Последний знак

      Утренняя тренировка началась по расписанию.       Санктус пришел к самому началу, чтобы подопечные не вздумали халтурить.       Как всегда, нашлась парочка опоздавших, которых Санктус оставит на штрафные занятия.       Впрочем, были и те, кто пришел раньше обычного: с ночной смены или страдающие от бессонницы. Неро был в числе последних. Судя по его виду, ночь прошла… более продуктивно, чем Неро ожидал от себя. Хмурый вид, напряженные плечи, цепкий взгляд, дерганая походка, реакция на каждый шум. Санктуса это позабавило.       Как щенок Блейда, которого пустили в курятник.       Рыцарь, поставленный ему в пару, явно не воспринимал тренировку всерьёз. Стыдно. Каждый из них так или иначе был свидетелем тех красочных убийств, инициатором которых становился Неро в патрулях. Но, кажется, его подчиненные расслабились, считая, что этот монстр всегда будет на их стороне. Зря. Его обязанность, как генерала, указывать своим подопечным на их ошибки. Показательным примером в этот раз.       Рыцарь был вежлив, улыбчив, даже пытался дать Неро совет, как делал практически любой из них, кроме Санктуса, в паре с ним. Но мальчик только сжал челюсти и молча занял стойку со своей кровавой дубинкой, которую он по ошибке называл мечом.       Санкус давно понял, что Солемнис подослал к нему мальчишку. Викарий не доверял ему, а значит, решил подстраховаться, поставив своего человека, пусть даже маленького. Но генерал не просто так занимал свою должность. Неро был не угрозой, но возможностью.       Мальчишка — ребёнок. Талантливый, возможно, даже гениальный. С потусторонним сюрпризом и совсем не детской осознанностью. Но, как и всякий человек, он имел слабость.       Слабостей у Неро была уйма, используй не хочу. Страх перед самим собой, подспудный ужас потери близких, потери их доверия. И, как вишенка на торте, в его сердце кипело отчаянное желание быть признанным. На этом Санктус и решил сосредоточиться.       Для начала — подтолкнуть его к принятию своего дара. И когда он сделает первый шаг, оступиться и неминуемо убьет человека — планомерно и неторопливо, используя чувство вины, отдалять его от близких. И, когда все, кто знал и любил его, отвернуться, Санктус будет там, чтобы подхватить и направить.       Потому что это отродье нужно было контролировать. Нельзя позволить ему без присмотра разгуливать по Фортуне. Потому что инстинкты в любой момент могут проснуться, и тогда быть беде.       Санктус неосознанно кивнул.       Тренировка началась. Пары и группы людей бросились в атаку, отрабатывая свои приемы. И только одна пара была далека от понятия «тренировочный бой».       Это было избиение. Неро двигался иначе, чем обычно: резко, ломано, используя приемы, которые ожидаешь увидеть от мастера, а не от шестилетнего мальчика. Ни один удар рыцаря не мог достичь его, проходя вскользь или вообще не задевая. А вот удары Неро были точны и даже в какой-то степени смертоносны.       Укол в печень — если бы его дубина была настоящим мечом, рыцарь лишился бы органа. Удар по локтю и резкий окрик — рыцарю сломали руку. Не рабочую, к сожалению. Идиот поставил ее вместо щита. Подножка — рыцарь падает на спину, но успевает извернуться и встать, прежде, чем дубина достигнет его шеи. Увы, слишком поздно. Если бы рыцарь с самого начала воспринимал этот бой всерьез, у него был бы шанс. Сейчас у него слишком много повреждений для продолжения.       Остальные стали отвлекаться, обращая внимание на ловкие трюки Неро. Тревожный возглас вновь разнёсся по залу — мальчик выбил глупцу челюсть, полетели зубы и кровь. Еще удар — меч рыцаря отлетел в сторону. Еще удар…       Рыцарь врезался в стену с тренировочными мечами, проломив собой стеллаж, и бессознательный осел наземь. Тренировка остановилась. По залу пробежал приглушённый шум — кто-то резко втянул воздух, кто-то пробормотал проклятье. Никто не ожидал такого от ребенка. А зря.       Неро выпрямился, его дыхание было ровным. Он подкрался к бессознательному телу, принюхался, занес свою дубину.       — Остановись! — крикнул кто-то из рыцарей. Дубина Неро замерла в дюйме над чужой головой. Ах, как жаль. Неро оглянулся на толпу. Пустой взгляд слепо шарил по толпе, не замечая ни удивленных взглядов, ни испуганных лиц, ни даже агрессивных поз.       Санктус, в отличие от остальных, остался доволен.       «Что ж, пока что этого достаточно, — подумал он, наблюдая за мальчишкой. — Маленький монстр показал свои клыки. Дело за малым. Убедить его, что другого пути у него нет.»

***

      — Неро, можно тебя на пару слов? — Солемнис застал его в коридоре с большой кипой бумаг, которые Неро вотпрямщас должен был отнести в кабинет генерала.       — Прошу прощения, викарий, — Неро не поднял на него своих глаз, стараясь скрыть внутреннее напряжение, — сейчас я очень занят. Если это не что-то срочное, не могли бы мы перенести эту встречу?       Солемнис застыл в шоке от такой формальности, но Неро не позволил стыду проявиться на своем лице. Он. Должен. Терпеть.       Ради Спарды, он уже убивал людей в прошлой жизни, он как-нибудь справится с осуждением.       — Да, конечно, прости, — бесцветно произнес Солемнис. — Тогда, в другой раз?       — Как прикажете, Ваше Сиятельство. Хорошего вам дня, — И Неро ушел.       Но он не смог оставить этот разговор. Едва притихший страх сменился грызущим чувством вины. Он хотел объясниться, хотел, чтобы Солемнис не думал о нем плохо.       Это правда, что у Неро не было оправдания своим действиям, но он надеялся, что отмазки вроде «это все часть плана» будет достаточно, чтобы отвести от себя хотя бы его осуждающий взгляд.       Неро написал записку и планировал оставить ее на столе в кабинете Солемниса, чтобы тот прочел ее утром, но оказалось, что именно сегодня ночью викарий задержался допоздна.       Неро подошел к двери и замер, услышав голос.       — Он чуть не убил человека, — произнес Солемнис сдавленно, как будто сдерживал рвущиеся чувства.       Щеки Неро вспыхнули.       — Он был таким славным мальчиком, Мария. Я надеялся, что он смягчит Санктуса, что не доведет…       Неро не стал подслушивать, тихо отступил от двери, чувствуя, как вина проглатывает его целиком. Он не смог бы сейчас посмотреть Солемнису в глаза. Не после того, что произошло.       Но еще он может кое-что сделать.       Развернувшись, Неро ушел прочь.

***

      — …ситуацию до крайности. Мои плохие решения привели его к этому. Я заставил его поступить как плохой человек, хотя он не плохой, Мария! Это Санктус, — продолжал Солемнис, его голос стал громче, почти злым. — Он всегда так делает. Он извращает всё, к чему прикасается.       — Папа, — резко прервала его Мария, — почему ты говоришь все это мне, когда должен говорить ему?       — Он, — жалобно всхлипнул Солемнис, — отказался со мной разговаривать.       Мария тяжело вздохнула.       — Тебе отказал семилетний мальчик, и ты, поджав хвост, сбежал плакаться своей дочке?       Солемнис снова всхлипнул.       — Он был занят…       — Папа, ты викарий! Весь Орден работает по твоему приказу! Или, погоди… ты ведь не подошел к нему посреди коридора, когда все могли видеть вас вместе?       — Ну, я…       Мария простонала.       — Папа, иногда ты такой идиот! Конечно же Неро отказал тебе! Ты же сам послал его шпионить за Санктусом, а теперь решил раскрыть его безупречную игру? Ну и кто из вас двоих ведет себя как ребенок?       — Ребенок, который чуть не убил человека, — пробубнил Солемнис, его голос дрожал, — из-за меня!       — Ребенок, который, как ты сам говорил, необычный и умный, — парировала Мария. — Он не убил его, папа! Вот что важно. Неро всё сделает правильно. Мне стыдно, что ты так просто потерял веру в него.       Солемнис снова всхлипнул.       — Ну что еще?       — Теперь я чувствую себя еще хуже.       — О, Спаситель, помилуй!

***

      Неро не пошел спать. Вместо этого он пробрался в магический карман Спарды, взял оттуда восстанавливающее зелье (клятвенно пообещав вернуть похожее позже) и направился в лазарет. Он знал, что рыцарь, которого он избил, должен был быть там.       Когда он вошел в палату, рыцарь, что ворочался на кровати, испуганно вздрогнул. Его и без того белое лицо побледнело сильнее, а на лбу выступил пот.       — Ты… — начал он, но Неро быстро подошел к нему и заткнул его рот рукой.       — Молчи, — прошептал он, второй рукой протянув ему зелье. — Пей это.       Рыцарь испуганно замер, но после секундного колебания взял зелье. Неро убрал руку и позволил рыцарю выпить содержимое. Неро наблюдал, как цвет возвращается на его лицо, а дыхание становится ровнее. Рыцарь на пробу пошевелил пальцами загипсованной руки.       — Что это за…       — Меня здесь не было, — перебил Неро, забирая склянку и отступая к двери. — А ты всё еще болен.       Он уже собирался уйти, когда рыцарь шепотом окликнул его.       — Зачем ты сделал это?       Неро замер, чувствуя, как сердце подпрыгнуло к глотке.       — Что «это»?       — Избил меня.       Неро поджал губы. Он не хотел отвечать на этот вопрос, не хотел даже вспоминать о том событии. Это все еще было слишком близко к…       — Потому что испугался.       — Чего испугался?       Неро не знал, что ответить, поэтому просто выбежал из палаты и поспешил вернуться в свою комнату.

***

      Рыцарь лежал в кровати, размышляя о том, что только что произошло. Он знал мальчика — Неро. Несколько раз ходил с ним в патрули и видел, какие бесчеловечные ужасы с демонами тот творил. Помнил его глаза после хорошей охоты — светящиеся желтым, как у демона, с той же жадностью и злобой. Но там было что-то еще. Чувства, вроде удовольствия от победы или гордости за свои умения. А еще улыбка, которой он каждый раз награждал отряд, когда все вернулись живыми и целыми. Один раз новичок полез под руку, из-за чего чуть не лишился ноги. В тот раз Неро искренне переживал, пусть и скрывал свою досаду за злостью. Такие чувства демоны испытывать не могли.       На этой тренировке Неро был другим. Его глаза — пронзительно желтые, смотрели загнанно. Не как у охотника, а как у дичи. Это объясняло его слова. Неро чего-то очень сильно испугался. Рыцарю просто не повезло стать партнером мальчика в такой уязвимый момент. Хотя он ведь видел все предпосылки, знал, что это такое. Но отмахнулся, решив, что у мальчика не может быть настолько «плохих воспоминаний». Решил отшутиться, подбодрить его.       Если бы подобный взгляд он заметил в глазах любого другого сослуживца, он бы немедленно отвел его в безопасное место, позвал бы его родных или близких. Поговорил бы, в конце концов, чтобы вытащить из «этого». В такой ситуации с любым из них было опасно вставать в пару. Они могли навредить себе и другим. Что и сделал Неро, так как никто не отнесся к нему серьезно.       Рыцарь вздохнул и откинулся головой на подушку.       Они проебались. Чуть не потеряли ребенка. Со всей его силой, Неро был таким же человеком, как они. Таким же ранимым и хрупким. И если сейчас из-за слухов в Ордене начнут косо смотреть на него, если они будут обходить его стороной из-за страха перед агрессивностью Неро, то они окончательно его потеряют.       Нельзя этого допустить.       Рыцарь усмехнулся.       — Нужно поскорее выбираться отсюда и рассказать всем, что случилось на самом деле.

***

      Серые будни служения Санктусу слились в фоновую рутину. Тренировки, отчеты, доклады, патрули, проверки, совещания, еда, сон. Утром встать и повторить. Санктус, казалось, намеренно нагружал Неро так, чтобы у того не оставалось ни минуты на собственные мысли, но вина неумолимо грызла его изнутри. Еще и осторожные взгляды со стороны других рыцарей. Неро замечал, хотя и молча терпел. Он знал, что заслужил.       Чтобы не сойти с ума, ему жизненно необходимо было что-то новое. Что-то сложное, что заставило бы его полностью откреститься от внешнего мира. Желательно где-то, где не было чужих обвиняющих глаз. И одно подхоящее занятие было у него на примете.       Неро обратился к Санктусу, пока они шли от казарм к кабинету.       — Генерал, — начал он, стараясь звучать уверенно, — могу я попросить разрешения изучать алхимию?       Санктус искоса зыркнул на него своими холодными глазами.       — Алхимию? — переспросил он, его интонация не предвещала ничего хорошего. — Я слишком мало тебя нагружаю?       Неро сжал зубы, но не опустил взгляд.       — Нет, генерал. Просто я думаю, что это может быть полезно для Ордена.       Санктус хмыкнул, задумался на мгновение, а затем усмехнулся.       — Хорошо. Но не думай, что это освободит тебя от других обязанностей.       Итак, Неро получил еще одну задачу в свой и без того переполненный график. И пусть Санктус выделил ему всего пару часов в день на занятия в лабораториях, это было лучше, чем ничего.

***

      Лаборатория Агнуса еще в прошлой жизни была местом потусторонним. Даже немного мерзковатым. Казалось, даже время здесь замирало, среди всех этих склянок и книг. Повсюду жужжали странные механизмы, блестели артефакты, которые гудели и искрили, — всё это было так далеко от привычного мира Неро. И все же так напоминало его Нико.              Огромная тварь просто наступила на фургон, раздавив не успевшую вырулить девушку внутри. Ее внутренности вперемешку с волосами и одеждой выдавились из крошечных отверстий, оставшихся от окон, как паста из тюбика.       По крайней мере она умерла быстро.              Неро вздрогнул и сжался, пытаясь дышать глубже. Все хорошо, здесь он в безопасности. Здесь нет Мундуса, все это реальное.       Агнус, этот высокий, перекаченный мужчина, сгорбленный над своими записями с этим совершенно гротескным моноклем и вечно недовольным выражением лица, сначала очень ожидаемо невзлюбил Неро.       Неро знал, как с этим работать, у него были гребаные годы практики. При всей их разнице, дочь была поразительно похожа на отца.       — Кто это? — буркнул он, когда Неро впервые вошел в лабораторию.       — Неро, — представился мальчик, стараясь не обращать внимания на холодный прием.       — Д-да, Санктус говорил, что т-т-ты придешь, — Агнус фыркнул. — Ладно, у меня есть ра-работа, так что я не могу от-т-т-твлекаться. Посиди где-нибудь там. И ничего не т-тр-трогай!       Неро кивнул и занял место в углу, наблюдая за работой Агнуса. Он не задавал лишних вопросов, не лез туда, куда его не просили. Вместо этого он внимательно слушал, запоминал. Неро не был терпеливым типом. В прошлой жизни. Скука сводила его с ума, причиняя почти физическую боль.       Однажды из-за этого он чуть не начал драку с Верджилом, потому что Данте перестал реагировать на его подначки.       Сейчас Неро находил приятное умиротворение в наблюдении за работой другого человека. Профессионала. Агнус точно знал, что делал. Каждый механизм, каждая склянка имела свое место в его грандиозной задумке. Это копошение снимало зуд с его напряженных нервов, позволяя отвлекаться. Правда… как и Нико, Агнус был неряшлив в своей работе. Частенько убегал за мыслью, пока руки оставляли инструменты или записи где не попадя. Неро замечал это, а когда Агнус непременно начинал искать забытый инструмент, Неро просто указывал пальцем и подсказывал, где Агнус его оставил.       Это, кажется, растопило сердце ученого здоровяка и позволило ему иначе взглянуть на положение Неро в своей лаборатории.       — Ка-как ты думаешь, что будет, если до-добавить в эту смесь несколько к-капель крови? — Как-то раз буркнул Агнус, не отрываясь от своей работы.       Неро удивился, а потом искренне задумался. Он знал, что это был вопрос с подвохом, так как уже видел, как Агнус несколько раз безуспешно повторял этот опыт. Но он же не шестилетка какая-то, чтобы так просто попасться в ловушку.       — Ну, для начала все зависит от того, чью именно…

***

      Мальчик оказался не так прост. Сначала Агнус нехотя согласился на требования Санктуса взять его в ученики. Спасибо, у него самого была маленькая дочь, в которую не иначе как вселился демон. Агнус покинул ее и мать, потому что не мог выносить рядом с собой такую прорву разрушительной энергии. Не после того, что он увидел и испытал в Уроборосе. Попомните его слово, Уроборос еще пожалеет о том, что затеял…       Так что нет уж, увольте, он не собирается развлекать мальчика. Он готов был позволить этому Неро разбить несколько жертвенных образцов, после чего сообщить Санктусу, что сопляк сильно тормозит работу. Но мальчик его удивил. Сначала молча и напряженно наблюдал, потом подсказал, где Агнус оставил редукант для будущей реакции. Агнус с испугу позорно подпрыгнул, забыв вообще, что мальчик там.       Неделя за неделей, мальчик просто приходил, садился и как будто бы действительно чему-то учился. Что подтвердил случайный вопрос, брошенный в воздух. Неро был внимательным. И к работе Агнуса, и к деталям, которые требовались в его работе. Не каждый человек мог проявить такую участливость, что заставило Агнуса стиснуть зубы от того, что мальчик не мог задержаться дольше.       Пара часов, которые Неро проводил с ним в лаборатории, помогала Агнусу продвинуться на милю дальше, так как все, что он по своей рассеянности терял, тут же оказывалось у него под рукой. А еще эти его специфичные предположения. Мальчик был не бельмеса в химии и тем более алхимии, он не знал названий растворов и основных реакций. Поэтому сыпал идеями, вроде «смешать ту штуку с вот этой штукой» как из рога изобилия. Ему было плевать, что между этими двумя «штуками» не может произойти реакции, потому что они обе сыпучие, а наличествующие в его лаборатории катализаторы уже не подошли. Но вот если одной из них позволить пройти процесс делюбилизации, чего Агнус в здравом уме никогда бы не сделал, то с получившимся раствором уже можно попробовать… что-нибудь.       В общем, спустя всего месяц Агнус не просто привык. Он стал ждать Неро. Стал охотно делиться с благодарным учеником своими знаниями. В какой-то степени он даже жаждал его восхищения, которого в Ордене, в отличие от ресурсов, ждать было не от кого. Но чем-то всегда приходится жертвовать.       Возможно, именно поэтому, когда они работали над очередным экспериментом, Агнус невзначай пробормотал:       — Если бы только удалось стаб-б-билизировать демонический ихор…       Агнус продолжил работу, весь обратившись во внимание. Неро замер, его руки плавно опустили колбу в штатив, после чего он вздохнул и неуверенно посмотрел на Агнуса.       — Что вы имеете в виду? — осторожно спросил он.       Агнус кивнул своим мыслям. Мальчик удивлен, но не паникует. Это хороший знак.       — Н-ничего, — буркнул он. — Про-просто мысли вслух.       Но Неро, по-видимому, осмелев за эти месяцы сотрудничества, не собирался так просто отступать.       — Вы работаете над тем, чтобы подчинить демоническую энергию?       Агнус нахмурился, но после секундного колебания кивнул.       — Д-да. Ты понял это всего из од-одной фразы? — Искренне удивился Агнус. Впрочем, чего он ожидал от ребенка, который за месяц разобрался в химическом оборудовании, просто наблюдая за Агнусом?       Неро пожал плечами.       — Генерал говорил, что вы ведете какой-то важный проект. Что-то, что в перспективе может дать Ордену неограниченное преимущество перед демонами. И если это не человеческая сила и не божественное вмешательство, то вывод очевиден.       — И ты счит-т-таешь это при-иемлемым? — вопросы этики редко интересовали самого Агнуса. Но он предпочитал работать с людьми на одной волне.       Неро скривился.       — Не поймите меня превратно, я не питаю никакой слабости к этим ублюдкам, несмотря на мое происхождение. Просто… мне знакомо, когда лучшие побуждения захватывают настолько, что сам перестаешь быть человеком и больше походишь на них.       Агнуса так удивила первая часть, что он пропустил вторую мимо ушей.       — Прости, про-происхождение? — переспорил он.       — Ну, да, — как-то неловко ответил Неро. — Вы не слышали? Чуть больше месяца назад. В тренировочном зале.       Агнус только мотал головой.       — Я пра-практически живу здесь. Мне редко д-д-доводиться бывать… сна-снаружи, и нет времени на слухи.       Неро криво улыбнулся.       — Я вам даже немного завидую. Будь у меня возможность, я бы тоже спрятался в таком уютном месте и не позволял никому пялиться мне в спину. Хотя прогулка в лесу все еще приятно освежает. Особенно если есть демоны.       — И что же т-т-такой юный человек может сделать с де-де-демонами, встретив их в лесу?       — Убить, — пожал плечами Неро. — Справедливости ради, некоторые из образцов для ваших экспериментов добывались лично мой.       — Это шут-т-тка? — искренне спросил Агнус.       — Я похож на шутника? — улыбнулся в ответ Неро, без грамма веселья во взгляде.       Нет, Неро был довольно серьезным мальчиком.       — Так значит т-т-ты…       — Заразился, — пожал плечами Неро, — вероятно. Каким-то образом. Или тот, кто оставил меня под дверью монастыря, сделал это со мной. Я не знаю. Просто… — он замялся, смутился, засуетился в столь непривычной для себя манере, — знаете, вы один из немногих, кому не было никакого дела до цвета моих волос, когда мы впервые встретились.       Цвет волос? Агнус буквально только сейчас понял, что Неро абсолютно седой. И что для мальчика шести лет это не самая нормальная ситуация.       — Ради защиты таких людей, как вы, я все еще стараюсь… ну, знаете, быть человеком… — Неро совсем стушевался, что заставило Агнуса почувствовать себе невероятно неуютно. Он никогда не был хорошим отцом, всегда боялся ответственности за другое существо, но почему-то сейчас, ради этого умного и перспективного мальчика, Агнусу захотелось взять себя в руки.       — Ты не де-де-демон, — выпалил он раньше, чем подумал. И увидев чужой удивленный взгляд, тут же подхватил и развил свою мысль. — Я имею в в-в-виду, я видел де-де-демонов. Настоящих демонов. Тех, которые рвут л-л-людей на лоскуты. И я видел л-л-людей, которые хуже де-де-демонов. Ты… не похож ни на одного из них. Ч-ч-честно говоря, ты даже лучше не-не-некоторых людей, которых я знаю.       — Правда? — с надеждой переспросил Неро.       — Правда, — уверенный в собственных словах, кивнул Агнус и, не в силах вынести чужой взгляд, вернулся к работе. — Я… я бы хотел, чтобы де-де-демонов не существовало. Но это мир, в котором мы-мы-мы живем. Его не-не-невозможно исправить. Так что я хотел бы сделать хоть что-то. И все, что я могу это… — он развел руками, указывая на лабораторию, — это. И даже если люди считают меня сумасшедшим, я все еще хот-т-тел бы сделать их жизнь чуточку бе-бе-безопаснее. Чтобы им не пришлось столкнуться с теми же ужасами. Санктус думает т-т-также. Он один из немногих, кто понимает ва-ва-важность моей ра-ра-работы…       — Он заставил меня избить того человека… — тихо произнес Неро.       Агнус не сразу понял смысл его слов, а потом в замешательстве развернулся к Неро.       — Я еще мал, и, как бы умен ни был, я не понимаю всего, что взрослые говорят или делают. Но… мне хочется думать, что он сделал это… заставил меня это сделать, чтобы защитить их в будущем. Ну, знаете… пожертвовал одним, чтобы спасти сотни, — неуверенно улыбнулся Неро. — Это… правильно? — Неро с вопросом посмотрел на Агнуса. Но Агнус просто не знал, что ответить на этот вопрос. Он редко задумывался о вопросах этики, но…       Блять.       — Я… не-не-не знаю, — наконец признал он. — Санктус ве-ве-верит в это. И я верю в не-не-него.       Неро кивнул, но в его глазах читалось что-то похожее на сомнение.       — А если он ошибается?       Агнус не ответил. Он отвернулся к столу, просто посмотрел на записи перед собой, как будто впервые задумался над тем, что он делает.