поднял голову. Перед ним хитро улыбался парнишка, которого он случайно спас на игре. Игрок сто семьдесят девять выудил из-за спины коробочку с рисом и ткнул ею прямо в лицо Ин Хо: — Вы потеряли ваш обед, господин сто тридцать два! — Я ничего не терял. Это ты его украл, — спокойно ответил Ин Хо и потянулся за своей порцией риса. — Ловко я, да? Вы даже ничего не заметили! Сидели тут в одиночестве и пялились в одну точку, — игрок сто семьдесят девять ловко, как кошка, отпрыгнул вместе с едой. — Тебя бы тут не было, если бы не я. И это твоя благодарность? Украсть еду у того, кто тебя выручил. Такому тебя научили твои родители? — Не будьте таким серьёзным, господин сто тридцать два! — рассмеялся парень и вернул еду её законному владельцу. — С тех пор я никак не мог от него отделаться, — сказал Ин Хо оглядывая вентилятор впереди, — он постоянно ходил за мной, докучал, и всё время что-то воровал. Я стал называть его «Воришка номер сто семьдесят девять».