Глава 10
12 мая 2025 г., 13:24
Драко стоял в кабинете отца и лениво перебирал манускрипты на массивном письменном столе. Всё здесь было как прежде: строгий порядок, дорогие предметы, даже лёгкий запах табака и чернил. Интересно, что бы сказал Люциус Малфой, узнав, что уже через несколько дней сотрудники Министерства окажутся здесь. В этом самом кабинете. Они начнут открывать ящики, перелистывать документы, рыться по полкам в поисках чего-то запретного, опасного и компрометирующего.
Что ж, как говорится, за что боролся — на то и напоролся.
— Хозяин, — раздался голос эльфа за его спиной, — в поместье прибыли господин Теодор и господин Блейз. Они спрашивают, не соизволите ли вы к ним спуститься.
— Алфи, передай, что скоро буду, — ответил он рассеянно, продолжая рассматривать старинную серебряную табакерку.
Ее изящные узоры почему-то показались сейчас слишком причудливыми. Он помнил, как маленьким мальчиком решился взять ее с родительского стола, очарованный блеском серебра. Но его остановил резкий голос отца:
— Не прикасайся. Это реликвия, Драко. Семейная реликвия.
Люциус не кричал, но в его голосе звучала ледяная отстранённость. Он выхватил табакерку, а затем аккуратно, но твёрдо отодвинул руку сына.
— Ты ещё слишком мал, чтобы трогать такие вещи. У всего своё время.
Именно интонация — холодная, сдержанная — вот что обжигало сильнее всего. Как будто он не был Малфоем и было бы преступление просто рассмотреть вещицу. Тогда Драко просто отвернулся и сжал губы.
Резкий вдох вырвался сам собой.
С минуту он стоял, уставившись на неё, будто на ловушку, готовую захлопнуться. Затем бросил взгляд на портрет предка — надменного волшебника с выражением вечного неодобрения.
— Иронично, — тихо сказал он. — Скоро здесь будут рыскать те, кого ты, отец, счёл бы недостойными даже войти.
Выходя из кабинета, он задержался у двери и посмотрел на гобелен с семейным древом. Темно-зелёная ткань, серебряные нити, имена поколений — гордость и груз, теперь уже бессильные остановить надвигающиеся перемены.
Проходя мимо длинных окон коридора, он бросил взгляд на сад — сумерки окутывали деревья мягким холодным светом.
У двери гостиной Драко замедлил шаг. Из-за приоткрытого проёма доносились голоса — мягкий, певучий голос его матери и сдержанный, ровный ответ Тео. Нарцисса говорила тем особым, чуть игривым тоном, который берегла для редких, по-настоящему желанных гостей.
— Тео, дорогой, — сказала она с лёгкой улыбкой, — как приятно снова видеть тебя в Мэноре. Ты стал совсем взрослым — не узнать!
— Спасибо, миссис Малфой, — отозвался Тео, — А вы, как всегда, великолепны.
Нарцисса чуть приподняла подбородок, довольная комплиментом, и её взгляд скользнул к стоявшему рядом юноше.
— Блейз, — произнесла она уже чуть более официальным тоном, но всё же с уважением. — Рада видеть тебя. Приятно, что нашли время присоединиться к нам.
— Взаимно, миссис Малфой, — Блейз сдержанно поклонился и галантно поцеловал её руку.
Драко усмехнулся про себя, прежде чем войти. Его взгляд скользнул по комнате: мать, как всегда безупречна, Тео — вежлив и невозмутим, Блейз — расслаблен и уверенно держится.
— Какое неожиданное собрание, — с лёгкой улыбкой заметил он, входя в комнату. — Мы разве договаривались встретиться?
— Нет, — спокойно ответил Блейз, пожимая ему руку. — Но у нас есть разговор.
Нарцисса слегка наклонила голову.
— Прекрасно, что вы пришли до ужина. Останьтесь — а после обсудите всё, что нужно.
— С удовольствием, миссис Малфой, — сказал Тео, в голосе которого прозвучало искреннее тепло. — Я скучал по стряпне Лолы.
— Обжора, — пробормотал Драко, но тут же смолк, встретившись взглядом с матерью.
В столовой царил мягкий свет: магические лампы, будто подвешенные к самой тени потолка, плавно покачивались, отбрасывая теплые золотистые отблески на фарфор и полированные приборы. В воздухе витал аромат тыквенного крем-супа — Лола как раз аккуратно расставляла тарелки перед каждым.
— Благодарю, Лола, — первым отозвался Тео и домовик ответила ему лёгкой улыбкой.
— Всегда был примером воспитанности, — сказала Нарцисса, расправляя салфетку. — Даже в детстве.
— Спасибо, миссис Малфой. Думаю, рядом с вами просто невозможно быть грубым.
— Тео, сегодня ты особенно красноречив, — заметил Блейз с усмешкой, поднося бокал ко рту.
— Пользуйся моментом — я же не вечно рядом. — парировал он.
Нарцисса, не обращая внимания на их подколки, мягко перевела разговор:
— Кстати, Блейз, как поживает ваша мать? Слышала, она недавно снова вышла замуж?
— Всё прекрасно, — спокойно ответил Блейз, легко пожав плечами. — Планирует свадебное путешествие с новым мужем, раздумывает, куда бы ещё не съездить.
— О да, полагаю, у неё действительно внушительный опыт в планировании подобных поездок, — заметила Нарцисса ровным, почти отстранённым тоном.
Блейз слегка поджал губы, но промолчал, отпив немного вина. Наступила короткая пауза, и Нарцисса, будто ничего не произошло, перевела разговор:
— Принеси, пожалуйста, малиновые слойки на десерт, — сказала она, обращаясь к Лоле. — Драко и Тео с детства их обожают.
Домовик кивнула и исчезла, а Драко, лениво откинувшись на спинку стула, приподнял бровь:
— Мама, серьёзно? Ты же обычно против мучного на ужин.
— Но у нас повод, — спокойно ответила она. — И, к тому же, Блейз, кажется, ещё не пробовал их.
Лола вернулась, и стол наполнился тонким ароматом малины и тёплого теста. Тео взял слойку, откусил и сдержанно зажмурился от удовольствия.
— Это всё ещё шедевр, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Лола, это просто божественно.
— Я рада, мистер Нотт, — отозвалась домовик, быстро поклонившись, прежде чем исчезнуть.
Несколько минут за столом царила приятная тишина. Только звяканье посуды и едва слышное потрескивание огня в камине сопровождали последний этап ужина. После чая, уже без суеты и излишней официозности, Нарцисса неспешно поднялась из-за стола, пригладив шелковистую ткань платья.
— Я хочу сегодня лечь пораньше. Долгий день. Не буду мешать вашим разговорам, мальчики. Доброй ночи.
— Доброй ночи, миссис Малфой, — отозвались гости вежливо, почти хором.
Дверь за ней мягко закрылась, и в комнате повисла краткая пауза. Словно по команде, воздух стал менее натянутым. Блейз откинулся на спинку стула и неторопливо перевёл взгляд на Драко и произнес:
— Так это правда?
— Что именно? — приподняв бровь, отозвался Драко.
— Что ты, наш бледнолицый друг, будешь работать бок о бок с самим Избранным. Целых шесть месяцев. — серьезно сказал Блейз.
— Откуда ты знаешь?
— Я до последнего надеялся, что Тео просто неудачно пошутил, — сказал Блейз, закатив глаза.
— А я сразу сказал, что она такими вещами не шутит, — спокойно заметил Тео. — Всё-таки умный человек. В отличие от некоторых.
— Ты про себя сейчас? — усмехнулся Блейз.
— Подождите, — нахмурился Драко, — кто она?
— Грейнджер, — коротко ответил Тео.
— Грейнджер, которая подружка Поттера?
— А ты знаешь ещё какую-то? — хмыкнул Блейз.
— Я не знал, что ты с ней общаешься. — нахмурившись медленно сказал Драко.
— Она сегодня помогла мне с одной ситуацией. Мы выпили по коктейлю в магловском баре. За знакомство, можно сказать.
— Ты пил с Грейнджер? — Драко удивлённо посмотрел на него.
— Ты был в магловском баре?! — одновременно с ним воскликнул Блейз.
— Да. Вы что, оглохли оба? Очень атмосферное место, кстати. Коктейли неплохие — это тебе, Блейз, на заметку.
Драко и Блейз переглянулись.
— Но всё это меркнет, — продолжил Блейз, — по сравнению с тем, что ты будешь работать с Поттером. Неужели ты на это пошёл добровольно?
— Добровольно? — Драко усмехнулся. — Министр поставил перед фактом. Это было не предложение — это было поручение. Официальное, холодное и с намёком на «последний шанс».
— И это всё? Просто работа с Поттером? — прищурился Блейз.
— Не совсем. Министерство ещё заберёт часть артефактов отца. Те, что действительно опасны. — Он перевёл взгляд на Тео. — И нет, Теодор, я не собираюсь передавать их тебе.
— Я даже слова не сказал, — удивлённо поднял бровь Тео.
— Не нужно. Всё было написано у тебя на лице.
— Ну хотя бы одним глазком посмотреть… — начал он с невинным видом.
— …а потом унести двумя ручками? — тут же подхватил Блейз, передразнивая.
— Ой, да очень мне нужно. У меня и своя коллекция ничего такая, между прочим, — фыркнул Тео и сложил руки на груди. — Лучше скажи, что у тебя там за работа? Или это теперь тайна министерская?
Драко на мгновение замолчал, откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.
— Буду помогать ловить оставшихся Пожирателей. С Поттером. Как, по их мнению, представитель «тёмного мира», сможет помочь добыть необходимую информацию.
— Значит, ты у нас теперь на светлой стороне, — хмыкнул Теодор — того и глядишь станешь как и Поттер на страже порядка.
— Только после сильного Конфундуса, — Драко усмехнулся.
— Кстати, — мягко сказал Блейз, — теперь ты официально можешь устраивать обыски у старых знакомых. Начни с Тео.
Тео усмехнулся и показал Блейзу средний палец.
— Ну, или заглянуть с проверкой в забегаловку Блейза.
— Забегаловка, да? Ну ты загнул, Тео. Но не переживай, когда твой бизнес не выгорит, я дам тебе пару советов.
Слушая эту перепалку, Драко не мог не улыбнуться. Всё-таки, несмотря на всё, жизнь продолжалась, и хотя она не была идеально лёгкой, моменты вроде этого напоминали, что не всё так уж и плохо. Он дома, мать в порядке, а друзья рядом. Может, наконец-то наступила хоть какая-то белая полоса?
***
А тем временем гостиная на площади Гриммо, 12 заполнилась звуками граммофона, смехом и звоном бокалов. В воздухе витали ароматы вкусной еды, лёгкий дымок от свечей с каким-то слегка восточным ароматом, и то особенное тепло, которое бывает только среди своих. Джинни предложила устроить «прощальную» вечеринку для тех, кто возвращался в Хогвартс доучиваться — и Гарри не задумываясь предложил свой дом. Луна украсила потолок иллюзиями плывущих звёзд и падающих комет, создавая ощущение, что они все находятся на празднике в самом центре космоса. А Джинни наложила на лампы чары, благодаря которым они начали пульсировать в такт музыке — свет плавно переливался от золотистого до лилового, создавая атмосферу лёгкости и магии. На столе теснились фирменные пироги от Молли Уизли, закуски, салаты, а также сливочное пиво, огневиски и сладости из «Вредилок». — Только не эту! — вскрикнул Дин, когда Симус снова поставил пластинку, уже четвёртый раз за вечер. — Но она же классная, — обиделся тот. — Симус, не обижайся, но на пятый раз эта песня звучит как заевший волшебный чайник, — отозвался Рон. — А мне нравится, — мечтательно протянула Луна, покачиваясь в такт музыке. — Ритмы напоминают танец нарракушек в брачный период. Хочешь, покажу, как они двигаются? — Нарра… кого? — Симус прищурился, будто надеясь, что ослышался. — Нарракушек, — с полной серьёзностью пояснила Луна. — Они живут в болотах у подножия гор Друкхмора. Когда ищут пару, начинают хаотично кружиться вокруг своей оси. А чтобы произвести впечатление на самку, могут с размаху биться головой о камыши. Иногда они влюбляются в пни. Это очень трогательно. Симус уставился на неё, открыв рот, словно пытаясь решить, Луна говорила серьезно или просто пошутила. — Луна… теперь мне эта песня уже не так нравится. Спасибо. — Ну, что ты так сразу. Может, тебе стоит выучить танец, — подмигнул Невилл, обнимая Луну за плечи. — Вдруг поможет найти кого-то особенного. — Только представь! — подхватила Джинни, широко улыбаясь. — А если что — пни всегда в наличии. — Не могу поверить, что дружу с вами столько лет, — простонал Симус, закатывая глаза и отпивая из своей кружки. — Хотя, возможно, это и объясняет многое. Луна улыбнулась, пожала плечами и поправила венок из серебристых цветов. Он вспыхивал мягким светом каждый раз, когда кто-то говорил что-то особенно приятное — как будто одобрял беседу. — Кто хочет «веселушку»? — весело крикнул Рон, вытаскивая коробку с яркими конфетами. — Только не говорите, что боитесь повеселиться! — Нет, Рон, — с усталым видом начала Гермиона, — в прошлый раз ты три минуты говорил голосом профессора МакГонагалл и называл Джинни «мисс Уизли». — И всё же был чертовски убедителен, — ухмыльнулся он.— Признай, Гермиона, тебе просто не понравилось, что я тебе не поставил «превосходно». — Мне не понравилось, что ты превратил мою любимую сумочку в табакерку и потом два часа пытался её вернуть обратно, — холодно парировала она. — Главное, что вернул! — отмахнулся Рон. — Вернул, да. Но она до сих пор пахнет табаком, — фыркнула Гермиона, с досадой покосившись на свою сумку в углу комнаты. — Ну что, может сыграем во что-то? — предложил Дин, облокотившись на подушку и делая глоток сливочного пива. — Я за! — подхватила Джинни. — Только не «бутылочку». — Согласен, — фыркнул Рон. — В прошлый раз Луна попросила меня поцеловать портрет дедушки Блэка. — Он, кстати, был не против, — невозмутимо заметила Луна, задумчиво глядя в потолок. — Предлагаю новую игру, — сказала Джинни, пересаживаясь на ковёр ближе к центру. — Я задаю вопрос. Любой. А этот волшебный шарик будет выбирать, кто отвечает. — А если он выберет одного и того же? — прищурился Симус. — Не волнуйся, — с лукавой улыбкой сказала Джинни, — я заколдовала его так, чтобы каждый из вас ответил хотя бы один раз. — А если мы не захотим отвечать? — осторожно поинтересовался Невилл. — Придётся выпить, — невинно произнесла она. — Похоже на «правда или выпивка» — хмыкнул Симус. — Где интрига? — Потерпи, будет весело, — пообещала Джинни. — А теперь… выпьем для храбрости моего фирменного коктейля. — Надеюсь, ты туда не плюнула, — с подозрением спросил Рон. — Только тебе, — сладко улыбнулась Джинни. Все рассмеялись и расселись кругом на ковре. В центре, на мягкой подушке, лежал шарик — он тихо гудел, испуская фиолетово-золотистое сияние. Его поверхность то и дело вспыхивала изнутри, словно отражая далёкие грозы, и казалось, будто он прислушивается к происходящему. — Ну что, начнём? — обвела их взглядом Джинни. — А кто будет первым задавать вопросы? — спросил Гарри, устраиваясь рядом с ней и беря её за руку. — Милый, конечно же я, — самодовольно ответила она и подмигнула. Она постучала по шару кончиком палочки. И шарик выбрал свою первую жертву — Дина. Они задавали друг другу лёгкие и веселые вопросы — про первую влюблённость, про украденные перья, про тайные походы к Хагриду. Гермиона удивилась, как свободно звучит голос Гарри, когда он шутит, и как легко Джинни его догоняет в этих словесных перебросках. — Гарри, а когда ты понял, что смотришь на Джинни не так, как на всех остальных? — спросила Луна, улыбаясь своим особенным, загадочным образом. Гарри повернулся к Джинни, и их глаза встретились. Он смотрел на неё с такой теплотой и любовью, что в этот момент казалось, что всё вокруг исчезло, и они были вдвоем, а не отвечали на вопросы в кругу друзей. — Перед шестым курсом. Хотя, наверно, даже раньше, — сказал Гарри с лёгкой улыбкой, — но я был немного глуповат, чтобы это понять раньше. Джинни усмехнулась, наклонилась и легко поцеловала его в губы, а в ответ её сердце забилось чуть быстрее. — Тааак, идем дальше. Теперь я буду задавать вопрос — быстро ответил Рон, взмахнув палочкой. Шарик мигнул в ответ, закружился и вдруг замер, указывая на… Невилла. — Невилл, снился ли тебе когда-нибудь преподаватель из Хогвартса и что ты делал в своем сне? Невилл немного подумал, а затем, как всегда, ответил с искренностью. — Мне приснилось, что я женюсь… на МакГонагалл, — сказал он, не колеблясь, и добавил с удивлением в голосе: — Странно, да? Все замерли, а затем, как по команде, разразились смехом. — Это тебя репетиция танцев Рона на четвёртом курсе вдохновила? — хмыкнул Дин, качая головой и с трудом удерживая смех. Невилл, не смутившись, усмехнулся и наливая себе ещё немного рома. — Возможно, — ответил он, пожал плечами, будто это было вполне естественно. — А что было на репетиции? — спросила Луна, приподняв брови с удивлением и чуть наклонив голову, будто услышала что-то особенно интересное. — Нет, молчите, — резко сказал Рон, чувствуя, как его уши начинают пылать. — Рон постигал азы вальса с МакГонагалл, — с удовольствием сообщил Симус. Рон швырнул в него подушку, но тот ловко поймал её на лету. — Ой, ну хватит. Уверен, на Рейвенкло было не менее весело. Вас ведь Флитвик учил, да? — Не совсем, — задумчиво ответила Луна. — Он просто заколдовал манекены, и они танцевали перед нами. Было мило. — Что, так можно было?! — возмутился Рон. — Почему у нас не так сделали? — Потому что МакГонагалл не могла упустить свой шанс, — хмыкнул Дин. — Иди ты, Дин, — буркнул Рон, пряча улыбку. — Так, теперь моя очередь задавать вопросы, — объявил Симус, взмахнув палочкой. Шарик мигнул фиолетово-золотым, замерцал — и уверенно поплыл к Гермионе. — Гермиона, назови самого неожиданного человека, с которым тебе приходилось выпивать, — спросил Симус, довольно потирая руки. — Симус, а ты, кроме выпивки, ещё чем-то интересуешься? — с улыбкой сказал Рон, закатывая глаза. Гермиона сделала маленький глоток из своего бокала, выдержала паузу и спокойно ответила: — Теодор Нотт. Повисла короткая, но очень выразительная тишина. — Прости, кто? — переспросил Рон, моргнув. — Ты сказала… Нотт? — Да, — всё так же невозмутимо ответила она. — И когда же это произошло? — Это было сегодня. Я после работы зашла во «Флориш и Блоттс», уже собиралась идти к тебе в магазин, Рон, как вдруг услышала какой-то шум — оказалось, что Теодора избивали двое волшебников. — А где в этом моменте было хоть слово «выпить»? — подозрительно уточнил Рон, сдвинув брови. — После того как всё уладилось, он предложил выпить за знакомство. — на этих словах Рон еще больше сдвинул брови, скривил губы и закачал головой под каждое слово Гермионы. — Мы немного поболтали. Он оказался… довольно любопытным собеседником. У него лавка редких артефактов, кстати. Он даже пригласил как-нибудь заглянуть. — То есть, пока я думал, что ты придёшь к нашему магазину, и мы вместе пойдём к Гарри, ты, Гермиона, пила с каким-то слизеринцем, — он выделил слово слизеринец с таким выражением, словно это было худшим из оскорблений. — Я собиралась, но, я же говорю, была драка. Не преувеличивай, — спокойно ответила она. — Мы провели вместе полчаса, максимум. И я собиралась тебе рассказать. Рон хмыкнул, качая головой, будто не верил ни единому слову. Атмосфера вокруг ощутимо сгустилась. Кто-то на ковре неловко зашевелился. Джинни бросила на Гарри обеспокоенный взгляд. Луна, всё ещё держа в руках бокал с коктейлем, застыла, будто не желая вмешиваться, но и не в силах отвести взгляд. — Ну конечно, — процедил Рон. Гермиона резко выдохнула и сжала губы. Её щёки порозовели. — Ты серьёзно? — повернулась она к нему. — Я не делала ничего предосудительного. Ты ревнуешь просто потому, что это Нотт. Если бы я сказала, что это был, я не знаю… мистер Бэгман — ты бы и глазом не моргнул. — Мистеру Бэгману шестьдесят, и он не флиртует с тобой в подворотне! — сказал Рон, и в его голосе прозвучало возмущение. — Никто не флиртовал! — воскликнула она. — И вообще, с каких это пор я должна отчитываться за свои разговоры? Гарри потянулся вперёд, стараясь вклиниться между ними: — Ребята, может, выдохнем? Никто ведь никого не предавал… — ПОМОЛЧИ, ГАРРИ! — выкрикнули Рон и Гермиона хором. Симус громко отхлебнул огневиски, а Невилл шумно отодвинул бокал подальше. — А как бы ты отреагировала, если бы я выпивал с какой-то девушкой? — не унимался Рон. — Рон, я тебе доверяю. И я хоть что-то сказала, когда ты пил с мисс Мэрион? — Это другое! — выпалил он. — Она наш поставщик! Это бизнес! И я с ней не миловался! — Я не миловалась! — Гермиона повысила голос. — И ты не имеешь права обвинять меня в том, чего не было. Рональд Уизли, ты ведёшь себя… Она запнулась, явно подбирая слово. Словно в паузу, мягко, почти шёпотом, прозвучал голос Гарри: — Рон, Гермиона и правда не миловалась. Я помогал разбираться с нападавшими. Она на мгновение бросила на него короткий, благодарный взгляд. Но Рон даже не обернулся. В его плечах читалось раздражение. — …глупо, — всё же договорила она. — К чему эта сцена? На глазах у всех! Рон резко вскочил, подушка с глухим шорохом соскользнула на пол. — Ну конечно, — пробормотал он, голос у него дрогнул. — Я ведь всегда всё делаю глупо, не так ли? Он отвернулся, глядя куда-то мимо всех. — Мне… нужен воздух, — тихо добавил он и быстро направился к выходу. Дверь мягко, но с отчётливым хлопком закрылась за его спиной. Несколько секунд повисло тишина. Даже граммофон словно затих. Гермиона провела рукой по лицу. — Если бы я знала, что его это так выбесит… — тихо пробормотала она. — Я бы не говорила при всех, а потом объяснила. — Гермиона, — с сомнением протянула Джинни, поёживаясь, — ты бы всё равно не смогла это скрыть. — Это ещё почему? — Ну… я немного подправила наш коктейль. Добавила туда «Веритасерум Лайт». — Джинни! Что?! — Гермиона вскинула брови. — Ой, не волнуйся! Это мы с Джорджем придумали. Он не заставляет выкладывать все тайны, как настоящий веритасерум. Просто… слегка развязывает язык и делает правду чуть более… искренней. Для остроты ощущений. — Джинни! Ты серьёзно? Почему ты сразу не сказала?! — Хотела сюрприз сделать! — Джинни виновато улыбнулась. — Но, кажется, он получился не совсем таким, как я рассчитывала. Ничего страшного, правда — Рон сейчас немного остынет и вернётся. Он и так парень горячий, а тут ещё и коктейль этот… язык развязал. Гермиона только вздохнула, слегка покачав головой, но ничего не сказала. На некоторое время воцарилась неловкая тишина. Гарри потёр затылок, взглядом скользнув по Джинни, и, не выдержав, обнял её. Она выглядела такой грустной и виноватой, что сердце сжалось. Луна тихо вздохнула, аккуратно поправляя венок на голове. Даже Симус, обычно полный уверенности, сейчас казался немного более сдержанным, чем обычно. — Давайте, может, тогда лучше во что-нибудь другое сыграем, — предложил Дин, пытаясь разрядить обстановку. — Я захватил настолку. Он начал раскладывать игру, и друзья нехотя к нему присоединились. Но атмосфера уже была не та. Гермиона всё время поглядывала на дверь, надеясь, что Рон вернётся. Но он так и не появился. Ком в горле не проходил. Примерно через двадцать минут она извинилась, пообещала Джинни и Луне регулярно писать и подошла к камину. — Рассел-сквер, квартира двадцать шесть, — чётко произнесла она. Её встретила тишина и Живоглот, который лениво вытянулся на подушке. Гермиона кинула сумочку в кресло и подошла к коту, уткнулась в тёплую шерсть и тихо заплакала. Он не понимал этого порыва нежности — но и не убегал, позволяя ей прийти в себя.
