Rewrite the Stars

Джун Хо и Ин Хо стояли рядом с диваном, не отрывая взгляда от Ки Хуна. Тот лежал на подушках, едва осознавая происходящее. Его лицо было бледным, глаза полузакрыты, дыхание прерывистое. Он то засыпал, то снова приходил в себя, и тяжесть выпитого алкоголя давила на него. — Хён, мы не можем просто оставить его здесь, — сказал Джун Хо, его голос звучал серьёзнее обычного, когда он взглянул на брата. Ин Хо сел на подлокотник дивана, его слегка покрасневшее лицо выражало смесь беспокойства и лёгкого раздражения: — О чём ты? Он уже спит. Джун Хо покачал головой, нервно прохаживаясь перед Ки Хуном: — Он слишком не в себе. Даже может захлебнуться рвотой, если останется в таком положении. Нельзя просто оставить его на диване. — Ладно, хорошо. Где он тогда будет спать, в твоей кровати? — вздохнул Ин Хо, потирая виски. Джун Хо повернулся к нему с самодовольной ухмылкой: — Нет. В твоей. Ин Хо моргнул, затем коротко рассмеялся: — Абсолютно нет. — Я серьёзно, — твёрдо сказал Джун Хо. — Мы не можем оставить гостя на диване, омма убьёт нас обоих. Пусть переночует в твоей кровати... — Нет, — перебил Ин Хо, направляясь на кухню и наливая себе стакан воды. — Я не отдам свою кровать. Ты знаешь, как я сплю. Мне нужно пространство. Не хочу, чтобы он прилип ко мне, как осьминог. Раздражение Джун Хо было на грани кипения, но он ещё сдержался. Он не мог не думать о том, как всё иначе сложилось в изначальной временной линии. Ин Хо, который со временем научился делить кровать с Эшин, теперь вёл себя так, будто позволить Ки Хуну спать в его кровати — самая нелепая идея в мире. Ирония была слишком явной. Ин Хо сделал глоток воды, затем взглянул на брата: — Пусть спит у тебя. — И где, чёрт возьми, тогда спать мне? Моя кровать только на одного. У тебя же двуспальная. — Он преувеличенно махнул в сторону комнаты Ин Хо. Тот пожал плечами, будучи совершенно невозмутимым: — Ты мог бы поспать со мной. — Чёрта с два, я не буду спать в твоей кровати, — Джун Хо отступил, качая головой. — Ты занимаешь всё место. Ин Хо фыркнул, прислонившись к стойке: — О чём ты? Ты же постоянно спал у меня, когда был маленьким. Джун Хо сжал губы. Он не мог не заметить, как обе временные линии совпадали в этом моменте. Он вспомнил, как в детстве тайком пробирался ночью в комнату Ин Хо, хотя у него была своя кровать. Их мать часто просыпалась в панике, не находя его, пока не обнаруживала крепко спящим рядом с братом. Но сейчас это стало неудобным — Ин Хо привык раскидываться, будто кровать принадлежала только ему. В детстве это не было проблемой: шестилетний Джун Хо спокойно сворачивался калачиком рядом с братом. В худшем случае — засыпал у него на груди. Но сейчас? Находясь в шестнадцатилетнем теле, растущем и требующем личного пространства, он ни за что не стал бы делить кровать с братом. Не говоря уже о том, что ему на самом деле тридцать три, как в изначальной временной линии. В общем. Это не обсуждалось. — Хён, — Джун Хо скрестил руки. — Ты говоришь, что Ки Хун как осьминог, а сам раскидываешься, как морская звезда. Вы могли бы целый аквариум открыть. Ин Хо раздражённо вздохнул, ставя стакан с водой на стол чуть резче, чем нужно: — Хватит упрямиться, Джун Хо. — Не-а, — Джун Хо самодовольно ухмыльнулся. — Мне всё равно. Ты сам сказал, что у действий есть последствия. Теперь разбирайся сам. Не дожидаясь ответа, он развернулся и рванул в коридор, прямиком к своей комнате. — Джун Хо! — крикнул его брат, в голосе явно сквозило раздражение. Однако Джун Хо уже закрыл дверь, довольно щёлкнув замком. Он прислонился к двери и широко улыбнулся, прижав ухо к прохладному дереву. Из-за двери доносились приглушённые проклятия Ин Хо, его голос был полон раздражения. Спустя мгновение он услышал невнятный голос Ки Хуна и терпеливые ответы его брата. Не удержавшись, он приоткрыл дверь, чтобы подсмотреть. Ин Хо с трудом вёл Ки Хуна в свою комнату, почти неся его на себе. Тот продолжал цепляться за него, издавая бессвязные звуки. В один момент он споткнулся на ровном месте, но Ин Хо подхватил его, крепко удерживая. Когда старший брат наконец привёл Ки Хуна в комнату, Джун Хо остановился у двери и осторожно заглянул внутрь. Ки Хун, обычно такой упрямый и независимый, сейчас вёл себя совсем иначе — цепкий, почти нуждающийся, его руки крепко обхватили плечи Ин Хо. Действительно, как осьминог. Тем временем Ин Хо усадил его на край кровати, но мужчина не собирался сдаваться. Как только Ин Хо попытался отстраниться, он дёрнул его вниз, заставив споткнуться и чуть не упасть на колени. Мужчина едва удержал равновесие, пока Ки Хун не отпускал его. — Ин Хо-я... — пробормотал Ки Хун. — Останься... Ин Хо замешкался, его обычно резкий тон смягчился до чего-то почти успокаивающего: — Хён, тебе нужно поспать. Утром будет лучше. — Не уходи... Тут слишком холодно... — Я серьёзно, — попробовал снова Ин Хо, хотя его слова звучали тихо. — Тебе будет неудобно так спать. Ки Хун пробормотал что-то невнятное, слова сливались воедино. Упрямство никуда не делось, просто скрылось под слоями соджу и сонливости. Ин Хо вздохнул и лёг рядом, устраиваясь на кровати поудобнее и позволяя Ки Хуну положить голову на его плечо. Джун Хо отошёл от двери и вернулся в свою комнату, предоставив им возможность побыть наедине.

***

Едва первые лучи солнца проникли сквозь шторы, Джун Хо покинул свою комнату, сонно потирая глаза. Потянувшись, он лениво направился по коридору, любопытство подталкивало его к комнате Ин Хо. Как можно тише он приоткрыл дверь, чтобы заглянуть внутрь. Увиденное заставило его замереть, а затем на его лице медленно расползлась ухмылка. Ин Хо лежал на спине прямо по центру кровати, одна рука небрежно покоилась на животе, другая — под головой, придавая ему почти безмятежный вид. А рядом, буквально прилипший к нему, лежал Ки Хун. Его лицо уткнулось в плечо Ин Хо, одеяло прикрывало большую часть лица, пока он тихо похрапывал. Джун Хо не удержался — достал телефон и сделал несколько снимков. Компромат успешно добыт. Он сунул телефон обратно в карман шорт. Теперь, утром сидя за столом, он не мог удержаться от ухмылки. Как будто сама судьба хотела помешать его планам: чем больше он подталкивал Ин Хо к Эшин, тем сильнее того тянуло к Ки Хуну. Одно было ясно: Джун Хо никогда не видел, чтобы Ин Хо так смотрел на кого-то, не говоря уже о том, чтобы пускать кого-то в свою кровать — кроме изначальной временной линии, когда он был с Эшин.

***

Первым из спальни вышел Ин Хо. Его волосы были в беспорядке, они торчали во все стороны, а футболка была измята и сидела криво. Он молча подошёл к кофемашине и стал смотреть, как кружка медленно наполняется тёмным напитком. Джун Хо поднёс свою кружку к губам, прежде чем заговорить: — Не думал, что доживу до дня, когда ты поделишься с кем-то своей кроватью. — Это потому что ты заперся в своей комнате, паршивец. Какой у меня был выбор? — Ин Хо устало посмотрел на него. Джун Хо задумчиво хмыкнул, неспешно отхлебнув: — Мм... Ты мог бы поспать на диване. — С какой стати я буду спать на диване в своём же доме? — Ин Хо помешал кофе и сел напротив. Джун Хо ухмыльнулся, откинувшись на стуле: — То есть ты, тот, кто однажды скинул меня со своей кровати, решил позволить моему аппа мирно спать в ней? Ин Хо бросил на него ровный взгляд: — Тебе было десять, и ты пускал слюни мне на плечо. Это совсем другое. Наступила короткая пауза. Джун Хо поднял кружку и посмотрел на брата поверх неё. Ин Хо выглядел непривычно спокойным, но взгляд его был рассеянным, словно он думал о чём-то своём. Джун Хо понимал, что дело не в работе. Его взгляд незаметно скользил в сторону коридора, где находилась комната Ин Хо, в которой, возможно, всё ещё отсыпался Ки Хун. Джун Хо мог лишь подшучивать, как обычно, зная, что не стоит сильно давить на эту тему. Если он пойдёт дальше, если хотя бы намекнёт, что Ин Хо, возможно, чувствует к Ки Хуну больше, чем показывает, вселенная наверняка вмешается и всё испортит. Не стоило искушать судьбу. Телефон Ин Хо тихо зазвонил, прервав его размышления. Он достал его из кармана, и его лицо помрачнело, когда он увидел, кто звонит. Он встал с недовольным вздохом. — Что случилось? — поднял бровь Джун Хо. — Шеф Ким вызвал меня в участок, — пробормотал Ин Хо, направляясь к спальне. Джун Хо моргнул: — Сегодня же воскресенье. Ин Хо бросил на него взгляд через плечо: — Как будто у меня есть выбор. — Есть, просто скажи «нет», — Джун Хо пожал плечами, откинувшись на стуле. — Смешно, — сухо сказал Ин Хо. — Я знаю, что я смешной, — ухмыльнулся Джун Хо, довольный собственной шуткой.

***

Джун Хо тихо напевал себе под нос, переворачивая яичницу на сковороде, аромат растопленного масла наполнял кухню. Прошёл уже час с тех пор, как Ин Хо ушёл, оставив его готовить завтрак для себя и «нахлебника», всё ещё отсыпающегося в спальне. Тосты были почти готовы, золотистые и хрустящие, всё складывалось в простой, но сытный завтрак. И вдруг из комнаты Ин Хо раздался громкий, раздражённый возглас: — Чёрт! Джун Хо не сдержал лёгкой ухмылки. — Похоже, он проснулся, — пробормотал он себе под нос, забавляясь звуками из комнаты брата. Он аккуратно выложил тосты на тарелку. У него уже была ясная картина происходящего: Ки Хун, вероятно, всё ещё полупьяный от вчерашнего, просыпается в кровати, которая явно не его. Стоило ли сохранять хладнокровие и солгать? Или быть беспощадно честным? Оба варианта казались заманчивыми, но в итоге Джун Хо решил, что не его дело торопить Ки Хуна с правдой. Пусть сам разберётся. В конце концов, наблюдать, как мужчина пытается сложить пазл, было куда веселее. Дверь спальни Ин Хо распахнулась, и Ки Хун, пошатываясь, вышел в коридор, направляясь на кухню в одной футболке и пижамных штанах, которые едва доходили до щиколоток. Джун Хо заметил штаны и не смог сдержать удивлённого взгляда. Так Ин Хо переодел Ки Хуна в свои пижамные штаны, да? — Доброе утро, — небрежно сказал Джун Хо, ставя две тарелки на стол. Ки Хун посмотрел на него, но тут же отвёл взгляд, словно не желая обсуждать события вчерашнего дня. Он провёл рукой по растрёпанным волосам и тихо пробормотал: — Доброе. Это была твоя кровать, в которой я проснулся? Джун Хо неспешно откусил тост, прежде чем ответить: — Нет, моя комната рядом. Ки Хун потер виски, явно всё ещё борясь с остатками помутнения. Он тяжело вздохнул, его голос был тихим и смущённым: — Я... чёрт, я почти ничего не помню. Что-то случилось? — Без понятия, — равнодушно ответил Джун Хо, прислонившись к стойке у входа на кухню. Ки Хун сузил глаза, затем поморщился, словно от внезапной головной боли: — Ты точно знаешь. — Я мог бы соврать тебе, — Джун Хо пожал плечами с небрежной ухмылкой. Он подтолкнул тарелку к Ки Хуну: — А теперь ешь. Ки Хун неохотно сел за стол, всё ещё выглядя растерянным. Он потянулся к тосту, осторожно откусил, затем замер на полпути, когда вкус ударил в рецепторы. Он был поражён и с наслаждением откусил ещё кусочек. — Ого, это действительно вкусно, — он произнёс это, и в его голосе слышалось удивление, смешанное с неподдельной признательностью. Джун Хо, сосредоточенно складывая грязную посуду в раковину, бросил взгляд, полный самодовольства: — Знаю. Это рецепт моей омма. Ки Хун кивнул, задумчиво пережёвывая пищу, и начал осматривать квартиру. Его взгляд скользил по простому и лаконичному интерьеру. Когда его глаза остановились на фотографии, стоящей на полке, он задержался на ней. Джун Хо, заметив это, тоже посмотрел в ту сторону. На снимке запечатлён юный Джун Хо, держащий в руках роскошный букет. Его улыбка была открытой и радостной. Рядом с ним стоял Ин Хо, также улыбающийся. Его руки лежали на плечах Джун Хо. С другой стороны — их мать, её улыбка была ласковой и тёплой. — Хорошее фото, — тихо сказал Ки Хун, голос стал почти неуверенный. Джун Хо кивнул, его выражение лица слегка смягчилось: — Это с моего выпускного в средней школе. Он почти забыл об этом снимке. В изначальной временной линии, по мере взросления, детские фото были убраны в старый альбом, который был похоронен под слоями времени и новых воспоминаний. На полках обычно были фото карьерных достижений, профессиональных успехов. То, что отражало его нынешнее «я», а не мальчика, которым он был. Было странно видеть что-то настолько личное и ностальгичное снова на виду. Тот юный он, полный надежд и оптимизма, казался жизнью из другого времени.

***

Ин Хо сидел за длинным столом для совещаний, слегка опираясь головой на руку, пытаясь не закрыть глаза. Встреча затянулась дольше, чем он ожидал, усталость после вчерашнего давила на него. Он едва воспринимал бесконечные отчёты и обсуждения дел, его мысли возвращались к хаосу вчерашнего вечера. Изначально он планировал быстро всё уладить: уложить Ки Хуна, дать ему проспаться, а самому переночевать на диване. Таков был план. Однако, как только Ин Хо помог ему лечь, мужчина вцепился в него с почти отчаянной хваткой, не отпуская. Ин Хо не стал сопротивляться. Так было проще, и он рассчитывал, что через некоторое время Ки Хун крепко уснёт и можно будет незаметно перебраться на диван. Но его ожидания не оправдались. Посреди ночи Ки Хуна вырвало себе на штаны, и Ин Хо пришлось переодеть его в свои пижамные. К тому времени, как всё было сделано, было уже почти четыре утра. Ин Хо удалось поспать лишь пару часов, прежде чем он осознал тепло тела Ки Хуна рядом. Его логичная сторона твердила, что в ситуации нет ничего значительного — просто результат помощи пьяному другу. Но его тело, казалось, посылало совсем иные сигналы. — Старший следователь Хван, вы с нами? — шеф Ким вывел его из раздумий. Ин Хо моргнул и быстро прочистил горло: — Да, простите. Просто немного устал. Он обвёл взглядом стол, заметив, как его сотрудники обмениваются взглядами, их глаза метались между ним и остальными. Некоторые из них нервно ёрзали на стульях, атмосфера была более напряжённой, чем обычно. Ин Хо чувствовал это напряжение в воздухе, словно все ожидали чего-то... ожидали, когда он потеряет самообладание. Он медленно вдохнул, потирая виски и пытаясь прогнать надвигающуюся головную боль. Но чем больше он наблюдал, как подчинённые ёрзают и избегают зрительного контакта, тем больше убеждался: у них в головах зреют идеи. Он откинулся на стуле, взгляд задержался на молодом следователе в конце стола, который явно пытался сосредоточиться на документах, но то и дело поглядывал на Ин Хо. То, как дрогнули его губы, будто он сдерживал улыбку, лишь подтверждало подозрения. — Кто-то хочет что-то сказать? — ровно спросил Ин Хо, его голос разрезал гробовую тишину. Вопрос не был адресован конкретно кому-то, но то, как все на секунду замерли, было ответом. Молодой следователь быстро прочистил горло, его глаза расширились: — Н-нет, старший следователь Хван. Всё в порядке. — Хорошо, — ледяным тоном ответил Ин Хо. — Так и оставим. Пока встреча тянулась, мысли Ин Хо крутились вокруг одного: скоро начнутся перешёптывания, он чувствовал это. Поведение подчинённых ясно давало понять — слухи вот-вот поползут. Это было неизбежно. Весь отдел будет жужжать к концу дня, и он ничего не мог с этим поделать. Когда собрание подошло к концу, Ин Хо с облегчением вздохнул и начал собирать свои вещи. В голове всё ещё стоял гул от недостатка сна, и он ощущал на себе внимательные взгляды своих подчинённых. Он был счастлив покинуть зал совещаний, но тихий гул офиса напоминал ему, что рабочий день ещё не окончен. Он едва успел зайти в свой кабинет, как зазвонил телефон. Он подошёл и поднял трубку: — Хван Ин Хо. — Старший следователь Хван, вас здесь ждут, — вежливо сказала секретарь на ресепшене. Ин Хо поднял бровь, мельком взглянув на часы: — Это Джун Хо? На другом конце короткая пауза, затем ответ: — Нет, сэр. Он представился как Сон Ки Хун. Сердце Ин Хо пропустило удар. Он не ждал никого, тем более Ки Хуна. Он думал, что тот всё ещё у него дома с Джун Хо, отсыпается с похмелья. — Хорошо, я спущусь через минуту. — Да, сэр, — ответила секретарь, и линия оборвалась. Когда Ин Хо вышел из лифта в лобби, его глаза мгновенно просканировали помещение. Он не был уверен, чего ожидать, но, увидев Ки Хуна у ресепшена, не смог сдержать вздоха. Он был одет так же, как и вчера, но его одежда выглядела более опрятной, словно Джун Хо её погладил или постирал. Ки Хун заметил его и сразу же направился к нему, слегка покачиваясь. Когда он подошёл, Ин Хо увидел, что у него раскраснелись щёки, а в глазах читалось волнение. — Привет, — пробормотал Ки Хун, смущённо улыбаясь. — Я... Хотел извиниться за вчера. Я... Перебрал и не хотел так всё усложнять. Взгляд Ин Хо смягчился на долю — Ки Хун казался искренне расстроенным, в голосе звучала смесь смущения и сожаления. — Всё в порядке, это я виноват, что подбил тебя выпить, — сказал Ин Хо. Ки Хун быстро отвёл взгляд, а в его позе появилась нервная напряжённость. — Мы... Я... Я не делал и не говорил ничего странного, да? — голос его дрогнул, будто он готовился к неприятному ответу. Ин Хо приподнял бровь, внимательно глядя на мужчину. Вопрос не вызвал у него удивления, но он не собирался поддерживать насмешки. Он покачал головой, стараясь сохранить нейтральный тон: — Кроме того, что ты не отпускал меня, наблевал на себя и просил меня остаться рядом — нет. Лицо Ки Хуна мгновенно покраснело, всё тело напряглось, будто он хотел провалиться сквозь пол. Его глаза метались по помещению, не решаясь встретиться со взглядом Ин Хо. — Боже, — пробормотал Ки Хун себе под нос, в отчаянии проводя рукой по волосам. — Я правда... Правда так себя вёл? Ин Хо не сдержал короткого тихого смешка, хотя быстро взял себя в руки: — Ты был весьма настойчив. Не отпускал, пока я не лёг рядом. Ки Хун тяжело вздохнул и опустил руку, на его лице отразились сожаление и смущение. — Всё так плохо. Не удивлюсь, если ты теперь ненавидишь меня... Это же ненормально, да? Я даже не помню, как мы там оказались. Он видел, как Ки Хун корит себя, и его потянуло успокоить мужчину, что всё не так ужасно, как тому кажется. Но с другой стороны, было забавно наблюдать, как он смущается. Вместо того чтобы позволить тишине стать неловкой, Ин Хо заговорил. Его голос звучал непринуждённо, хотя он и не планировал этого: — Я не ненавижу тебя. — слова выскочили быстрее, чем он хотел, но назад их было не забрать. Голова Ки Хуна резко поднялась, глаза расширились от недоверия. На мгновение он выглядел так, будто готов разразиться новыми извинениями, но замер. На его лице промелькнуло почти озадаченное выражение, будто он пытался понять, что это значит. В животе у Ин Хо странно сжалось. Он точно не хотел, чтобы это прозвучало так. Не то чтобы ему нравилось просыпаться рядом с пьяным Ки Хуном. Но что-то во всей этой ситуации... было не так плохо, как тому казалось. На самом деле, это было странно уютно, несмотря на абсурдность. — Ты же не напал на меня, — быстро добавил Ин Хо, небрежно пожав плечами. Лицо Ки Хуна смягчилось, хотя в выражении лица оставался дискомфорт. — Прости, — пробормотал он почти шёпотом. — Я не хотел... создавать неловкость. Ин Хо быстро покачал головой, удивлённый, как сжалась его грудь при этих словах. — Всё в порядке, серьёзно. Такое бывает, — добавил он, слова теперь давались легче. — Не зацикливайся. Ки Хун медленно кивнул, хотя всё ещё казался неуверенным, явно не убеждённым, что всё нормально. — Ладно, — пробормотал он, опустив глаза. — Спасибо, что, эм, терпел меня вчера. Ин Хо выдохнул: — Не за что. Тебе стоит вернуться и отоспаться. — Хорошо, — сказал Ки Хун, развернувшись. Ин Хо проводил его взглядом, пока тот не покинул участок.

***

Ки Хун вошёл в небольшое кафе, и колокольчик над дверью приветливо звякнул. В помещении витал аромат свежемолотого кофе и свежей выпечки, смешиваясь с негромким гулом голосов. После встречи с Ин Хо он не мог избавиться от нарастающего беспокойства. Он не был уверен, приведёт ли встреча с Эшин к новым неловким откровениям о его пьяных похождениях. Например, блевал ли он в её машине или ещё как-то опозорился. Разговор с Ин Хо не выходил из головы. Ки Хун предположил, что тот спал на диване, раз он проснулся один в чужой кровати. Но мужчина упомянул, что Ки Хун не отпускал его, пока тот не лёг рядом. А ещё было хуже то, что утром он обнаружил себя в пижамных штанах, которые точно не принадлежали ему. А когда Ин Хо небрежно упомянул, что Ки Хуна вырвало на себя, он даже не хотел думать об остальном. Мысль о том, что он так опозорился перед кем-то вроде Ин Хо, была унизительной. Может, ему просто стоит уволиться и сбежать в другую страну. Но Эшин оторвалась от чашки с кофе, и их взгляды встретились. Она едва заметно улыбнулась, когда Ки Хун, не имея возможности избежать встречи, подошёл к столику. — Как себя чувствуешь? — спросила она. Ки Хун сел напротив, неловко потирая затылок: — Могло быть и лучше. Спасибо, что согласилась встретиться. — Конечно. У меня было время, а кофе здесь хороший, — просто сказала она. — Я просто... хочу извиниться, — начал Ки Хун тихо, но искренне. — За вчерашнее. Я не хотел доставлять тебе неудобств... Эшин подняла руку, останавливая его: — Тебе не нужно извиняться. Если бы я не хотела помочь, то отказалась бы. Ки Хун не привык к этому — к тому, что люди могут быть так искренне добры. Большинство видели в нём лишь рабочего низшего класса, реальность, которую он давно принял в обществе с чёткими социальными границами. Он всегда верил: если быть добрым к другим, не ожидая ничего взамен, может, карма когда-нибудь повернётся к нему лицом. Но быть на принимающей стороне доброты? Это казалось чужим, почти тревожным. После недолгого молчания Ки Хун пошевелился на стуле и посмотрел на свои руки. Он повертел в руках чашку, прежде чем поднять взгляд на Эшин. Ему хотелось понять кое-что, и, возможно, разговор с ней помог бы. — Эшин-сси, — начал он, взгляд на секунду скользнул к кофе, затем к ней. — Ты когда-нибудь испытывала чувства к кому-то, но не была уверена, не потому ли это, что ты всё ещё цепляешься за прошлое? — Ты спрашиваешь из-за Сан У-сси? — спросила Эшин. Она говорила спокойно и задумчиво, как будто просто констатировала факт. Сердце Ки Хуна пропустило удар, лицо залилось краской, жар добрался до ушей. Он избегал её взгляда, уставившись в окно, пытаясь собраться. На мгновение ему захотелось провалиться сквозь столик и исчезнуть. — Откуда ты знаешь?... — спросил он. Эшин хмыкнула, помешивая кофе: — Джун Хо сказал мне, что вы с Сан У друзья детства, и что он тебе нравится. О. То есть Джун Хо буквально проболтался. Ки Хун думал, что столкнулся с очередным человеком, который читает его, как книгу. Но нет, всё оказалось проще и более неловко. Он раздражённо вздохнул, на секунду опустив голову в руки: — Ах, это так стыдно. Девушка ласково улыбнулась, и в её взгляде светилась доброта. Она видела его насквозь, и это одновременно раскрывало и утешало. — Нечего стыдиться, Ки Хун-сси, — тёплым тоном сказала она. — Выражать чувства открыто... Это даже твоя изюминка. Я теперь понимаю, почему люди тянутся к тебе. Ки Хун моргнул от удивления, румянец всё ещё горел на щеках: — Изюминка? — Да, — кивнула она, тихо рассмеявшись. — Людям проще сближаться с тобой, когда они видят, что ты чувствуешь. Это редкость. Не все носят сердце нараспашку. Но ты — да. И это хорошо. Он моргнул, пытаясь осмыслить её слова. Он никогда не думал об этом так. Ему казалось, что скрывать что-либо бесполезно, если в этом нет выгоды. Но слова Эшин заставили его пересмотреть это. Она неспешно отпила кофе, поставив чашку с тихим звоном, и встретилась с ним глазами. Эшин сделала паузу, а затем продолжила говорить, и её слова звучали от чистого сердца: — Отвечая на твой вопрос... да. У меня был такой опыт. Ки Хун почувствовал вес её слов. На мгновение он не знал, что сказать. Его ум метался в вихре мыслей. Он задал вопрос, чтобы понять себя, разобраться, настоящие ли его чувства или просто привязанность к прошлому. Теперь, когда Эшин ответила, ему оставалось гадать о природе её опыта. Он хотел знать, были ли её чувства к тому человеку реальными или просто памятью? Как она это поняла? Могли ли они существовать или были лишь призраком ностальгии? Тишина между ними растянулась, Ки Хун чувствовал смесь любопытства и дискомфорта. Заметив его колебания, Эшин задумчиво хмыкнула, не отводя взгляда: — Ты хочешь понять, как быть уверенным, да? — спросила она, будто уже угадала вопрос в его голове. Ки Хун кивнул, тихо сказав: — Да... Я просто... Не знаю, держусь ли я за то, чего уже нет. — Можешь попробовать, как я, — предложила она, её голос был спокоен и практичен. — Попроси Сан У-сси встретиться с тобой в месте из вашего прошлого. Парк, ваш старый дом, любое место, связанное с воспоминаниями. Если он согласится и придёт, значит, ещё что-то есть. Если нет — то он, скорее всего, двинулся дальше. Ки Хун на мгновение замолчал, обдумывая её слова. Совет звучал разумно, прямой и ясный, но он не мог избавиться от грызущей неуверенности. Был ли он готов столкнуться с тем, что его чувства, так долго жившие в нём, не взаимны? — Но что, если... я не смогу отпустить? — прошептал Ки Хун. Эшин мягко улыбнулась, слегка наклонившись: — Даже если будет трудно, ты закончишь это, — тихо сказала она. — И что бы ни случилось, мы все будем рядом, Ки Хун-сси. Ки Хун медленно кивнул, вес её слов оседал в нём, пока он пытался собрать смелость последовать совету. — Я подумаю, — пробормотал он тихо, но твёрдо. — Спасибо, Эшин-сси. Мне... действительно нужно было это услышать. Затем он неуверенно улыбнулся и добавил: — Надеюсь, ты тоже найдёшь нужного человека. Ты заслуживаешь хорошего, Эшин-сси. Девушка удивлённо распахнула глаза, её поразили его неожиданные слова. На секунду она замолчала, её улыбка дрогнула, пока она осознавала его искренность. Но затем она тихо засмеялась, её смех был нежным и приятным. — Спасибо, Ки Хун-сси, — сказала она игриво, но с благодарностью. — Уверена, что найду. Но пока я просто рада, что смогла тебе помочь. Ты хороший человек. Не забывай это.

***

Флуоресцентные лампы магазина жужжали над головой Ки Хуна, их ровный гул смешивался со звуком тряпки, которой он вытирал прилавок. Однако его мысли были далеко от этого простого занятия. Последние два дня его ум занимало одно: стоит ли ему связаться с Сан У. Каждый раз, когда он собирался написать мужчине, его захлёстывали сомнения. А вдруг Сан У не чувствует того же? А вдруг будет неловко? А вдруг это разрушит всё? Всё изменилось сегодня, когда Джун Хо зашёл после школы с Ын Чжон, дразня его своей обычной ухмылкой. Ки Хун был так погружён в свои мысли, что даже не заметил, как Джун Хо схватил его телефон с прилавка. Прежде чем мужчина успел возразить, Джун Хо уже нажал «отправить». Когда он вернул телефон с преувеличенной ухмылкой, Ки Хун уставился на экран в полном шоке. Его желудок сжался, когда он увидел, что сообщение уже доставлено. Он подумал, что, возможно, стоит запретить Джун Хо заходить в магазин ради своего же спокойствия. Пока он мысленно ругал себя, тихий звонок дверного колокольчика прервал его поток мыслей. Дверь распахнулась, вернув его в реальность. Он поднял глаза, автоматически скользнув взглядом ко входу, ожидая очередного покупателя. Но когда он увидел, кто это, его сердце пропустило удар. Ин Хо. Он вошёл с обычной уверенностью, но сегодня в нём было что-то другое. Ки Хун следил за ним, пока тот направлялся к полке с растворимым кофе, внимательно изучая ассортимент. Вдруг что-то привлекло его внимание. Небольшие, едва заметные синяки на предплечье Ин Хо. И порез на руке. Взгляд Ки Хуна задержался, прежде чем он быстро отвел глаза, не уверенный, стоит ли вообще замечать такое. Возможно, это следы работы, но вид ран всё равно сжал что-то в его груди. Он не мог не начать волноваться. Не думая, он двинулся к полке с медицинскими товарами. Его ум лихорадочно работал, пока он выбирал пластыри, антисептические салфетки и бинт. Он не был уверен, зачем это делает. Может, потому что Ин Хо был к нему по-своему добр. Или потому что он просто не мог видеть кого-то раненым, когда мог помочь. Он просканировал и положил предметы в пакет, открыл кассу и положил деньги. Ин Хо подошёл к прилавку с банкой кофе в одной руке и небольшим сэндвичем в другой. Ки Хун не колебался — быстро просканировал товары и положил их в тот же пакет со своеобразной аптечкой. — Тяжёлый день? — тише обычного спросил Ки Хун. Ин Хо промычал, его взгляд на мгновение стал отстранённым, будто мысли были где-то далеко. — Да, — просто сказал он, взгляд скользнул по лицу Ки Хуна, прежде чем опуститься на кассу. — Ну, будь осторожен, — слова вырвались почти автоматически. Ин Хо на мгновение замер, явно не ожидая этих слов. Затем он слегка склонил голову, его голос был тихим, но в нём звучала искренность: — Постараюсь. Касса пропищала, и Ки Хун быстро завершил оплату. Он протянул пакет Ин Хо, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Лёгкое прикосновение вызвало трепет в груди мужчины. Он попытался не обращать на это внимания, но прикосновение Ин Хо всё ещё ощущалось, и его охватила внезапная нервозность, от которого он не мог избавиться. Он быстро отвернулся, сосредоточившись на кассе и избегая встречаться с ним взглядом. Ин Хо без лишних слов взял пакет, его глаза уже были направлены к выходу. На долю секунды Ки Хуну показалось, что он заметил что-то в лице мужчины, но это выражение исчезло слишком быстро, чтобы он успел его понять. — Спасибо, — сказал Ин Хо, его голос был слегка приглушён гулом магазина. Затем он развернулся и вышел, задержавшись у выхода на секунду, прежде чем толкнуть дверь. Когда дверь закрылась, Ки Хун выдохнул, не осознавая, что задерживал дыхание, его сердце всё ещё слегка колотилось. Странное, беспокойное чувство не исчезало, оставляя его в смеси замешательства и предвкушения.