Спецназ/S.W.A.T.

Перевод и редакция LizzyB86 Бета: mlndyingsun В центре Нью-Йорка, в частном особняке. Поутру, когда утренняя роса ещё переливается на лепестках цветов, а белые занавески невесомо колышутся над окном, открытым для проветривания, чья-то рука кощунственно захлопнула его. — Ну что, господа, — стоявший у окна гостиной Эпро оглядел присутствующих, — всё понятно? Все, к кому обращались, поспешно кивнули, выражая почтительность. Поступать вопреки — себе дороже. И тут раздался стук в дверь, но, даже не удосужившись дождаться приглашения, гость, а это был не кто иной, как Кевин, заглянул в комнату. — Можно тебя на пару минут? Все высшие чины G.A. знали его в лицо, как и знали, насколько сложна его история и как велико его влияние на их лидера. Никто из них не осмелился возражать, застыв с натянутой улыбкой на лице. — Нил, — Кевин снова многозначительно посмотрел на Эпро, — мне нужно с тобой поговорить. Тот потёр пальцами переносицу: — Говори, я слушаю… — Нет, выйди. Хотя в поведении мужчины чувствовалась некоторая уклончивость, перед настойчивостью Кевина, особенно когда преемник был решительно настроен отстаивать позиции, он уступал. Убедившись, что дверь в гостиную плотно закрыта, Эпро обречённо вздохнул. — Что случилось? Кевин тотчас швырнул ему в грудь конверт: — Это что? — О… предложение. — Я знаю, что это предложение, но почему от университета? И почему мне? Гангстер со всей внимательностью прочёл содержимое конверта, как будто впервые получил сведения. — Ну… видимо, они хотят пригласить тебя преподавать микроэкономику. — Я в жизни не изучал микроэкономику и не подавал заявку на должность преподавателя. Почему университет, спонсируемый G.A., вдруг прислал мне предложение? Можешь объяснить? — фыркнул и чуть ли не сплюнул себе под ноги Кевин. — Ну… наверное, потому что тебе нужна работа. — Разве я не работаю в твоей оружейной компании? — Эмм, вообще-то нет… тебя уволили. Не успел Эпро договорить, как его приёмный сын шагнул вперёд и прижал его к стене болевым приёмом локтя у шеи. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но вот в глазах мелькнуло что-то вроде смирения. — Нил, — зашипел Кевин, чеканя каждую букву, — объясни, почему меня вдруг уволили из твоей оружейной компании, а затем ни с того ни с сего пригласили преподавать в университете? Молчание. — Нил! Эпро уставился в потолок: — Компания «Ознок Армз» недавно была обвинена правительством США в продаже военного снаряжения солдатам. И, как назло, ты был главным инспектором в их крупнейшей незаконной сделке. — Но это ты попросил меня осуществить ту проверку! — Я же не знал, что наше непоследовательное правительство внезапно изменит политику и объявит такие сделки незаконными. Ладно, Кевин, не смотри на меня так. Я тоже человек, а людям свойственно ошибаться… Разве я не могу оступиться? Кевин с вызовом уставился на него: — Ты — нет. — Ты заблуждаешься. В жизни я совершал много ошибок. В шестнадцать меня даже арестовали за вождение без прав… Ой! — Эпро согнулся пополам, держась за живот, — дорогой, ты слишком жесток. Любовник опустил колено, но прежде холодно отсёк: — Ты специально послал меня проинспектировать отгрузку, зная, что сделка незаконна. Ах, этот стервец всегда видел его насквозь. И как тут было не умиляться? Эпро взирал на любовника со всей снисходительной нежностью, на которую только было способно его чёрствое сердце. — Так что теперь у меня только два выбора: либо идти в университет, либо оказаться под следствием ФБР за участие в незаконных сделках с оружием? 
— Боюсь, что да, дорогой. Кевин отступил на полшага, прожигая главу G.A. сердитым взглядом из-под длинной чёлки. 
— Нил, мы же расставались с тобой именно потому, что ты пытался контролировать мою жизнь, верно? 
— Хм… примерно так. Так он и думал. Более не желая продолжать бессмысленный спор, он, не оглядываясь, промаршировал к выходу, а Эпро только рассмеялся и громко напомнил: 
— Не забудь позавтракать перед уходом! 
Ответом ему послужил громкий хлопок двери. 
— Слишком избалован…, — мужчина потирал шею, которую упрямец сжимал стальным локтем несколько минут. — Слишком избалован… *** Несмотря на полное неприятие, Кевин всё же отправился в университет. Он уже не был подростком в стадии бунтарства и умел верно расставлять приоритеты. Никто не станет выслушивать его оправдания касательно того, что он не знал о незаконности сделки. А уж федералы живыми с него не слезут. Теперь спрашивается, нужны ли ему эти проблемы? Ответ очевиден. Эпро заранее предупредил руководство университета, поэтому его представители в данный момент смотрели на Кевина с явным энтузиазмом и даже неким подобострастием. Обычно преподаватели сами готовят учебные материалы, но в его случае всё уже было подготовлено. Ему даже выделили ассистента, который мог бы подхватить тему лекции, если бы он запнулся. Однако он предпочёл обойтись своими силами. Годы работы копом закалили его характер, так что решительность стала его второй натурой. Без тени страха или смущения молодой человек взял материалы и вошёл в аудиторию. Ассистент всё же почтительно следовал за ним, правда, держась на безопасном расстоянии. Бесспорно, его появление вызвало неуёмное любопытство у студентов. Кевин невозмутимо встал за трибуну, поправил галстук и включил слайды: 
— На этом курсе требуется стопроцентная посещаемость. На восьмой неделе у вас будет промежуточный экзамен, который составит тридцать процентов от общей оценки, а на тринадцатой неделе — финальный экзамен, который составит семьдесят процентов. Чтобы сдать курс, нужно набрать более пятидесяти баллов, при этом к финальному экзамену у вас уже должно набраться не менее сорока баллов. Если посещаемость не стопроцентная — курс придётся пересдавать. Студент на первом ряду подал голос: 
— Сэр…, а будут ли пересдачи? 
— Не знаю. 
— А какой процент сдающих этот курс? 
— Я не в курсе. 
— …Экзамен будет в формате теста с несколькими вариантами ответов или нам придётся досконально и письменно отвечать на каждый вопрос? 
— Без понятия. Не смотрите на меня так, ребята. Я знаю, что это ваша первая дисциплина на этом курсе, но это и мой первый раз в качестве преподавателя! Откройте свои учебники и приступайте к самостоятельной работе. После длительного коллективного молчания, кто-то всё таки робко поинтересовался: 
— Сэр, а чем вы занимались раньше? 
Кевин хотел было ляпнуть что-нибудь банальное, но потом решил не утаивать род деятельности. — Если я скажу, что был гангстером, вы поверите? Если в аудитории и до было относительно тихо, то сейчас тишина сделалась вовсе пугающей. И так продолжалось вплоть до третьей недели преподавательского опыта Кевина. Вне университетских стен полные энергии студенты активно обсуждали его, однако при нём никто не осмеливался выражать недовольство открыто. Хотя на самом деле Кевин Дэн был неплохим преподавателем. Его уникальный опыт службы и в криминальной сфере, и в полицейской среде помогал относиться к работе со всей ответственностью и энтузиазмом. Чтобы хоть немного разбираться в микроэкономике, он каждый день после занятий обосновывался в библиотеке с горой книг и часами корпел над ними. Его студенты, у которых в распоряжении имелась куда больше свободного времени, часто приходили поглазеть на него, посидеть несколькими рядами позади и пошушукаться меж собой. 
— Он правда бывший член мафии? 
— Он вообще не разбирается в экономике! 
— Как он тогда стал преподавателем? Если мы не сдадим экзамен, он нас не убьёт же? 
— Эй, давайте уже возьмёмся за ум! В тот день Кевин, как и планировал, проторчал в библиотеке до обеда, а, почувствовав лёгкий голод, решил перекусить в KFC, но как только он направился к выходу, у крыльца библиотеки раздался звон! Звук был похож на то, как будто стекло двери разбилось и осколки посыпались на пол, а вслед за этим сразу же раздались крики людей! Поскольку вход находился прямо за углом, многие, не поняв, что произошло, растерянно оглядывались по сторонам. Буквально через несколько секунд в читальный зал с воплями вбежали несколько студентов: 
— Помогите! Помогите!! Не теряя времени, Кевин перепрыгнул через ограждение и схватил одного из студентов: 
— Что случилось? 
— Там… там стреляют! — студент был бледен как полотно. — Женщину ранили, много крови! Что? Перестрелка в университете! Вооружившись шариковой ручкой, Кевин ринулся к выходу. Люди в панике бежали мимо, а он бежал против толпы. Увидев, что на ступенях у входа лежит окровавленная женщина, а молодой белый парень с пистолетом пытается и поднять её, и одновременно направить оружие на пару легших на пол студентов, он твёрдо, но спокойно скомандовал: 
— Отпусти её! Парень с пистолетом, замешкавшись, медленно повернулся. Его лицо было бледным, покрытым потом, а вот глаза горели безумием. Кевин смело шагнул вперёд. 
— Отпусти её! 
— … Нет! В доказательство своих слов парень резко вскинул пистолет, при виде которого студенты на полу заверещали. 
— Она ранена, если ты её не отпустишь, она может умереть. Ты хочешь стать убийцей? Хочешь сесть на электрический стул?! С каждым шагом преподавателя на лице парня всё больше проступало сомнение. В этот момент одна из девушек, лежавших на полу, вскочила и с криками побежала прочь. Её истошный визг, видимо, спровоцировал стрелка, оттого он и выстрелил дважды! Крики ужаса снова наполнили помещение. Неизвестно, достигли ли пули мишени, но девушка споткнулась и упала. И этим воспользовался безумец, бросившийся за ней в погоню. Раненая женщина так и осталась лежать на ступенях. Само собой Кевин не мог допустить нового кровопролития, поэтому почти мгновенно настиг парня. Всё произошло за несколько секунд. Ухватив за волосы, он повалил его на пол, прижал коленом, выхватил пистолет и, сняв колпачок с ручки, вонзил её остриё в ладонь стрелка. Тот зарычал, как зверь, заорал, заохал, тогда Кевин заткнул ему рот импровизированным кляпом из ветровки. К всеобщему облегчению, вдалеке уже послышался вой сирен полицейских машин. Бывший спецназовец удерживал преступника до тех пор, пока копы в чёрно-синей форме не появились в зоне видимости. И что примечательно, сцена, на переднем плане которой он лицезрел кровь, перепуганных очевидцев, яростно сопротивляющегося преступника и полицейских, с суровыми лицами спешащих задержать его, показалась ему очень знакомой, словно он уже много раз видел её раньше. — Странно… — подумалось ему. — Как будто я когда-то был полицейским… — С вами всё в порядке? — двое копов, удерживая подозреваемого, помогли Кевину подняться. — Вы не ранены? — Нет… Всё в порядке… — Кевин опустил голову, сильно надавливая на виски. — Он спас меня, он спас меня! — то рыдающая девушка жестами объяснялась с офицером полиции. — Я хотела убежать, но тот человек погнался за мной с пистолетом, а он остановил его… Её плач был настолько пронзительным, что у Кевина зазвенело в ушах, а перед глазами запрыгали причудливые образы жёлто-чёрной полицейской ленты, белого контура тела на земле, мигающих огней машин, куда-то спешащих полицейских… Господи, откуда взялось это щекочущее чувство узнавания? Ему пришлось присесть на корточки и сильно сжать виски, дабы отсрочить приближение невыносимой головной боли. Только тут кто-то хлопнул его по плечу. — Кевин! Что ты здесь делаешь? Молодой человек обернулся, но не сразу узнал человека. — Это я! — мужчина в полном обмундировании спецназа снял маску. — Это я! Ты опять меня забыл? Он уставился на его короткие светлые волосы, голубые глаза и тонкий шрам на щеке. О, они уже встречались! — Ты… ты из Оринджа, спецназовец… Ми… Митчелл? — Да, я твой друг… тот, кто знает тебя лучше всех. — Митчелл махнул рукой своим подчинённым, и те отошли в сторону. Затем крепко обхватив запястье Кевина, он вывел его из толпы. — Недавно меня перевели в подразделение спецназа в Нью-Йорке. А ты? Как ты здесь оказался? Кевин не смотрел, а таращился на него. Они встречались всего дважды, к тому же шрам на лице казался чужим, однако манера речи Митчелла говорила о том, что они когда-то были близки. Он замешкался, неуверенно лопоча: — Я… преподаватель. Теперь уже Митчелл вытаращился в ответ: — Что? — Временный. На замену. Спецназовец замолчал, лишь крепче сжав его руку. — Ты правда меня забыл? Посмотри на меня, Кевин, посмотри… Ты совсем ничего не помнишь? — Прости… — Кевин… — У меня было пулевое ранение в голову, — сожалел об утрате воспоминаний Кевин. — Многое из прошлого стёрлось. Когда я очнулся, даже своего имени не помнил. Взгляд Митчелла от его признания сделался отчаявшимся, виноватым и полным боли, как если бы вся скорбь мира придавила его своим бременем. Неужели между ними действительно была какая-то связь? Иначе откуда взялась невыразимая боль в этих льдистого цвета глазах? Люди могут лгать, но глаза не врут никогда. Кевин как будто сам прочувствовал её. — С тобой всё в порядке? Тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент к ним подошла группа студентов. Один из парней восхищённо затараторил: — Мистер Дэн, вы нереально крутой! — Да-да, вы правда были приближённым мафиози? — другие студенты тут же подхватили следом. — Мы сначала не верили! — Как вы стали преподавателем? — Вы будете продолжать нам преподавать? Ой, то есть… вы ведь нас ещё ничему не научили! Кевин дёрнул уголком губ: — Думаю, да… Но Митчелл неожиданно уцепился за его фразу: — Член мафии? Ты так всем представляешься? — А что не так? Вдруг я шучу? — Даже в шутку так говорить нельзя. Кевин, — Митчелл сделал паузу, прежде чем окончательно огорошить его, — ты полицейский. Кевин остолбенел. — До того, как ты был ранен и потерял память, ты был командиром отряда S.W.A.T. в Лос-Анджелесе, старшим агентом ФБР, одним из лучших вооружённых спецназовцев на Западе! Как ты можешь быть гангстером? Как?! — Что?