Rewrite the Stars

Джун Хо, погруженный в свои мысли, сидел за партой, постукивая ручкой по бумаге. Его разум был далеко, бесконечно блуждая в тёмных уголках его сознания. Рука двигалась бездумно, выводя строки на чистом листе, пока под кончиком ручки не начала формироваться временная шкала:       Март 2009: Текущий момент       Ноябрь 2010: Хён отдаёт мне свою почку       Апрель 2011: Хёна повышают до старшего офицера       Февраль 2013: Хён женится       Май 2015: Хёна увольняют за взяточничество       Июнь 2015: Хён вступает в Игры       Июнь 2020: Хён становится Ведущим Игр Ручка Джун Хо зависла над бумагой, а затем начала медленно и аккуратно обводить даты кругами. Снова и снова чернила темнели, пока не проступили сквозь бумагу. Он замедлил дыхание, глядя на список. Где же всё пошло не так? Может быть, это случилось, когда Ин Хо отдал ему свою почку? Этот единственный самоотверженный поступок определил судьбу его брата? Даже если бы Джун Хо мог помешать Ин Хо пожертвовать почку, это не решило бы проблему. Медицинские счета его жены, долги... Ин Хо всё равно может оказаться в таком отчаянном положении, что возьмёт эту проклятую визитку. "Даже если я позволю себе умереть..." — подумал Джун Хо, и его грудь болезненно сжалась. — "Изменит ли это что-нибудь?" Возможно, он мог бы помешать Ин Хо жениться. Как-то вмешаться, помешать им вообще встретиться. Его ручка скользила по бумаге, а в голове всплывал образ дня свадьбы брата. Его редкая искренняя улыбка, когда он смотрел, как Го Э Шин идёт к алтарю. Будет ли этого достаточно, чтобы спасти его? Рука Джун Хо дрожала, когда он писал ещё одну строчку под остальными, и ручка резко врезалась в бумагу:       Декабрь 2010: Хён встречает Го Э Шин Джун Хо с трудом вздохнул. Его ручка зависла над бумагой, и чернила начали растекаться по кругу, который он обвёл вокруг имени Э Шин. Он так ясно помнил тот день. Джун Хо лежал в больнице, восстанавливаясь после операции. Даже сейчас, когда он думал об этом, в его боку возникала тупая фантомная боль от разреза. На соседней койке находилась мать Э Шин, тоже восстанавливающаяся после операции. Их связь не была мгновенной. Э Шин держалась настороженно, а Ин Хо был тихим и замкнутым. Но за полторы недели они сблизились, переживая общую боль от того, что видели, как их любимый человек борется за свою жизнь. Ин Хо начал приносить девушке дополнительные закуски, а она стала ждать его в больничном коридоре, когда он навещал Джун Хо. Сам парень не придавал значения этим мелочам, но, оглядываясь назад, он понимал, что именно с этого всё и началось. Джун Хо крепче сжал ручку, и круг вокруг имени Э Шин стал глубже, а чернила пропитали бумагу. Если они никогда не встретятся, будет ли Ин Хо по-прежнему участвовать в Играх? Будет ли он по-прежнему Ведущим? Означало бы отсутствие Э Шин потерю единственного источника утешения для его брата в те мрачные годы? Джун Хо с холодной рассудительностью оценивал ситуацию. Он ненавидел себя за то, что воспринимал счастье своего брата как переменную в уравнении, которую мог изменить. Даже если бы он помешал Э Шин и Ин Хо встретиться, действительно ли это изменило бы исход? Не говоря уже о том, что Джун Хо пришлось бы как-то перенести дату операции, чтобы госпитализация матери девушки и его не совпали по времени. Или выбрать другую больницу. Он выдохнул, и ему пришла в голову другая мысль. Возможно, Ин Хо встретит кого-то другого. Влюбится вновь. И вновь потеряет этого человека. Другие имена, другие лица — та же трагическая концовка. Тихий стук по парте заставил его вздрогнуть. — Джун Хо? Он резко поднял взгляд. Ын Чжон стояла у его парты, слегка наклонив голову. — Ты снова это делаешь, — сказала она. Джун Хо нахмурился: — Что делаю? — Смотришь в пустоту, — она слегка улыбнулась, затем перевела взгляд на его блокнот. Она нахмурилась. — Что это? Рука Джун Хо быстро скользнула по странице, прежде чем Ын Чжон успела разглядеть беспорядочную мешанину дат и имён. — Это просто… заметки. — Заметки? Джун Хо натянуто улыбнулся. — Да. Я занимаюсь изучением… Конечно, изучением того, как не допустить, чтобы мой брат оказался в смертельной игре и стал палачом в маске. Это вполне нормальные подростковые вещи. Взгляд Ын Чжон на мгновение задержался на нём, в её глазах мелькнуло подозрение. — Ты ведёшь себя странно. Джун Хо снова натянуто улыбнулся. — Разве? — Да. Не так, как обычно. — Она бросила на него дразнящий взгляд, но в нём всё ещё читалось беспокойство. Она, наверное, подумала, что он сходит с ума. Возможно, так и было. Ему было шестнадцать снаружи и тридцать три внутри. Он застрял между прошлым и будущим, и не было способа преодолеть этот разрыв. — Я в порядке, — тихо сказал Джун Хо. Ын Чжон пристально посмотрела на него, словно знала, что он лжёт. Затем её взгляд снова упал на блокнот в его руках, и губы скривились в ухмылке. — Тогда... — произнесла она, наклонившись ближе. — Кто такая Го Э Шин? Чёрт. Глаза Джун Хо слегка расширились, но он быстро взял себя в руки. Он небрежно пожал плечами, хотя они были слишком напряжены, чтобы это выглядело естественно: — Э-э... просто кто-то. Брови Ын Чжон приподнялись. — Просто кто-то? — Она скрестила руки на груди и слегка наклонила голову. — Тогда почему ты так сильно обвёл её имя? Похоже, ты почти прожёг дыру в странице. Джун Хо боролся с желанием полностью закрыть блокнот, но он знал, что это вызовет у неё ещё больше подозрений. Он вздохнул через нос и провёл рукой по лицу. — Это ничего не значит, — сухо сказал он. — Просто имя. Взгляд Ын Чжон стал острее, её глаза сузились. — Имя, да? — Её ухмылка стала ещё шире. — Это что-то вроде твоей симпатии? Или, боже мой... На её лице появилось игривое понимание: — Это что, тайная девушка? "Нет", — чуть не сказал Джун Хо — "Это будущая жена моего брата, которая, к сожалению, погибла, заставив его участвовать в опасной игре". Слова застряли у него в горле, горькие и острые. Ему нужно было сохранять спокойствие. Он был бывшим полицейским — или, формально, ещё не бывшим — но в любом случае он мог справиться с этим. Ему просто нужно было оставаться сосредоточенным и не отвлекаться на посторонние вещи. — Серьёзно, это ничего не значит, — пробормотал Джун Хо, крепче прижимая руку к блокноту. Теперь Ын Чжон пристально наблюдала за ним, и Джун Хо заметил, что её улыбка не достигала глаз. На поверхности по-прежнему была игривость, но под ней он видел напряжение в её челюсти и лёгкое подергивание бровей. Ревность. Шестнадцатилетний Джун Хо не обратил бы на это внимания. Он бы отмахнулся от этого как от шутки и не более того. Но тридцатитрехлетний Джун Хо? Он видел это ясно: лёгкую напряжённость в её голосе, то, как потемнели её глаза при упоминании имени другой девушки. Он почти вздохнул. Неприятная ситуация. — Хорошо, хорошо, я больше не буду тебя дразнить, — произнесла Ын Чжон, и Джун Хо заметил, как она возвращается на своё место. Он провёл рукой по лицу и снова обратил внимание на свой блокнот. Чернила вокруг имени Э Шин расплылись под его ладонью. Он долго смотрел на тёмный круг, и в его голове крутился лишь один вопрос. Что, если спасение моего брата означало замену Э Шин кем-то другим?..

***

Джун Хо прислонился к прохладному стеклу в коридоре, наслаждаясь тихим гулом голосов и шагами, которые раздавались вокруг. Он медленно потягивал банановое молоко из маленькой упаковки, ощущая на языке его сладкий вкус. Его взгляд упал на школьный двор, где собирались группы учеников, смеясь, подшучивая и игриво толкая друг друга. Их голоса сливались в низкий, неразборчивый гул. Всё это казалось таким... далеким. Словно он наблюдал за происходящим через экран, а не стоял прямо здесь. Рука Джун Хо скользнула в карман, нащупав гладкий корпус телефона. Он уже записал в него хронологию — каждую дату, каждое событие, каждый переломный момент, который мог вспомнить. Закончив, он разорвал листок на мелкие кусочки и выбросил его. Джун Хо позволил себе задержаться в тишине, наслаждаясь редким моментом покоя. Солнечные лучи проникали в окно, мягко освещая полированные полы. В кои-то веки он не беспокоился о школе, оценках или даже о своём будущем. Иронично, учитывая, какой вес это самое будущее имело для него в этот момент. В этой временной линии было слишком много неизвестного. Он не понимал правил и не знал, как много сможет изменить, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля. Возможно, ему следует перестать беспокоиться об этом и разбираться в происходящем по мере развития событий, вместо того чтобы пытаться контролировать каждую мелочь. На мгновение он позволил себе вздохнуть с облегчением. Внезапно кто-то резко схватил его за воротник и отбросил назад. Джун Хо споткнулся, неуклюже волоча ноги по полу, прежде чем сильный толчок отправил его в полёт. Он больно ударился спиной о землю, и упаковка с банановым молоком выскользнула из его пальцев, разорвавшись и разлив липкую жидкость по полу. — Йо, Хван Джун Хо. Над ним раздался грубый голос. Джун Хо потряс головой, чтобы избавиться от звона в ушах, и приподнялся на локтях. Он посмотрел вверх и вздохнул через нос. Ах, да. Точно. Чон Ги Чоль. Широкие плечи, мускулистые руки, скрещенные на груди, и эта самодовольная ухмылка, о которой Джун Хо почти забыл. Ги Чоль стоял над ним, глядя сверху вниз с таким видом, будто ему уже надоело это общение. Джун Хо смутно помнил, как этот парень издевался над ним в старшей школе. Причиной были, в основном, учителя, которые благоволили к нему, как к младшему брату Ин Хо. Тогда Ги Чоль воспринял это слишком близко к сердцу — У тебя есть деньги, о которых я просил? — спросил парень, ногой отодвигая в сторону пролитое Джун Хо банановое молоко. Тонкая картонная упаковка с влажным скрипом заскользила по полу. Джун Хо медленно сел, разминая затекшие конечности. Он прищурился. — Нет. Отвали. Резкий удар в бок заставил его отрывисто выдохнуть и снова упасть на пол. Боль пронзила его рёбра и позвоночник. — Неправильный ответ. Ги Чоль сильно наступил ему на лодыжку, пригвоздив к полу. Джун Хо стиснул зубы от боли, пронзившей его ногу. Его шестнадцатилетнее тело было не таким, как в тридцать три года. Оно было слабее и менее выносливым. Он уже и забыл, каким худым был раньше. Его мать всегда работала, а Ин Хо старался, чтобы Джун Хо ел, но этого было недостаточно. Чаще всего он рос голодным. Руки сжались в кулаки на холодном полу, и он почувствовал, как в груди нарастает жар, а под кожей пульсируют мышцы, помнящие годы тренировок в академии. Если бы это было его старое тело, если бы у него была сила, которую он накопил за годы службы в полиции, Ги Чоль уже лежал бы на полу. — Что за манеры, а? — с этими словами парень сильнее надавил на его ногу. Джун Хо с трудом перевел дыхание, когда давление усилилось. Логическая часть его мозга подсказывала ему оставаться на месте, молчать и переждать. Но та его часть, которая повидала гораздо худшее, с отвращением сжалась при мысли о том, чтобы сдаться. Он мог сражаться с Ги Чолем. Его приемы из академии теперь были в его мышечной памяти. Даже с этим более молодым и слабым телом Джун Хо знал, что сможет адаптироваться. Сила — это еще не все. Важны рычаги, точность и знание, куда наносить удары. Но если бы он решил драться здесь, на глазах у всех, это вызвало бы вопросы. Старый Джун Хо никогда не давал отпор. Он принимал удары и не поднимал головы. Если бы он внезапно изменил эту динамику, какие последствия это вызвало бы? Вместо этого губы Джун Хо скривились в горькой улыбке: — Осторожнее. Ты ее сломаешь. — Что ты сказал? Взгляд Джун Хо стал пристальным, его пульс замедлился, и на мгновение он перестал быть шестнадцатилетним подростком, лежащим на земле. Он стал мужчиной, пережившим пули, предательства и смертельные игры. Джун Хо встретился взглядом с Ги Чолем, его голос был низким и опасным. — Я сказал, что если ты сломаешь мне лодыжку, то лучше приготовься к тому, что я отплачу тебе тем же. Над толпой повисла напряженная тишина. Джун Хо чувствовал, как меняется атмосфера, как на них давят взгляды других учеников. Некоторые из них наклонились вперед, широко раскрыв глаза от недоверия. Он никогда раньше не давал отпор Ги Чолю. Не так, как сейчас. Он видел это по их лицам: смятение, недоверие, проблеск интереса. В школе все было ясно, и Джун Хо всегда был тихим, хорошим парнем, который не влезал в неприятности. Ги Чоль был полной его противоположностью — жестоким, властным, ходячей угрозой. И Джун Хо только что потянул за эту ниточку, нарушив равновесие. Он сжал руку в кулак, прищурившись, когда взгляд Ги Чоля стал еще более пристальным. Сочтёт ли вселенная вмешательством тот факт, что Ги Чоль нанесет первый удар? — Ты полный придурок, Хван Джун Хо. Рык Ги Чоля пронесся по воздуху, как удар кнута, низкий и ядовитый. Его взгляд стал острым, а тело напряглось, как пружина, готовая распрямиться. Джун Хо неуверенно поднялся, и смена позы Ги Чоля выдала его. Годы обучения в академии отточили его инстинкты, превратив их в привычку. Его тело знало, что делать, прежде чем разум успевал осознать. Он будет бить правой рукой. Прямой удар. Быстро, но небрежно. Дыхание Джун Хо замедлилось, пульс стал ровным. Спокойным. Холодным. Рука Ги Чоля взметнулась вверх, и Джун Хо почти ощутил исходящее от неё тепло, когда кулак направился к его лицу. Быстро, но недостаточно. Сейчас. Тело Джун Хо действовало инстинктивно. Он отклонился влево, и удар прошёл мимо. Из-за промаха парень на долю секунды потерял равновесие, и этого было достаточно для Джун Хо. Его левая рука метнулась вперёд, перехватив запястье Ги Чоля в середине замаха. Он резко вывернулся, притянув руку противника ближе к земле и лишив его равновесия. — Какого чёрта!... Правая нога Джун Хо скользнула под лодыжку Ги Чоля, выбив её из-под него. Одним плавным движением он развернулся и с глухим ударом прижал руку парня к стене. — Осторожно, — пробормотал Джун Хо, наклонившись к Ги Чолю так, что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Его голос был низким и опасным. — Ты поранишься. Теперь вокруг них собралась толпа. Ученики толпились у стен, перешёптываясь. Джун Хо чувствовал на себе тяжесть их взглядов, гул замешательства и любопытства. Лицо Ги Чоля исказилось, вены на шее вздулись, когда он развернулся и бросился вперёд. Джун Хо быстро и точно сделал шаг в сторону. Его левая рука метнулась вперёд, схватила руку Ги Чоля и вывернула её вниз. От толчка тот потерял равновесие, и Джун Хо ударил его ногой под лодыжку, повалив на землю. Но тело Джун Хо действовало медленнее, чем его разум. Боль пронзила его грудь, когда Ги Чоль сильно ударил его локтем в бок, выбив воздух из лёгких. Джун Хо отшатнулся, хватаясь за рёбра, а тот развернулся к нему. — Ты, маленький засранец, — прошипел Ги Чоль. Джун Хо едва успел поднять руку, как его щеку пронзила боль от удара. Он тяжело упал вниз, царапая ногтями холодный пол. Чёрт. Джун Хо поморщился от боли в челюсти, ощутив вкус железа на языке. Он поднес руку ко рту, коснувшись большим пальцем уголка губы. Кровь. Над ним нависла тень Ги Чоля, его грудь резко вздымалась и опускалась. Он вытер рот тыльной стороной ладони, его глаза потемнели от триумфа. — И это всё? — голос Ги Чоля был низким и насмешливым. Он сплюнул в сторону. — Полагаю, то, что ты младший брат Хвана Ин Хо, ничего не значит, да? Руки Джун Хо сжались в кулаки, а сердце болезненно колотилось о ребра. — Что бы он подумал, если бы увидел тебя таким жалким? — Ги Чоль слегка наклонился, его взгляд был холодным и пронзительным. — Должно быть, ему тяжело тебя воспитывать. Кто он тебе сейчас — отец или брат? Джун Хо выбросил руку вперед, прежде чем успел осознать, что делает. Его кулак с силой врезался в челюсть Ги Чоля, и удар отдался в его костях. Голова Ги Чоля резко дернулась в сторону, а тело качнулось назад. Он отрывисто выдохнул, споткнулся и поднял руку к лицу. Джун Хо медленно встал, его дыхание было ровным, несмотря на боль в костяшках пальцев. Ги Чоль уже собирался нанести следующий удар, когда в коридоре раздался резкий голос: — ХВАТИТ! — Что, чёрт возьми, вы двое делаете? — спросила учительница, цокая каблуками по полу и переводя взгляд с Джун Хо на Ги Чоля. Она даже не стала ждать, а схватила их обоих за шкирку и толкнула вперед: — Вы оба. В кабинет. Сейчас же. Губы Ги Чоля скривились от разочарования. Он вырвался из хватки учительницы и бросил убийственный взгляд на Джун Хо: — Это ещё не конец. — Нет, — сказал Джун Хо, восстанавливая дыхание. — Не конец. Взгляд учительницы потемнел: — Идите. Джун Хо с трудом встал на ноги, чувствуя, как тело противится его движению, и последовал за Ги Чолем по коридору.

***

Джун Хо сидел в офисном кресле, скрестив руки на груди, а к его разбитой челюсти был приложен холодный пакет со льдом. Напротив него, ссутулившись на своем месте, сидел Ги Чоль, без особого энтузиазма прижимая к лицу уголок такого же пакета. Он сердито смотрел на Джун Хо из-под темных бровей, стиснув зубы. Джун Хо не отводил взгляд, его глаза оставались твердыми и холодными. Миссис Пак вздохнула и положила клипборд на стол. Она окинула их взглядом, в котором читались разочарование и усталое понимание. — Прошло всего два часа учебного дня, а вы уже ввязываетесь в драку? — её голос был резким, но не грубым. Джун Хо убрал пакет со льдом от лица и поморщился. Там, куда пришелся удар кулака Ги Чоля, пульсировала боль. Он посмотрел в окно. Сквозь тонкое стекло едва доносился смех школьников во дворе. — Ты лучше этого, Джун Хо, — продолжила она, сложив руки на груди и устроившись за столом. — Ты всегда был таким тихим учеником. Джун Хо крепче сжал пакет со льдом. "Ага, ну… может, уже и нет," — подумал он. — Я уже позвонила твоему брату, — продолжила она. Джун Хо внезапно поднял голову. "Она позвонила Ин Хо?" — эта мысль заставила его сердце болезненно сжаться. Миссис Пак слегка прищурилась: — Он сказал, что уже в пути. У Джун Хо пересохло во рту. Его пульс участился при мысли о том, как он встретится с Ин Хо, какое у того будет выражение лица, какие вопросы он задаст. Он уже представлял беспокойство в глазах брата, напряжение в его голосе, когда тот спросит: "Джун Хо, я же говорил тебе не ввязываться в драки?" — А ты, — взгляд миссис Пак метнулся в сторону Ги Чоля, — твоей матери я тоже позвонила. У парня дёрнулся подбородок. Он скрестил руки на груди, и, хотя выглядел как обычно расслабленным, Джун Хо заметил, как напряглись его плечи при упоминании матери. — Тц, — губы Ги Чоля скривились в усмешке. — Отлично. — Я не знаю, что с тобой происходит в последнее время, Джун Хо, — продолжила миссис Пак более спокойным тоном. — Но это... это не решение. Джун Хо сжал пальцы в кулак под столом. И каково же решение? Как объяснить, что это было нечто большее, чем глупая школьная драка? Как каждое неосторожное движение могло изменить ход событий настолько, чтобы воплотить в жизнь его худшие страхи. — Я разберусь, — тихо сказал Джун Хо. В этот момент дверь со скрипом отворилась. Джун Хо поднял голову, когда Ин Хо вошёл в кабинет. Он был одет в свою рабочую форму: сшитый на заказ тёмный костюм, белую рубашку и тонкий чёрный галстук. На его поясе висел полицейский значок. Выражение лица Ин Хо было тщательно нейтральным, но Джун Хо заметил напряжение в его глазах и то, как внимательно он осматривал помещение. — Что случилось? — взгляд Ин Хо сразу же остановился на нём. Миссис Пак встала: — Хван Джун Хо и Чон Ги Чоль были пойманы за дракой в коридоре. Взгляд Джун Хо стал более пристальным. Он напрягся, готовясь встать, но Ин Хо вытянул руку и слегка надавил пальцами на его плечо. Безмолвный приказ оставаться на месте. Джун Хо замер. — Понятно, — спокойно сказал Ин Хо, его взгляд слегка потемнел. — Есть какие-нибудь повреждения? — Ничего серьёзного, — сказала миссис Пак. — Но это неприемлемое поведение. Взгляд Ин Хо переместился на Джун Хо. Его лицо было спокойным, таким, каким он видел его у брата во время допросов. Таким, которое скрывало более глубокие мысли. Джун Хо сглотнул: — Это не так уж важно. — Правда? — Ин Хо слегка приподнял бровь. — Тогда почему ты прикладываешь к лицу пакет со льдом? Он открыл рот, но Ги Чоль фыркнул: — Вам следует лучше следить за своим младшим братом, офицер Хван, — сказал он с ухмылкой. Взгляд Ин Хо стал темнее. Джун Хо заметил острый блеск в глазах брата, едва сдерживаемое напряжение в его фигуре. — Хватит, — резко оборвала их миссис Пак. — Ги Чоль, твоя мать скоро должна приехать. Прищёлкнув языком, Ги Чоль откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Джун Хо просто опустил взгляд, не желая смотреть брату в глаза.

***

Звук шагов Джун Хо громко разносился в тишине коридора. Из-за закрытых дверей соседних кабинетов доносились тихие голоса учителей, но он ничего не замечал. Единственным звуком, который он слышал, было учащённое биение его сердца, громко и неровно стучащего под рёбрами. Его беспокоила не драка. Его беспокоило присутствие брата рядом с ним. Когда они завернули за угол и перед ними показалась его аудитория, Ин Хо взял его за руку и мягко отвёл в сторону. Джун Хо позволил себя увести и прислонился к прохладной стене. Он не отрывал взгляда от пола, отказываясь смотреть брату в глаза. — Джун Хо, — голос Ин Хо был тихим и спокойным. — Что происходит? Джун Хо крепче сжал пакет со льдом, прижатый к его лицу. Он помедлил, прежде чем наконец взглянуть на брата. На его лбу залегла глубокая морщина, а в тёмных глазах читалось беспокойство. Немного помедлив, он выдохнул: — Он первый ударил, хён. Я не мог позволить ему просто так меня ударить. Взгляд Ин Хо стал пристальнее: — Я понимаю это. Но ты никогда раньше не отвечал ударом на удар. Джун Хо вяло пожал плечами: — Может, я просто устал от того, что меня постоянно бьют. Между ними повисла тишина. Джун Хо сильнее прижал пакет со льдом к своей ушибленной щеке. Он чувствовал тупую боль под кожей, жжение под прохладой. Затем Ин Хо протянул руку. Его пальцы слегка коснулись челюсти младшего брата, наклонив его лицо ровно настолько, чтобы увидеть начинающийся синяк под глазом. Джун Хо вздрогнул, мягкое прикосновение причинило больше боли, чем следовало бы. — Тот удар, который ты нанёс Ги Чолю... — в глазах Ин Хо мелькнуло тихое веселье. Уголки его губ приподнялись в лёгкой понимающей улыбке. — Похоже, ему было больно. Джун Хо был поражён. Неужели его брат... не ругал его? Не просил быть осторожнее и не нарываться на неприятности? Он вглядывался в лицо Ин Хо, ожидая привычной лекции, но её не последовало. Было ли это простым совпадением? Или же… судьба уже начала меняться? В прошлом, когда Джун Хо возвращался домой с синяками, брат сажал его и читал длинную, утомительную лекцию: «Тебе нужно быть умнее, Джун Хо. Избегай неприятностей, пока они не начались.» Но сейчас… Ин Хо не выглядел расстроенным или разочарованным. Если уж на то пошло, в его выражении лица читалось что-то вроде тихого одобрения, а в глазах — что-то другое. Неужели на этот раз он был не против того, чтобы Джун Хо ответил ударом на удар? Рука Ин Хо скользнула с его лица на волосы. Он слегка взъерошил их, задержав прикосновение на секунду дольше, чем следовало бы. — Возвращайся в класс, — мягко сказал Ин Хо. — И постарайся не попадать в неприятности, хорошо? Джун Хо задержал взгляд на лице брата. Он хотел что-то сказать, попросить его не волноваться, пообещать, что на этот раз всё будет по-другому. Но слова застряли у него в горле. Потому что этого было бы недостаточно. Через шесть лет от этого тепла не останется и следа. Улыбка его брата исчезнет, его нежное прикосновение превратится в холодную решительность. Спокойное веселье в его глазах сменится чем-то острым и смертоносным. Джун Хо точно знал, каким человеком станет Ин Хо. Человеком, который без колебаний нажмёт на спусковой крючок, когда это будет нужно, и не из чувства справедливости. Человеком, сломленным потерями и чувством вины. Джун Хо не мог этого допустить. Он не мог потерять эту версию своего брата. Джун Хо тяжело сглотнул, подавляя стеснение в груди: — Хорошо. Взгляд Ин Хо задержался на секунду дольше, прежде чем он наконец отступил назад. Его рука опустилась. Выражение его лица смягчилось, но между бровями осталась небольшая складка. То же едва заметное напряжение, которое Джун Хо запомнил по своей прежней жизни. Он повернулся и пошёл по коридору, его походка была уверенной и ровной. Джун Хо мог только стоять и слушать, как шаги Ин Хо растворяются в тихом гуле школы вокруг него. Да… Ему определённо нужно было спасти своего брата.