Последний знак

Триш выдохнула и откинулась на спинку дивана. Наконец-то этот жуткий пацан уехал. Он точно его сын. Ещё находясь в услужении Мундусу, она сталкивалась несколько раз с Нело Анджело. Подавленная воля и скованное тело не могли спрятать суть, которой он был. Огромный подавляющий ледяной змей. Он проглотил бы её целиком, если бы мог. Хотя, кто из близнецов был большим монстром, всё ещё подлежало обсуждению. Учитывая что Данте сделал с Мундусом… Нет, как победитель, он был в своём праве — никто из демонов не посмел бы его осудить — но такая жестокость казалась излишней даже для повидавшей виды Триш. И как Мундусу вообще удалось подчинить старшего? Но этот секрет всё равно канул в небытие вместе с жизнью Мундуса и служением самой Триш. Теперь она свободна. И это оказалось намного страшнее, чем суть обоих близнецов, вместе взятая. Теперь ей приходилось самой думать, самой принимать решения, самой отвечать на вопрос, чего ей хочется или что ей нравится. Данте, — несмотря ни на что — мягкосердечный дурак, сам оказался профаном, но хотя бы имел жильё, как стартовую точку, и какие-никакие социальные связи. Он разрешил ей остаться, присмотреться к его работе, к людям, которые его окружают, возможно, найти что-то для себя. И в итоге этот жуткий пацан оказался самым прошаренным из них. Триш упустила его на острове — была занята самим Данте — так что не видела его здоровым. Данте сказал, что он стал слабее и ему отшибло память. Слабее? Ага, конечно. А ещё Триш слышала тот ликбез, который ему провела та женщина. Если бы Триш так память отшибло, у неё вообще никаких проблем не было бы. Слава преисподни, пацан её терпел, иначе Данте не думал бы дважды. Но продумать запасной вариант всё равно стоило. Её тело, пусть и искусственное, было демоническим. Она не нуждалась ни в еде, ни во сне, только в силе, хотя… нет, единственная сила, которая её сейчас интересовала — это терпение, чтобы разобраться в окружающем её людском хаосе. И это они называли ад проклятым местом? Там хотя бы была понятная иерархия. Чёртовы безумцы и их межличностные отношения! В этот момент дверь в агентство открылась. Вошла та самая страшная женщина. Триш попыталась принять самый расслабленный вид, на который была способна. — О, а вот и ручной демон из подвала, — усмехнулась Саксония, тут же выбивая Триш из колеи. — Данте сейчас нет. Зайдите позже. — Я знаю, сама отправила его на задание. Я пришла к тебе. Триш замерла и взглянула на женщину. — Ну и что вам нужно от скромной хрупкой девушки? — Не смеши мои тапочки, милая, я знаю, кто ты. — Саксония вошла в агентство, как к себе домой, и принялась готовить кофе. — Навела справки, так сказать. Раз уж ты живёшь accanto a mio nipote. Nipote? Это какая-то рабочая связь? Триш слабо разбиралась в таком. — Да, и кто же я? — ей было искренне любопытно, что она нашла, так как Триш была по сути призраком. Её не существовало на бумагах. Саксония взяла две чашки и, поставив одну на журнальный столик перед Триш, села на противоположный диван. — Чуть больше двадцати лет назад молодая мама с милым малюткой приобрела небольшой особняк на окраине Ред Грейва. Дом был куплен за наличность, что удивило риэлтора, но девушка выглядела опрятно, даже благородно. Вероятно, наследница богатой семьи. Соседи в ней души не чаяли, наслаждались её садом и дружелюбием, хотя за спиной поговаривали, что она ведьма, так как в её доме часто творилась какая-то чертовщина: то дикий вой, то взрыв, то едва отстиранные от крови простыни, сохнущие во дворе. Звучит знакомо, не так ли? Триш поджимала губы, чтобы не рассмеяться в голос. Серьёзно? — Понятия не имею, о чём вы, — выдавила из себя она, пригубив напиток. Странный вкус, хотя приятнее, чем кровь. — Нет? Ладно, — продолжила Саксония, попивая свой кофе. — Никто из соседей и не подозревал, что все слухи о ней были правдой. Женщина, которую звали Ева, была наследницей старого ведьминского рода Маледетта, чьи представители и сейчас являются весомой фигурой в мире колдовства. Их род неприлично богат и держится невероятно сплочённо. Хотя Ева, казалось, отстранилась от дел и от рода на время воспитания малыша. — Мне говорили, что воспитание детей отнимает много времени. — Она вернула допитую чашку на столик. — Особенно если речь идёт о мальчиках. — Да, вероятно, так и есть, — усмехнулась Саксония. — А что было дальше? — Двадцать лет назад особняк сгорел. Никто не выжил… — Позор, — фыркнула Триш. — А как же её ведьминские навыки? — Я подумала о том же. Как наследница такого большого и сильного рода могла умереть в обычном пожаре? Её ребёнок — возможно, но она? Сомневаюсь. Триш старалась держать лицо. Правда старалась. Саксония даже не подозревала, что всё было наоборот. Что это Ева не пережила тот день, а один из её детей жил прямо в этом агентстве. С другой стороны… её вопрос имел место быть. Как ведьма, околдовавшая сердце Спарды, так легко погибла в пожаре? Триш фыркнула. Мундус. Его рук дело. А может быть, Маледетта отвернулись от неё из-за её связи с демоном и лишили своей силы. Теперь уже невозможно узнать наверняка. — Грустная история. — О, но это не конец. — Саксония отставила кофе. — Нет? — удивилась Триш. — Конечно, нет. Известно ли тебе, в чём заключается сила рода Маледетта? — Не имею ни малейшего понятия. — Проклятья. Всех свойств: от порчи на понос до смертельной метки. Триш усмехнулась. — Всем известно, что если необходимо наложить проклятье, то за этим следует отправляться к Маледетта. Их проклятья самые сильные, самые точные и стойкие, их невозможно снять без вмешательства члена рода. — Такое мощное колдовство должно обходиться недёшево. — Собственно, так они заработали себе имя и состояние. Триш хищно оскалилась. — Они никому не раскрывают своих тайн, но мир кажется немного проще, когда ты информатор и тебе все должны. Так что я выяснила, что сила их проклятий зависит от принесённой жертвы. — Это сказал бы тебе любой практик, — фыркнула Триш. — Так что ты зря потратила одолжение. — Ни один практик, кроме Маледетта, не сказал бы мне, чего стоит жертва наследницы рода. Триш застыла на середине вдоха и неуверенно посмотрела на Саксонию. — А оказалось, что такая жертва способна сотворить невозможное. — Например? — прошептала Триш. — Например, воскресить мертвеца, чтобы тот смог убить проклятого своими собственными руками. Триш в шоке уставилась на Саксонию. — Даже если всего на секунду. Нет. Это невозможно. Ева мертва давным-давно. Мундус сделал Триш по её образу, чтобы запутать Данте. Не из-за какого-то проклятья с истекшим сроком годности! Но ведь она помогла Данте. Она приложила руку к смерти ублюдка, посмевшего ранить её детей. Каких, на хрен, детей?! Триш бесплодна! Она кукла! Даже не полноценный демон! — Примерно в этот момент мне стало понятно, как этот оболтус смог прикончить самого принца ада. Он просто оказался в удачном месте в удачное время. Ведь тем, кто убил Мундуса, была Ева, принесшая свою жизнь в жертву самым мучительным образом двадцать лет назад. Но Триш не слушала её. Она схватилась за голову, пытаясь вернуть самообладание. — Какая… впечатляющая история, — пробубнила она, опуская любые попытки казаться нормальной. — И не говори! Такая любовь заслуживает уважения. Жаль, конечно, её ребёнка. Но, думаю, свершившаяся месть позволит им обоим упокоиться в мире. — Полагаю, что так… — выдохнула Триш. — И, раз уж ты отыграла свою роль во всей этой драме, полагаю, теперь тебе нечем заняться? Триш не сразу поняла, о чём именно Саксония спросила её. — Что? — Признаюсь честно, мне не до конца понятна твоя природа, — всё-таки проклятья Маледетта работают странным образом — но, если ты позволишь мне это проверить, я могла бы найти тебе подходящее занятие. Триш могла не разбираться в межличностных отношениях, но этих елейных речей о союзах и предательствах она в достатке наслушалась в аду. Если она сейчас продешевит, то вновь угодит в ловушку подчинения. На этот раз к человеку. — Жаждешь сделать из меня своего раба? — Фу, не веду дел с рабами. Предпочитаю сотрудников или партнёров. На крайний случай учеников. — Тогда у меня есть одно условие. — Какое? — Если мне что-то не понравится, я уйду, и ничего не буду тебе должна. — Ха, а ты не церемонишься! — усмехнулась Саксония. — Мне нравится твой подход, но ты не думаешь, что это немного невыгодно для меня? — В твоих интересах заинтересовать меня достаточно сильно, чтобы я не подумала об уходе. Саксония задумчиво прищурилась. — Кроме того, у тебя есть фора. Я действительно не представляю, чем заниматься в мире людей. Саксония хищно оскалилась. — По рукам.

***

Теперь Данте понял, что старая карга имела в виду. Заказчицей оказалась взрослая женщина, которая использовала однофамилицу, чтобы отвлечь от себя внимание. Данте готов себе признаться, что, если бы не Неро, он бы вспорол горло суке. Из-за этой тупой мрази его племянник потерял руку. Из-за этой ебаной пизды на Пэтти покушались ещё дважды, а его однорукий племянник был вынужден защищать её, пока Данте разбирался с остальными. В результате тупая сука решила удочерить девочку. Хоть какое-то торжество справедливости, хотя Данте что-то нихуя не весело. До Сан-Грегори они добирались вдвоём. Забрали тачку и за полдня доехали до маленького портового городишки. Как и обещала старая карга, их подобрали в местной забегаловке и сопроводили до места портала. Тоже геморрой. В первый раз Данте подумал, что это совпадение, но сейчас был уверен — порталы не были случайными местами в пространстве. Рядом с каждым из них ощущались следы Верджила. Та комната, в которой Неро укусил его, была целиком и полностью во вкусе его брата. Там ощущался слабый, едва уловимый флер его ни с чем не сравнимого демонического присутствия. Эта пещера… блять, его брат был вынужден жить в пещере. И не было никакого способа понять, как долго или давно это было. Просто всё то же блядское ощущение Верджила. Данте прикрыл глаза. Он пообещал Неро найти Верджила. Этот портал, увы, слишком мал, туда едва протиснется голова Неро. Не то чтобы Данте позволил однорукому пацану разгуливать по преисподней. Одного его тоже не оставит. Вот и получается, что спасение Верджила придётся отложить. На месте работали трое. На этот раз с каким-то оборудованием. Прямо напротив портала была установлена автоматическая турель. Видимо, для безопасности. Когда её отключили, им позволили подойти поближе, и на этот раз Данте просто приклеился к племяннику. Нахуй, он больше никого не подпустит к мальчишке. — Ну как? — тихо спросил он, пока Неро осматривал портал. — Так же, — пожал плечами тот. Данте молча подставил запястье для укуса. Неро молча прокусил кожу и сделал глоток. Закрытый большим телом Данте, Неро мог хоть танцевать, его бы не увидели. Но вместо этого Неро начертил руны на полу, прямо под висящим в пространстве порталом, а потом вытянул руку… которой не было. Блядь. Неро тут же поменял руку, взмахнул ей. Ничего не произошло. Неро нахмурился. — Что-то не так? Нужно больше? — предложил Данте. — Ямато… не отвечает. Данте нахмурился. «Эй, зубочистка, ты там?» «Убью… когда… вернется…» — словно через помехи отвечал меч. Звучало пиздецки странно. Словно бы… часть его была здесь, а часть — в другом месте. Данте сжал зубы и тяжело вздохнул. Руку Неро не сожрали. Её спиздили. И Данте даже подозревал, кто именно. «Можешь закрыть портал?» «Очевидно… нет… имбецил…» Данте снова вздохнул. «Осторожно… его жизнь… опасность… больше не могу… поддерживать…» У Данте сердце в пятки упало. Это ещё что за новости, на хуй? «Не рискуй… найди меня…» Данте скривился, взял Неро в охапку, ногой стёр последовательность и, не обращая внимания на протесты Неро, пошёл обратно к машине. — Что с тобой не так?! — возмутился Неро. — Кое-что не так с Ямато. И это как-то влияет на… твоё здоровье. Неро замер, взгляд его на секунду помутнел, а потом щеки резко побледнели. Он с ужасом уставился на Данте. — Данте… я… умираю… Что? — Что? — Сила, она должна восполняться, но почему-то тает. Я не знаю, почему. Данте кивнул. — Ямато. — Наверное, я не знаю… — Всё хорошо, Неро. Не переживай, — он завёл машину, — я разберусь с этим. А что касается силы, меня хватит на нас двоих. — Я же сказал, что это должна быть моя собственная сила! — Пока мы не решим вопрос с Ямато, у тебя нет другого выбора, малыш. Неро вдохнул, да так и застыл. С поражением выдохнув, он откинулся на спинку сиденья. — Я не хочу быть обузой для тебя, — совсем жалко пробубнил он. — А может быть, я хочу, чтобы ты был моей обузой? Неро удивлённо встрепенулся, но промолчал. Домой они добирались в уютном молчании.

***

Орен никогда не терял конечностей, но невозможность использовать правую руку не казалась обременительной. Честно говоря, он даже не задумывался об этом, пока старуха — Саксония — не предложила ему лучшего физиотерапевта в городе. Орена передёрнуло от воспоминаний. Он никогда не видел человека таким злым. Если бы он не знал наверняка, подумал бы, что она демон, причём не маленького порядка. Их с Данте гляделки чуть не взорвали помещение от напряжения, столько ярости было в Саксонии. Столько отчаянного раскаянья было в Данте. Как будто он, блять, виноват в проёбе Орена. Орен скривился и продолжил вести бухгалтерскую книгу. Завёл сразу после того, как Пэтти Лоуэлл — старшая, а не младшая — занесла им вторую часть оплаты. Нужно было спасать бедственное финансовое положение Данте. Младшая, отказавшись от удочерения, получила приличную компенсацию и теперь повадилась приходить в агентство каждый день. Сначала жаловалась на срач — мол, без неё они утонут в мусоре, тогда Орен стал прибираться. Потом жаловалась на нездоровое питание — мол, холодильник ломится от овощей, а они всё равно жрут пиццу, тогда Орен стал готовить домашнюю. Потом начала жаловаться на то, что Данте эксплуатирует Орена и ни черта не делает сам. На это возразить было нечего. Но приютское воспитание сделало из девочки действительно хорошего помощника. Иначе бы Орен не стал её терпеть. Так и повелось: Орен ведёт учёт расходов, Пэтти кашеварит, Данте наводит срач, ест в три горла и иногда ходит на работу. Один. Уходя, он запирает все двери и окна на четыре руны, а ещё просит кого-то из своих знакомых посидеть с Ореном. Триш всё чаще отсутствовала, поэтому обычно это был Моррисон. Сложно быть сильным. Чем выше ты, тем меньше и меньше людей способны поспевать за тобой. Орен отвлёкся на секунду и вспомнил Кирие. Да, она была подругой Неро, а не Орена. Орена она даже не знала, но это не мешало ему наслаждаться мечтами о ней. Такая отчаянная, сильная подруга. Готовая бороться за дружбу Неро. Орену хотелось бы познакомиться с ней. Может быть, она согласилась бы стать и его подругой тоже. Отмахнувшись от грёз, Орен вернулся к бухгалтерии. Выудив из бездонного ящика стола новую стопку счетов, Орен взглянул на первый и нахмурился. — Ателье Мадам Зольски? — вслух прочёл он. — Это те кожевенники, которые сделали тебе одежду? — Понятия не имею, что за ателье, — отозвался с дивана Данте. Орен нахмурился, взял следующий счёт. — Колодки и кожа? — Мимо. — Бэнг-Бэнг? — Не-а. — А имена Тики и Нести? — А вот это моё. — Тогда откуда, чёрт подери, у тебя эти счета? Данте пожал плечами. Орен вздохнул, взял трубку, набрал номер. — Саксония слушает. — Здравствуйте, это Неро. — Привет, малыш. Я немного занята, у тебя что-то срочное? — Хотел спросить, нет ли у вас секретаря, которого нужно наказать несложной однообразной работой. — Что стряслось? — Какой-то ублюдок повадился ходить по магазинам за счёт «Devil May Cry». Я мог бы и сам пройтись по всем магазинам города, чтобы позакрывать счета, но Данте тогда тоже будет занят. — Хм, думаю, у меня есть человек, который этим займётся. Но взамен ты выполнишь для меня одну работу бесплатно. — Что за работа? — Старый демонический трактат. Мой специалист по рунам сейчас уехал в Италию по семейным делам, а Мария говорила, что ты неплохо разбираешься в этом. — Когда вам нужен перевод? — Не к спеху, но чем раньше, тем лучше. — Хорошо, договорились. — Жди курьера, — сказала она и повесила трубку. Орену нравилась её манера вести дела. И если в ней не было демонической крови, то в её истинном имени должна была быть пара-тройка знаков, которые можно было бы прочесть, как «демон». Неро повесил трубку на рычаги и вернулся к бухгалтерии. В целом, если Данте возьмёт ещё один дополнительный заказ, они даже выходили в ноль… в следующие три месяца. Правда, денег на карманные расходы вообще не оставалось. Но ничего, Данте и так ничего не покупает, а Орен обойдётся. — Я думаю, что Данте неплохо было бы прикупить новую одежду, — подала голос Пэтти. — Зачем? — не слушая её, на автомате буркнул Орен. — Ну, знаешь, на всякий случай. Я уже поняла, что его ужасный стиль не исправить, но вдруг порвётся. — Не порвётся, — снова буркнул Орен. Когда он прибирался, ему в руки попался плащ Данте. Вся подкладка была сделана из ткани с руническим узором. Если Данте ранят в такой одежде, ткань, обагрённая его кровью, срастётся так же, как его собственная кожа. — Но даже у тебя есть два сменных комплекта, — надулась Пэтти, чем всё-таки заставила Орена оторваться от книги. Это правда, но его одежда не пропитана рунической магией. Более того, он умрёт, если наденет такую в своём состоянии. — Дядя, тебе нужен новый комплект одежды? — Нет. — Вопрос закрыт. Пэтти выпятила губу, но больше спорить не стала. В этот момент дверь в агентство открылась. — Добро пожаловать в «Devil May Cry»! — дружелюбно улыбнулся Орен. — Чем мы можем помочь вам? — Не думала, что у тебя настолько плохо с деньгами, что ты решил открыть детский сад, — усмехнулась вошедшая женщина. Орен пригляделся внимательнее. Боевые шрамы по всему телу, входит в логово демона как к себе домой, но при этом обвешана оружием, как ходячий арсенал. — Всё копишь, чтобы отдать мне свой долг? Данте лишь скривился в ответ. — А вы кто? — Я… — женщина обернулась к нему и застыла с раскрытым ртом. — А я всё гадала, почему у тебя нет девушки. А ты решил проскочить этот этап и сразу перешёл к сыну? — Он мой племянник, — буркнул Данте, поднимаясь с дивана. — Чего приперлась? Денег сейчас нет. — А у тебя их никогда нет. — За что ты ей должен? — вклинился Орен. — Да за всякое. То вот оружие в аренду возьмёт, то мост разрушит, то в карты продует. — И сколько он должен? — обратился к ней Орен. — В общей сложности, — постучала себя по подбородку женщина, — сто кусков. Глаза Орена поползли на лоб. — Это не считая дюжины мелких одолжений, которые он мне проспорил или обещал. Данте скривился и поспешил к бару, безуспешно утопиться в алкоголе. — Откуда так много? — ошарашенно переспросил Орен. — У неё спроси, — буркнул Данте, — любой чих и я уже должен. Орен посмотрел на женщину. Судя по арсеналу, для неё эти сто кусков — ничто. Она спустит их в ближайшей же потасовке и получит столько же за следующую. Тогда какого? И тут его мозг зашевелился. «А я всё гадала, почему у тебя нет девушки.» И потом те умные книжки по психологии взаимоотношений, которые Неро подарила мама. Там говорилось, что существуют разные языки любви. И одним из таких языков были «деньги» или их эквивалент «подарки». Что-то материальное, что можно пощупать. Орен нахмурился. — Как давно вы знакомы? — уточнил он на всякий случай. — Десять лет, — буркнул Данте. — Мы с ней твоего батю на Темен-ни-Гру гоняли. Она прилетела мне в руки, пустила пулю в лоб, так и познакомились. — Вообще-то, немного раньше я чуть не переехала тебя байком. — Чуть — не считается. Поэтому я тот раз и не запомнил. — Тот байк ты потом взорвал. И, кстати, до сих пор не вернул за него деньги. Так что ещё десять кусков сверху. — Он стоил не больше восьми! — возмутился Данте. — Инфляция, — обречённо вздохнул Орен. — Видишь, даже твой племянник понимает. — Ладно, я запишу в бухгалтерскую книгу новую статью расходов. Как вас зовут? — Леди, — ответил за неё Данте. — И просто запиши её в прочие расходы. — Нет, Данте, ухаживания требуют отдельной статьи. Тем более, что их сложно планировать. И Данте, и Леди потеряли дар речи. — Ухаживания? — удивилась Пэтти. — Ну смотри. Они десять лет вместе, всё ещё не убили друг друга, Леди терпит Данте, а Данте всё ещё пытается выплатить свой долг. Я согласен, это выглядит как странные отношения, даже для меня, но её озабоченность тем, что у Данте нет девушки и есть сын, расставила все точки над «и». — И то верно, — подтвердила его догадки Пэтти. — Вы двое встречаетесь? Леди густо покраснела: — С этим имбецилом? — взвизгнула она. — Да никогда в жизни! — и пулей вылетела из здания. — Данте, хватит попусту переводить алкоголь, — буркнул Орен, глядя на то, как переполненный стакан переливался янтарной дурнопахнущей жидкостью. Тот ругнулся, отпрыгивая от протекшего на стойку Джека. — Я ведь только что там протирала! — недовольно простонала Пэтти, подпрыгивая с дивана. Данте всплеснул руками и вышел в уборную. Орен вскочил с места и посеменил за ним. — Я что-то не то сделал? — Некоторые, даже очевидные вещи, не стоит объявлять во всеуслышанье, пацан. — Открыв кран, Данте сполоснул руки и едва покрасневшее лицо. — Но она ведь тебе нравится. — Это ничего не значит. Орен огорчённо вздохнул. — Если бы… — несмело попробовал он, — если бы мама была с папой чуть-чуть откровенней, всего этого не произошло бы. Данте замер с руками, прикрывающими лицо. — Она достаточно сильная для тебя. Она терпит тебя. Она нравится тебе. Другого шанса может не быть. Это понимаю даже я. Орен ушёл. Он не заметил, как Данте запустил голову под ледяную струю воды.