Mechanics of love

Солнце едва выглядывало из-за облаков над Миссион-Сити, заливая пустынные улицы бледным светом. Город, ещё вчера полный жизни, теперь был призраком: окна магазинов разбиты, машины брошены, а эхо сирен гуляло между небоскрёбами. Военная база на окраине гудела, как улей: солдаты проверяли оружие, танки выстраивались в ряды, а вертолёты гудели над головой, готовясь к вылету. Я стояла в командном центре — бывшем офисе с разбитыми стёклами, превращённом в штаб. АллСпарк лежал в моих руках, его тёплый свет пульсировал, как сердце, и я чувствовала его тяжесть — не физическую, а ту, что давила на душу. Вокруг кипела суета: офицеры выкрикивали приказы, экраны показывали карты и тепловые сигнатуры десептиконов, уже веселящихся в городе. Я сжимала куб, стараясь не поддаваться панике. Это была наша последняя битва, и всё зависело от того, сможем ли мы защитить АллСпарк. Но мысли путались: я боялась за Оптимуса, за Сэма, за всех нас. Что, если мы проиграем? Что, если я не справлюсь? — Эмили, — раздался голос капитана Леннокса, и я вздрогнула. Он стоял рядом, его лицо было суровым, но глаза — добрыми. — Ты готова? АллСпарк должен быть в безопасности. Оставайся здесь, пока мы не дадим сигнал. — Да, — ответила я, стараясь звучать уверенно. — Я не подведу. Он кивнул и ушёл, а я посмотрела в окно. На улице автоботы готовились: Айронхайд проверял свои пушки, Рэтчет калибровал сканеры, а Джаз, как всегда, пытался разрядить обстановку, подшучивая над солдатами. Бамблби стоял чуть в стороне, его жёлтая броня всё ещё носила следы плена, но он был готов сражаться. А в центре, как маяк, возвышался Оптимус Прайм. Его красно-синяя броня блестела, а голубая оптика светилась решимостью. Он говорил с офицерами, его голос был твёрдым, но я видела, как он бросил взгляд в мою сторону. Наши глаза встретились, и я почувствовала тепло, несмотря на холод в груди. — Эми, ты как? — спросил Сэм, подходя ко мне. Микаэла была рядом, её рука лежала на его плече, и я снова ощутила укол ревности. — Нормально, — солгала я, сжимая АллСпарк. — Просто... страшно. — Мы все боимся, — сказала Микаэла, её голос был мягким. — Но мы справимся. Я кивнула, но её слова не помогли. Я хотела быть с Оптимусом, чувствовать его поддержку, но после нашей недавней ссоры я боялась, что он всё ещё злится. Его забота была очевидна, но его строгость ранила. — Эми, — раздался голос Бамблби через радио, и я обернулась. Он трансформировался и подошёл ближе, его оптика светилась теплом. — Ты... сильная... — Спасибо, Би, — улыбнулась я, касаясь его манипулятора. Его присутствие всегда успокаивало, и я была рада, что он рядом. Радио в командном центре ожило: — Вражеские силы в двух километрах! Подготовить авиацию! Сердце заколотилось. Я посмотрела на Леннокса, который отдавал приказы. — Эмили, — сказал он, — держись у консоли. Если что-то пойдёт не так, ты должна сообщить автоботам. — Поняла, — ответила я, надевая гарнитуру. Я не была солдатом, но могла быть полезной. Я должна была быть полезной. Я подошла к экранам, где техник показывал тепловые сигнатуры. Мегатрон, Старскрим, Баррикад — они приближались, и их сигналы были как тёмные пятна на карте. — Оптимус, — сказала я в гарнитуру, — десептиконы в полутора километрах. Мегатрон с ними. — Понял, Эми, — ответил он, его голос был спокойным, но я уловила напряжение. — Оставайся в безопасности и береги себя. — Ты тоже, — прошептала я, но он уже отключился. Я посмотрела на Сэма и Микаэлу, которые готовились выйти на позиции. Они обнялись, и я отвернулась, не в силах смотреть. Почему у них всё так просто? Почему я не могу быть с Оптимусом так же? Я отогнала эти мысли, сосредоточившись на экранах. Битва начиналась, и я должна была быть готова. Взрывы загремели вдалеке, и здание задрожало. Я сжала АллСпарк, молясь, чтобы мы все пережили этот день.

***

Миссион-Сити превратился в поле боя. Взрывы сотрясали землю, небоскрёбы рушились, как карточные домики, а воздух наполнился дымом и запахом горящего металла. Я стояла в командном центре, гарнитура врезалась в уши, а экраны передо мной мигали, показывая хаос. Десептиконы атаковали с яростью: Мегатрон крушил всё на своём пути, Старскрим обстреливал с воздуха, а Баррикад вёл наземные силы. Автоботы и военные сопротивлялись, но враг был беспощаден. — Оптимус, Старскрим над восточным сектором! — крикнула я в гарнитуру, следя за его сигнатурой. — Понял, Эми, — ответил он, его голос пробивался сквозь шум боя. — Джаз, перехват! Я видела через разбитое окно, как Джаз трансформировался и рванул в бой, его серебристая броня мелькала среди обломков. Айронхайд стрелял из пушек, отбрасывая Баррикада, а Рэтчет помогал раненым солдатам. Бамблби, несмотря на слабость, сражался с яростью, защищая Сэма и Микаэлу, которые укрылись за баррикадой. Я передавала информацию, стараясь быть полезной. — Бонкрашер движется к центру! — кричала я, и Оптимус тут же отдавал приказы. Но каждый раз, когда я слышала его голос, моё сердце сжималось. Он был там, в гуще боя, и я боялась, что он не вернётся. Внезапно здание сотряс новый взрыв, и потолок треснул. Я вскрикнула, прижимая АллСпарк к груди, когда обломки посыпались вниз. Солдаты открыли огонь, и я увидела, как маленький десептикон — похожий на Френзи, но другой — вломился внутрь. Его когти сверкнули, и он бросился на техника у консоли. — Эй! — крикнула я, схватив металлическую трубу с пола. Я не была бойцом, но не могла стоять в стороне. Десептикон повернулся ко мне, его красная оптика вспыхнула. Он прыгнул, но я ударила его трубой, отбрасывая к стене. Он зашипел и снова атаковал, его когти задели мою ногу, разрывая джинсы и оставляя кровоточащий порез. Я стиснула зубы, но не отступила, защищая АллСпарк. — Эми, держись! — раздался голос Бамблби, и он ворвался в комнату, его пушка выстрелила, поразив десептикона. Тот завизжал и рухнул, искры посыпались из его корпуса. — Спасибо, Би, — выдохнула я, тяжело дыша. — Эми, ты цела? — спросил Оптимус через гарнитуру, его голос был полон тревоги. — Да, — ответила я, касаясь пореза. — Просто царапина. — Оставайся там, — сказал он. — Я иду. Я посмотрела в окно и увидела его — Оптимус сражался с Мегатроном в центре города. Их бой был как буря: Мегатрон бил с яростью, его мейс разрушал всё вокруг, но Оптимус держался, его меч сверкал, отражая атаки. Он был великолепен, но я видела, как он оглядывается в мою сторону, его оптика искала меня даже в разгар боя. — Оптимус, будь осторожен, — прошептала я, зная, что он не услышит. Битва продолжалась, и я вернулась к консоли, передавая информацию. Но каждый взрыв, каждый крик напоминали мне, что мы на грани. Я чувствовала себя беспомощной, несмотря на все усилия. Что, если мы проиграем? Что, если я потеряю его? Тёмные мысли кружились в голове, но я отгоняла их, сосредоточившись на задаче. — Эми, — раздался голос Сэма через гарнитуру, — держись там. Мы почти справились. — Надеюсь, — ответила я, но голос дрожал. Я посмотрела на АллСпарк, его свет был единственным, что давало мне надежду. Оптимус был там, сражаясь за нас, и я должна была быть сильной ради него.

***

Битва за Миссион-Сити достигла апогея. Город был в руинах: небоскрёбы превратились в груды бетона, улицы покрылись обломками, а дым застилал небо, как саван. Я стояла в полуразрушенном командном центре, сжимая АллСпарк, пока солдаты и автоботы сражались вокруг. Взрывы гремели, заглушая крики, а рёв Мегатрона раздавался всё ближе. Я видела его через разбитое окно — гигантская фигура, чья красная оптика пылала ненавистью, крушил всё на своём пути. Оптимус держался против него, но я видела, как он слабеет, его броня покрывалась вмятинами. — Эми! — крикнул Сэм, врываясь в комнату. Его лицо было покрыто пылью, глаза горели решимостью. Микаэла была за ним, её рука сжимала его плечо. — Дай мне АллСпарк! Я замерла, прижимая куб к груди. — Что? — переспросила я, голос дрожал. — Зачем? — Это единственный способ остановить Мегатрона, — сказал он, задыхаясь. — Мы можем уничтожить его с помощью АллСпарка! — Нет, — сказала я, отступая. — Оптимус доверил его мне. Я не могу просто отдать! — Эми, послушай, — сказал Сэм, шагнув ближе. — Если мы не сделаем это сейчас, Мегатрон убьёт его. Ты хочешь потерять Оптимуса? Его слова ударили, как молния. Я посмотрела в окно, где Оптимус сражался, его меч отражал удары Мегатрона, но он был на пределе. Я не могла потерять его. Но АллСпарк... это был их шанс на спасение Кибертрона. Что, если я сделаю ошибку? — Сэм, я не знаю, — сказала я, слёзы текли по щекам. — Что, если это уничтожит всё? — Это наш единственный шанс, — сказал он, его голос был твёрдым. — Доверься мне, Эми. Мы сделаем это вместе. Я посмотрела на Микаэлу, и она кивнула. — Он прав, Эми, — сказала она. — Мы должны рискнуть. Я сглотнула, чувствуя, как сердце разрывается. Но я знала, что они правы. Я протянула АллСпарк Сэму, мои руки дрожали. — Будь осторожен, — сказала я. — Обещаю, — ответил он, сжав куб. Он выбежал, а я осталась, чувствуя пустоту. Бамблби подошёл ко мне, его оптика светилась поддержкой. — Сэм... сделает... — сказал он через радио. Я кивнула, но страх не отпускал. Я смотрела, как Сэм бежит через разрушенные улицы, уворачиваясь от обломков. Мегатрон заметил его и рванул следом, его рёв сотрясал землю. — Сэм, беги! — крикнула я, хотя он не слышал. Оптимус увидел Сэма и крикнул: —Сэм, сейчас! Мегатрон был близко, его когти почти задели Сэма. Но в последний момент Сэм бросился вперёд и вонзил АллСпарк в грудь Мегатрона. Ослепительный свет вспыхнул, и Мегатрон закричал, его тело сотрясалось от энергии. Он рухнул, его оптика погасла, и тишина накрыла город. Я замерла, не веря своим глазам. Мы победили. Десептиконы, увидев падение лидера, начали отступать. Старскрим взмыл в небо, Баррикад исчез в дыму. Солдаты и автоботы закричали от радости, а я выбежала наружу, слёзы текли по лицу. — Сэм! — крикнула я, бросаясь к нему. Он стоял, всё ещё держа теперь тусклый АллСпарк, его лицо было бледным, но он улыбнулся. — Мы сделали это, Эми, — сказал он. Я обняла его, чувствуя облегчение. Микаэла присоединилась к нам, и мы стояли вместе, радуясь победе. Оптимус подошёл, его броня была покрыта пылью и вмятинами, но он выглядел непобеждённым. Он посмотрел на меня, его оптика смягчилась. — Эми, — сказал он, — ты была храброй. Спасибо. Я улыбнулась, чувствуя тепло в груди. — Ты тоже, — ответила я. — Я так боялась за тебя. Он положил манипулятор мне на плечо, его прикосновение было нежным. — Мы справились, — сказал он. — Вместе. Я посмотрела на Сэма и Микаэлу, их руки были переплетены, и на этот раз ревность не кольнула. Мы были семьёй, командой. Но моё сердце принадлежало Оптимусу, и я знала, что эти чувства никуда не денутся. Город лежал в руинах, но солнце поднималось выше, обещая новый день. Мы победили, и я была готова к тому, что ждёт впереди — с Оптимусом рядом.