Блокнот для мыслей

      Дайгоро хмурился, сидя в кресле и глядя на лежащий на столе в общей гостиной блокнот. Тот был закрыт и прошло уже немало времени с того момента, как он открывался в последний раз.       Восьмой не выходил на связь и даже не открывал собственный экземпляр тетради. Они тоже ему не писали, чтобы не поставить в неудобное и потенциально опасное положение перед посторонними людьми.       - Блин… Это уже становится скучно, – проворчал он. – Что там у Восьмого случилось, что он уже так долго нас динамит?       - Ну, мы не можем быть уверены в том, что прошло действительно много времени, семпай, – заметил Эн, который стоял возле шкафа и перебирал их общие книги. – В конце концов, мы уже знаем, что течение времени здесь и снаружи отличается.       - И все же меня тревожит, что Тоши не выходит на связь, – тихо пробормотала Нана, свернувшаяся в другом кресле. – Он всегда старался писать нам хотя бы раз в три дня. И то, что от него так давно нет вестей, меня беспокоит. Потому что если он так сильно и долго занят, что не имеет времени на то, чтобы черкнуть хотя бы словечко, то едва ли это может быть признаком спокойствия и мирной жизни. Или вообще чего-то хорошего.       - Ну да, тут не поспоришь, – кивнул Дайгоро. – Особенно учитывая тот факт, что даже последствия сражения со Все за Одного привели к тому, что он пропал с наших радаров всего на неделю, из которой три дня провел в коме из-за тотального истощения причуды и физических резервов.       Нана кивнула, сжимая руки при воспоминании о том времени, когда Тошинори готовился к приближающейся битве, которая уже маячила на горизонте. Тогда они немало времени провели за перепиской, в рамках которой ее ученик расспрашивал всех предшественников об их опыте сражения со Все за Одного и его потенциальных слабостях. Тогда Второй и Третий несколько часов не отлипали от блокнота и даже заперлись с ним в комнате Лидера, инструктируя преемника и делясь стратегиями, на разработку которых у них ушел не один год.       Сейчас же Тошинори молчал так долго и это ее тревожило. Настолько, что она уже раздумывала поговорить с остальными и попытаться вызвать ее преемника к ним в гости без предварительной договоренности. Это было рискованно, поскольку у них не было возможности даже понять, какое снаружи время суток, не говоря уже о чем-то более детальном.

***

      Это произошло, когда они все вместе сидели на кухне и ужинали. Следует отметить, что это наименование, да и само по себе действие было чистой условностью, данью воспоминаниям о жизни. В конце концов, каждый из них уже много лет был мертв и они понятия не имели о том, как именно течет время в этом месте (хотя Второй и Третий на досуге исследовали этот вопрос вместе с Шестым, используя датировки записей в блокноте).       С другой стороны, они все же старались придерживаться таких бытовых привычек, вроде приемов пищи, сна и прочего. И пусть никто из них не испытывал голода или насыщения, не нуждался во сне и многом другом, им это было необходимо, чтобы просто не сойти с ума. А так был некоторый шанс убедить себя в том, что они просто все вместе живут в общежитии. У них есть личные комнаты и общие помещения, они нередко проводят время вместе и в общем-то довольно успешно уживаются под одной крышей.       Несильный мелодичный звон появился одновременно со свечением, которое разлилось со стороны гостиной, сигналя о том, что действующий носитель открыл блокнот для связи и что-то в нем пишет. Все же для них эта тетрадь была чем-то вроде аналога телефонной связи с внешним миром, так что они настроили ее по той же ассоциации.       Ужин на столе был мгновенно забыт, когда они поспешили в гостиную. Все же, как ни крути, но они все волновались о Восьмом. В последнее время Кудо и Брюс даже по очереди дежурили в той части их общежития, в которой по всем признакам в будущем будет комната Тошинори. Тогда, когда тот умрет и присоединится к ним. Верить в то, что преемник при смерти и потому не выходит на связь не хотелось никому из них, но Второй и Третий все же допускали такую вероятность и действовали соответствующе.       Когда они вошли в гостиную, они увидели, что блокнот раскрылся и увеличился в несколько раз, светясь. Он всегда так делал, когда действующий носитель что-то писал, чтобы привлечь их внимание и чтобы им всем было удобно читать и отвечать. Даже делать это одновременно нескольким людям.       Дайгоро подбежал к столу первым, желая как можно скорее увидеть то, что писал Восьмой. Все же, пусть их знакомство и было во многом опосредованным, а видели друг друга они считанные разы, ему нравился действующий держатель «Одного за всех». И не только тем, что наконец одолел Все за Одного.       Остальные наблюдали за тем, как воодушевление и нетерпение на лице Дайгоро сменилось удивлением и недоумением. Его брови сошлись на переносице, когда он смотрел в переставший светиться блокнот.       - Эй, народ, – окликнул он их. – Посмотрите на это.       Они подошли к столу и столпились вокруг него, глядя на совершенно незнакомый и немного неровный почерк. Такой, словно тот принадлежал ребенку или тому, кто не привык иметь дело с иероглифами. Это не был почерк Восьмого. Да и обращение тоже…       - Дорогой дневник? – приподнял бровь Кудо – Это что, шутка такая?       - Не знаю, – нахмурил брови Брюс. – Но посмотрите на дату, Лидер.       Все перевели взгляд на первую строчку странной записи. Послышались удивленные вздохи.       - Да уж… Не удивительно, что нам казалось, что Восьмой долго не выходил на связь, – покачал головой Эн. – Если верить написанному, то снаружи сейчас середина июля. А его последнее сообщение датировалось концом апреля. Что же там случилось?       - Это не похоже на почерк Восьмого. И сомневаюсь, что это может быть результатом повреждения рук. Хотя это могло бы объяснить длительное молчание, – заметил Хикаге, задумчиво рассматривая блокнот. – Но все же я склоняюсь к мысли, что, кто бы это ни написал, это был не он.       - Может… Может это Девятый? – робко предположила Нана.       - Нет, мы бы заметили, если бы твой ученик выбрал преемника и передал ему силу, – покачал головой Йоичи. – В этом случае здесь было бы больше кресел. Да и еще кое-какие изменения обязательно бы произошли. Тебе просто еще не доводилось наблюдать за передачей отсюда, Нана, но поверь, не заметить этого мы бы не смогли.       - Верно, однако полностью исключить эту вероятность мы не можем, – заметил Эн. – Мы не можем быть уверены, что Восьмой не мог решить познакомить преемника с нашим способом коммуникации до передачи.       - Да, но что-то я сомневаюсь, что в этом случае он бы начал свое обращение к нам, как «дорогой дневник», – ухмыльнулся Дайгоро. – Ну, или в этом случае Восьмой вообще ничего ему не объяснил.       Кудо вздохнул и сложил руки на груди.       - Предлагаю не отвечать ничего, пока не разберемся в ситуации. На тот случай, если этот человек вообще не имеет отношения к нам и «Одному за всех», – произнес он. – И нам определенно нужно вызвать Восьмого на ковер. Нам нужна информация из непосредственного источника. Все прочее – лишь наши домыслы, не заслуживающие доверия.       Остальные переглянулись и кивнули. Они все понимали, что подобное решение несет в себе долю риска, так как у них нет возможности подгадать удачный с точки зрения Восьмого момент во времени для этого разговора. Благодаря Хикаге они еще могут отследить угрозу для жизни, но не более того. Так что, если в результате Восьмой отключится во время очередного интервью, они ничего не смогут сделать.

***

      Тошинори перебирал документы у себя в кабинете, когда почувствовал, что в его глазах начало плыть, а все тело сковало слабостью. Кто-то, возможно, и начал бы беспокоиться из-за внезапности и беспричинности подобных приступов, но он только улыбнулся. Наконец-то…       Он потерял возможность связаться с предшественниками и Наной больше двух месяцев назад, когда обнаружил пропажу блокнота, и его единственной надеждой было то, что те сами вызовут его к себе. И теперь это наконец случилось.       Заперев дверь и велев секретарю не беспокоить его, Тошинори попытался устроиться поудобнее на диване в небольшой зоне отдыха в углу кабинета. Тот был слишком мал для полноценного и комфортного сна и предназначался скорее для сидения с чашкой чая, но это было лучше, чем отключиться в кресле или рухнуть на пол.       Тошинори закрыл глаза, ощущая, как «Один за всех» волнами наполняет его тело и вновь отступает куда-то вглубь. Это было привычно и вызывало ощущение комфорта. Со спокойным сердцем он позволил ему мягко увлечь за собой его сознание.       Чья-то рука коснулась его плеча, поглаживая, и Тошинори улыбнулся, приоткрывая глаза. Над собой он увидел свою наставницу, которая тепло улыбнулась ему в ответ. Чуть в стороне слышались голоса остальных предшественников.       - Надеюсь, мы не отвлекли тебя от чего-то важного, Тоши, – произнесла женщина, когда он сел на местном диване. – Все же мы не можем знать, что происходит с тобой там. Однако кое-что случилось и нам нужно поговорить об этом лично.       Тошинори кивнул и поднялся на ноги, направляясь следом за наставницей в соседнюю комнату. Там он увидел всех остальных предшественников, которые сидели за круглым столом. Он не видел их очень давно, но они ничуть не изменились. По центру стола он заметил открытый блокнот. Кажется, все действительно случилось так, как он предполагал еще два с лишним месяца назад, когда обнаружил пропажу.       - Рады снова видеть тебя у нас в гостях, Восьмой, – с улыбкой поприветствовал его Первый. – От тебя давно не было вестей, мы начали беспокоиться.       - В связи с этим у нас к тебе вопрос на миллион долларов, Восьмой, – обернулся к нему Пятый. – С твоими руками все в порядке?       Тошинори озадаченно моргнул, присаживаясь на свободное место за столом рядом с наставницей. Честно признаться, он не понимал, почему к нему возник такой странный вопрос. Должно быть, на его лице слишком явно было написано недоумение, поскольку сидящий напротив него Шестой пояснил причину.       - Ты давно не выходил на связь, – сказал он. – А, по нашим меркам, сегодня в блокноте наконец появилось сообщение. В числе прочего нам показался странным почерк, которым оно было написано. В связи с этим возникло предположение, что твои руки были сильно травмированы и поэтому ты не мог писать, а теперь делаешь это иначе, чем раньше.       - Мы не особо верим в эту версию, но считаем необходимым уточнить этот вопрос, – добавил Третий. – Все же всякое может случиться и никто из нас не имеет какой-либо страховки от этого.       Тошинори кивнул в понимании. Он видел причины, по которым его предшественники могли прийти к подобному выводу на основе имеющейся у них информации. Но, к сожалению или к счастью, это было не так.       - Мои руки в порядке, – произнес он и опустил голову, закусывая губу. – Но, чуть меньше трех месяцев назад кое-что произошло. И я… Я потерял блокнот.       Брови Второго сошлись на переносице, когда остальные переглянулись между собой.       - То есть ты не имеешь понятия о том, у кого он сейчас, так? – спросил он и Тошинори кивнул – Как ты его потерял? Его украли?       - Да и нет, – ответил Тошинори. – На самом деле произошла досадная ошибка, в результате которой два похожих внешне блокнота оказались перепутаны одним из моих сотрудников. К тому моменту, как я это понял, он уже разошелся тысячами копий по всей стране и у меня не было ни шанса на то, чтобы найти оригинал. Я… Я потерял его.       Горечь подкатила к горлу Тошинори, лишая голоса, а на глазах выступили слезы. Блокнот был той ниточкой, которая могла помочь ему установить связь с предшественниками, с Наной. И он ее потерял.       Мягкие и теплые руки наставницы обняли его за плечи, а пальцы вплелись в волосы. Кажется, она понимала его эмоции и чувства и пыталась утешить. Остальные предшественники переглянулись между собой и Тошинори почувствовал их поддерживающие прикосновения на своих плечах и сжавшихся на столе руках.       Сумев хоть немного взять себя в руки и вернув хотя бы частично власть над собственным голосом, Тошинори поднял голову и посмотрел на сидящего напротив него Четвертого.       - Я… Я хотел спросить, – произнес он. – Как вообще появился этот блокнот? Можно… Можно ли его воссоздать, если не получится найти оригинал?       Мужчина пожал плечами.       - Не знаю, – ответил он. – Это произошло со мной, но я до сих пор так и не понял, как это стало возможным и можно ли это повторить. Все, что я могу, это рассказать о том, как это случилось.       - Пожалуйста, – тихо попросил Тошинори.       Мужчина кивнул и поднялся на ноги, отойдя к кухонной стойке и ставя чайник. Параллельно этому он начал свой рассказ.       - Как ты уже знаешь, Восьмой, я вел жизнь отшельника и мне удалось достаточно сильно запутать следы, чтобы избежать столкновения со Все за Одного, – произнес Четвертый. – Однако с некоторого времени я начал понимать, что мое тело в обозримом будущем откажет и я умру. Тогда я начал искать преемника, посещая различные города, но не задерживаясь там, чтобы не привлечь его внимания. Блокнот я купил в одном из них, чтобы записать все, что я узнал и продумал про «Один за всех». Его история, методы моих тренировок и тому подобное. Все, что потенциально могло бы пригодиться моему преемнику и что я, возможно, мог не успеть рассказать ему лично.       Тошинори кивнул. Зная историю своих предшественников, он уже давно понимал, что ему очень повезло, что у него был шанс действительно учиться у прошлого носителя работать с «Одним за всех». Все же все остальные выясняли, как это делать, сами методом проб и ошибок, поскольку сразу после передачи оставались в живых одни. Тем временем Четвертый поставил перед ним чашку с горячим чаем и снова сел напротив, продолжая свой рассказ.       - Тогда я только начал вести записи, когда в один из дней очередная рана открылась у меня на ладони. Это произошло прямо в тот момент, когда я записывал опыт последней тренировки и «Один за всех» все еще был активен во мне, поскольку я сфокусировался на описании своих ощущений. Кровь пропитала все страницы и я был уверен в том, что блокнот испорчен и придется доставать новый. Однако некоторое время спустя я обнаружил, что листы снова чистые. Совсем. Не было ни крови, ни моих записей. И, записав в него новую мысль, я получил первый ответ. Я был шокирован. Причем как самим фактом ответа, так и тем, что происходящее не активировало мою собственную причуду, а значит не представляло угрозы. С этого все началось, – он посмотрел на остальных. – Я не могу гарантировать, что сам блокнот не обладал какими-то особенностями изначально, но то, что случилось, точно не имеет отношения к моей причуде.       - Значит, триггером могла стать ваша кровь? – спросил Тошинори Четвертого.       Мужчина пожал плечами.       - Ты можешь попробовать повторить мой опыт, Восьмой. Активировать «Один за всех» и залить своей кровью другую тетрадь. Но далеко не факт, что что-то из этого выйдет.       Тошинори кивнул. Честно? Он был готов и не на такое, чтобы вернуть возможность общаться с предшественниками, как раньше.       - Это все очень интересно, но нам нужно решить, что мы будем делать с этой проблемой, – Второй указал на блокнот. – Кто-то, кого мы не знаем, использует его. Это риск.       Пятый отмахнулся.       - Ой, да ладно тебе параноить, Кудо, – заявил он. – Вся соль этого блокнота, которая отличает его от остальных, в наших ответах. Не будет их – будет обычная тетрадка. Кроме того, тот, у кого он оказался, похоже намерен использовать его в качестве личного дневника. И, если честно, мне уже наскучили все имеющиеся у нас книги и я с удовольствием почитал бы что-то новенькое.       - То есть вы хотите читать чужой дневник? – Тошинори невольно нахмурил брови.       Пятый усмехнулся.       - Восьмой, мы буквально могила. Ну кому, скажи на милость, мы тут можем выдать чьи-то маленькие секретики?       - Мне, – абсолютно серьезно ответил Тошинори.       Пятый не стал отвечать вслух, но жестом изобразил, как закрывает рот на ключ. Ну, противопоставить этому было особо нечего. К тому же Тошинори не был уверен в том, что они могли дистанционно отключить или уничтожить оригинальный блокнот. Так что пришлось смириться с ситуацией и ограничиться отсутствием ответной реакции на все поступающие сообщения.