Ожившие тени

Дальше Шикаку действовал без зазрения совести. То есть, если из-за «победы» над Минато он ощутил к нынешнему себе явный привкус отвращения, покоробивший его внутренние устои и правила, что-то вроде едко грызшей его мысли, что с Минато оправданья у него нет и не будет, подобных ощущений с Учиха Фугаку у него не возникало. Напротив, самое первое, что Шикаку ощутил после их так называемой «победы» над главой клана Учиха, что он ощутил до всякого своего осмысления, была некая мешанина из чувств, где имелось место облегчению, что Шикаку, увидев Наруто живым и невредимым, испытал прорвавшейся из него дурманящей ум радостью, и где было удивление, какое охватило Шикаку из-за всех удачных действий Наруто. Такие непривычные для Шикаку чувства, на которые ему необдуманно захотелось положиться в желании верить в Наруто, в то, что сложись у них подобная неприятность, какая-либо, и Наруто вновь сориентируется и выручит его. Что он сможет изменить любую ситуацию. Что он «это» захочет сделать и что он «это» в состоянии будет сделать. Почему Шикаку не засомневался в «неправильности» того, что они вытворили с Фугаку? Всё было в том, что условия у Учиха Фугаку в битве с Наруто были гораздо лучше и честнее, нежели аналогичные условия, сложившиеся у Минато. Это после того, как Минато в самом начале битвы «позволил себя удобно ранить». Рисков у Фугаку было меньше, а шансов одолеть противника или противников на значительный порядок больше. Шикаку хорошо соображал головой и понимал, что здесь им с Наруто невероятно повезло. У них обошлось без жертв с их стороны, да и без явных жертв с противоположной. Сложилось так, как сложилось, с этим уж ничего не поделаешь. Шикаку показал шаринган, а Фугаку его видел. И пусть для Шикаку это аукнется большими сложностями, им все равно повезло. Он это понимал. Фугаку, как бы он не скрывал своего отношения к действующему Хокаге, доверял ли он тому или их связь строилась на ином типе отношений, и как бы Фугаку не прятал ответ на этот интересный вопрос за своей абсолютной непроницаемостью и этой... «пресловутой замкнутостью Учиха», он поддался на уловку. Если, конечно, Фугаку не схитрил, и «не обманулся исключительно для других», делая лишь таковой вид, или... быть может тот и правда поверил в смерть Минато, но руководствовался противоположными причинами и чувствами... Так или иначе им повезло, что Фугаку поддался на влияние Шикаку. Что он, не сопротивляясь и не показывая, на что и сам был горазд, с первого раза впитал возникшие от зрелищной иллюзии впечатления. Шикаку решил пока считать, что это было именно так. Так, как оно показалось ему со стороны. Да, пока что он не анализировал случившееся. Настолько быстро для него всё произошло. И не разбирался в причинах, почему Фугаку поддался на его иллюзию. Почему это случилось, не взирая на то, что Фугаку был Учиха, а Шикаку действовал с ним спонтанно, опрометчиво и свою первую попытку, пробу использовать шаринган, не обдумывал, к такой необходимости не готовясь? То есть если при всём этом и винить кого, если подходить к ситуации непредвзято, Фугаку, как не крути, должен был винить сам себя. Только себя. Для такого весомого шиноби как Фугаку, шиноби, умевшего думать и отличавшегося повышенным чувством ответственности перед другими, допустим, перед жителями своего клана, чувство, которое должно была повлиять на него, и отличавшегося требовательностью к себе, винить в своих ошибках каких бы то ни было противников было бы проявлением слабости в характере. Было бы несоответствием самому себе. Так подумалось Шикаку, когда он без сомнений и иных беспокойств вливал в рот главе клана Учиха, кто был по совместительству ещё и отцом малыша Саске, свой экстракт, весь до последней капли, и одномоментно с этим, так как другой возможности у них могло не сложиться, быстро нашёптывал для Наруто следующую, ближайшую для исполнения инструкцию. Подумал так, надеясь, что с Фугаку всё обойдётся, и задержался взглядом на ставшем бледным, но не утратившем свою суровость и хмурость лице Фугаку, видя за ним иное лицо. Чётко померещившееся ему не иначе как в наказание. Оно было женским, встревоженным и хорошо Шикаку знакомым. Таким, какое Шикаку видеть наяву не захотел бы. Так уж у него получилось. О госпоже Микото он не подумал. Не взял в расчёт, что «косвенно» он расстроит особу, какую зарёкся не расстраивать, и с которой он не хотел бы проверять прочность своего везения или же... проверять что либо ещё. Да, тут таиться было не в чём, он остерегался разоблачать «Учиха Саске» перед Микото. Уж перед кем кем, а перед ней точно нет. Потому то он поспешно взял во внимание ещё один факт, более прочих весомый, из-за которого попадаться ему на чём-либо было строго нельзя. Попутно со всеми этими мыслями и действиями, спешными и необходимыми, Шикаку должным образом оценивал молчание Наруто. Не мог не заметить, что деятельный мальчишка не сорвался с места, не побежал вслед своим быстрым и шумным клонам, за минуту ставшим активно орудовать уже за стенами архива. Чем его замаскированные клоны дарили им несомненную передышку, отсрочку, так нужную им сейчас. Правда Наруто порывался сделать это, порывался следовать изначальному плану Шикаку и бежать вдогонку своим же клонам, но после слов Шикаку: «Не суетись ты... мы побудем здесь ещё...», Наруто затих и более не перебивал своего сообщника, оставляя ему возможность успеть оговорить все изменения в плане. Шикаку отметил выдержку пацана как в этом равному ему, а также после он отметил и его приспосабливаемость к изменениям, его интеллект, то, на что Шикаку и поставил, веря в ум блондина, в то, что он поймёт его задумку и опять же, что он не подведёт его. И дал ему добавочную инструкцию, какая должна была стать необходимым фоном для дальнейших действий Шикаку. -Сымитируй скрытые ранения. Хромай, будь малоподвижным, трогай голову, морщись, мало разговаривай, во время разговора в речи выдавай сбившееся мышление. Следи за взглядом. Пусть он будет рассеянным, ни на чём не сосредоточенным... – косо глянул на сообщника, предугадывая, что тот хотел бы у него спросить, и опередил его незаданный вопрос своим уточнением. – Мы избежим битвы и уйдём отсюда позже. А когда Шикаку вернулся к Минато, что он сделал незамедлительно, ни на секунду не забывая, по чьей вине Минато сейчас истекал кровью, и что тому необходимо было помочь, когда он присел возле него на корточки, да пользуясь аптечкой самого Минато, принялся перевязывать тому раны, он, то и дело тревожно поглядывал во всё ещё открытые глаза обездвиженного Хокаге. И за этим делом он услышал доносившиеся из коридора звуки шагов. Успел приподнять взгляд. Увидел первого вошедшего в помещение, вернее, чуть ли не вбежавшего сюда – Морино, и раздражённо, что и подделывать эмоции в голосе ему не надо было, выдал: -Чего так долго, Ибики? Что он сделал суше и громче стандартного звучания голоса наставника. В ответ получил вопрос от Морино Ибики, как подтверждение того, что Шикаку уже им был воспринят за своего. -Что случилось? -Говори громче. Я тебя плохо слышу, – он перевёл взгляд на Минато, что у него получилось легко и естественно, так, как бы мог сделать «он настоящий», будь Шикаку сейчас им. Будь он им, то он непременно кинулся бы к обездвиженному Минато, не только как к главному, кому здесь требовалась помощь. Что бы сделал всякий свой, находящийся при этих же условиях и в этот же момент рядом с Минато. Особенно его Анбу, предположительно вмешавшийся в битву с опозданием, упустивший противника и в первую очередь занявшийся тем, за чью жизнь он отвечал. Что сделал и Шикаку, имитирующий здесь этого Анбу, то есть имитирующий здесь своего. – Здесь была наша парочка детей. Я их спугнул. Хокаге отравили. Его необходимо немедленно доставить в госпиталь, – а после кивнул на лежавшего у деревянного стеллажа Фугаку, за краткий взгляд подмечая, что Наруто уселся прямо на пол и «приходя в себя», держался рукой за голову. Выполнял тем инструкцию Шикаку. – Проверь Фугаку. Тот принял бой первым, – как связанный с «этими двумя» Шикаку при своём собеседнике не ставил одного превыше другого. Он не мог этого сделать. Учиха Фугаку был также важен и должен был иметь своё значение для Учиха Обито. На Морино едва ли поглядывал. Опасался с ним хитрить. Как и на Наруто и на тех двух шиноби, что прибыли вслед за Морино, Шикаку не смотрел. Вместо очевидных ошибок он остро вслушивался в голоса и звуки, а сам тем временем ловко и быстро перебинтовывал руку Минато, уже руку, какую... это помимо ноги, Шикаку всё-таки умудрился располосовать Минато. Да пока он занимался раненым, шепнул ему, изображая свою тревожность. Как фоном. -Как вы, Хокаге-сама? Можете мне ответить? Заметил дрожь зрачков и подтвердил, что Минато до сих пор был в сознании, и что он сейчас видел и слышал всё, что мог видеть и слышать. Был в этом плане несговорчив и вопреки стараниям Шикаку не сдавался. Не уступал ему. Шикаку на секунду, самое большое две, довольно потянул уголки губ вверх. Не мог не порадоваться упрямству Минато, какое, как правило, тот от прочих скрывал. -Как Хокаге? – Шикаку услышал голос Ибики, каким тот, отвечая условиям Шикаку, спрашивал его громче прежнего. И сообразил, что Морино уже закончил с Фугаку, определившись с его предварительным состоянием, непонятным, где однозначный диагноз, помимо того, что Учиха Фугаку «ещё был жив», должны были поставить ирьёнины, а также сообразил, вернее, верил в то, что Морино не заинтересовался Наруто, что не углядел в нём или в самом Шикаку то, что могло вызвать в нём сомнения. Верил, что тот сейчас подойдёт к ним с Минато и переключит своё внимание на том, что действительно от него требовалось. Что тот сделает ровно то, что Шикаку от него и ждал. -Он в сознании, но обездвижен. Говорить не может. Что с Фугаку? – Морино на вопрос первые секунды смолчал. Думал. Шикаку, зная аналитическое мышление Морино, зная, что он мог заметить то, что Шикаку мог упустить из вида, не сдержанно добавил. – Отвечай. -Жив. Он в отключке. Шикаку выдохнул, будто бы был именно по этому поводу в напряжении. Заметил у Минато усиливавшуюся дрожь тела, и чувствуя облегчение, что его экстракт наконец-то стал проявлять своё второе побочное свойство, потянулся к Минато, заглядывая к нему в лицо. -Что ещё? – шепнул он. Хитрить и обманывать своё окружение Шикаку умел. За прошлую жизнь с лихвой научился этому. Знал, как управлять вниманием собеседника, и знал, как это внимание отводить от себя стороной. Мог даже манипулировать сложными личностями, умеющими думать. Морино присел рядом, а Минато, словно он действовал в едином плане с Шикаку, тихо выдал насыщенный болью стон, подтвердив тем Шикаку, что его экстракт полностью начал действовать. За стоном последовал ещё один и ещё, что стало побудительной реакцией для преданного их молодому Хокаге Морино, заставившей его мгновенно закинуть Минато к себе на широкую спину. -Действуй быстро, Ибики. Морино кивнул. Настолько он поддался «организованной для него» ситуации, что ни действием, ни словом, ни взглядом не показывал своих сомнений. -Увидимся в госпитале, – бросил он и рыкнул двум пришедшим с ним шиноби, чтоб кто-нибудь из них доставил в госпиталь и Учиха Фугаку, а через несколько секунд его уже в помещении не было. Так всё у них гладко прошло. Шикаку под молчаливым взглядом Наруто и под взглядом второго шиноби, джонина, оставшегося здесь и осматривавшегося, подобрал папку, что всё ещё лежала на раскуроченном полу. Заглянул внутрь. Не сделать он этого не мог. Они с Наруто пришли сюда за этим. И... возможно, Наруто уже посмотрел на её содержимое... быть может он уже увидел фотографию Хатаке крест. А также возможно, что Минато установил свои сигнальные печати, планируя так их, неизвестную и наглую в своих методах парочку, в будущем выловить. И, если это было так, то возможно именно действия Наруто побудили Минато прийти в архив. Незаметно выдохнул и передал папку джонину, твердо ему озвучив инструкцию: «немедленно принести эту папку Ибики и оставить у него под его сохранность». Это надо было сделать, так как Шикаку не знал наверняка, заглядывал ли Наруто в неё или всё же нет. Оставлять её в доступности Наруто было не разумным. Одно дело, если Наруто уже узнал о Хатаке, другое самому дать ему возможность о нём узнать. Это предполагая, какая у мальчишки может получиться на эту новость реакция... Так думая о Наруто, по большему счёту о нём одном, Шикаку на автомате узнался, где сейчас находились два юных нарушителя спокойствия, какие в понимании всех наворотили дел в архиве и ранили действующего Хокаге и его подчинённого Учиха Фугаку, чем Шикаку для себя подтверждал соответствие своему плану, действовали ли клоны Наруто так, как от них требовалось. Те сейчас отвлекали своим шумом большую часть шиноби. Работали за них. Так вот, Шикаку убедился, что они орудовали на территории клана Сарутоби, там, где они и должны были быть. Недовольно кивнул и рукой подал сигнал Наруто, их сигнал, тайный, какой даже смотревший на них джонин не разглядел бы. Не понял бы, что они так общались между собой. Подобрал свой кунай, второй, какой Минато у него отнял. Что-либо своего здесь, где точно пройдёт отдел допроса Конохи, а он здесь несомненно пройдёт, оставлять было неразумно. «Надо избавиться от него...» – дал себе установку Шикаку и услышал голос замаскированного Наруто. -Ты пойдёшь за ними? – Шикаку кивнул. – Я с тобой. -А сможешь, герой? – из Шикаку, он этого не хотел, не стремился, чтоб его голос настолько реалистично звучал, сквозило раздражение. Впрочем, оно было ему на руку. – Тот пацан тебе хорошо по голове приложил. -Я справлюсь. Этот диалог они не обговаривали, действовали по наитию, хорошо чувствуя, что и как дальше, это исходя из их изначального обмана, им следовало здесь говорить. Шикаку кивнул. Тем дал Наруто своё разрешение, что он по сути происходившего сделал для бывшего при них джонина, кого они также должны были обмануть. В этот момент провести и его внимание. Вот таким образом они вдвоём, никем не остановленные, не отдёрнутые, можно сказать абсолютно спокойно вышли из архива. А позже, когда они разошлись с джонином, когда тот сорвался в сторону госпиталя, а Шикаку с Наруто, друг за дружкой, беззвучно и никем неувиденные, побежали в противоположную сторону, прячась в ночных тенях и за стволами деревьев, да когда они поменяли своё хенге, используя заранее отработанные и оговорённые друг с другом облики, из Наруто в удивлении вырвалось шёпотом: -Ну ты даёшь... Саске... Просто эмоция, как подведение итога их работы. Эмоция, наполненная впечатлениями, что Наруто всё то время держал при себе.