Спецназ/S.W.A.T.

Перевод и редакция LizzyB86 Бета: mlndyingsun Чёрный пуленепробиваемый Jaguar XJ SENTINE мчался по просёлочной, с обеих сторон окружённой лесом, дороге. — Эта дорога в конце поворачивает направо. Проехав сквозь лес, ты увидишь ручей, а в конце него дом, — объяснил Сэнгерс, безотрывно глядя вперёд. Небольшая часть лица Кевина, скрытая за солнцезащитными очками, не выдавала никаких эмоций. Его губы были плотно сжаты, а мускулы напряжены, отчего создавалось впечатление того, что человек превратился в гранит. Когда петляющая лесная тропа наконец кончилась, резко вывернув руль, он настолько стремительно свернул направо, что от взвизгнувших шин во все стороны из под колес полетели листья и комья земли. Поворот действительно оказался резким, так что голова Сэнгерса ударилась о решётку окна. Он заставил себя прикусить губу, лишь бы не охнуть от боли, ибо боязнь разозлить Кевина пересилила все остальные эмоции. Вот и прозрачный, сверкающий на солнце ручей показался, а прямо за ним — белый дом с зелёными окнами и красной крышей. Если бы не вооружённые до зубов охранники у ворот, то это зрелище вполне могло бы претендовать на звание той самой восхваляемой каждым картинкой американской мечты. Кевин отжал педаль тормоза, и Ягуар остановился перед виллой. Со стороны охранников, выставленных по всему периметру, началось оживление, от которого Сэнгерс заметно занервничал. Под перекрёстным огнём их колючих взглядов его рука сама инстинктивно потянулась к пистолету на поясе, тогда как Кевин, по крайней мере внешне, сохранял подобие самообладания. Затем тот, вместо того, чтобы выйти из машины, зачем-то начал рыться в бардачке под приборной панелью. Через несколько секунд оттуда было извлечено ожерелье с монетами вместо бусин, которое капитан невозмутимо надел себе на шею. На вид нелепая безвкусица на деле оказалась бесценным сокровищем, поскольку на её кулоне в обрамлении узорчатой плетёной проволоки поблескивал чёрный бриллиант, навскидку в сорок или пятьдесят каратов, судя по весу и объёму. Сэнгерс открыл рот в немом изумлении, а Кевин, выдернув бриллиант из-под воротника, открыл дверцу машины и вышел наружу. Охранники G.A. уже плотно окружили их. Тот, кто был впереди всех, поднял пистолет: — Кто вы?! Но увидев поблёскивающий бриллиант на шее незнакомца, замер. — Око Брахмы? — пробормотал он, поочередно переводя взгляд от ожерелья к лицу капитана Дэна. Охраннику потребовалось ещё несколько секунд для полного узнавания. — Ты… ты Кевин Дэн! Несколько охранников позади него также опустили оружие, когда услышали имя Кевина, которому в отличие от них было не до чайных церемоний. Сгребая ближайшего из них за грудки, он зарычал тому прямо в лицо: — Где женщина? — Какая женщина? Какая ещё женщина?! — залопотал испуганный мужчина: — Скорее сообщите мистеру Эпро! Сообщите... Но не успел он договорить, как холодное дуло пистолета сильно ударило его в лоб. — Даже знай Эпро про мой приезд сюда, не смог бы остановить меня. Но если ты осмелишься и дальше шутки со мной шутить, я гарантирую, что ты не увидишь солнца завтра утром! Отпихнув от себя бесполезное туловище, Кевин зашагал дальше. — Где женщина по имени Джулия? Выведите её! Охрана, на этот раз дежурившая у дверей виллы, преградила ему путь, однако глава службы безопасности, выйдя из дома, остановил их жестом. — Мне сказали, у него Око Брахмы… Сэнгерс, наблюдавший за происходящим с нескрываемым интересом, ещё раз взглянул на шею Кевина. Чёрный бриллиант мерцал в лучах заходящего солнца и приковывал всеобщее внимание. Он мало что понимал в устройстве G.A. и почему Эпро должны взволновать новости о Кевине, но быстро сообразил, что ношение камня символизирует некую власть в иерархии организации. Значит, его босс занимал в ней когда-то главенствующую позицию. — Я провожу их, пожалуйста, сообщите об этом мистеру Эпро как можно скорее! — распорядился глава охраны, затем с большим почтением обернувшись к Кевину. — Прошу, следуйте за мной... *** Интерьер виллы внутри отличался сдержанной элегантностью. Толстый шерстяной ковер поглощал звуки при ходьбе, а перила лестницы из красного дерева в холле мягко освещались со вкусом подобранной люстрой. Сопровождающий подвёл их к двери гостиной, но прежде чем хоть кто-то из них успел открыть рот, Кевин без церемоний распахнул её. Раздался громкий хлопок, и женщина за ней в панике закричала. — Джулия! — воскликнул Сэнгерс. Вышедшая к ним женщина оказалась черноволосой азиаткой с миниатюрной фигурой. Похоже, пережить ей пришлось немало потрясений. — Джулия! С тобой всё в порядке? Нет, визуально на ней не было никаких признаков насилия, но она выглядела очень измождённой, будто моральные силы давно её покинули. Не сдерживая рыданий, пленница бросилась на грудь молча подхватившего её мужа. Офицер Дэн подошел к супружеской паре, одной рукой отстранил Сэнгерса от Джулии, прижал его к стене, лишив возможности к сопротивлению, и по слогам отчеканил. — Следующего. Раза. Не будет! Сэнгерс, охваченный страхом, почти опустился на колени: — Клянусь, клянусь... — Если я узнаю, что ты снова влип во все это дерьмо, можешь навсегда распрощаться с карьерой полицейского. Напоследок пнув его ногой по рёбрам, молодой человек добавил: — Следуя за Эпро, ты автоматически становишься частью преступного мира! В этот особо драматический момент никто не решился нарушать возникшую тишину. Даже Джулия, подсознательно уловив суть ситуации, перестала плакать. А Сэнгерс был так взволнован, что не осознавал, о чём твердит. Все, что из него выходило — нерешительные заверения да запоздалые извинения, но Кевин уже не слышал его, удаляясь от этого места всё дальше и дальше. Когда он вышел за пределы виллы, на окрестности спустился туман, от которого на траве образовался конденсат. В своих кожаных ботинках под треск сучьев он спустился вниз, к ручью, где и перекинулся несколькими словами с главой службы безопасности виллы. — Ты правда никогда не вернёшься? — Стэнли никогда не вернется, — ответил Кевин, не поворачивая головы. — Но Око Брахмы… Даже неожиданно для него самого хвалёное самообладание покинуло его в этот момент. Вдруг обернувшись к собеседнику, он выхватил пистолет из-за пояса и направил его на него! Тот едва не обмочился от страха быть застреленным этим бешеным мальчишкой. Но Кевин лишь угрожающе направлял M1911, при этом не предпринимая никаких действий, а потом и вовсе убрал его обратно. Следующим шагом спецназовец открыл дверцу Ягуара, стянул ожерелье с шеи и озлобленно закинул его обратно в бардачок. Чёрный бриллиант и несколько пятидесятицентовых монет звякнули в тот же миг, издав на самом деле довольно приятный для слуха звук. *** Деньги, вложенные Эпро в Министерство юстиции, наконец начали приносить результаты. В полдень того же дня, проходя мимо двери офиса Кевина, Митчелл невольно подслушал беседу босса с офицером Майком. — Слухи говорят, что они могут добиться отмены уголовного преследования Стэнли прокуратурой. Защита сводится к тому, что Джим со своей бандой мертвы и теперь никто из них не может дать показания. Все остальные улики были косвенными. Если его привлекут к ответственности, то только за нанесение вреда твоей девушке... Капитан, на чьем лице читался глубокомысленный процесс, опустился в большое кожаное вращающееся кресло. Сегодня на нём была только рубашка, галстук отсутствовал. И в её вырезе при наклоне взору окружающих открывалась ключица. В общем-то ничего такого в этом не было, если б только эта деталь не подчёркивала его нездоровую, даже пугающую худобу. Митчелл вдруг подумал: «Если Стэнли привлекут к ответственности за взятие Ксении в заложницы, то той придётся давать показания в суде. Позволит ли Кевин ей это сделать? Даже если он откажется от замысла засадить Стэнли, будет ли она все равно давать показания?» *** Железная дверь исправительного учреждения Лос-Анджелеса с грохотом открылась, чтобы впустить внутрь человека, несшего с собой холод и стужу разгулявшейся снаружи непогоды. Это был не кто иной как Кевин, для особого случая одетый в полицейскую форму и сине-чёрный плащ. Он спустился вниз по ступенькам, шурша мокрым плащом. Из-за за серого, пасмурного неба вечер наступил раньше, поэтому в помещении уже зажглось освещение, по видимому, лампы которого были установлены ещё в прошлом веке, если судить по их тусклому свету. Офицер Дэн подошёл к последней металлической двери в конце коридора, остановился и достал из кармана ключ-карту. Небольшая камере два на три как будто была пуста, но это только на первый взгляд. В тот момент, когда её железная дверь открылась, сверху на Кевина обрушился внезапный порыв ветра. Даже не глядя, он с щелчком поймал руку, чьи пальцы попытались сомкнуться на его шее, а затем вывернул её так, что послышался треск костей. Далее закричавший от боли Стэнли с приглушённым стуком осел на пол. — Ты множество раз нападал на меня с тех пор, как я был ребенком, но тебе ещё ни разу не удалось одолеть меня, — присев на корточки, Кевин с презрением взирал на Стэнли: — В будущем лучше просто откажись от этой затеи. Стэнли лежал на полу, смотря в потолок и свирепо скалясь: — Но в этот раз мне почти удалось, не так ли? В ответ Кевин картинно фыркнул: — Каково это — находиться в камере для особо опасных заключённых? Ощущения, должно быть, не самые приятные! Глаза Стэнли налились кровью. Когда он попытался встать, капитан пинком отправил его обратно на пол. Следом он достал наручники и приковал его руки к изножью кровати. Таким образом, заключенный, оставшийся лежать на спине в унизительной позе, выглядел одновременно и разъярённым, и смущённым. — Люди из G.A. придут, чтобы спасти меня, — выплюнул он сквозь стиснутые зубы. — Отец не станет сидеть сложа руки! — Эпро тебя не спасёт, — холодно прервал его Кевин. — Он убьёт тебя. — ...Невозможно! Невозможно!! Наручники звенели от ожесточённой борьбы Стэнли. Ещё немного и он бы в мясо стёр запястья, но тут тот, кто его и заковал, остановил эти бессмысленные дёргания и трепыхания своей стальной хваткой. Держа его за воротник тюремной робы, Кевин прожигал его не менее свирепым взглядом. — Ты реально думаешь, что Эпро дорожит своими детьми? Ты знал, что он уже несколько раз пытался тебя убить? Проснись! Да, пока ты его единственный биологический сын. Но он может пройти процедуру экстракорпорального оплодотворения в любой момент, когда захочет! Поверь, найдется множество женщин, готовых родить ему детей! Он уже очень разочарован в тебе! — Ты лжёшь, ты лжёшь…, — побелело лицо заключенного в бессильной ярости. — Знаешь, почему у Эпро ты единственный сын? Потому что их семья унаследовала некрозооспермию, генетическое заболевание, а ты — просто счастливая случайность! Именно поэтому ты особенный! Пусть он уделял тебе особое внимание в твои ранние годы, но это не значит, что ты 100% станешь его преемником и унаследуешь статус главы G.A.! Каждое слово поражало Стэнли, как пуля поражает цель. И боль от них была не меньше, чем от пулевого ранения. — Как это возможно... — Когда тебе было одиннадцать или двенадцать, ты был слишком своенравным, не хотел учиться, валял дурака. И тогда твой воспитатель доложил о тебе совету директоров, а ты в отместку взял нож, чтобы ударить его им. Узнав об этом, Эпро впервые задумался об экстракорпоральном оплодотворении, но что-то ему помешало. Второй раз это произошло, когда тебе было четырнадцать. Полиция поймала тебя за вождением в нетрезвом виде на шоссе, где ты чуть не стал причиной серьёзнейшей аварии. В ту ночь совет директоров потребовал у Эпро исключить тебя из списка преемников. Тогда он снова подумал об ЭКО и даже связался с несколькими клиниками. Однако в последний момент передумал. Кевин надолго замолчал, закончив посвящать Стэнли в некоторые детали прошлого, о котором последний в силу своей гордыни предпочел бы не вспоминать. — Как только у него появится еще один наследник, ты тотчас умрёшь. Не обольщайся. Эпро не питает к тебе каких-то сильных отеческих чувств. Он в принципе не способен испытывать привязанности! Ни к кому! — ...Откуда ты знаешь? — голос закованного в наручники человека был полон ужаса и негодования от всех этих свалившихся на него открытий. — Кто тебе сказал эту чушь? — Сам Эпро. — Не верю! Не верю! Тогда почему он дважды отказался от ЭКО? Кевин взревел: — Ты идиот? Потому что я был с ним в то время! Кем ты себя считаешь, наследником мафиозного клана? Лучшим претендентом на роль крёстного отца? Стэнли посерел лицом, оставаясь неподвижным, словно молнией поражённый или разбитый параличом. — Если тебе вынесут приговор, я, по крайней мере, смогу дать гарантию того, что Эпро не убьёт тебя в тюрьме. Да, я попробую использовать свои связи, чтобы тебя перевели в местную тюрьму Лос-Анджелеса, ибо в Нью-Йорке я ни цента не дам за твою жалкую жизнь, — Кевин говорил подчёркнуто будничным тоном. — Но если ты вернёшься в G.A., а мы с тобой оба знаем, что Эпро не умрёт в ближайшие несколько лет, он ни за что не передаст тебе власть! — Мне... — Он на полном серьёзе готов от тебя избавиться. Договорив, посетитель отвёл взгляд своих чёрных, пронзительных глаз, чтобы заключённый, переварив информацию, смог сделать правильные выводы. На время раздумий повисла тишина, лишь слабый шум дождя напоминал обоим мужчинам о том, что где-то за пределами этой затхлой камеры существует другой мир. — В следующий понедельник Министерство юстиции переведёт тебя в одну из тюрем Южной Калифорнии. Спецназу было приказано сопровождать заключённого на протяжении всего пути. Я лично буду выполнять задание, — Кевин встал с кровати, сверху вниз глядя на распростёртого у ног человека. — Надеюсь, твой перевод пройдёт мирно, безо всяких эксцессов и неожиданностей. На этой прощальной ноте посетитель покинул камеру, и тяжёлая железная дверь с лязгом закрылась. А оставшийся в гордом одиночестве Стэнли ударил кулаком по холодному, сырому полу, прислушиваясь к удаляющимся шагам, которые через несколько секунд совсем затихли в конце коридора. Конечно, ему было по боку на предостережения этого высокомерного ублюдка, и уж точно он никогда не отказался бы от намерения уничтожить привычную ему жизнь, растоптать, раскатать, а в конце убить. Молодой мужчина криво усмехнулся, ощущая, как в его душе разгорается мрачное удовлетворение. Скоро. Очень скоро Кевин заплатит за все его унижения.