Глава 4: Спроси босса | БДСМ (часть 1)
30 апреля 2025 г., 16:37
Обычно Альфред просыпался от звука своего будильника – который он игнорировал, пока Иван, что из них двоих спал более чутко, не шептал ему на ухо что-то опасное, отчего он наконец просыпался.
Но на этот раз Альфред проснулся, потому что ему было жарко. Невыносимо жарко. А ещё ему казалось, что на него давит что-то твердое. Он почти вспотел.
– Что... – Альфред приоткрыл один глаз и увидел знакомую копну светло-серых волос и бледную кожу.
О боже, это Иван навалился на него.
Сделав несколько судорожных вдохов, Альфред выполз из-под его хватки.
– Эй, ты чего, - пожаловался Альфред, сбрасывая остатки веса тела Ивана со своего плеча. – Да ты меня чуть не убил, - добавил он, чуть пихнув Ивана в висок.
Странно, но Иван даже не пошевелился.
Альфред сел. Он попытался не обращать внимания на волну беспокойства, охватившую его желудок. Голова Ивана была повернута в другую сторону, так что Альфред не мог разглядеть его лица. Но он – да, он определенно дышал.
– Иван? Ты ведь не умер у меня на руках, правда? – всё равно спросил Альфред сиплым голосом.
Иван испустил долгий раздраженный вздох.
– Нет, - пробормотал он и натянул одеяло на голову. – Я устал.
Альфред закрыл глаза, почувствовав немалое облегчение. Он переключил внимание на тумбочку и взял свои очки, а затем и телефон.
– Стой-ка, уже восемь? Как так получилось? – он в панике вскочил с кровати.
– Было громко, поэтому я выключил будильник, - проворчал Иван.
– Ты сделал что? – воскликнул Альфред. – Почему ты хотя бы не разбудил меня? Ай, ладно. Мне нужно собираться. Меня и так этот Людвиг не особо жалует. Если я опоздаю, что ж... – он начал натягивать одежду. – Вот почему я терпеть не могу обычную работу, - сказал он, прежде чем вылететь из комнаты.
Времени на полноценный завтрак не было, поэтому Альфред схватил банку кофе и протеиновый батончик и запрыгнул в машину. Ему потребовалось рекордно короткое время, чтобы добраться от таунхауса до штаб-квартиры фирмы Teutonic, и Альфред едва помнил, как он туда добрался, когда наконец припарковал машину.
Но, что удивительно, он не опоздал. Людвиг пристально посмотрел на него, когда Альфред сел за стол для утреннего совещания, но, поскольку на часах оставалось ещё две минуты, ничего не сказал. Итак, Альфред посчитал это победой.
После ежедневного брифинга Людвиг сделал короткое объявление:
– Просто напоминаю, что сегодня кое-кто заглянет в наши офисы. Его наняли для участия в ремонтно-восстановительных работах, но до него донесли, что крайне важно не отвлекать никого от поставленных задач, – ему потребуется всего пара минут для посещения каждого кабинета.
– Ремонтные работы – это как типа смена имиджа? Потрясающе, а можно мы дадим ему наши заметки? – взволнованно спросил Альфред.
Людвиг держал папку у бедра.
– Что ты подразумеваешь под заметками?
– Ну, знаешь, что-то вроде пожеланий! Я подумал, что огромная фреска – как раз то, что нужно моему кабинету. Может быть, лунный пейзаж или что-нибудь с ковбоями и лошадьми.
– Нет, - вздохнул Людвиг и потянулся к двери. – С живописью мы уже определились. Изящество и абстракционизм. Художник здесь только для того, чтобы сделать кое-какие замеры и провести изучение.
– О, - выдохнул Альфред. У него было столько классных идей. Почему эта компания так упорно стремилась к тому, чтобы все время быть скучной?
После ухода Людвига он вернулся в свой офис, в котором он чувствовал, что обречен на прозябание. Офис был грязно-белого цвета, с громко тикающими часами и странной картиной капли, напоминавшей собаку, но Альфред всё ещё не был до конца уверен. Всякий раз, когда он заканчивал работу на своем компьютере, он смотрел на нее, и иногда она превращалась в кошку, или жирафа, или что-то ещё. Искусство было странным. Именно так Альфред и считал – он и правда нуждался в чем-нибудь веселом.
За час до обеда Альфред уже покончил с большинством своих неотложных дел и начал строить карточный домик. Когда раздался мелодичный стук в дверь, он строил уже четвертый этаж.
– Входите, - устало позвал Альфред, тычком пальца опрокидывая башню.
Внутрь просунулась знакомая фигура с вьющимися каштановыми волосами. В уголках его зеленых глаз появились морщинки, когда он улыбнулся.
– Ого, а ты и правда здесь работаешь.
Альфред просиял.
– Привет, чувак! Никогда не думал, что увижу тебя здесь. Как дела?
Антонио вошел – под мышкой у него был большой альбом.
– Ты не знал? Людвиг попросил меня написать несколько картин для ваших кабинетов, - он обвел взглядом комнату и присвистнул. – Должен сказать, что здесь довольно уныло. И когда я заходил сюда в последний раз, всё было так же.
– И не говори, - простонал Альфред. – Я пытался понять, что это за клякса с тех пор, как попал сюда. Я просто не понимаю современное искусство.
– Эта клякса? – Антонио указал на картину в рамке. Он поднес руку к подбородку. – Мне кажется, что это сидящий человек.
– Да нет, - Альфред отодвинул стул и подошел к Антонио у картины. – Это же собака. У нее уши, хвост и всё такое.
Антонио хмыкнул и присмотрелся повнимательнее.
– О да, ты прав! Ну, в любом случае, это не очень хорошая картина. Я постараюсь написать что-нибудь получше, - он подмигнул и открыл свой альбом.
– А есть шанс, что я смогу убедить тебя сделать мою картину немного интереснее, чем у остальных? – Альфред с надеждой улыбнулся.
Антонио убрал карандаш за ухо и рассмеялся.
– Людвиг был очень точен в своем запросе. Он хочет «спокойные и абстрактные изображения, которые ни на что не похожи».
Альфред запрокинул голову.
– Почему он такой скучный? Это автомобильная компания! У нас должны быть схемы на стенах. Классные фотки гоночных авто. Возможно, мне нужно ещё раз поговорить с ним, - пробормотал он.
– Я бы немного подождал, - усмехнулся Антонио. – Он показался мне очень нервным, когда я только что с ним разговаривал.
Альфред вернулся в свое большое офисное кресло и развернулся.
– Он всегда такой. Я к этому привык.
Антонио не ответил, и к тиканью часов присоединились короткие звуки царапанья карандаша.
Альфред еще пару раз повернулся на стуле, чувствуя себя очень взвинченно. Будь он дома, он хотя бы мог начать донимать чем-нибудь Ивана. Ой.
При мысли об Иване Альфред вспомнил об их незаконченной войне. После его последней попытки наступило затишье, но это не значило, что Альфред так и не задумывал.
– Тони, - начал он. – Ты ведь замужем за Ловино, верно? За тем вспыльчивым итальянцем из бутика?
Антонио улыбнулся, продолжая рисовать.
– Верно. Уже почти год. Он только внешне вспыльчивый, но внутри он намного, намного хуже, - закончил он со смехом.
Альфред забарабанил пальцами по столу.
– Ты ведь знаешь, что я тоже замужем, да?
– Кажется, я слышал об этом от Гила, - сказал Антонио, поднимая глаза. – Замужем за тем страшным… в смысле, за Иваном, верно? Ты довольно молод для брака.
– Да. И не волнуйся, я знаю, что большинство людей считают его страшным, - легко отмахнулся Альфред. – В любом случае, можно мне попросить твоего совета?
Антонио пожал плечами.
– Помогу, чем смогу.
– Эм, так вот, у меня некоторые проблемы с тем, чтобы убедить Ивана… позволить мне быть сверху, - начал Альфред. Сколько бы раз он ни повторял эту фразу, легче не становилось. – И я перепробовал всё, что только можно, но, кажется, ничего не работает. Он по-прежнему ведет себя так, будто этого просто никогда не случится.
– А что ты пробовал? – с любопытством спросил Антонио.
Альфред удивился и немного обрадовался тому, что Антонио отреагировал не так бурно, как Франциск. И он не собирался упускать свой шанс.
– Я, блин, пытался быть романтичным, как и советовал Франциск. Я купил цветы и прочий хлам и украсил дом. Затем я последовал совету Фели и Ловино и купил ещё шарфы, пальто, да практически всё, что ему нравится, - он скрестил руки на груди и надулся.
Антонио тепло рассмеялся.
– Ты довольно богат, не так ли?
– Ээ, да, - Альфред моргнул. – В смысле… ну да.
Антонио покачал головой и сделал несколько пометок в своем альбоме.
– Не думаю, что Ивана интересует то, что ты сможешь купить на свои деньги. И вообще, в сексе многое зависит от доверия. Скорее всего, он тебе не доверяет.
У Альфреда отвисла челюсть.
– Чт… он что? Не доверяет мне? Да ты знаешь, сколько я делаю для этого парня? – воскликнул он. Альфред мог бы составить список всего, что он делает, даже если большая его часть была связана с деньгами.
– Успокойся! Это всего лишь мои наблюдения! – защитился Антонио, закрывая свой альбом для рисования. Он положил его на пол и достал из заднего кармана рулетку. – Знаешь, Ловино в чем-то похож на него. Он не доверял мне целую вечность. Мне пришлось показать ему, как сильно я его люблю, во многих смыслах, чтобы он передумал, - объяснил он, прежде чем приложить рулетку к стене.
Альфред сделал паузу.
– Любишь... хах.
Он молчал дольше, чем обычно, и Антонио это явно заметил.
– Альфред, - начал он, направив на него взгляд. – Только не говори мне, что ты не сказал человеку, за которого вышел замуж, что любишь его, - выражение его лица приобрело оттенок крайнего ужаса.
Альфред чувствовал себя так, словно совершил преступление. Но это было несправедливо – Антонио ведь не знал полную картину. Он просто не понимал, что за история случилась между Альфредом и Иваном.
– Эй, подожди! – быстро воскликнул он, чувствуя обвиняющий взгляд зеленых глаз Антонио. – Мне он тоже этого не говорил! Это не входило в наш уговор. Мы поженились... потому что. Ух, я не знаю, как это объяснить. Всё дело в семейных дрязгах и нашем общем эмоциональном багаже. Но любовь никогда не была частью сделки!
Любовь. Иван. Любовь. Альфред никогда раньше не ставил эти слова рядом. Это выбило его из колеи. Он покраснел до ушей.
Антонио слегка прищурился.
– Значит... ты его не любишь.
Иван. Любовь. Иван.
– Откуда мне знать? – смех Альфреда раздался на октаву выше. – Я знаком с этим парнем всего полгода! Скорее всего, и он меня не любит, - как только эти слова слетели с его губ, его будто ударили коленом в живот. Разве имело значение, любил его Иван или нет? Ведь не имело же, правда?
Тогда почему сама мысль об этом причиняла боль?
– Но судя по тому, что ты сказал, ты всё равно ему доверяешь, - медленно продолжил Антонио, не отрывая взгляда от лица Альфреда.
– Ну, да, - признался Альфред. – Вообще-то, да, так и есть. Без вопросов, - он прикусил губу. – Вот почему эта ситуация выводит меня из себя. Что я должен сделать, чтобы достучаться до него? Он даже не показывает мне свои черновики, но я знаю, что он работает над чем-то за моей спиной. Это какой-то бред! – он запустил руки в волосы и потянул их за корни.
Антонио, сидевший в другом конце комнаты, вздохнул.
– Что ж, ладно. Если Франциск и Ловино дали тебе совет, я тоже дам, - согласился он, привлекая к себе всё внимание Альфреда. Лицо Антонио было серьезным. – Подумай, любишь ли ты его, и когда поймешь это, скажи ему об этом. Это поможет, - он отложил рулетку и достал альбом, чтобы сделать последнюю пометку.
– Ух, спасибо. Наверное, - ответил Альфред, прокручивая в голове эти слова. Только когда Антонио был уже на полпути к двери, он кое-что осознал. – Подожди, ты сказал «когда», но ты имел в виду «если», правильно?
Антонио коротко помахал ему рукой и вышел из кабинета.
***
Разговор с Антонио привел Альфреда в странное настроение. Тема любви не поднималась со дня свадьбы, и даже тогда Альфред был уверен, что Иван использовал её как предмет торга, чтобы сбежать от Натальи. Что не было чем-то из ряда вон. Они оба были довольны женитьбой. Но с тех пор Иван больше не поднимал эту тему, а Альфред вовсе и не пытался. На самом деле ему не хотелось думать о том, любит он Ивана или нет. Это казалось просто... рискованным. Конечно, сейчас они вели странную игру, но, по большому счету, Альфред ничего не хотел бы менять. И слова «я люблю тебя» казались ему верным способом разрушить отношения. Да уж, этот план никуда не годился. Скорее всего, он не любил Ивана. И он сомневался, что Иван тоже любил его, даже если думать об этом было действительно больно. Альфреду хотелось, чтобы Иван любил его. Даже если это было эгоистично, ему хотелось услышать признание хоть раз. Хотя вряд ли он смог бы ответить тем же. Впрочем, это было неважно. Любовь или нет, они были женаты и жили вместе. Этого, вероятно, было достаточно. Эти страшные мысли всё продолжали кружиться у него в голове, так что неудивительно, что после ухода Антонио он почти не работал – лишь пялился на странную кляксу и возводил очередную карточную башню. Затем внезапно пробило пять, и он, хмурее грозовой тучи, прошаркал из своего кабинета. – Ты же всё ещё не расстроен из-за картины? Альфред обернулся и увидел, что Людвиг пристально глядел на него с портфелем в руке. – О, нет. Конечно, нет, - усмехнулся Альфред. Он совершенно забыл о ремонте. – Твои драматические вздохи говорят об обратном, - заявил Людвиг, но вид у него был уже не такой сердитый, как утром. – Если тебя это действительно беспокоит, почему бы тебе не поставить фотографии на своем столе? Не могу поверить, что мне приходится говорить тебе об этом. Альфред потерял нить разговора вскоре после того, как Людвиг начал говорить, всё ещё погруженный в ужасные размышления о любви – и её отсутствии. – Я займусь этим, - неопределенно ответил он и повернулся к двери. – Пока я не забыл, - позвал Людвиг. Он вручил Альфреду маленький конверт. – Я знаю, что мы все получаем слишком много электронных писем, поэтому вот приглашение на корпоративную вечеринку в следующем месяце. Альфред оживился. – Корпоратив? – он вскрыл конверт и прочитал содержание письма. – Да, черт возьми! У нас корпоратив? Наконец-то хоть что-то веселое. О, я могу помочь с музыкой. Или с чем-нибудь ещё. Хочешь, я найму кого-нибудь из артистов? Людвиг ущипнул себя за переносицу. – Альфред, я ценю твой энтузиазм во всем, что мы здесь делаем. Но это всего лишь официальное мероприятие в честь сороковой годовщины компании. – Годовщина, да? – Альфред повертел письмо в руках, надеясь найти больше информации. Список мероприятий, групп или чего-то в этом роде. В нем были указаны только время и место. Людвиг положил руку ему на плечо. – Тебе ничего не нужно делать, кроме как надеть костюм и прийти со своей парой, - заявил он. – Больше ничего. Я серьезно. При упоминании о паре Альфред напрягся. – Да, э-э, без проблем, - рассмеялся он и сунул письмо в карман пиджака. Людвиг всё ещё пристально смотрел на него. – С тобой... все в порядке? – когда Альфред посмотрел на него, Людвиг неловко кашлянул. – Я просто заметил, что сегодня за обедом ты не стал развлекать нас новой лекцией из области американской поп-культуры. Надеюсь, ты не подумал, что я был слишком резок с тобой сегодня утром. Альфред ухмыльнулся. – Всё в порядке, чувак. Я уже знаю, как у тебя меняется настроение. Завтра я снова буду доставать тебя, не переживай. Людвиг вздохнул. – Пока ты хорошо выполняешь свою работу, я буду мириться с этим, - он взглянул на часы и повернулся, чтобы уйти. – Подожди, - вдруг выпалил Альфред. – Возможно, это несколько странный вопрос, но, ээ, что ты делаешь, когда хочешь произвести впечатление на Фели? Людвиг выпрямился, явно испытывая неловкость. – Это как-то связано с рассказом Фели о тебе в магазине на прошлой неделе? – Да, это так, - с улыбкой признал Альфред. Он не мог поверить, что спрашивает не кого иного, как Людвига. Этого парня даже не было в списке. Но не было ни единого шанса, что он прислушается к тому, что сказал Антонио. Альфреду просто нужно было что-то ещё, что угодно, что он мог бы сейчас унести с собой. Людвиг поджал губы, и это могла быть игра света, но Альфреду показалось, что его уши тоже немного покраснели. – Ну, я часто покупаю букет цветов по дороге домой с работы... – Да, я пробовал, - проворчал Альфред, скрестив руки на груди. – А у тебя есть ещё вариант? Какой-нибудь... нематериальный? Людвиг нахмурился. Ему не нравилось, когда его перебивали. – Может, если ты выразишься конкретнее, я пойму, как именно тебе можно помочь. Альфреду пришлось отвести от него взгляд. – Ээ, ну, - пробормотал он. – Это своего рода проблема в спальне. Видишь ли… – Понял, - Людвиг быстро остановил его, его лицо стало суровым. – Давай обсудим это снаружи. Пока они шли к парковке, Альфред подробно объяснил, в чем дело. Что было для него очень приятно, потому что он вновь мог дать волю чувствам после целого дня депрессии. Однако, когда они, наконец, остановились рядом с блестящей черной машиной, он заметил, что лицо Людвига стало красным, а глаза зажмурены так, будто он пытался заглянуть себе в голову. – Ну, вот и всё. С тобой всё в порядке, босс? – Альфред ухмыльнулся и подтолкнул его локтем. Людвиг оттолкнул его руку и нехотя поднял на него суровый взгляд голубых глаз. – Мне нужно говорить тебе, насколько непрофессионально рассказывать своему работодателю о своей личной жизни? – О, но ты же не просто мой начальник. Ты ещё и мой друг, верно? – Верно, - вздохнул Людвиг, вытирая лицо рукой. – У меня есть предложение, которое может помочь, но ты не должен никому говорить, что это я тебе посоветовал. Особенно кому-либо из компании. – Я могила, - пообещал Альфред и совершил движение, будто застегивал рот на молнию. – Так в чем дело? – Ну... ты пробовал садо-мазо? – тихо спросил Людвиг. Улыбка Альфреда погасла. – Ээ, то самое с веревками и всем таким? – когда Людвиг коротко кивнул, Альфред добавил. – Тогда нет. На лице Людвига появилось странное выражение. Прежнее опасение исчезло, сменившись почти что недоумением. Альфред прищурился. – В чем дело? – Ни в чем, просто, - Людвиг прочистил горло. – Гилберт упоминал, что они с Иваном занимались этим... довольно часто. Вот я и подумал, что и вам двоим это наверняка пришло в голову. В животе Альфреда разлился жар. Он хорошо знал это чувство: оно возникало у него почти всегда, когда упоминалось имя Гилберта. Сначала они были друзьями, но когда он узнал, до чего доходили их отношения с Иваном, все стало просто... неловко. По крайней мере, для него. – Значит, они этим занимались, да? Неудивительно, - выплюнул Альфред, засовывая руки в карманы куртки. – Значит, и мне следует. – Послушай, мне немного неловко втягивать тебя в это. Я думаю, сначала тебе нужно хотя бы поверхностно изучить эту тему. Альфред почти не слушал. – А кроме веревок, что там ещё есть? Людвиг тихо застонал. – Я не могу быть тем, кто объяснил бы тебе это, - настоял он. Затем он достал ручку и блокнот из внутреннего кармана пиджака. – Вот адрес магазина. Если ты пойдешь туда, ты найдешь то, что тебе нужно. И сотрудники... расскажут тебе всё, что необходимо знать. Альфред удивленно приподнял брови. – В этом маленьком городке есть такой магазин? – Вообще-то, он в соседнем городе, - уточнил Людвиг и направился к своей машине. Но он повернулся, чтобы вновь добавить. – Помни, никому об этом не рассказывай. Никому. Даже Ивану. На самом деле, особенно ему. – Эй, можешь на меня рассчитывать! Спасибо! – Альфред поднял вверх большой палец. Людвиг проигнорировал его и скрылся в своем седане, но Альфред ожидал такой реакции. Сев в свою машину, он ещё раз взглянул на название магазина и адрес. Альфред на мгновение заколебался, задаваясь вопросом, что мог значить тот факт, что Иван не предложил ему такой вид времяпровождения. Но потом он вспомнил, что он делал это с Гилбертом, и этого было достаточно, чтобы побудить его вбить адрес в поисковую строку своего телефона.***
Альфред провел в магазине больше часа. Он не испытывал смущения, заходя внутрь; посещение таких мест не было тем, чего он стеснялся. Лишь только после того, как чрезмерно восторженная сотрудница дала длинный список рекомендаций, он перестал нормально дышать и не мог смотреть никому в глаза. – Да ладно, вы такой милый. Ему точно зайдет, если вы его свяжете, - пошутила продавщица. Альфред рассмеялся вместе с ней, но с каждым новым комментарием он становился все более пунцовым. Теперь всё это было реальностью. Он правда собирался как-то связать Ивана? Как он вообще это сделает? Хватит ли у него сил? Он был совершенно уверен, что Иван ему не позволит. – Итак, какие средства фиксации вас интересуют? – спросила она после долгого объяснения. Веревки показались Альфреду слишком сложными – он не знал ни одной из техник связывания, о которых говорила сотрудница. Некоторые другие варианты были слишком ненадежными и просто не подходили в его ситуации. – Ээ... наручники? – тихо спросил он, не узнавая звука собственного голоса. Он был уверен, что отключился минут пятнадцать назад и просто наблюдал за своим телом со стороны. – Хороший выбор, - подмигнула продавщица. И вот Альфред уже выходил из магазина с двумя парами наручников и некоторыми аксессуарами, которые ему порекомендовали, чтобы «усилить впечатление». Короткую дорогу домой он провел, пытаясь выработать план действий, который не привел бы к тому, чтобы самому оказаться прикованным к кровати. Одна лишь мысль… что ж, это не была неприятная мысль. Но цель его была совершенно противоположной. А ещё Альфреду пришлось приложить немало усилий, чтобы избавиться от румянца, который всё ещё заливал его лицо. Это просто не могло не вызвать вопросов. Так что всю обратную дорогу он не выключал кондиционер, и к тому времени, когда он заехал в гараж, его лицо вроде как пришло в норму. Альфред оглянулся на бумажный пакет на заднем сиденье. Он не был уверен, стоит ли сейчас нести наручники в дом или подождать, чтобы узнать, где находился Иван. Велик был шанс, что его даже не было дома. После недолгих размышлений Альфред решил пока оставить пакет в машине и сначала проверить дом. Он вошел через заднюю дверь из гаража. Было очень тихо, что могло означать что угодно, поскольку Иван процветал в тишине. – Эй, Иван! – позвал Альфред, заглянув на кухню. Он посмотрел в одну сторону и ничего не увидел. Затем он посмотрел в другую и замер. – Иван? – повторил он, на этот раз более обеспокоенно. За обеденным столом он увидал крупную и знакомую фигуру Ивана – проблема была только в том, что он полностью сгорбился, уткнувшись головой в свой ноутбук. Альфред поспешил к нему. – Иван, ты в порядке? – воскликнул он. Несмотря на то, что это было неважно, Альфред все же бросил взгляд с проблеском надежды на компьютер, но экран его был черным. Черт. Поэтому он снова принялся трясти Ивана за плечо. – Ты что, заснул, когда писал? Иван медленно пошевелился, с трудом приподнимая голову, словно она была налита железом. Он открыл глаза и посмотрел на Альфреда. Взгляд его был темным и тяжелым. – О, это ты, - пробормотал он. – Когда ты вернулся домой? Альфред нахмурил брови. – Только что. Знаешь, у тебя какой-то странный вид, - прокомментировал он, опуская руку с плеча Ивана на его лоб. Он был горячим, по-настоящему горячим. – О черт, у тебя жар! Ты заболел, да? – Альфред проверил свой лоб, чтобы сравнить, но было ясно как божий день, что разница в температуре огромная. Иван тихо рассмеялся, для пробы поднося руку к лицу. – Правда? А я-то думал, почему я сегодня чувствую такую слабость, - он зевнул и медленно закрыл свой ноутбук. Все тревожные сирены Альфреда зашлись в панике. Он метался из стороны в сторону, не зная, куда направить свою энергию. – У нас есть градусник? Ведь есть же, да? Разве он не идет в одном комплекте с домом или типа того? – Я так устал, - снова пробормотал Иван, прежде чем уронить голову на стол. Альфред бросился к нему и дернул за воротник свитера, заставляя Ивана поднять голову. – Ты не умрешь у меня на руках! Ты слышишь меня? – ему нужно было что-то сделать. Но что? В тот единственный раз, когда он заболел, рядом не оказалось никого, кто мог бы позаботиться о нем. Альфред понятия не имел, как заботиться о ком-либо ещё. В уголках глаз Ивана заблестели слезы. – Ты думаешь, я умру? – Перестань так говорить! Это всего лишь температура, - воскликнул Альфред, хотя к концу его голос дрогнул. – Но тебя, если уж не кривить душой, и правда хоть в гроб клади. Ты и так бледный, но сейчас, клянусь, с тебя как будто все краски смыли. Иван застонал и попытался оттолкнуть руки Альфреда, но силы словно покинули его. – Прекрати болтать, Альфред, - проворчал он. По крайней мере, он всё ещё был в состоянии злиться. Это было уже что-то. – Я просто пойду вздремну, - медленно произнес Иван, поднимаясь на ноги. Альфред вздохнул с облегчением, потому что, по крайней мере, у Ивана оставалось здравое представление о том, что нужно делать. – Ладно, может, это и хорошая идея – эй! – он бросился вперед, подхватывая Ивана за талию, чтобы тот не повалился на пол. Иван хихикал у него на руках, и его голос звучал почти как в бреду от лихорадки. – Я чуть не упал, ты можешь в это поверить? Альфред выдавил из себя улыбку. Он, честно говоря, тоже не мог в это поверить. Он думал, что Иван сделан из того же материала, что и он; вероятно, из чего-то сверхсекретного. Раздражающего и несокрушимого. И всё же – вот он, держал в объятиях своего рослого русского мужа. Хм. Теперь, когда он заметил это, он понял, что и впрямь крепко держал Ивана. С гораздо большей легкостью, чем он мог себе представить. Альфред не был уверен, сколько весил Иван, но, возможно… – Знаешь что? – выпалил он, опускаясь так, чтобы одной рукой подхватить колени Ивана, а другой обхватить его за талию. Он напрягся изо всех сил. – Аль... Альфред встал. И когда он выпрямился, то каким-то чудесным образом умудрился держать Ивана, как невесту на свадьбе. – ...фред, - закончил Иван, отказываясь поверить в происходящее. Его большие фиолетовые глаза были прикованы к лицу Альфреда. Лихорадочный румянец вблизи стал ещё ярче. – Ты... несешь меня. Альфред уставился на Ивана у него на руках. – Да, черт возьми, я тебя несу! – на его лице появилась улыбка. – Я не думал, что смогу! В смысле, я должен был догадаться, что смогу. Я же сильный! – и всё же он не мог не чувствовать напряжение в своих бицепсах и коленях. Иван был в полном шоке. Он едва смог произнести: – Ты...? – О, отвечаю, так и есть! – ухмыльнулся Альфред, направляясь к лестнице. – Посмотрим, смогу ли я донести тебя до кровати! – казалось, он открыл в себе новый скрытый талант: возбуждение пронизывало его насквозь, словно молния. – Ау, - прошипел Иван. Альфред опустил взгляд, осознав, что из-за него Иван ударился головой о стену. – О, черт, - рассмеялся он, немного смутившись. Ему следовало бы быть более внимательным. – Извини. Мы почти дошли! – на последнем шаге он почувствовал слабость в коленях, но сам факт того, что он смог пройти так далеко, придал ему ещё энергии. – Поверить не могу, что смог это сделать. Чувствую себя героем! В этот раз – по-настоящему. Он пнул ногой приоткрытую дверь спальни и втащил Ивана в проем. Затем Альфред, обращая больше внимания на свои движения, опустил Ивана на матрас так осторожно, как только мог. Завтра у него точно будут болеть все мышцы. – Я и правда сделал это! – воскликнул он. Губы Ивана были плотно сжаты, как будто он не знал, как реагировать. Или, может быть, всё дело было в температуре. Или усталости. – Ты это сделал, - медленно признался он. – Хотя я тебя об этом не просил. – Только не говори мне, что ты сейчас ни капельки не впечатлен, - сказал Альфред, вытаскивая одеяло из-под Ивана. – Ты знал, что я на это способен? Потому что я точно нет, - просиял он и укрыл одеялом грудь Ивана. «И если я смог донести Ивана, то, конечно, надеть на него наручники будет проще простого», - подумал Альфред. Как только Иван выздоровеет, он сможет попробовать воплотить этот план в жизнь. – Ты очень горд собой, не так ли? – заметил Иван, и в его усталых глазах появился знакомый блеск. Его улыбка была столь же ледяной, как и всегда. – Пока у тебя есть возможность покрасоваться, ты счастлив. Альфред выдохнул так, словно его ударили. Серьезно, даже когда мозг Ивана кипел, а тело было ослаблено, он всё ещё отпускал подобные колкости в адрес Альфреда? – Эй, перестань. Это нечестно. Я был... я очень переживаю, - настоял Альфред и уселся на матрас. – Что тебе нужно? Вода? Ибупрофен? – он увидел, как Иван вздохнул и отвернулся. – Я могу принести тебе водки, если хочешь? – пошутил Альфред. – Это просто температура. Она пройдет, - Иван упрямо отвернулся и накрыл голову подушкой, чтобы не видеть Альфреда. – Ты уже достаточно сделал. Альфред нахмурился. – Боже, ты такой сварливый, когда болеешь, - сказал он. – Ты правда хочешь побыть один? Иван ничего не сказал, прячась под наволочкой с рисунком подсолнухов и пуховым одеялом в тон. Комнату наполняли только тихие звуки его дыхания. И этого, по-видимому, было достаточно, чтобы вывести Альфреда из себя. – Отлично, - рявкнул он, вскакивая на ноги. – Тогда лежи один, - он вышел из спальни, хлопнув дверью как можно сильнее, и сбежал по лестнице. Он схватил ключи от машины со столешницы и, крепко сжимая их в ладони, обошел вокруг обеденного стола. Он был так зол. Весь тот подъем, что он испытывал ранее, превратился во что-то отвратительное и просто съедал его изнутри. Какой был смысл пытаться, если человек, которому он хотел помочь, просто отталкивал его? Альфред был слишком взвинчен, поэтому он принял импульсивное решение пойти прогуляться. Возможно, немного уединения пошло бы им обоим на пользу. Всё, что они делали, это действовали друг другу на нервы. Очевидно, Ивану не нужна была его помощь… Он предпочел бы лежать в постели в одиночестве, разбитый и слабый, пока жар не пройдет сам по себе. Это было и правда грустно. Альфред прошел всего один квартал, прежде чем остановился. Он с тоской оглянулся в сторону дома. Его сердце сжалось. Не потребовалось много времени, чтобы он бросился назад сломя голову. Он ввалился в дверь и поспешно скинул ботинки. Альфред никогда не думал о том, чтобы запастись аптечкой, но у него было предчувствие – точно; в шкафчике за зеркалом лежало несколько упаковок с базовыми лекарствами. Несомненно, именно Иван положил их туда. Альфред схватил ибупрофен и проскользнул на кухню, чтобы налить стакан воды. Его дыхание всё ещё было тяжелым после того, как он помчался домой, но он попытался сосредоточиться на том, чтобы замедлить его. Он не хотел, чтобы Иван заметил. И как только он справился с этим, Альфред медленно поднялся по лестнице. Он постучал в дверь спальни. Ему не ответили. Альфред вздохнул и протиснулся внутрь. Иван всё ещё был укрыт одеялом и подушками, напоминая огромный, покрытый подсолнухами холм. Альфред вдруг вспомнил свой первоначальный план и то, насколько… по-неземному счастливым выглядел Иван в тот день. Конечно, до того, как Альфред что-то запорол. – Эй, я принес тебе воды и ибупрофен, - тихо сказал Альфред, оставляя стакан и таблетки на прикроватной тумбочке со стороны Ивана. Иван не пошевелился. Альфред снял куртку и бросил ее на пол. Затем он подошел к другой стороне кровати и осторожно забрался на неё. Он нервничал. Ему казалось, что его сердце бьется слишком быстро из-за чего-то такого... незначительного. Впрочем, ладно. Альфред положил очки рядом с лампой и медленно приподнялся на простынях. Он нашел спину Ивана и осторожно прижался к ней. Прошло несколько мгновений тишины, и Альфред медленно обнял Ивана за талию. Они и правда не занимались чем-то подобным. По крайней мере, не постоянно. Иногда по утрам, когда Альфред чувствовал, как Иван прижимался к нему, или чаще после секса. Но не так – не просто потому, что они могли. – Ты в порядке? – спросил Альфред через некоторое время. Ответа не последовало. Альфред подумал о том, чтобы отодвинуться. Затем Иван убрал подушку со своей головы. Он потянулся к руке Альфреда – той, что лежала чуть выше его бедра, – и прижал её к своему животу. Альфред тихонько ахнул. Теперь он обнимал Ивана со спины. Он не думал, что что-то может сравниться с удовольствием от того, что он в состоянии нести Ивана, но это... возможно, это было ещё лучше. Он уткнулся носом в шею Ивана. – Приятно, - прошептал Иван через некоторое время. Альфред улыбнулся, но на этот раз промолчал – и в конце концов Иван заснул.
