1.2
11 июня 2025 г., 06:05
Се Лянь потирал лоб, слушая историю.
— У вас есть предположения, почему он хотел вас спасти? — спросил он, с любопытством глядя на Ши Цинсюаня.
Через мгновение Ши Цинсюань постучал по вееру Повелителя Ветра в своих руках. Раскрыл его, взглянул на сломанное ребро, на порванную бумагу, после чего рывком закрыл и спрятал в рукав.
— Если я умру, то перестану страдать, полагаю? — Он правда не знал, как пробраться в голову этого человека, и часть его вовсе не хотела даже пытаться. — Не то чтобы моя жизнь была полностью ужасна. Я… У меня были и хорошие дни, напимер, с вами, в Монастыре Водных Каштанов.
Хуа Чэн заговорил: — Что произошло по возвращении на берег?
На лице Ши Цинсюаня промелькнуло мрачное выражение. — Вся деревня исчезла.
— Что? — спросил Се Лянь. — Исчезла? Что вы имеете в виду?
— Уничтожена. Выглядела так, будто ее накрыло штормом. — Ши Цинсюань пожал плечами. — Я не знаю, как это произошло. Мы были на воде всю ночь и не видели дождевых туч, ветра, молний… волн. Ничего! Но когда мы вернулись, здания были разрушены, дороги затоплены и в грязи, и… на улицах лежали тела.
Се Лянь повернул голову и взглянул на Хуа Чэна. — Сань Лан, это мог сделать Лорд Черновод?
— Зависит от ситуации, — ответил он. — Если он захочет, уничтожить приморскую деревню не составит ему труда. Хотя я не вижу для того причин. Он топит корабли ради еды, а если тела не в воде, то пировать труднее. А оставлять их просто так — неряшливо и совершенно на него не похоже. Если только он не пытается передать вам послание.
Ши Цинсюань моргнул, чувствуя, как по спине пробежала леденящая дрожь. — Хах, но он бы не стал этого делать. Что он вообще мог сказать мне этим?
Хуа Чэн пожал плечами. — То, что он может убить вас в любой момент, полагаю.
Се Лянь внезапно поднялся, хватая Ши Цинсюаня за руку и помогая ему встать. — Вернемся в Небесную Столицу. Извини, Сань Лан. Я бы хотел остаться с тобой, но я правда должен помочь Повелителю Ветра обустроиться.
— Конечно, гэгэ. — Он улыбнулся, проигнорировав вспышку собственного разочарования.
— Пожалуй. Нам еще есть что обговорить. — Се Лянь повернул голову и посмотрел на Ши Цинсюаня. — Уверен, помимо ваших слов есть что-то еще.
— Все последующие воспоминания размыты, я не собираюсь лгать, — сказал Ши Цинсюань, касаясь своей головы. Он нервно рассмеялся. — Прошу прощения, Ваше Высочество, знаю, это, должно быть, безумие. Вы не обязаны помогать мне, если не хотите.
— Но мы поможем, — успокоил Се Лянь. — И сейчас пойдем туда, где он нас не достанет.
Хуа Чэн хмыкнул. — Я не уверен, что хоть где-либо безопастно, гэгэ. В конце концов, у Черновода есть свои методы.
Ши Цинсюань сглотнул, после крепко схватил Се Ляня за руку. Он озирался по улицам, пока они отдалялись от Дома Блаженства, гадая, не следила ли за ним пара глаз Хэ Сюаня и что именно он задумал.
***
Се Лянь брел по песку, с каждым шагом обувь слегка проседала. Перебранка Фэн Синя и Му Цина позади него несколько оживляла этот приятный день, но он все равно потирал висок, пока они о чем-то спорили. На самом деле он не очень-то обращал на это внимание. Когда он повернулся и посмотрел на них, оба замолчали и выжидающе уставились на него. — Фэн Синь, ты оставил охрану для Повелителя Ветра, как я просил? — спросил он. — Да, — ответил тот. — Ну, для Повелительницы Ветра. — Му Цин рядом с ним закатил глаза. — Она была в этой форме, когда я заглянул перед нашим уходом. В полном нетерпении, кстати. — Это хорошо, — сказал Се Лянь, вновь смотря перед собой. Впереди виднелся разрушенный причал, рядом с ним — одинокая лодка, дрейфующая на воде. — Боюсь, справиться с Погибелью Кораблей может быть труднее, чем я предпологал изначально. — Разве трогать его сейчас — хорошая идея? — спросил Му Цин, глядя на причал с недостающими досками, частично обвалившийся в воду. Они вышли на него, обернулись на руины деревни, к которой он когда-то примыкал. Здания были разгромлены, и внутри помещений виднелись лужи морской воды. Словно на деревню обрушилась гигантская волна и оставила после себя лишь развалины. — Он наверника зол, что его враг снова вознесся. — Если он этого не хотел, то должен был поменять местами их судьбы, — добавил Фэн Синь. От его шага внизу затрещала разбухшая доска, и Му Цин едва успел схватить его, прежде чем он свалился бы в воду. — Осторожнее, — сказал Се Лянь, затем перешагнул сломанную доску и опустил взгляд на море. Пока он смотрел, на поверхность всплыло тело и начало удаляться от причала. Рука отсутствовала, была оторвана от остального тела, и видно ее не было. Все отпрянули от запаха гнили и быстро покинули пристань, направившись в деревню. Они оказались на месте, где раньше, по всей видимости, располагался рынок, но прилавки были разбиты и смыты бушующими водами. Фрукты все еще гнили и плавали вокруг, в воздухе стояла мерзкая вонь. Се Лянь бросился вперед, поднимая брызги, и наклонился возле человека, лежащего среди сломанной древесины. Перевернув его, он обнаружил, что лицо уже частично изъедено всякой водной живностью, выброшенной штормом. — Уф, — произнес Фэн Синь, отбрасывая несколько деревяшек от старого святилища. Се Лянь поспешно подошел взглянуть. — Его Превосходительство Повелитель Ветра, — сказал он, указывая на маленькую статуэтку. Она была не так велика, размером с куклу, но голова оказалась проломлена. Единственная отличительная черта — веер в одной из рук. Все святилище было разрушено. — Видимо, они не знали положения дел. — Обычно в таких местах люди последними понимают, что их молитвы не услышаны, — сказал Се Лянь. Он знал, что именно в самых маленьких городках его храмам удалось продержаться дольше всего, но даже там его падение было куда более стремительным и резким. Падение целого государства отличалось от падения одной семьи. Склонившись, он поднял деревяшку, плававшую рядом с маленьким святилищем, и перевернул ее. Это была табличка с названием. — Это Храм Ветра и Воды, — сказал он. — Но где же статуя Повелителя Воды? — Ваше Высочество! Впереди показался Му Цин, который спешил обратно и махал им рукой. Се Лянь и Фэн Синь покинули старое святилище и устремились за ним. Му Цин подвел их к каменному входу перед одним из сохранившихся зданий. Это был крошечный трактир, крышу которого сорвало и унесло, а одна стена накренилась внутрь. В дверях сидела дрожащая девушка с бледным лицом и пустым взглядом. Се Лянь опустился перед ней, не обращая внимания на воду, промочившую одежду. — Мисс, вы можете поговорить со мной? — спросил он, и ее глаза медленно переместились на него. — Даочжан, — сказала она, очевидно, признав в нем культиватора. — Даочжан! — Она внезапно воспряла, схватилась за его плечи, по ее лицу потекли слезы. — Шторм! Шторм, он закончился? — Закончился, — ответил Се Лянь. — Взгляните, сейчас солнечно. — Он жестом указал вверх, а затем осторожно убрал ее руки от себя. Вместо этого она сцепила их вместе и посмотрела на троицу вокруг себя, слезящиеся глаза выдавали ее испуг. — Вы можете рассказать нам, что произошло? Ее взгляд остекленел, будто на нее нахлынули воспоминания. — Ночь была такой ясной. Безоблачной. Но мы слышали, как вода падала на крыши. — Она посмотрела вверх и наклонила голову, прислушиваясь к несуществующему стуку капель дождя. — А когда выглянули наружу, увидели волну. Она возвышалась, отбрасывала на нас тень. Когда ударила первая, все погрузилось во тьму. Все огни погасли. Люди кричали. Но волны продолжали наступать. А потом… потом пришел он. — Она сильно вздрогнула. — Он? Словно заново переживая ту ночь, ее взгляд расфокусировался, а пальцы снова вцепились в одежды Се Ляня. — Он шел по воде, будто по камню. И он разрушил наше святилище! Почему? Что мы сделали? — Я не знаю, Мисс. — Се Лянь мягко сжал ее руки и отвел от себя, почтительно кивая. — Но хочу это понять. Се Лянь посмотрел на Му Цина, затем поднялся и отошел вместе с остальными. Му Цин, казалось, хотел что-то сказать, поэтому Се Лянь повернулся и кивнул ему, предлагая высказаться. — Если исходить из того, что это точно сделал Лорд Черновод, — сказал он, — было ли поклонение Ши Уду в этой деревне достаточным мотивом? Если это так, то остались сотни крошечных деревень, которые он мог бы растоптать, а мы не получали никаких известий об этом. Фэн Синь фыркнул. — Не то чтобы мы могли. Боги Литературы до сих пор тяжело переживают заточение Лин Вэнь. Се Лянь потер лоб, задумавшись. — Что ж, если он последовал за Повелителем Ветра сюда, то, увидев святилище, мог прийти в ярость. Или же святилище вовсе не при чем, и стало такой же жертвой, как и все вокруг. — Но если дело не в святилище, и он не собирался нажираться этими людьми… тогда зачем? — спросил Фэн Синь. — Черновод никогда прежде не атаковал сушу. Разве технически это не вторжение на территорию Искателя Цветов под Кровавым Дождем? Се Лянь слегка напрягся, а после взмахнул рукой. — Нужно поплыть и осмотреться там. Попробуйте найти весла, и тогда воспользуемся шлюпкой. Похоже, это единственное оставшееся судно, не разнесенное на куски. Он махнул им рукой, а затем медленно повернулся и пошел обратно к молодой женщине. Се Лянь улыбнулся, склоняясь перед ней. Его глаза метнулись к большой ране на ее голове, из которой на плечо стекала кровь. — Мисс, вам пора отдохнуть, — сказал он, беря призрака за руку. — Ваша история услышана. Она смотрела на него, взор перекрывали слезы. — Черновод, — сказала она тихим, дрожащим голосом. — Вода… вода была полностью черной. Каждая волна. Он… он это все принес. — Я знаю, — сказал Се Лянь. — Не переживайте. Я не позволю подобному повториться. Ее глаза снова затуманились, и она опустила голову. Мгновение спустя ветер подхватил и унес ее душу, а Се Лянь направился к причалу.***
Фэн Синь взялся за весла и стал грести вглубь моря. Се Лянь сидел на носу лодки и вглядывался в волны. В этих водах не было ничего темного или тревожного, над ними ярко светило солнце. По голубому простору плыли облака, отражались внизу. Бриз немного порывистый, но это едва ли было аномальным. — Ваше Высочество, — заговорил Му Цин, вынуждая поверуться. — Если Черновод полез на территорию Искателя Цветов под Кровавым Дождем, почему он не защищается? Се Лянь колебался, затем сел лицом к ним обоим. — По правде говоря, у них есть договоренность не вмешиваться в дела друг друга. Если, скажем, Черновод счел это разрушение частью своей мести, то могу предположить, что Сань Лан не обратит на это внимания. — Это он тебе сказал? — Не так многословно, — ответил Се Лянь. — На самом деле, ситуация с Лордом Черноводом… единственное, о чем Сань Лан когда-либо лгал мне. Ну, не лгал, конечно, а скорее умалчивал информацию и держал меня в неведении. Из-за этой договоренности он не давал мне вмешиваться, как мог. Му Цин и Фэн Синь переглянулись, и первый спросил: — Думаешь, он и сейчас что-то утаивает? — Не думаю. Надеюсь, что нет. Между ними сложились странные отношения. Думаю, их можно назвать друзьями, учитывая, как долго они работают друг с другом. — Се Лянь на мгновение опустил взгляд в воду. Фэн Синь греб бодро, хотя качка была не такой уж и сильной. — Вижу, сегодня он не с нами, — сказал Му Цин. Се Лянь хмыкнул. — Обычно вы не бываете порознь, и это единственная причина, почему я спрашиваю. — В чем именно заключается вопрос? — Се Лянь окинул его пристальным взглядом. — Ты уверен, что Хуа Чэну можно доверять? — Му Цин стойко смотрел в ответ, не отступая, его беспокойство было сложно не заметить. — Что, блядь, с тобой не так? — вдруг гаркнул Фэн Синь, остановившись. Теперь они дрейфовали без всякого направления, а Фэн Синь поднял одно из весел и ткнул им Му Цина в спину. — Если бы Его Высочество думал, что за этим стоит Хуа Чэн, ясное дело, он бы нам сказал. Му Цин крутанулся на месте и поднял руку, чтобы отбить весло. В следующую секунду он задумался, а потом просто закатил глаза. — Я не говорил, что он стоит за всем этим! Я спросил, если бы он знал что-то, — Му Цин повернулся к Се Ляню и продолжил, — он бы тебе сказал? Се Лянь склонил голову. — Я хочу сказать «да», потому что доверяю Сань Лану больше, чем кому-либо, но… С появлением улик все стало гораздо сложнее. — Хэ Сюань явно что-то задумал, — сказал он. — Что бы это ни было, каков бы ни был план, он либо сказал Сань Лану, либо нет. Если Сань Лан знает и желает ему помочь, боюсь, мы мало что можем сделать. Но если Сань Лан не знает, а я так и думаю, нам остается только выяснить, в чем именно заключается план, и пресечь его, пока еще один Бог не пошел ко дну. Я не хочу больше видеть страданий Повелителя Ветра, особенно, если могу помочь. Хуа Чэн был Непревзойденным Королем Призраков, а Короли Призраков наиболее известны своей силой и способностью проникать на Небеса. Се Лянь с трудом мог забыть, что он сделал после первого появления там. Он знал, что Хуа Чэн никогда не причинит ему вреда, но это не распространялось ни на кого другого. И хотя Хуа Чэн, конечно, отрицал это, он, похоже, не без оснований уважал Хэ Сюаня. В конце концов, Се Лянь не шутил, когда назвал их друзьями. Му Цин и Фэн Синь молчали, видимо, обдумывали его слова. Непревзойденные Короли Призраков всегда были проблемой, в определенной степени. В конце концов, никому не удавалось добраться до Погибели Кораблей, и Хуа Чэн, по сути, не смел даже пытаться что-то затевать на его территории. Они правили своими владениями, каждый — разными методами. Ци Жун, конечно, был исключением, но его тоже стоило опасаться. И… Безликий был свего рода демоном. Но сейчас в мире было лишь два Короля Призраков, и мысль о том, что они объединятся, дабы нанести удар по заново отстроенным Небесам, способна заткнуть любого Небесного Чиновника. Се Лянь не боялся подобного развития событий так, как его спутники; вместо этого он беспокоился о том, искренен ли его возлюбленный, как всегда обещал. — Ваше Высочество, взгляни, — сказал Фэн Синь, и Се Лянь обернулся. Они приближались к обломкам корабля. В неспокойной воде плавали деревяшки от множества разных суден, паруса цеплялись и опутывали рыболовные сети, которые медленно наполнялись водой и начинали тонуть. Се Лянь застыл на носу лодки, глядя на кладбище кораблей; его пальцы все сильнее сжимались в кулаки, когда им открывалось все больше и больше разрушений. — Если Повелитель Ветра плыл по этому же морю, как, черт подери, эту посудину не раздавило? — спросил Му Цин, в словах слышался немой ужас. — Потому что, по какой-то причине, Хэ Сюань хотел оставить его вживых, — мрачно произнес Се Лянь. Шлюпку внезапно тряхнуло, и Се Лянь удержался на ногах, едва не опрокинувшись за борт, а затем повернулся на носках, глядя назад. Вода вокруг, казалось, становилась все темнее, и что-то толкнуло лодку снизу. — Какого хрена? — спросил Фэн Синь, хватая весло справа от себя, когда нечто начало тянуть его вниз. Древесина выскользнула из его рук, ее затянуло под воду. Через мгновение исчезло и второе весло. — Какого хрена?! Му Цин поднялся, выхватил саблю и огляделся вокруг, пока лодка раскачивалась от постоянных ударов. Нечто завихрилось под ними, и Се Лянь выглянул за борт, увидев рябь и водоворот. — Нас засосет на дно, — встревоженно заговорил Се Лянь и ухватился за Му Цина, а затем направил Жое обхватить Фэн Синя, который пытался нащупать в воде весло одной рукой. — Воспользуйся саблей, — сказал он Му Цину, на что тот кивнул и подбросил оружие. Они взметнулись вверх, прочь от лодки, и Фэн Синь выругался, когда Жое протащила его в нескольких футах от поверхности. Повернув голову, Се Лянь увидел, как из воды вынырнул костяной дракон с широко раскрытой пастью, вгрызся в шлюпку и утащил ее в глубины. Он не ошибся — Хэ Сюань вернулся и призвал своих тварей, чтобы избавиться от преследования. Для Се Ляня это означало лишь одно. Они были на правильном пути.***
«Ваше Превосходительство Повелитель Ветра, это я.» «Ваше Высочество! Что вы хотели?» «Прошу прощения за внезапный вопрос, но мы только что покинули деревню, и я бы хотел знать, куда именно вы направились после?» Они ступили на берег, и Се Лянь призвал Жое обратно, погладил ее, чтобы шелковая лента скрутилась на его руке и немного отдохнула. Фэн Синь сидел в нескольких шагах от него, вытряхивая песок из своего сапога, а Му Цин убеждал его не драматизировать из-за полета. — Отъебись! Не ты висел там, будто живая приманка для этих жутких рыб-скелетов! — Разве Его Высочество позволил бы тебя сожрать? — Нет! — Так прекрати жаловаться! Се Лянь вздохнул и отвернулся с нежной улыбкой. Когда он находился рядом с ними, порой все слишком напоминало былые времена. «По правде говоря, Ваше Высочество, я помню совсем немного. Кажется, мы шли по тропе вглубь острова. После всего случившегося мы хотели убраться подальше от Южного Моря.» Ши Цинсюань, в их личной сети духовного общения, мог лишь смутно предполагать, когда речь заходила о его возможных действиях. Конечно, Се Лянь знал, что это окажется проблемой в расследовании, но все же это удручало. Он огляделся по сторонам: на пляже было немало дорожек, по которым они могли бы пойти, но ближайшая казалась наиболее подходящей для группки дрожащих бродяг, что долго дрейфовали по морю. По краям тропы росли кусты с ягодами, похоже, съедобными. «Вы собирали ягоды по дороге?» — спросил Се Лянь, только чтобы удостовериться. Несколько секунд спустя Ши Цинсюань воскликнул: «Да! Помнится, потом у детей были ярко-синие пальцы от ягод!» «Значит, мы на правильном пути. Я свяжусь с вами позже, Повелитель Ветра.» После того как Фэн Синь и Му Цин немного успокоились, они отправились по тропе. Она не была вымощена, но имела четкую границу, по обеим сторонам которой росли кустарники. Местами дорожка уже начала зарастать, кое-где встречались клочки травы, через которые они переступали. Поднявшись на холм, Се Лянь разглядел крышу храма, проглядывающую сквозь кроны деревьев. По всей видимости, это были территории храма, за которыми когда-то следили проживавшие здесь культиваторы, но, кажется, в последнее время они были заброшены. Все вокруг по-прежнему выглядело ухоженным, но разросшаяся зелень указывала, что в какой-то момент работы прекратились. Они продолжали идти, пока деревья не поредели и они не вышли на мощеную дорогу. Храм был старинным, с возвышающимися стенами. Строение напоминало о давних временах, и Се Лянь мог предположить, что ему не менее ста лет. Обогнув фасад здания, Фэн Синь выругался и указал на табличку с названием. «Храм Ветра» — гордо гласила надпись. Но что-то было не так. В отличии от здания, табличка явно была новой. — Странно, — проговорил Му Цин, и Се Лянь на это мог только кивнуть. Он шагнул вперед и толкнул двери, пока те не распахнулись внутрь. Перед ними предстал сверкающий храм. Арочные окна по бокам пропускали вечерние солнечные лучи, у противоположной стены стояла большая статуя. Обладательница роскошных струящихся волос и добрых глаз — не кто иная, как Ши Цинсюань, и лицо ее было выполнено практически идентично. Женская фигура, высечена из светлого камня. Однако алтарь был совершенно пуст, отсутствали даже палочки с благовониями. Шум у задней стены заставил всех насторожиться, и каждый схватился за свое оружие. Фэн Синь поднял лук, заведя руку за спину, дабы вытащить стрелу, Му Цин выхватил саблю из ножен, а Се Лянь поднял руку с Жое, уже готовой к нападению. Однако человек, вошедший с тыльной стороны храма, был стар и ковылял так, словно мучился от боли в спине. Увидев их всех, он потрясенно замер на месте. Се Лянь поднял другую руку, призывая своих спутников не вмешиваться, и осторожно шагнул вперед. Он улыбнулся. — Простите нас, господин. Мы не хотели вторгаться, но и не ожидали встретить кого-либо здесь в такое время. — Ах, даочжан. — Мужчина выдохнул, а затем быстро поклонился каждому из них. Из-за искривленной спины он не смог полностью выпрямиться, зашаркал вперед тяжелыми шагами. Пожилой, с морщинами на лице, но выглядел весьма оживленным для человека, которому так трудно ходить. — Простите, простите, этот храм еще не готов для поклонений, но вы можете остаться, если желаете. — Мы и не знали, что тут есть храм, — ответил Се Лянь. — Мы вышли на тропу, усеянную ягодами. Эм, мы ищем наших друзей. Переселенцев из Имперской Столицы. Мужична кивнул. — Они были здесь. Перед ремонтом храма. Меня наняли как смотрителя на время восстановления. — Он вновь кивнул. — Хорошие были работники. Я платил им за помощь, но они ушли после того, как вернулся мой господин. — А кто ваш господин? — поинтересовался Се Лянь. — Господин Хэ Шэн, — ответил он, склонив голову и слегка пошатнувшись. Даже произнося это имя, старец, казалось, начинал нервничать. Он неуверенно потоптался на месте, а затем сцепил свои обветренные ладони. Се Лянь посмотрел на Фэн Синя и Му Цина и едва заметно кивнул им. В конце концов, Хэ Шэн и был Хэ Сюанем, они были одним целым. Снова улыбнувшись старейшине, Се Лянь спросил: — Можете поведать, что случилось в ту ночь, когда наши друзья еще были здесь? Не знаете ли, куда они могли отправиться после? Старик задумался, постукивая пальцами по собственным костяшкам, и жестом позвал их за собой. Они прошли в заднюю комнатку, где жил смотритель, и уселись за низкий столик. Он сходил за едой и только потом принялся рассказывать известное.***
Древний храм был почти полностью разрушен, когда прибыл таинственный Господин Хэ и щедро оплатил ремонтные работы. Дыры в крыше залатали, уложили новые полы, а старому смотрителю поручили найти рабочих, чтобы вынести оттуда две статуи. Господин Хэ настаивал, что новая статуя Повелительницы Ветра будет совершеннее обеих божественных изваяний вместе взятых, а смотритель быстро научился не задавать лишних вопросов. В ближайшей деревне было непросто найти работников, готовых помочь. Его с издевкой заверяли, что Храмы Ветра и Воды прокляты. Ведь он не слышал о тех, кого сметало в море, кого сжигали дотла по ночам, кого убивали за попытки принести подношения или помолиться двум павшим Богам. В некоторых деревнях Храм Ветра и Воды был единственным местом, куда можно было прийти на поклон, и когда молитвы не исполнялись, люди шли на жестокость. Однако ничто не могло сравниться с разрушениями, восставшими из моря. Скелеты хватали драгоценности, гули врывались в храмы, забирали все золото и жемчуг, возвращая их своему хозяину, скрытому под волнами. Когда на дороге показалась группа путников, смотритель подумал, что ему наконец несказанно повезло. Он бросился к ним, звеня монетами и предлагая хорошо заплатить, если они задержатся и помогут с ремонтом. Возглавлявший их человек, наполовину хромой, с блестящими из-под челки юными глазами, настойчиво торговался за достойную плату. И смотритель, впав в отчаяние, предложил все, что у него было. Ничто так не пугало его, как возвращение Господина Хэ, который увидит не выполненные работы. Когда путники добрались к холму, их предводитель, которого, как он понял, называли «Старина Ветер», едва не лишился чувств, узрев до того времени не снятую табличку с названием. На ней гордо красовалось: «Храм Ветра и Воды». Но, сжав увесистый мешочек с монетами, предложенный смотрителем, он махнул рукой, пропуская остальных внутрь. И они принялись за работу. — Вы так усердно трудитесь, даже с травмой, — вдруг заговорил смотритель, пока они закрепляли веревки вокруг статуи Повелительницы Ветра. Кто-то метнул камень в ее лицо, и по изящным чертам расползлась большая трещина. Старина Ветер задумался над сказанным, затягивая узлы пальцами и зубами. — Кто-то же должен! — Он оглянулся на тех, кто устроился на полу, наслаждаясь напитками и фруктами, купленными у ближайшего торговца. Его глаза заблестели, когда он громко заговорил. — Посмотрите на них! Бездельники! — Ах, не шуми, Старина Ветер! — Мы работали с самого утра! Он весело рассмеялся, затем опустил руку на бок. — Ладно, давайте… — Он пристально посмотрел на лицо статуи, и его улыбка слегка дрогнула. — Давайте ее сбросим. Хэй, а кому теперь будет принадлежать этот храм? — Его любопытный взгляд упал на смотрителя, который неловко сжался. Все рабочие, которым он предлагал плату, бежали прочь, едва услышав правду. Никто не видел смысла строить храм павшему Богу и уж тем более не хотел марать руки о проклятую семью Ши. Так что он солгал. — Я лишь простой служащий, я мало что знаю о делах Богов. Наверное, какому-то новому Повелителю Ветра. — Ох. — Старина Ветер хмыкнул, а затем хлопнул себя ладонью по бедру. — Ладно, поднимайтесь все! Давайте же. Хватайте веревки и тяните ее вниз! Остаток дня ушел на то, чтобы вынести из храма старую статую Повелительницы Ветра. Ее бросили на земле у входа, и смотритель задумался, как лучше от нее избавиться. Он подумал, что надо бы разбить ее на мелкие камушки и разбросать по лесу. Это было бы проще всего. А может, стоило попросить этих людей оттащить ее к морю и отдать в жертву Погибели Кораблей, Черноводу. Так или иначе, все это заняло целый день, и пора было отдохнуть. Над головой проревел гром, и переселенцы поспешили внутрь. Кроме Старины Ветра. Он стоял под дождем, откинув голову назад, пока с неба стремительно струилась вода. Смотритель, стоявший у дверей, наблюдал за ним. Странный молодой человек, не мог он не отметить. Во время работы сложилось впечатление, что в груди юноши таится глубокая печаль, и, пожалуй, смех его был более пустым, чем могло показаться. В конце концов Старина Ветер вернулся в храм и свернулся клубочком на полу, подальше от остальных. Была глубокая ночь, когда на пороге предстали три темные фигуры. Двери храма распахнулись от порыва холодного ветра, и в храм вошел Господин Хэ. По обе стороны от него шли две женщины, скрывающие свои лица за длинными, ниспадающими рукавами. Полусонный смотритель, что неуклюже сгорбился над столом, резко проснулся. В храме мерцали огоньки свечей, но три фигуры, казалось, навсегда увязли во тьме. Там, где они ступали, свет угасал. — Го-господин Хэ! — Смотритель поднялся, согнувшись в поклоне, как только мог. — Господин, я… — Я сказал, что желаю, дабы к моему возвращению это исчезло. Смотритель перевел взгляд на статую Повелителя Воды, что все еще возвышалась над комнатой. На потрескавшийся облик ниспадали тени, но она по-прежнему не утратила ни капли царственного великолепия. Сглотнув, смотритель сложил руки перед собой и снова поклонился. — Простите, Господин Хэ. На поиски людей, готовых работать в этом проклятом месте, ушло немало времени. Господин Хэ сузил глаза и устремил взгляд на статую Повелителя Воды. Одна из женщин двинулась вперед, быстро, подобно молнии, и статуя рухнула. Она с грохотом разбилась о пол, и все остальные испуганно проснулись. Старина Ветер с хрипом и недоумением приподнялся, осмотрелся. Голова статуи покатилась по полу и замерла прямо перед ним. Увидев ее, Старина Ветер закричал. Так отчаянно, так душераздирающе, что смотритель нервно отступил на шаг. Плечи Господина Хэ напряглись, женщины стали рядом, когда он опустил взгляд на кричащего. Старина Ветер, протянув руку, осторожно погладил каменную щеку Повелителя Воды кончиками пальцев, затем отдернул руку и спрятал лицо за кудрями собственных волос. — Цинсюань. При этом имени плечи Старины Ветра сжались, и он снова медленно поднял голову. Слезы, сияя, катились по его коже, и он неотрывно смотрел на Господина Хэ. Когда в глазах его мелькнуло узнавание, он поднялся. Покачиваясь на покалеченной ноге, он зашагал к дверям. — Вставайте, мы уходим, — сказал он своим людям, что лишь смотрели друг на друга. — Старина Ветер, мы нашли здесь работу. Где еще мы сможем… — Так оставайтесь! А я не могу! Он похромал прямо под ливень. Господин Хэ обернулся, не отрывая от него глаз, а затем сорвался с места и быстрыми шагами устремился за ним. Смотритель подглядывал из дверей, пока молодой господин о чем-то разговаривал с нищим бездомным. Видел, как слезы смешивались с дождевой водой, струились по лицу Старины Ветра. Он хотел отвернуться, но Господин Хэ грубо схватил его за руку. Казалось, что он пытался сжаться в комок, пока ему не протянули длинный кинжал. Господин Хэ показал клинок, как-то опасно сверкнувший в безлунной ночи, а затем осторожно вложил в чистейше черные ножны, что казались почти стеклянными. Он вложил в ладонь Старины Ветра сперва их, после — крупный мешочек с монетами. После он стремительно направился обратно в храм, а смотритель поспешил убраться с дороги. — Избавьтесь от этого, — сказал он, и его спутницы двинулись в сторону божественной статуи Повелителя Воды. Господин Хэ повернулся к смотрителю и пристально воззрился на него пылающими желтыми глазами. — К моему возвращению храм будет готов, иначе я выброшу тебя в море. — И, мелькнув перед глазами, он исчез, а стоявшие в стороне бродяги поспешили прочь. Смотритель поковылял за ними, крича в штормовой ночи, что заплатит намного больше. Но кто захочет оставаться в храме, принадлежащему Королю Призраков?
