Кровь с молоком

Тьма шептала ей на языке, который сердце понимало лучше всего. Знакомый шум прибоя вызвал у Данте достаточно неоднозначные ощущения. Берег крайне неспокойный, шумный, словно вот-вот начнётся сильнейший шторм. — Здравствуй, полукровка. Это не Астарта. За спиной находился Арлотт собственной персоной. Величавый, грозный красноглазый демон с ехидной ухмылкой на губах. — Это не твой Берег. И не мой… — Это её Берег. Где-то вдали стоит маяк, окруженный беспокойным морем, морскими дьяволами и тьмой. — С одной стороны маяк — это символ служения, помощи в преодолении опасности, указания верного выхода из трудной ситуации. С другой — олицетворение одиночества, уединения, противопоставления себя окружающему миру. Он светит в темноте и указывает фарватер. — Но может указывать путь домой, но может быть и знаком расставания, — продолжил, — ты как здесь оказался? А я? — Легко, — щелкнул пальцами, — научился прыгать с одного Берега на другой. Мне наскучило сидеть в глухом одиночестве… — Как ты смог? — Практика. Левиафан разыгрался и разрушил здание, в котором вы с Мэри прятались. Как понимаешь, я успел поймать момент и утянуть тебя сюда. — Я всё равно не понимаю… — И не надо. Я сумбурно понимаю происходящее, — улыбнулся, — но кажется, вам, людям, нужна подсказка? — Как утихомирить Астарту? Её безумие приведёт к катастрофе. — Безумие? — хохочет, — сестрица в своём уме. — Разве? Там творится настоящая мясорубка, и наша княжна тому вина! — Астарта капризная, упёртая и своенравная, а ещё не любит сдаваться, признавать поражение или свою слабость. Дайте ей то, чего она хочет. — Меч моего отца? — Нет, сын Спарды, ошибаешься. Ей нужен Вергилий, — вздохнул, — главный зачинщик мёртв, до Марбаса она доберётся позже, а сейчас мечтает выпустить пар на твоём брате. Баал говорил, а Вергилий делал. — Я понимаю, что он виноват, но не могу отдать его на растерзание Астарте! — Убей сам. Пока Вергилий жив, она не успокоится. Я чувствую, — указал на грозовые тучи, — как она негодует, злится. Чем темнее тучи, тем Астарта свирепее. — У меня хватит сил переубедить её, — выпрямился, — я уверен. — Ей не нужно твоё мнение, Данте, — улыбнулся, но она тебя услышит. Смотри, — указал на маяк, — Астарта сейчас там, но нас не услышит, не увидит. Мы связаны кровью, и именно Аста унаследовала мою силу, но в голову мне не пробраться. У вас другая связь, — нахмурился, — более интимная и живая. И да, ты же знаешь, что демоны перерождаются? — Ага… — Я должен переродиться в ребёнке Астарты, — похлопал по плечу, — постарайся, полукровка. Мне надоело блуждать по Берегам. — Помоги, — прошипел, — и я постараюсь. Как мне остановить Апокалипсис и спасти её? — Никак. Можно заманить Астарту в Макай и закрыть портал, тогда войско отступит, но она будет в ярости… Или же, — задумался, — дать ей исполнить желаемое, но земное царство сильно пострадает. Когда дело касается Макая, то вся любовь к людям пропадает. — Если заманю, то останусь с ней… В Макае. — Рано расстраиваешься. Уже придумал, под каким предлогом заманить? — Да… Ты сказал, — переводит тему, — что она там, — кивнул в сторону маяка. — Верно. Физически в Нью-Йорке, а душенька её здесь. Это перестраховка, — вздохнул, — тот, кто научился скакать между мирами делает это для того, чтобы в случае возможной гибели сразу же вернуться обратно. Она научилась этому ещё в детстве. — В теории, я тоже могу так? — Почему бы и нет? Данте подумал о матери. Если Арлотт не врёт, то у охотника появится возможность поговорить с матерью на её Берегу. — Или же, вернись в родной мир и убей её. — Нет. — Ты же хочешь спасти людей, своих друзей, знакомых, брата, — усмехнулся, облизывая верхнюю губу, — нужно чем-то жертвовать. Возможно, у тебя не выйдет обмануть Астарту, и придётся решать. — Я не смогу… — Сможешь. Данте, ты также можешь ей и помочь. Сила всегда происходит из слабости… Астарта нашла своё самое уязвимое, больное и слабое, и обратила его в оружие, — задумался, — в помощника. — Я не предан её целям, и в некоторых моментах не согласен, но хочу помочь, — прикусил губу, — и не оставлю одну против целого мира. — Выбор скудный: убить, спасти мир, обмануть, уничтожить мир, помочь, создать новый Макай. Итоговая комбинация зависит от тебя. Ты её правда любишь? Не хочешь использовать ради трона макайского или ещё чего? — в голосе была слышна боль. — Трон мне не нужен, а она нужна, — просиял, — я её люблю лишь за одну мысль. Абсолютно неожиданно полукровка сорвался с места, и рванул в сторону маяка. — Она тебя не услышит! Говорю же, — цокнул, — здесь только ментальное тело, Данте! — Я попытаюсь! Бежал так быстро, словно от этого зависит судьба целого мира. Хотя, так оно и есть. Астарта расположилась на смотровой площадке маяка, организовав себе пленэр. Она не ощутила присутствия Данте, и не могла увидеть его, услышать. — Что ты там рисуешь? На листе изображен набросок его спальни. Очевидно, что Астарта начала делать эскиз несколько дней назад, в ту ночь, когда впервые осталась у охотника. — Я скучаю, — тяжело вздохнула и протерла глаза, разговаривая сама с собой, — хочу к тебе… Домой хочу… — И я к тебе хочу! — воскликнул. Он тепло и крепко обнял княжну, зная, что она даже не шелохнётся, не почувствует тепло тела, аромат кожи и парфюма. Для архидемона охотника здесь нет. — Я так боюсь, что ты меня предашь, боюсь упадка сил, трагедий. Мне страшно от того, что я сам готов предать людей ради дьявольского существа, что сеет хаос и мрак в моём доме, но, — поцеловал в макушку, — так тому и быть. Астарта, я заберу тебя домой. К себе. Ты не обязана становиться отродьем, уничтожать города, просто послушай, — заговорил шёпотом, — я отвлеку Вергилия, Даркком, вице-президента, а ты хватай меч и беги в Макай, спасай свой народ. Не думай обо мне, — усмехнулся, — мы обязательно встретимся, но позже. Хорошо? Астарта сидела неподвижно, будто действительно слышала его. — Она не просто демон, Данте, — Арлотт уселся на перилах, — Астарта — фактор вымирания. — Не знаю, что это такое, — обернулся, — но мне плевать. — И демон, что с головой змея на шее сидит, принесёт в мир ваш смерть, отметив каждого сигилом своим и ядом, — цитирует, — она ходячая катастрофа, жизнь которой может сулить вымирание всего вида. — Слушай, братан, весь наш диалог — каша какая-то. Я вообще нихуя не понимаю, — злится, — ты меня специально путаешь? — Я же демо-он, — рассмеялся, — да, специально путаю. — Зачем? — Тяготы выбора. Ты не должен видеть перед собой два варианта: хороший и плохой. Все варианты одинаковые, но с разными итогами. Стороны у монеты не отличаются друг от друга. Твой отец стоял перед подобным выбором, — вздохнул, — женщина или целый мир. Спарда выбрал свободу, желание любить, приобрёл то, за что Мундус сдирал кожу, — смотрит на тучи, — человечность. И в нас с Астартой он пробудил это же… Если бы Спарда не был нашим учителем, то Астарта была бы совершенно другой. Я помню день её рождения, — поёжился, — плотная тьма клубилась, извивалась, наполняла собой всю столицу, воздух наполнился страхом, тревогой. Впредь меня не посещали эти чувства, но в тот день накрыло с головой. Отец не испытывал ненависти к ней, — замялся, — он её боялся, ибо знал, что с Астартой не справится. Сестру всегда привлекала чрезмерная жестокость, кровь. Сейчас она разжигает пламя Апокалипсиса, а после начнётся процесс вымирания. Ты именно тот, кому она открыла сердце, и можешь остановить её. — Убить. — Да. Если Астарта погибнет от твоей руки, то вымирание можно отсрочить до тех пор, пока не родится новый демон Астарот. — У вас больше нет наследников. Демоны передаются в семье, так? — Так, — кивает, — всё верно. Поиск подходящего кандидата затянется, а значит, мир подольше подышит. Мы с Астартой останемся на своих Берегах, в ожидании перерождения, Макай продолжит отравлять свой народ… — Я хочу отвлечь всех, и дать Асте возможность сбежать в Макай с мечом моего отца. Она сделает всё, что ей нужно для спокойной жизни. — Но Мундуса ей не убить, — усмехнулся, — наши жизни напрямую связаны с ним. Пока кто-то из нас жив, то Мундус неуязвим, и как только последний чистоковный наследник потеряет жизненную силу, отправляясь в Небытие, то король значительно ослабнет. Арлотта в этот момент осенило. — Пахнет людской кровью, — вспоминает слова Абаддона, — ты убьёшь Мундуса и займёшь макайский трон, как первый правитель смешанного происхождения. — Вообще-то, у меня ещё есть брат. — Слабоват и слишком уверен в себе. Ты взял от отца больше, Данте. Спарда приговорил Макай к смерти, но ты ответишь за грехи своего отца перед народом и приведёшь наш мир к процветанию. — Ты забыл про то, что мне нужно будет убить Астарту. — Пока она жива, то вашему миру грозит гибель, а наш продолжит харкать кровью. Фактор вымирания, — напоминает, — решай, — пожимает плечами, — мы с твоим отцом выбрали женщин и свободу вопреки всему. — Но ты же сам сказал, что очень хочешь переродиться! — Хочу… И сестре только добра желаю, но… Есть альтернатива, — цокнул, — можно попробовать провести ритуал очищения. Именно он способен превратить демона в человека. — Фактор вымирания исчезнет? — Не знаю. Практики такой ещё не было. С обычным демоном это сработает на всё сто, а вот с архидемоном, — пожимает плечами, — неизвестно. Задумались. — Как думаешь, он жив? Мой отец. — Знаю, — поправил, — Спарда жив, но где-то прячется. Про твоего папашу мы поговорим в следующий раз, — щелкнул пальцами, — тебе пора. Активированный меч Спарды выделял огромное количество энергии, открывая новые порталы для вторжения макайских чудовищ. Эти твари Вергилию больше не подчинялись, так как Астарта перехватила весь контроль над ситуацией. — Данте! Данте! — Мэри в истерике, — Данте! Их зажало обломками рухнувшего здания, и шансов на спасение практически нет. Лейтенант плакала от бессилия и безвыходности. Услышав скрежет, она не поверила своим ушам. Неизвестная ранее девушка откинула плиту, помогая солдату выбраться из завалов. — Ты… Ты демон? — потряхивает. — Меня зовут Лин-Лин, — кивнула, — я полукровка. Данте вроде в себя пришёл. — Могла бы убить, а не спасти. Астарта же приказала. — Ну, — хохочет отряхиваясь, — что вы услышали, то и услышали, а у нас был другой приказ. — Какой? — Сдержать первую волну. Данте со страшными звуками очистил желудок, и вытер рот рукавом, мечтая о жвачке. Путешествия на Берег даются с трудом. — Леди! — Выглядишь отвратительно, — скривилась. — Ты тоже. А где Астарта? — обратился к полукровке. — Темен-ни-гру. Вергилий почувствовал её присутствие позвоночником. Нечто холодящее, злое и тёмное пронзило тело. — Вергилий, — вытирает лицо от крови. — Давай всё обсудим? — вооружился. Схватив его за горло, она вдолбила полукровку в каменную плитку, усиливая напор. — И помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжёлые дни и не наступили годы, — смотрит, как он задыхается, — и возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Дьяволу, который дал его. Я останусь, а ты нет. Своим превращением полукровка ослепил княжну, и смог выбраться из захвата, но лишь на мгновение. Астарта голыми руками схватила его за крыло, как куклу, и с размаху швырнула на пол. — Скучали? — Данте ослепительно улыбнулся. Сзади на него напал Кавальеро Анжело, на что Астарта среагировала молниеносно. Под воздействием безумия она впилась демону в глотку, и выгрызла плоть, кусая, как хищник. Продолжила грызть до тех пор, пока голова полностью не отделилась от тела, превратившись в месиво. Мэри подстрелила Вергилия из снайперской винтовки, запуская в его кровь яд, а Данте воспользовался возможностью и вытащил из меча амулет, закрывая всевозможные порталы. — Не-е-ет! — завопил Вергилий, — я тебя уничтожу! — Астарта! — швыряет оружие в её сторону. Она ловко поймала меч Спарды, и закинув его на плечо, победно улыбнулась, подмигнув полукровке. — Данте, — промурчала и поцеловала его в щеку, — ты мое искусство. Вергилия задели её слова и похвала, адресованные брату. Данте всегда получал лишнюю конфету: признание, мамино внимание, красивых женщин, и ту, которую желал. — Левиафан! — посмотрела на чудовище, — мы возвращаемся домой! Вергилий снова воспользовался своим мечом, и открыл портал, внимательно наблюдая за тем, как княжна вместе с монстром покидает земное царство. — Это не конец. Нью-Йорк может вдохнуть спокойно и расслабиться. Впереди много работы. После ухода Астарты макайские воины стали замертво падать. Их тела заискрились, а после развеялись по ветру, превратившись в пепел. Дождь прекратился, ветер поутих, и земля больше не дрожит. Долгожданная тишина… — Всё закончилось? — Мэри смутилась, — как-то быстро… — Странно, но пусть так, — Данте размял плечи, — что-то я затупил… Надо было догнать Вергилия. Только сейчас он понял, что оставил брата на растерзание Астарте. — Мне кажется, что она с ним справится, — уселась на пол, — всё тело болит. — Плюс. — Где амулет? — Тебе-то что? — усмехнулся, — мой амулет — моя забота. Как и меч. — Данте! — прикрикнула, — ты не способен защитить эти могущественные артефакты, и раскидываться ими налево и направо нельзя! — Это принадлежит моему отцу, и я его наследник, — прошипел, — меч с амулетом там, где и должны быть! — Возвращай их сюда, иначе, я натравлю на тебя весь Даркком и твою пустую черепную коробку изрешетят! — перезарядила пистолет. — Ты не расслышала или что? Сначала орёшь, а потом удивляешься, почему выбирают демониц. — Как ты смеешь? Чертов выродок! — Стерва с повышенным тестостероном. Выяснение отношений может закончиться поножовщиной, как минимум. — Данте, — Бэйнс выжимает пиджак. — Господин вице-президент, как вам водичка? — ослепительно улыбнулся. — Прекрасно. Где архидемон? — Дома. — А меч и амулет? — С ней же, — прищурился, — в чём проблема? — Сэр, — к вице-президенту обратился рядовой, — как тела складывать? — Лицом вверх и с оружием в руках. Им предстоит оказаться на первой полосе всех газет, статей, новостей. Пора рассказать миру о них… — Сатанисты ликуют, — прошептал охотник. — Ты обязан передать меч и амулет в наше владение. — Простите, — обалдел, — но нет. Вы уже проебались раз, и вот к чему ваш косяк привёл, — смеётся, — людям нельзя доверить то, над чем они не имеют власти, и силы справится. — А ты уже не человек? — усмехнулся, — как быстро поменял сторону. — Я полукровка. Людям не защитить меч и амулет, а демон, что чуть посильнее обычного, с легкостью обойдёт всю вашу защиту. Ситуация с Кроликом это доказала. Это всё, что у меня осталось от родителей, и вы не получите моё сокровище. — Как ты заговорил… — А как мне ещё нужно говорить? Вы решили истребить Макай и всех демонов. Участвовать в этом безумии я не собираюсь, но и вам не позволю начать Апокалипсис. — Ты защищаешь демонов? — ему смешно, — Данте, у тебя был шанс искупить грехи своего отца, что передались по крови, но… — Я не фанат войнушек, — перебил, — чао! — Сторона выбрана. Все подразделения, — приказывает, — целься! Объект для ликвидации перед вами. Солдаты направили на полукровку автоматы, что заряжены теми самыми пулями против демонов. В районе почек Данте почувствовал холод металла. — Мэри, — мотнул головой, — глупость какая… — Это был приказ, — прорычала, — ты думал, что тебя с такой-то силой отпустят? — Верная собачка. Погавкай ещё, — прищурился. Слева от охотника открылся портал. Женская окровавленная ручонка схватила его за шкирку, утаскивая за собой, и минуя пули. Мэри даже не поняла, что произошло. — Найти его! — в ярости, — живо! Лейтенант, вы какого дьявола носом щёлкаете?! Хотите, чтобы я усомнился в вашей преданности стране и миру?! — Не-нет… Астарта набросилась на Данте с поцелуями и крепкими объятиями. Она визжала от радости, как маленькая девочка, которой купили красивые серьги. Обнимала его, расцеловывала и не могла нарадоваться знаменательному событию. — Спасибо тебе! Спасибо! — верещит, — я бы без тебя не справилась! — голос задрожал, — я так тебе благодарна… Ты просто лучший! Тигр! Лев! Медведь! — укусила за нос, — обожаю тебя, блять! Женись на мне, Данте! — Задуши-шишь, — хрипит. — Спасибо, — ослабила хватку, — времени немного, да? — Не знаю, — просиял, — но чем раньше закончим, тем быстрее окажемся где-нибудь вместе, — поджал губы, — дома. — В твоей постели, — алые глаза заискрились, — я до ужаса хочу повалить тебя на кровать и залезть сверху. Хотелось к нему. Хотелось с ним. Хотелось под ним. Хотелось над ним. Хотелось всего, что с ним связано. — Безумно соскучилась, аж руки сводит… Данте, — вздохнула, — трахни меня. — Астарта, — тепло улыбнулся, убирая с ее волос какие-то ошмётки, — я сейчас гавкать начну, если не успокоишься. — Гавкай. Ему нравилось чувствовать себя уязвимым рядом с ней. Даже каким-то ручным, податливым. Данте позволял княжне доминировать. — Я тоже соскучился… Каждый раз он восхищался Астартой. Сильная, статная и непоколебимая красавица. Её мощь и власть больше не пугала полукровку. Он невольно задавал себе вопрос «кто я такой, чтобы находиться рядом с ней?». — Но нам нужно закончить начатое. — Без тебя мне не открыть портал в Макай. Как никак мечом Спарды может пользоваться лишь тот, кто связан с ним. — А мы вообще где? — Австралия. Прошу, — протянула оружие. Данте ощутил прилив сил. — Подожди… Сейчас он мог убить княжну и обезопасить свой мир от катастрофы, либо же сохранить ей жизнь и подставить всё земное царство. Разве можно выбрать одну жизнь, рискуя всеми остальными?