Солнце

Он все так же молчал дни напролет. Меня это, признаться, уже начинало раздражать. Джисон делал вид, что меня вообще не существует. Я даже не представляю, как нам сблизиться. Не думал, что будет так сложно. Я, как обычно, принес Ему обед. Он лежал на боку и безучастно смотрел куда-то в пустоту. Я сказал, что мне больно смотреть на Него такого, что я переживаю. Я опустился на край Его кровати с подносом в руках. — Если бы ты переживал, то не держал бы меня в заложниках. Я удивился. Ты гость, а не заложник. Я делаю это для нас, тебе лишь нужно дать мне шанс, постараться. Джисон резко сел на кровати, выхватил поднос у меня из рук и начал есть. Я любовался. Такой красивый. От чего-то Его руки немного подрагивали. Наверное, от волнения. Я тоже волнуюсь. Доев, Он отставил поднос на тумбу и сел в изголовье кровати, обняв подтянутые к груди колени сцепленными руками. Поднял на меня молчаливый взгляд и как-то непонятно смотрел, а я тонул в Его прекрасных глазах. — Я хочу на улицу, мне уже плохо от этих стен… Пожалуйста. Джисон просил с влажными глазами. Мое сердце сжалось. Но это опасно, Он может попытаться сбежать. Но как же сложно Ему отказать. Я просто рассыпаюсь под этим молящим взглядом. — Пожалуйста… Я сделаю что захочешь, только выпусти меня хоть на полчаса. Что захочу? Мой взгляд невольно упал на Его губы. Я так долго мечтал о них. Джисон отвел свой взгляд в сторону. Смущается, такой милый. Я согласился, в обмен на поцелуй. Он недолго смотрел прямо перед собой, облизал пересохшие губы и согласился. — Хорошо, только сначала прогулка. Я согласился, но предупредил, что руки будут сцеплены за спиной и чтобы Он не вздумал делать глупости. Джисон кивнул, соглашаясь. Я снял один браслет и, заведя Ему руки за спину, снова сцепил. Пропуская вперед, я приоткрыл дверь. Он вышел, оглядываясь и вертя головой, все внимательно осматривал, украдкой изучал. Конечно же, я заметил это. Я сказал, что необходимо завязать глаза. Он расстроился, но согласился. Завязав глаза, я, придерживая, чтобы Он не упал, вывел из подвала. Джисон неуверенно ступал, звеня цепями и спотыкаясь. Я внимательно следил, чтобы Он не запнулся о цепь и не упал. Я провел Его через весь дом и вывел на улицу. Солнце вышло во двор. Я снял повязку с глаз, и Он снова завертел головой. Он медленно ходил по двору, я сказал, чтобы далеко не отходил. Он, конечно, не убежит. Все-таки глухой высокий забор, да и Он скован по рукам и ногам, но осторожность не бывает лишней. Джисон сел на пушистую траву и прикрыл глаза. Ветерок трепал Его волосы — такой прекрасный. А я все не мог оторвать свой взгляд от Его губ — скоро я их попробую. Внутри все сжалось от предвкушения. Я опустился на траву в нескольких шагах от Него и любовался, Он же просто сидел с закрытыми глазами, не шевелясь, как каменное изваяние. Вокруг царила тишина, лишь легкий шелест листьев. На самом деле мы сидели дольше, чем Он просил. Не хотелось Его тревожить, да и я залюбовался тем, как солнце падало на Его медовую кожу. Невероятное зрелище. Я сообщил, что нам пора. Джисон кивнул и разлепил веки. Я помог Ему встать и отвел обратно. Он сидел на краю кровати с заведенными за спину руками и не моргая смотрел на меня. Я опустился рядом и не решался даже вдохнуть лишний раз. — Давай уже, не тяни, — тихо произнес. У меня ужасно дрожали руки от волнения. Я придвинулся ближе, коснулся ладонью Его щеки и погладил большим пальцем. Он все так же неподвижно и не моргая сидел. Я наклонился к нему и накрыл Его губы своими. Боже, как же приятно. Они такие теплые и мягкие. Я провел языком по Его нижней губе и слегка втянул, посасывая. Одной рукой я придерживал Его за плечо, другой за затылок. Он подрагивал в моих руках. Такой уязвимый и прекрасный. Я скользнул языком между Его губ и наткнулся на стиснутые зубы. Я слегка надавил пальцем на Его подбородок, чтобы он впустил меня. Проникнув языком в Его рот, я чуть не умер на месте от переполнившего меня восторга. Так влажно и горячо. Он сильнее задрожал в моих объятиях, что только распаляло меня. Я вылизывал Его рот, ласкал язык, сминал Его губы и распадался от переполнившего меня счастья. Через силу я все же оторвался от Него. Его губы теперь такие красные и ещё более манящие. — Выйди, я хочу спать. Я вновь сцепил Его руки спереди и, с тоской на сердце, вышел. Так жаль было отрываться от Него. Хотелось бы, конечно, большего, чем просто поцелуй, но я не буду Его торопить. Ему нужно осознать свои чувства ко мне. Вечером я принес Ему ужин. Джинсон крепко спал, все так же лежа на боку. Я тихо поставил поднос и осторожно сел на кровать. Рука сама потянулась к Нему. Я осторожно коснулся Его спины и погладил ладонью. Такой горячий, даже через ткань футболки обжигает ладонь. Джинсон, видимо, от неожиданности, дернулся и подскочил в кровати, прижавшись к изголовью. Я извинился за то, что напугал Его. Я вовсе не хотел. Он смотрел на меня исподлобья и попросил отодвинуться. Я, конечно же, отодвинулся. Не хотелось нарушать личные границы, я все понимаю. Я предложил почитать Ему книгу, но Он отказался, сказал, что не любит книги. — Я хочу посмотреть фильм, — глядя на меня огромными глазами. Я обрадовался возможности провести вечер вместе. Я задумался, как это организовать. Сказал, что могу принести планшет и вместе посмотрим. Он согласился. Нужно выбрать фильм, и я скачаю. Он выбрал, и я, сказав, что скоро вернусь, вышел, оставив Его наедине с ужином. Я скачал фильм, отключил вай-фай в доме и, прихватив планшет, спустился. Джисон сел поперек кровати, облокотившись на стену, я так же рядом. Установил планшет на тумбе, снизил яркость светильника и включил фильм. Это был какой-то длинный, трехчасовой фильм. На мой вкус — жутко скучный, но Джисон, вроде, первые часа полтора внимательно смотрел. Потом Он привалился на мое плечо и задремал. Я замер, боясь Его разбудить. Я повернул голову и уткнулся носом в Его волосы, вдыхая. По всему телу расползлось тепло. Он, окончательно провалившись в крепкий сон, навалился на меня всем весом. Я не знал, куда деть свои руки. Так хотелось Его обнять. Я осторожно скользнул рукой Ему за спину и приобнял. Кожа под ладонью горела. Блаженство. Я просто сидел и наслаждался, вдыхая Его запах. Едва я расслабился, как мое лицо и затылок обожгло острой нестерпимой болью! Джинсон с размаху, снизу вверх ударил руками меня по лицу, так, что затылком я со всей силы впечатался в стену. В глазах на мгновение потемнело, а из носа хлынула кровь. В ушах стоял звон. Он повалил меня на кровать, я пытался скинуть, но муть в глазах не давала мне это сделать. Он придавил меня всем своим весом и начал душить! В одно мгновение мне даже показалось, что я сейчас отдам Богу душу. Я с трудом смог скинуть его на пол, схватил за шиворот, вылил всю нахлынувшую на меня злость в удар по его лицу. Удар кулаком был такой сильный, что Джисона отбросило, а лицо окрасило красным. Он застонал, отползая в угол. Сам напросился. Я даже не представлял, что он такой неблагодарный и коварный! Я вышел, закрывая за собой дверь. Достал подготовленные на всякий случай цепи и металлический ошейник. Вернулся. Я схватил его за волосы и потащил к кровати. Он кричал и вырывался, но я был сильнее. Я заковал его шею в сталь и пристегнул цепь к металлическому кольцу на стене. Сам виноват. Ты меня вынудил. Я развернулся и отправился на выход. Видеть его не могу сейчас. Предатель. У нас ведь могло все быть хорошо! — Ублюдок! — Джисон во весь голос проорал мне в спину. Ублюдок. Я усмехнулся. Ты ещё не встречал настоящих ублюдков.