Незабываемая ночь.

***

Том проснулся на следующее утро в замешательстве. Что-то было не так, и ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что он голый, а Гарри находится под его рукой, прижимаясь к передней части Тома и... плача. Том хотел отстраниться, физически создать некоторое пространство между ними, но альфа в нем не позволил этого. Не мог позволить этого, пока у него на руках был расстроенный омега. Эта мысль сильно ударила его. Гарри представился. Черт возьми, Гарри представился как омега. – Гарри, проснись, — прошептал Том, стараясь быть как можно мягче. Он знал, что Гарри не представился прошлой ночью, когда он сделал ему минет. Может быть, он представился ночью, и он действительно был омегой? Они оба надеялись на это, не так ли? Неужели им действительно так повезло? – Дорогой, — сказал Том громче, проводя пальцами по волосам Гарри. Его плач сменился мурлыканьем, и Том надеялся, что это от удовольствия, но он все еще чувствовал запах горя Гарри. Он хотел успокоить его. Гарри резко проснулся, все его тело напряглось, словно он готовился защитить себя. Том напевал, пытаясь успокоить своего омегу. – Ч-что? — спросил Гарри, его голос дрожал. Его кожа блестела от пота, и Том осторожно коснулся его лба. Ему было жарко. Слишком жарко для чистой презентации. – Блядь, — прошептал Том, пытаясь собраться с мыслями и понять, что ему придется делать. Он не был достаточно смелым и уверенным, чтобы думать, что не станет спариваться с Гарри во время течки, даже если тот был полностью согласен. Он едва избежал прыжка на Гарри во время одного из его гонов, и только почти прошипел приказ сквозь зубы, чтобы Гарри понял, что он серьёзен. – Гарри, ты... ты представился. Ты омега. И я... ты будешь течь. Гарри повернулся на другую сторону, чтобы увидеть лицо Тома. Его глаза были широко раскрыты и сияли, когда он смотрел в глаза Тома, как будто он был всем в его мире. – Я не могу остаться, — пробормотал и запел Том, когда запах горя усилился. – Что? Том, альфа, нет, не уходи, — почти закричал Гарри, его лицо исказилось от страха, а сердце Тома забилось еще несколько раз. – Я не могу создать с тобой пару без твоего согласия, но я не могу себя контролировать, не после стольких лет, не когда я чувствую свой запах, исходящий от тебя, так сильно, — объяснил Том, пытаясь заставить своего милого омегу понять, что он действительно имеет это в виду. – Блядь! — закричал Гарри, но тут же начал извиняться. – Мне жаль, очень жаль, но мы уже говорили об этом. Как мы будем спариваться, даже если я буду бетой, но я омега. Гарри затих, и Том понял, что он пока не совсем понял эту часть своих слов. – Я омега, — сказал Гарри, и на его лице отразилось что-то странное, похожее на удивление. – Я омега, — повторил он, его голос стал сильнее, и он поднял глаза на Тома. – А ты мой альфа. Ты всегда был моим альфой и всегда будешь им. Том посмотрел на шею Гарри и увидел совокупительную железу, которая поднялась за ночь. Искушение было слишком велико. – Гарри, я не уверен, что ты в здравом уме, чтобы сейчас смириться с тем, что у тебя поднимается температура, — прошептал он, но не мог оторвать глаз от железы, которая его дразнила. – У меня течка еще не началась. Я вполне способен дать согласие. И Том, мой альфа, — промурлыкал Гарри, заставив Тома почти полностью потерять контроль, — мы уже говорили об этом. Технически ты получил мое согласие уже два или три года назад. И я дал его в здравом уме. – Но раньше не... – Ты не хочешь провести со мной мою течку? – Гарри прервал его, глубоко нахмурившись. Том не мог не вздрогнуть, потому что слова причинили ему почти физическую боль. – Это не так! — быстро возразил он, прежде чем Гарри успел неправильно истолковать его реакцию. – Я хочу. Я так много хочу, я мечтал об этом. Но я боюсь... Как он не понял до вчерашнего вечера, что его чувства могут быть взаимными? Что Гарри тоже хотел его? Он чувствовал себя таким глупым сейчас. И это было похоже на то, как будто он спровоцировал презентацию Гарри. Гарри открыл рот, но проклятый стук порезал его. – Блядь, блядь, – пробормотал он, прежде чем сесть, аккуратно положив одеяло себе на колени. Глаза Тома расширились, когда он почувствовал этот запах. Запах, который он научился игнорировать, когда чувствовал его в общей комнате. Он был намного слаще, намного соблазнительнее, когда исходил из-под ног Гарри. – Входи! Том закрыл лицо рукой, чувствуя, как оно горит, и еще сильнее, когда он почувствовал запах Лили. – Хорошо... Гарри? — сказала Лили, и голос ее звучал так смущенно, что Тому почти захотелось истерически рассмеяться. – Что-то изменилось. Ты... омега? – Доброе утро, мам, — поприветствовал ее Гарри, протягивая руку к Тому под одеялом. Том ничего не видел, но чувствовал, как он нервничает и боится реакции матери. Низкий гул заставил его попытаться успокоить своего омегу. – Гарри... – сказала Лили, ее тон был твердым, и Том напрягся под одеялом. Он сжал руку Гарри, надеясь, что Гарри донесет до матери, что они настроены серьезно. – Это не так... или, на самом деле, да, это так, но это не значит, что Том заставил меня что-то сделать! — быстро возразил Гарри. – Я говорил с тобой, что хочу спариться с Томом, кем бы я ни был. Это... это просто делает все намного проще. Том - мой альфа. Он, вероятно, никогда не был никем другим. – Дорогой, я... счастлива. За тебя, я имею в виду. Не слишком ли это быстро? Ты просто представился где-то между вчерашним днем и сегодняшним утром. Тебе не следует так быстро перескакивать с чего-либо на что-либо. Том больше не мог просто лежать. Он сел, рыча, его глаза были прикованы к женщине, которая пыталась увести его пару. – Отлично! — вздохнула Лили, вскинув руки. – Пожалуйста, спустись вниз на завтрак, чтобы мы все могли поговорить об этом. Ты... ты еще не спарился, да? – Мам, если бы ты просто дала мне поговорить минутку, я бы уже сказал тебе, что у меня начинается течка, — пробормотал Гарри, его щеки покраснели. – Вероятно, мне не стоит спускаться вниз. – Блядь. Том, вон! — приказала Лили, но Том не мог. Его альфа никогда не позволил бы ему оставить свою пару, которая была на грани течки, страдать в одиночку. Он не знал названия звука, который он издавал, но он даже близко не был дружелюбным. Он напоминал рычание, но был более агрессивным. Только чувство самосохранения удержало его от того, чтобы вскочить и отогнать Лили. – Нет, я не оставлю своего омегу в покое, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. – У тебя нет права запрещать мне это. Плечи Лили опустились, словно она сдалась. Она тяжело вздохнула и подняла глаза к потолку. Том понятия не имел, о чем она думала, но запах смазки стал сильнее, и ему захотелось позаботиться о своей омеге. – Ладно. Мы не омега и альфа с Джеймсом, так что мы можем не знать, что ты чувствуешь. Я поговорю с Ремусом и Сириусом. Если ты сможешь подождать час. Я также отправлю Тинки принести тебе завтрак. Если... если Ремус сочтет это хорошей идеей, я прослежу, чтобы Тинки приносила тебе еду несколько раз в день и продолжала... – Лили замолчала, ее щеки покраснели. Она сделала вдох, собираясь с силами, прежде чем прошептать: – держи свои простыни в чистоте. Она ушла, и Том наконец расслабился и взял своего омегу в объятия. Он знал, что есть несколько вещей, которые могли бы облегчить чувства омеги в моменты, когда течка действительно наступит, но он не был уверен, насколько они понравятся Гарри. – Ты снова думаешь громко, — хихикнул Гарри, прижавшись ухом к груди Тома. Том что-то промычал, целуя волосы Гарри, прежде чем отстраниться достаточно, чтобы увидеть его лицо. – Возможно, будет удобнее подождать, пока вода нагреется в ванне, — сказал он, замечая каждую эмоцию на лице Гарри. Он сглотнул, когда Гарри нахмурился. – Ты все еще хочешь уйти от меня? – Что? Нет, Гарри, мой дорогой, мой омега. Ты уже сказал, что уже дал свое согласие, и я не думаю так же, как твоя мать. Да, это может быть быстро, но... разве это не было уже ясно? Я почти удивлен, что мы не поняли этого раньше, так как у меня было это желание учуять тебя и только тебя так сильно, как только я представился. Я думаю, это должно было нам что-то сказать, – признался он. Он думал об этом странно, но было еще более странно, что никто из них на самом деле не подвергал это сомнению. Он вдруг вспомнил, что Ремус сказал ему два года назад. Он был уверен, что Том запечатлелся на Гарри, и это в принципе никогда не случалось, если другой не собирался быть омегой. – О, слава Мерлину за это, — пробормотал Гарри и кивнул. – Я могу принять ванну, пока ты рядом со мной. Я... я не думаю, что смогу быть так далеко от тебя в течение следующих нескольких дней. – Том знал это чувство. Он чувствовал то же самое, теперь, когда он наконец перестал с ним бороться. Им нужно будет еще поговорить о спаривании, прежде чем Гарри действительно начнет течь, но, он надеялся, у них еще есть время на это. Тому пришлось приложить некоторые усилия, чтобы заставить Гарри дойти до ванной самому, но в конце концов ему это удалось со словами: Я позабочусь о тебе во время течки, так что ты сможешь дойти туда в этот раз. Доставить Гарри в ванну было совсем другой историей, он пытался соблазнить Тома, чтобы тот прикасался к нему больше, чем они делали прошлой ночью. – Ты не хочешь меня, — надулся Гарри, скрестив руки на груди. Том вздохнул и едва удержался от того, чтобы не помассировать виски. Он внезапно понял, что Гарри - подросток с новыми гормонами, которые испортили его разум, заставив его настроение колебаться от одного конца к другому. – Гарри, мой дорогой, мой омега, я действительно хочу тебя, слышишь? Я просто хочу позаботиться о тебе прямо сейчас, и нам нужно немного поговорить, прежде чем у тебя действительно начнется течка, — объяснил он как можно терпеливее. – Но я... — начал Гарри, но остановился, когда его плечи начали трястись. Гормоны, напомнил себе Том. Он не мог потерять терпение, потому что все это было настолько новым для Гарри, что он, вероятно, даже не осознавал, что делает. Может быть, он был раздражен и расстроен собой тоже. Том взглянул на полотенце, которое он обернул вокруг талии, когда встал с кровати, но, может быть, раз уж он собирался разделить ванну с Гарри, он мог бы просто снять его уже сейчас. – Что это? — спросил он, оставив полотенце на маленьком табурете у стойки. Он подошел к Гарри и обхватил его руками, крепко прижав к своей груди. Он потер спину Гарри, напевая, пытаясь облегчить его дискомфорт. – Я не хотел, чтобы мой первый раз был во время течки, — всхлипнул Гарри, и это сильно ударило Тома. Он не помнил, как омеги должны были быть сексуальными существами во время течки, не имея возможности помнить все так хорошо потом, особенно во время первой течки, когда они только пытались привыкнуть к ощущениям. Это имело смысл. – Я хочу спариться с тобой как можно скорее, но я также не хочу делать этого во время течки. – Дорогой, — пробормотал Том, двигаясь, чтобы расчесать волосы Гарри пальцами. – А что, если мы примем ванну, поговорим в ней, а потом я посмотрю, что смогу сделать? – Он почувствовал, как Гарри кивнул ему в грудь, и с большим трудом высвободился из объятий своего омеги. Ванна была уже почти полной, поэтому Том помог Гарри залезть, занял место позади него и потянул Гарри между своих ног. Это было так естественно, что это почти сбивало с толку. Том погладил кожу на животе Гарри, собираясь с мыслями и тем, что он хотел сказать. – Знаешь, у нас будет своя собственная, общая, спальня, если мы будем связаны, — начал Гарри. Он напевал, думая об этом. Он на самом деле не знал этого, но он понял, что на это были причины. Хотя пара редко спаривалась до окончания Хогвартса, это вызывало ненужные страдания для обоих, альфы и омеги, если их разделяли. Он знал это, у них будет особое разрешение проводить свои течки и гоны вместе, и никто, даже законный опекун, не мог этому помешать. Древние правила относительно альф и омег гарантировали это, пункт был в силе для опекунов, которые были против пар своих детей. – Мы все равно спим в моей комнате, — напомнил Том Гарри, когда тишина начала затягиваться. Он крепче обхватил его руками, когда тот вздрогнул. Вода уже была почти обжигающе горячей, и на ней были чары, не дающие ей остыть. – Но было бы проще, если бы нам не нужно было угрожать моим соседям по комнате, чтобы они держали мое отсутствие в тайне. Мы могли бы сделать это с разрешения. – Гарри был прав, Том должен был отдать ему должное. Это всегда было риском, даже несмотря на то, что профессор Слизнорт был полностью у них под каблуком и ничего не делал для их привычек сна. С другой стороны, директор... Профессор Дамблдор разорвал бы их в клочья, если бы узнал. Если бы кто-то, кто их достаточно ненавидел, пошел к нему, у них были бы настоящие проблемы, а Том не был готов рисковать всей своей карьерой ради чего-либо. – Ладно. В этом ты прав, – признал Том и взглянул на спаривающуюся железу. Он опустил губы на шею Гарри, медленно двигаясь к ней, дразня их обоих. Его зубы пульсировали от желания вонзить их в это место, чтобы отметить своего Гарри. – Альфа, — заскулил Гарри, наклонив голову набок, чтобы дать Тому больше пространства. Его запах почти пульсировал от желания, и Тому было трудно сопротивляться почти навязчивой потребности укусить. Его член был полутвердым между спиной Гарри и его животом. Он отчаянно хотел дать Гарри то, чего тот желал, но пока он не знал, завершат ли они связь спаривания прямо сейчас - что могло быть хорошей идеей, поэтому он не станет делать этого в течке, в... момент течки, подумал Том, почти смеясь над собственными мыслями - он не осмелился сделать ничего, что могло бы довести их обоих до оргазма. – Ты знаешь лучше меня. Как это повлияет на нас? — пробормотал Том, отстраняясь, несмотря на всхлипы, которые вырывались из уст Гарри. Он схватил бутылку шампуня и начал втирать его в кожу головы Гарри, пока тот думал. – А, подожди, я не могу сосредоточиться, когда ты меня трогаешь, — Гарри перебил его слишком рано. Том рассмеялся и подчинился, хотя он просто хотел приблизить Гарри к себе. – Очевидно, это усилит нашу сексуальную совместимость, но также и нашу ментальную связь. Обычно это создает ментальную связь, но по какой-то причине у нас она уже много лет, так что... Я не знаю. Может быть, мы научимся чувствовать чувства друг друга или что-то в этом роде. Это подготовит мою, гм, матку к тому, чтобы ты меня оплодотворил, так что нам нужно вспомнить все средства контрацепции. Наверное, мне стоит спросить у мамы, есть ли у нее уже какие-нибудь зелья. Тинки! Домовой эльф появился рядом с ванной. Она взвизгнула и спрятала глаза за руками. – Маленький Мастер! – Извини, извини, пожалуйста, сходи к маме и принеси мне противозачаточное зелье, — быстро попросил Гарри. Она исчезла и появилась снова так быстро, что Том был почти уверен, что Лили держала зелье в руках, просто ожидая, когда кто-нибудь его у нее отберет. Тинки ушла, не сказав ни слова, и Гарри взглянул на этикетку, прежде чем осушить ее. – Этого хватит на месяц, — сказал он, откидывая все еще намыленную голову на плечо Тома. – Что еще? — спросил Том, уверенный, что есть еще что-то. – А, ну да. Наши течки и гоны синхронизируются друг с другом в течение нескольких циклов. И... черт, я не помню, – выругался Гарри вслух. Том представил себе, как он хмурится, и улыбнулся про себя. – Так что, ты готов спариться со мной до того, как у меня действительно начнется течка? Том начал смывать шампунь с волос Гарри, думая об этом. Он не мог себе доверять, чтобы остановить укус, который скрепит их будущее вместе, пока у Гарри течка, пока он может засунуть свою брачную железу в рот Тома. Гарри на самом деле не хотел этого - или их первого раза - во время течки, так что решение было простым, не так ли? – Да, мы сделаем это до этого, — пробормотал Том. Гарри напрягся у него на груди и нахмурил брови в замешательстве. – Я что, заставил тебя это сделать? — прошептал Гарри. Ох. – Нет, ты не сможешь заставить меня что-либо сделать, я обещаю тебе, — быстро заверил Том. – Я тоже этого хочу. Я просто... боюсь. Я не думал, что до этого дойдет так быстро, но, честно говоря, я ждал этого долгое время. – Он остановился, чтобы подумать, хочет ли он признаться в большем. – Я мечтал о тебе уже год или два. – Правда? — спросил Гарри, звуча потрясенно. Том напевал, смывая остатки с волос Гарри, прежде чем схватить ткань и начать вытирать кожу Гарри мягкими движениями. – Мы могли бы получить это раньше, если бы я это увидел. Или если бы ты увидел мой интерес к тебе. Рука Тома замерла на секунду, прежде чем он вернулся к мытью, быстрее, чем раньше. Запах Гарри снова усилился, и Том хотел вытащить его из ванны и уложить на кровать, расставив ноги и выставив напоказ свою спаривательную железу. Теперь, когда он принял решение, он заметил, что ждать дальше было трудно. – Пошли, — пробормотал он, позаботившись обо всем теле Гарри, тщательно вымыв также между ягодицами и членом, который был твердым и, вероятно, истекал предэякулятом, если бы вода не справилась с этим раньше, чем кто-либо из них успел это заметить. Он помог Гарри подняться из ванны и держал его за руку, пока тот ступал на прохладный пол ванной комнаты. Быстрое беспалочковое нагревательное заклинание согрело пол, и Гарри благодарно улыбнулся ему. Он казался пугливым, нервным, и это не помогло успокоить самого Тома. Они оба вытерлись мягкими полотенцами, не глядя друг на друга. Том знал, что он собирается сделать, он провел свое исследование до конца их пятого года, когда он думал о... логистике секса, но это совсем не помогло ему сейчас, когда он столкнулся с реальным. Минет прошлой ночью сделал все более естественным, но Том все еще чувствовал себя потерянным.

***