Принцесса и убийца

      В комнате царила спокойная тишина, которую нарушал лишь редкий звук старинных напольных часов. Эграссель сидел у окна, держа в руках книгу, но его внимание было рассеянным. Он украдкой поглядывал на Дилана, который устроился неподалёку. Казалось, что после долгих дней напряжения сейчас всё затихло, но лёгкий отблеск тревоги всё ещё витал в воздухе.       Дилан, сидя на краю кровати, вдруг резко поднял голову. Его взгляд, который до этого казался потерянным, стал неожиданно сосредоточенным. Он повернулся к Эграсселю, его движения были быстрыми, но странно механическими. — Знаешь, что-то я устал сидеть взаперти, — сказал он внезапно, его голос звучал спокойно, но с какой-то настойчивостью, которая тут же напрягла Эграсселя. — Пойдём прогуляемся.       Эграссель оторвался от книги и посмотрел на него с лёгким удивлением. — Прогуляться? — переспросил он, немного нахмурившись. — Ты уверен, что это хорошая идея? Ты ещё не восстановился.       Дилан усмехнулся, но в этой усмешке было что-то холодное, почти неестественное. — Всё в порядке, — сказал он, махнув рукой. — Свежий воздух пойдёт мне на пользу.       Эграссель, хотя и был обеспокоен, почувствовал, что давить на Дилана не имеет смысла. Его взгляд задержался на посохе, который Дилан взял с собой. Это было странным, ведь обычно он не носил его, если не ожидал чего-то серьёзного. — Ты уверен, что он тебе нужен? — осторожно поинтересовался Эграссель, указывая на посох. — Всегда стоит быть готовым, — коротко ответил Дилан, его тон звучал так, что Эграссель не стал спорить.       Ночь накрыла город своей прохладной вуалью. Переулок, через который шли Дилан и Эграссель, был укутан в тёмные, густые тени. Уличные фонари остались позади, их слабый свет не доставал до этого заброшенного места, где стены зданий с их шероховатой кладкой, казалось, были свидетелями множества секретов. Воздух был влажным и густым, каждая капля ночной сырости просачивалась сквозь камни мостовой, оставляя влажные следы. Шаги двух мужчин звучали глухо, их эхо разбивалось о глухие стены и исчезало в неизвестности.       Эграссель старался сохранять спокойствие, но лёгкая тревога всё-таки начинала закрадываться в его мысли. Его глаза то и дело метались между тёмными углами переулка и фигурой Дилана, которая шла чуть позади. Ему казалось, что за ними кто-то наблюдает, но каждый раз, когда он оглядывался, он видел лишь пустоту. Его внимание всё больше привлекал посох, который Дилан держал в руках. Этот предмет казался слишком напряжённым в руках человека, который вышел просто подышать воздухом.       Дилан, следовавший за ним, двигался с какой-то странной механической точностью. Его походка была ровной, но в ней ощущалось что-то неестественное. Его взгляд был пустым, словно глаза не принадлежали ему. Он молча свернул в переулок, а затем начал замедляться, каждый его шаг становился всё тише, пока он совсем не остановился.       Эграссель, заметив, что Дилан перестал двигаться, повернул голову, чтобы посмотреть на него. Лицо Дилана было едва освещено слабым отблеском луны, пробивавшимся сквозь узкий просвет между крышами. В этом лице не было привычной мягкости, которой Эграссель привык доверять — оно было каменным, почти чужим. Дилан кивнул ему, словно приглашая идти вперёд. — Ты в порядке? — осторожно спросил Эграссель, его голос звучал напряжённо.       Дилан ничего не ответил, только посмотрел на него с холодным взглядом. Эграссель, чувствуя нарастающую тревогу, сделал шаг вперёд. Когда его шаги замерли, он почувствовал странное давление в воздухе — то, что нельзя было объяснить словами, но ощущалось почти физически.       Дилан замедлил шаг, его движение было почти незаметным, но Эграссель почувствовал, что что-то изменилось. Он оглянулся, чтобы посмотреть на Дилана, но тот лишь кивнул ему вперёд, будто давая знак идти дальше.       Едва Эграссель сделал ещё один шаг, он вдруг почувствовал, как что-то уткнулось ему в спину. Остриё посоха, которое Дилан держал так крепко, теперь мягко, но уверенно упёрлось в его позвоночник. Эграссель замер, его сердце забилось быстрее, а руки непроизвольно напряглись. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел произнести ни слова. Мощный импульс магии прошёл через его тело, пробив его от спины до шеи. Это было похоже на удар молнии — слишком быстро, слишком внезапно, чтобы успеть сопротивляться.       Его тело напряглось, его пальцы попытались найти опору, но силы покинули его в считанные секунды. Свет, вспыхнувший при ударе магией, осветил стены переулка зелёным сиянием, которое быстро исчезло, оставив после себя лёгкое эхо. Эграссель начал падать, его ноги подкосились, но он так и не коснулся земли. Чьи-то руки, облечённые в белые рукава, подхватили его тело прежде, чем оно рухнуло.       Человек в длинном плаще, появившийся из ниоткуда, казался воплощением тьмы. Его лицо было скрыто глубоким капюшоном, из-под которого едва виднелся слабый отблеск зелёного света. Его руки двигались уверенно, без единой лишней эмоции, когда он удерживал бессознательное тело Эграсселя.       Дилан, всё ещё держа посох в руках, подошёл ближе. Его шаги были медленными, но в них читалась угрожающая точность, словно каждый его шаг был заранее продуман. Его глаза, обычно такие живые, теперь казались мёртвыми, лишёнными всякого выражения. — Всё сделано, — тихо произнёс он, его голос звучал глухо и ровно, как будто это была не его собственная воля.       Человек в плаще ничего не ответил, но его рука медленно поднялась, и зелёный магический свет вновь окутал их всех. Заклинание телепортации заполнило переулок ярким сиянием, которое, казалось, вытесняло саму реальность. Стены зданий дрогнули, их тени слились в единое движение.       На миг всё замерло. Эграссель, Дилан и незнакомец исчезли в зелёном свете, оставив переулок пугающе пустым. Тишина вновь окутала место, где только что произошло нечто ужасное. Влажная мостовая теперь была безжизненной, а ночной ветер поднимал в воздух лёгкий туман, как будто пытался стереть следы случившегося.

***

      Тишина комнаты была гнетущей, как будто она сама чувствовала, что произошло что-то не то. Полуоткрытое окно пропускало внутрь холодный ночной ветер, который шевелил лёгкие занавески, заставляя их тихо шелестеть. Свеча на столе почти догорела, её пламя едва заметно трепетало, отбрасывая на стены длинные, искажённые тени. Комната казалась покинутой в спешке. Стул был небрежно отодвинут, будто кто-то резко поднялся. На полу возле кровати лежала книга, которую, по всей видимости, уронили. Воздух был пропитан лёгким запахом древесного дыма и сырости, смешанных с чем-то едва уловимым — странным и тревожным.       Ричард остановился у двери, его массивная фигура занимала почти весь проход. Его глаза внимательно скользили по комнате, высматривая детали. Но чем дольше он смотрел, тем сильнее напрягалась его челюсть. В голове пульсировала мысль: Это не может быть просто совпадением. — Они не могли просто так уйти, — пробурчал он, не оборачиваясь. Его голос прозвучал глухо и низко, как будто что-то сжимало его горло.       Лололошка вошёл следом, его движение было мягче, чем у Ричарда. Снаружи доносились далёкие звуки города — шум телеги на мостовой и приглушённый лай собаки — но здесь всё оставалось пугающе тихим. Ло окинул взглядом комнату, его глаза задержались на мелочах: на сдвинутом стуле, на книге, лежащей на полу, на лёгкой складке на покрывале кровати. Он подошёл к столу и провёл рукой по его поверхности, словно искал что-то, что могло бы объяснить происходящее. — Может, они отправились к Райе? — предположил он, его голос был спокойным, но в нём звучала настороженность. Это предположение было скорее актом надежды, чем логики.       Ричард резко развернулся, его тяжёлый взгляд остановился на Ло. В его глазах был не только гнев, но и страх. Он не хотел говорить вслух то, что уже закрадывалось в его разум. Вместо этого он напряжённо скрипнул зубами и резко направился к двери, его шаги звучали громко в тишине. — Проверим, — коротко бросил он, выходя из комнаты.       Улицы города, на которых они оказались, утопали в сумерках. Лампы на углах домов горели неравномерно, их свет с трудом пробивался через плотный туман, который стелился по мостовой. Камни под ногами были влажными, их поверхность блестела в лунном свете, создавая иллюзию спокойствия, которое, казалось, противоречило внутреннему состоянию Ричарда. Его шаги были уверенными, но напряжёнными, каждый его шаг казался немного громче, чем обычно. Ло шёл рядом с ним, его фигура почти сливалась с тенями. На лице Лололошки не было эмоций, но в его глазах читалась сосредоточенность. Он знал, что Ричард готов взорваться от напряжения, но молчал. Слова сейчас были бы лишними. — Ты слишком на взводе, — спокойно заметил Ло, его голос был едва слышен, но разрывал тишину, как камень, брошенный в воду.       Ричард остановился, его тяжёлое дыхание было явным признаком того, что его нервы на пределе. Он обернулся, его взгляд был резким, почти колючим. — Прогуляться? — произнёс он с явным сарказмом, игнорируя спокойный тон Ло. — Мы оставили их здесь, чтобы они были в безопасности. А теперь они пропали. Ты не думаешь, что это странно?       Лололошка лишь чуть поднял бровь, но ничего не сказал. Он лишь слегка кивнул, показывая, что он тоже не считает всё это случайностью.       Когда они добрались до дома Райи, их встретила приоткрытая дверь. Слабый, тёплый свет пробивался наружу, словно сам дом звал их внутрь. Ричард, не сбавляя шага, первым вошёл внутрь. Там, в центре комнаты, за столом, сидела Окетра. Её фигура была прямой, лицо серьёзным. В руках она держала два предмета: шляпу Дилана и заколку Эграсселя. Райя стояла у книжных полок, яростно перебирая записи, словно искала что-то жизненно важное.       Ричард остановился, его взгляд тут же упал на предметы в руках Окетры. Он подошёл ближе, его лицо застыло. — Что здесь происходит? — спросил он резко, его голос звучал как гром среди ясного неба.       Окетра подняла голову, её глаза встретились с глазами Ричарда. В них читался ураган мыслей. — Это, — она подняла шляпу и заколку чуть выше, чтобы показать, — я нашла это в переулке неподалёку от того места, где вы остановились.       Ричард почувствовал, как по спине пробежал холод. Он сжал кулаки так сильно, что суставы побелели. — Что значит "нашла"? — его голос звучал громче, и в нём уже были нотки гнева.       Окетра вздохнула, её голос был твёрдым, но более спокойным. — Я гадала, — призналась она. — Пыталась понять, что происходит. И ответ… предательство. Кто-то, кому мы доверяли, обернулся против нас.       Слова ударили, как молния. Ричард замер, но затем резко обернулся к Ло. — Эграссель, — бросил он с яростью в голосе. — Я говорил, что ему нельзя доверять! Он уже один раз навредил Дилану. Как мы могли оставить их одних?       Комната, наполненная напряжённой тишиной, дрогнула, когда голос Райи прорезал её пространство. Она замерла, её пальцы застыли на старинных записях, а глаза широко раскрылись. Тяжёлый воздух в комнате, насыщенный ароматом старой бумаги и восковых свечей, казался гуще от напряжения. Свет лампы, освещающий её стол, дрожал, его мерцание отражало бурю мыслей внутри её разума.       Райя резко потянулась к одному из фолиантов, её движение было стремительным, но не хаотичным. Листы древнего текста затрещали под её пальцами, которые быстро перелистывали страницы в поисках нужной строки. Её дыхание становилось всё глубже, как будто она спешила впитать воздух, чтобы удержать момент внезапного прозрения. — Конечно… конечно, это объясняет всё! Мне знакома эта остаточная энергия на заколке и шляпе! — воскликнула она, её голос был полон возбуждения, переходящего в дрожь. Она резко подняла голову, её взгляд пересёкся с Ричардом и Ло, полным решимости и отчаяния.       Ричард, стоящий неподалёку, напрягся ещё сильнее, его крупная фигура отбрасывала тяжёлую тень на стены комнаты. Лицо его исказилось от гнева, который поднимался внутри, как буря. Его глаза были прикованы к Райе, но ярость в них с каждым мгновением становилась всё более явной. — Конечно, знакомая, — резко перебил он, его голос прозвучал грубо, почти как рычание. — Мы никогда не должны были доверять Эграсселю. Он уже один раз навредил Дилану. Это он предатель. Я же говорю вам...       Эти слова ударили, как молния, расколов напряжение в комнате. Ло, до этого хранивший спокойствие, напрягся. Его фигура, до этого расслабленная, теперь стала более сосредоточенной, а его глаза сузились, превращаясь в ледяной прицел. — Замолчи, — холодно сказал он, шагнув ближе к Ричарду. Его тон был твёрдым, как металл, но в нём чувствовалась скрытая угроза.       Ричард, вместо того чтобы сдаться, лишь усилил напор. Его взгляд казался огненным, а голос — ещё более резким. — Ты правда не видишь? Он специально выманил Дилана, чтобы снова… — Достаточно! — громко перебила их Райя, её голос прорезал комнату, как меч. Она резко захлопнула фолиант, который держала в руках, её движения были резкими, но выверенными.       Мужчины замерли, их спор мгновенно оборвался. Ричард, который только что кипел от гнева, удивлённо посмотрел на Райю. Ло, хоть и сохранял холодный взгляд, чуть расслабился, но его фигура всё ещё оставалась напряжённой.       Райя тяжело дышала, её руки дрожали, когда она аккуратно положила фолиант обратно на стол. Её лицо, обычно спокойное, теперь отражало мощное сочетание тревоги и решимости. Она подняла взгляд на обоих мужчин, её глаза были наполнены светом знания, как будто она только что нашла ключ ко всей этой загадке. — Это не Эграссель, — начала она, её голос звучал ровно, но в нём чувствовалась сталь. — Теперь я знаю, кто за этим стоит.       Она повернулась к Ло, её взгляд был сосредоточенным и отчаянным одновременно. — Ло… — её голос стал чуть мягче, но не менее напряжённым. — Твоя энергия, твоя аура. Я чувствовала её давно, но тогда мне казалось, что это просто случайность. Но теперь всё становится ясно.       Лололошка слегка нахмурился, его фигура вновь стала напряжённой. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Райя не дала ему времени. — Ты не маг, но в тебе есть что-то похожее на ту некромантию, которую я чувствовала от Дилана, — продолжила она, её голос стал чуть громче, почти словно она говорила не только Ло, но и самой себе. — Это может быть только один человек.