Право на ошибку

      Закончив с документами в кабинете Беллами, Гермиона наложила новые, но не менее мощные защитные чары — на случай, если кто-то снова попытается проникнуть внутрь. Хотя, если её догадки верны, вряд ли кабинет Лорана теперь представляет для кого-то интерес.       Целитель Мелроуз в её помощи больше не нуждался: ассистентка уже вернулась на смену, да и сам Лоран всегда доверял Гермионе только клиническую часть. Значит, оставалась только одна цель — сделать всё возможное, чтобы спасти Беллами. И начинать стоило с Кейджа.       Что она знала? Немного. Он поступил в отделение до её стажировки. Как рассказывал Лоран, на мужчину наложили настолько мощное обливиэйт, что память практически стёрлась. Беллами сумел восстановить большую её часть… пока внезапный приступ не перечеркнул всё. И странная фраза:       «Ты… ты же клялся спасать…»       К кому он обращался? К другу? К целителю? К аврору? Гермиона не могла выбросить это из головы.       Погружённая в мысли, она направилась к палате Лорана. Сегодня у постели сидела его дочь — Вивьен. Она была практически копией своей матери, только губы были отцовскими. После короткой беседы стало ясно: состояние без изменений. Прогноза у целителей по-прежнему не было.       Проклятие было нестандартным. Идентифицировать его не удалось. Получилось лишь приостановить разрушение, начавшееся с мозга и сердца. Сколько у них было времени — не знал никто.       Оставалась надежда — найти ответы в специализированной литературе. Гермиона направилась в библиотеку и архив, расположенные в соседнем корпусе. Там хранились редкие учебники для целителей. Но допуск стажерам выдавался только по разрешению наставников.       Архивом заведовала миссис Прескот — сухая, педантичная женщина с круглым лицом, тонкими губами и вытянутыми очками, не любившая ни лишних разговоров, ни отклонений от правил.       — Добрый день, миссис Прескот, — с улыбкой поздоровалась Гермиона.       Служащая оторвалась от объёмного фолианта и медленно окинула её взглядом с ног до головы.       — Добрый день, — буркнула она.        — Мне нужны книги по редким проклятиям.       — Пропуск.       — Но вы же меня знаете. Я уже брала у вас материалы. Мне всего на час.       — Пропуск, — повторила та.       — У меня его нет, —  тяжело вздохнув, ответила она, — Наставник лежит в коме. Он не может его подписать.       — Какое несчастье, — сказала женщина, но Гермиона не уловила никакого сочувствия в голосе, — Тем не менее — без подписанного допуска доступ в архив запрещён.       Гермиона ещё попыталась уговорить её, но быстро поняла — бесполезно. Прескот была непреклонна, как и вся система, в которой она служила. Разочарованно выдохнув, Гермиона покинула здание и аппарировала в переулок неподалёку от Министерства. Возможно, Гарри сможет помочь, ведь архив и библиотека министерства ничем не уступали, а были даже более расширенными. Заодно она собиралась рассказать ему о Кейдже.       Уже через несколько минут она уверенно шагала по коридорам Отдела правопорядка. Собираясь спросить, где найти Гарри Поттера, она внезапно услышала громкий спор:       — Ты правда считаешь это смешным, Малфой? — раздражённо бросил знакомый голос.       — Немного, — лениво отозвался Драко, едва сдерживая смех.       — Ты просто придурок.       — Не трогал бы мои вещи — и всё было бы в порядке.       — Вас слышно из коридора, — вмешалась Гермиона, подходя ближе. — Что вообще происходит?       — Ничего особенного, — сказал Малфой, усаживаясь за стол с видом полного равнодушия. — Просто кто-то у нас любит брать чужое без спроса.       — Это было всего лишь перо! — возмутился Гарри. — Из-за него я только что подписал бумаги как «Шрамоголовый».       — Ну, ты же и правда шрамоголовый. Всё честно, — ухмыльнулся Малфой.       — Детский сад, — покачала головой Гермиона. — Гарри, мне нужно с тобой поговорить.       — Простите, мисс, можно я пройду к своему столу? — вежливо прервал их один из авроров.       — Ой, конечно, простите, мистер…       — Вудворт, — подсказал он с улыбкой. — Всё в порядке. Мне только нужно взять пару документов. Мерлин, куда же я их положил. Гарри, уже есть какие-то подвижки в деле?        — Нет, пока собираем и проверяем информацию.       — Если нужна будет помощь — зови.        — Разумеется. Присаживайся, — сказал Гарри Гермионе, уступая ей свое кресло. — Что случилось?       — В общем, после вашего ухода я вместе с Мелроузом пошла к пациенту, с которым работал Беллами. Когда его попытались вывести из комы, у него началась истерика. Он закричал:       «Ты был с ними… Ты же клялся спасать… Как ты мог?.. Они пытали, насиловали, жгли… А ты молчал…»       Повисла пауза и было только слышно как их коллега копошился у себя за столом.        — Звучит жутковато. Но при чём тут нападение на Беллами? — скептически прищурился Малфой.       — А при том, — спокойно ответила Гермиона, — что в его кабинете я не нашла карточку Кейджа.       — Вудворт, долго тебя ждать? — послышался крик одного из авроров.        — Да, бегу уже. А вот и пропажа, — тихо сказал он себе под нос, а потом повернувшись к Гарри с улыбкой добавил, — Удачи с расследованием.        — Спасибо, Вудворт, —  улыбнулся Гарри в ответ и когда они остались наедине спросил, — Может, просто не обратила внимания или он ее куда-то переложил? Или вообще домой забрал,  — предположил Гарри.       — Я проверила всё дважды. Каждую бумагу. Карточки нет. А насчет дома — сам можешь проверить и убедиться. Я уверена, что и там ее нет.        — Гермиона, ты же понимаешь, что это может быть просто совпадение, — заметил он.       — Или бред тяжелобольного, —предположил Драко.       — Понимаю. Но может и не быть. Что, если Кейдж действительно стал свидетелем чего-то опасного? А потом — кто-то попытался избавиться от него, но вмешался Беллами и стал следующей целью.       — Какая драматичная теория, — фыркнул Малфой. — И всё указывает на кого-то из целителей.       — С чего ты это взял? — нахмурился Гарри.       — Да потому что Беллами, скорее всего, прокляли прямо в больнице. Или ты хочешь сказать, что персонал настолько слеп, что не заметил этого сразу?       — Опять ты за своё, — вздохнула Гермиона. — Целители — это люди, которые дали клятву лечить. Помогать, а не убивать.        — Целители, Грейнджер, прежде всего просто люди. А люди, как показывает история, могут и лечить, и убивать. В зависимости от обстоятельств.       — Гарри, а ты что думаешь?       — Пока рано делать выводы, — ответил он, потирая подбородок. — Но в твоих словах есть смысл. Мы обязательно проверим Кейджа. Может, действительно, всё началось с него. Хотя нельзя исключать и другие версии.       — Например? — недоверчиво спросила Гермиона. — Кто ещё мог это сделать? И главное — зачем?       — Да мало ли, — пожал плечами Гарри. — Кто знает, может он где-то кому-то перешёл дорогу. Был свидетелем чего-то… связался с кем не надо.       — Ладно, разбирайтесь сами, — буркнула Гермиона.       — Ой, спасибо, что разрешила, — ехидно заметил Малфой.       Гермиона показала ему язык, отчего Гарри едва не усмехнулся.       — Гарри, я ещё хотела попросить об одолжении, — повернулась она к нему. — Можно мне воспользоваться библиотекой Министерства?       — Что, захотелось почитать романчик на досуге? — подколол Малфой.       — Не угадал. Я хотела порыться в книгах о проклятиях и, возможно, мне удалось бы найти контрзаклятие,— сухо ответила Гермиона. — Гарри, ну так можно?       — В принципе да, — кивнул тот. — Но нужен пропуск. Я поговорю с Робардсом или его замом.       — Только уже завтра, — вставил Драко.       — Почему это? — нахмурился Гарри.       — Потому что они ушли на совещание к министру. Мерлин, Поттер, каким местом ты слушаешь? Хотя, лучше не отвечай. Это и так очевидно.        — Как же ты меня бесишь, — процедил Гарри.       — Взаимно, — с усмешкой отозвался Драко.       Гермиона деликатно откашлялась:       — Гарри, а ускорить никак нельзя?       — Увы, нет. Но постараюсь завтра с утра всё уладить, — пообещал он.       — А где находится библиотека? — уточнила Гермиона.       — А тебе сейчас зачем? — прищурился Малфой.       — Чтобы завтра не искать, — спокойно пояснила она.       — На этом этаже. Четвёртая дверь справа, — сказал Гарри.       Гермиона кивнула, поблагодарила и, попрощавшись, направилась к библиотеке. Уже подходя к двери, она замедлила шаг: на пролом идти не стоило. Если библиотекой заведует кто-то, хотя бы отдалённо похожий на миссис Прескот, — честностью здесь не поможешь.       Остановившись у входа, Гермиона несколько минут наблюдала за тем, как сотрудники входят и выходят. За столом напротив двери сидел архивариус — мужчина лет шестидесяти, погружённый в книгу с такой концентрацией, будто изучал рецепт бессмертия. Чуть в стороне Гермиона заметила вазу с цветами. Если опрокинуть её в нужный момент…— мелькнула мысль. Главное — отвлечь внимание, а там уж можно будет прошмыгнуть внутрь. Она прикидывала варианты как незаметно проникнуть, как по коридору донёсся голос:       — Денис, ну, что там с книгой? Ты смог ее обезвредить?       — Коллин, ты не поверишь, книга попыталась укусить меня! — с весёлым удивлением сказал полноватый волшебник в коричневом костюме с огромной саламандрой на лацкане, обращаясь к высокому и почти болезненно худому коллеге.        «Вот бы толстяк решил пойти в библиотеку... За ним меня точно не будет видно», — подумала Гермиона и скрестила пальцы на обеих руках.         — Так сожги её и дело с концом, — фыркнул Коллин.       «Варвар, какой-то. Книги жечь», —  подумала Гермиона и покачала головой.        — Ты что! Куда интереснее понять, кто и как её зачаровал. Пойду покопаюсь в архиве, — воодушевлённо ответил Денис.       — И не лень тебе, — вздохнул первый.       — Это же моя работа! — весело сказал Денис.       Гермиона мысленно поблагодарила Мерлина, что всё случилось именно так, как она и рассчитывала. Быстро расправив газету, прихваченную со стола Гарри, она спряталась за ближайшей колонной, делая вид, что сосредоточенно читает. Главное — чтобы этот полноватый волшебник её не узнал. Люди по-разному реагировали на «героиню войны»: одни поднимали шум, пытались её обнять, пожать руку, а то и похлопать по плечу, совершенно игнорируя понятие личных границ; другие — наоборот, не узнавали вовсе. Гермиона не горела желанием выяснять, к какой категории относился этот добродушный волшебник средних лет.       Когда дверь распахнулась, и Денис громко поздоровался с библиотекарем, Гермиона ловко скользнула следом. Уже внутри, она тихо прошептала заклинание — и в тот же миг ваза с грохотом упала на пол.       — Мерлинова борода! — воскликнул старик.        — Сквозняк? — предположил Денис.       — Денис, какой к дьяволу сквозняк? Это же библиотека, — проворчал мужчина.       — Ну... может, просто поставили неудачно. Давайте я... — ответил Адамс и быстро вернув вазе первоночальным вид, довольно улыбнулся.       А в это время Гермиона тихонько прошла в один из проходов и затерялась среди книг.       — Знаете, однажды я работал с проклятой вазой, — услышала она издалека голос Дениса.       — Тоже падала?       — Хуже. Поглощала цветы. Потом на её месте появлялась странная, немного зловещая икебана...       Их голоса постепенно стихали. Гермиона углубилась в библиотеку, останавливаясь у ряда с книгами по проклятиям. Шершавые корешки, старый пергамент, чуть выцветшие названия — всё это напомнило ей долгие часы в библиотеке Хогвартса. Сдержав улыбку, она провела рукой по корешкам и вытащила одну книгу. Перелистала. Пусто. Вторая — не то. Третья...       Гермиона так увлеклась чтением, что совсем перестала прислушиваться — не шел ли кто-то в её сторону. Но вдруг за спиной раздался знакомый, насмешливый голос:       — Кто бы мог подумать, что такие прилежные девочки пробираются в архив Министерства и громят имущество. Очень... по-грейнджеровски.       — Малфой?! — Она резко обернулась. — Что ты здесь делаешь? Он лениво облокотился на стеллаж, глядя на неё с тем самым выражением, которое она ненавидела — самодовольным и чуть насмешливым.       — Ну, Поттер тебе, конечно, не давал пропуск, но мы оба знаем: если есть правила, ты обязательно их обойдёшь. За изобретательность — «превосходно». А вот интересно, что тебе будет за нарушение...       Он сложил руки на груди, делая театральную паузу.       — Что? Нажалуешься? Не удивлюсь, — фыркнула Гермиона, прижимая книгу к груди.       — Испугалась, что теперь тебя могут не допустить в твою святыню? Вот ужас, — усмехнулся он.       — Мерлин, Малфой, ты смешон, как и твои нелепые угрозы.       Он шагнул ближе и навис над ней, опираясь ладонью на полку рядом с её головой. Он стоял так близко к ней, что она чувствовала его парфюм: что-то пряное и древесное.        — Думаешь? — тихо спросил он.       — Уверена. Ты не сделаешь этого.       Драко уже приоткрыл рот, чтобы язвительно ответить, как вдруг сзади раздался голос:       — Мистер Малфой? Удивительно вас здесь видеть.       Оба вздрогнули.       — Добрый вечер, мистер Адамс, — сказал Малфой, мгновенно расправляя плечи. Его улыбка исчезла.       — Вижу, вы тут... с девушкой уединились. Знаете, это не самое подходящее место для... свиданий.       — Я не его девушка! — выпалила Гермиона.       — Я с ней не уединялся! — в один голос вторил Малфой.       Адамс прищурился, качнул головой и укоризненно вздохнул.       — Молодёжь… Всё понимаю. Но это все же библиотека.       — Мы не пара, — отчеканила Гермиона.       — Как скажете, милая леди, — с улыбкой сказал Адамс. — О, а вы как раз держите то, что мне нужно.       Он протянул руку и забрал книгу у Гермионы под ее недовольный вздох.       — Кстати, вы поразительно похожи на героиню войны… мисс Грейнджер, если не ошибаюсь?       — Я не она, — спокойно ответила Гермиона.       — Правда? А я был уверен…        — Я на нее просто похожа и вы не первый, кто мне об этом говорит, — улыбнулась она.       — А ты бы, милая, могла и представиться, — подал голос Малфой с самодовольной ухмылкой. — Нехорошо так. Невежливо.       — Эм… Я…        — Что, имя забыла? — спросил он невинным тоном.       — Пенелопа. Пенелопа Кристалл, — процедила она. — Приятно познакомиться.       — И мне, мисс Кристалл, — с интересом сказал Адамс. Он смотрел на них с выражением добродушной ностальгии. — Ах, юная любовь — такая милая. Прямо как в мои двадцать… Ладно, не буду мешать. До свидания, юная леди. Мистер Малфой — до завтра в вашем поместье.       Как только шаги Адамса стихли, Гермиона легонько стукнула Малфоя кулаком по плечу.       — Эй! Прекрати меня бить, — фыркнул он, потирая место удара.       — Из-за тебя я не успела дочитать книгу.       — А тебе тут книг мало? — он обвёл рукой ряды полок.       — В этой было что-то похожее на проклятие, наложенное на Беллами, — пробормотала она. — Но я не успела понять, что именно.       — Какая жалость… — с преувеличенной грустью протянул он. — Но знаешь, я могу помочь.       — Правда? — Гермиона насторожилась.       — Конечно. Не выдам тебя за незаконное проникновение. И, возможно, пущу тебя в свою личную библиотеку.       — Щедро. И в чём подвох?       — Услуга за услугу, Грейнджер.       — Какую именно?       Он пожал плечами и криво усмехнулся:       — Пока не решил. Придумаю позже.       Она прищурилась:       — Сразу скажу — никаких незаконных действий и ничего в сексуальном подтексте.       — Занятно, — хмыкнул Малфой, — что это первое пришло в голову. Но не бойся, придумаю, так уж и быть, что-нибудь более... приличное. Знаешь, иметь в должниках Гермиону Грейнджер — это очень неплохо.       — Я ещё не согласилась, между прочим.       — Моё предложение не вечно, — он снова приблизился, заглядывая ей в глаза. — Тик-так, Грейнджер. Ах да, у меня неплохая коллекция книг по теме обливиэйта.       Гермиона напряглась и недоумённо посмотрела на него:       — С чего ты взял, что мне интересны именно они?       — Хм, действительно. Наверно, потому что ты стажируешься у человека, который специализируется на восстановлении памяти после обливиэйта. Или потому что вздрагиваешь каждый раз, когда кто-то упоминает твоих родителей. И потому что, Грейнджер… я навёл справки. После лета 1997 о них никто ничего не слышал.       Сердце застучало чаще, ладони стали влажными. Она вгляделась в него, будто впервые.       — Так что? — мягко сказал он. — Согласна?       Она молчала. Драко чуть склонил голову, разочарованно выдохнул:       — Жаль.       Он развернулся и медленно зашагал вдоль полки, на ходу считая про себя.       Гермиона провела рукой по лицу, сжала и разжала кулаки, зажмурилась. Может просто дождаться пропуска и завтра спокойно пойти и все тут исследовать. И не нужно будет связываться с Малфоем. Но, с другой стороны, у этого змея, наверняка, и правда шикарная библиотека. И, возможно, ей удастся найти редкие книги, чтобы не только помочь Беллами, но и родителям, а пропуск, который достанет Гарри лишним точно не будет. Тяжело вздохнув Гермиона последовала за Малфоем и через мгновение уже догоняла его.       — Подожди. Малфой… хорошо, я согласна.       Он остановился и обернулся с едва заметной ухмылкой:       — Я знал.       — Но у нас будет соглашение. Ты разрешаешь мне пользоваться своей библиотекой столько раз, сколько потребуется. Твоё желание, — подчеркнула она, — не должно нарушать мою частную жизнь, порочить меня или иметь криминальный подтекст.       — Согласен, — коротко кивнул он и протянул руку.       Они пожали друг другу руки.       Когда они вышли из библиотеки, библиотекарь с удивлением проводил их взглядом. Ведь он совсем не помнил, как блондин и шатенка вошли…

***

      Гермиона была уверена, что её первый визит в Малфой-мэнор окажется и последним. Она никак не могла предположить, что спустя всего несколько месяцев вновь переступит порог этого дома — да ещё по приглашению Драко Малфоя.       Оказавшись в просторном холле с мраморным полом и дорогой резной мебелью, Гермиона пыталась напомнить себе: Беллатриса мертва, большинство Пожирателей Смерти — в Азкабане. Но это не мешало ей исподтишка оглядываться, словно из-за угла вот-вот вынырнет призрак прошлого.       Когда с громким треском появился домовик, Гермиона вздрогнула и едва не подпрыгнула.       — Хозяин Драко вернулся и привёл с собой гостью, — пропищал он. — Прикажете подать чай в гостиную?       — Лола, отнеси в библиотеку. Мы будем там, — мягко сказал Драко. Домовик поклонился и исчез.       — До сих пор используете рабский труд? — сухо бросила Гермиона.       — Грейнджер, я предложил тебе ознакомиться с библиотекой, а не читать лекции по социальной справедливости, — устало отозвался Драко. — И, как ты видишь, Лола вполне довольна жизнью.       Она закатила глаза и, спустя секунду, спросила:       — А какую гостиную она имела в виду? Ту самую?       Она бросила на него короткий, но напряжённый взгляд.       — Мы её не используем, — покачал головой Драко. — После… всего, что там было. Она закрыта. Пока не решили, что с ней делать.       — Можно её увидеть? — тихо спросила Гермиона.       — Зачем? — удивился он.       — Я хочу посмотреть страху в глаза. И закрыть для себя этот гештальт.       — Что закрыть?       Гермиона выдохнула, сцепила руки на груди и спокойно пояснила:       — Гештальт — это, если просто, незавершённая внутренняя история. Пока её не закроешь, она будет возвращаться: в снах, мыслях, ощущениях. Не даёт двигаться дальше.       — А нельзя было сказать просто «разобраться с травмой»?       — Можно, — пожала плечами Гермиона. — Но мне нравится быть точной.       Драко кивнул и, пройдя вглубь поместья, подвёл её к большим тёмным дверям. Он открыл одну из них и пропустил Гермиону внутрь.       Она долго размышляла, что почувствует, оказавшись здесь снова: страх? боль? злость? тревогу? Но теперь, стоя в комнате с потухшим камином, тёмным полом и пустым потолком, она ничего не чувствовала. Это была просто комната. Здесь не было ни Беллатрисы, ни Волдеморта. Только тишина и пыль.       Гермиона шагнула в центр — туда, где когда-то лежала, а Беллатриса вырезала на её коже отвратительное клеймо, которое до сих пор не удалось вывести. Она коснулась шрама на руке и медленно провела по нему пальцами.       — Знаешь, — тихо сказала она, — это был первый раз, когда я подумала, что не выживу. Что умру здесь. Что больше никогда не увижу свою семью, Гарри, Рона…       Драко стоял в дверях, не решаясь войти. Если для Гермионы это было одно воспоминание, то он видел здесь слишком многое: кровь, пытки, крики, безумный смех Беллатрисы и жестокие расправы Волдеморта. Ему было тяжело находиться в этой комнате. Он сдерживался, чтобы не хлопнуть дверью и не убежать отсюда как можно скорее. Будь его воля — он бы взорвал здесь всё бомбардой. Но, возможно, вместе с этой комнатой рухнул бы и весь дом.       — Я думала, что захлебнусь чувствами. А оказалось — ничего, — сказала Гермиона, глядя в потолок. — Это просто комната. Я ожидала кошмара, но…       Она пожала плечами.       — Хогвартс был моим вторым домом, и когда его разрушали, это было больно. А эту гостиную я увидела впервые. Она ничего не значила для меня.       — А то, что здесь произошло?       — Это прошлое. Главное — я стою здесь. А она мертва. Получается, её ненависть была напрасной. И если мы не вернёмся к старой вражде, тогда моя борьба имела смысл. Понимаешь?       — Понимаю, — тихо ответил он.       — Малфой, — она запнулась на какое-то время, словно не рещалась просить, — а если бы ты мог изменить что-то в тот день… Ты бы это сделал? Я ведь видела, что ты не хотел выдавать Гарри.       — Не идеализируй меня, — хмыкнул он. — Я бы не бросился грудью тебя прикрывать. И Поттера я прикрыл не из великодушия. Просто… Тёмный Лорд окончательно слетел с катушек. Он возненавидел мою семью после всех промахов. И я понял: если Избранный победит — у нас будет хоть какой-то шанс выжить.       — Спасибо за честность, — кивнула Гермиона и вышла в коридор.       — Грейнджер, — окликнул он. Он всё ещё стоял в дверях. — Мне правда жаль, что тебе пришлось это пережить. Я уже тогда понял: моя кровь не ценнее твоей.       Гермиона остановилась, медленно обернулась и встретилась с ним взглядом. Впервые за долгое время он не ерничал, не прятался за насмешками. Он говорил серьёзно.       Она смотрела ему в глаза ещё несколько секунд — будто проверяя, правда ли он это сказал. Затем уголки её губ дрогнули, и на лице появилась настоящая, тёплая улыбка.       — Кажется, ты обещал показать библиотеку. И чай.              Драко улыбнулся в ответ и повёл её на второй этаж.       Разумеется, библиотека впечатлила Гермиону: просторное помещение, высокие потолки, лестницы, уходящие к верхним ярусам, и бесконечные полки, уставленные книгами. Малфою даже было немного забавно наблюдать, как она переходила от шкафа к шкафу, разглядывая корешки. Иногда Гермиона закусывала губу, порываясь схватить книгу, но одёргивала себя, будто боясь набрать слишком много.       Он покачал головой, выслушал восхищённый вздох и провёл короткую экскурсию, объясняя, где и что находится. Добравшись до раздела о проклятиях, они выбрали несколько необходимых томов и устроились за одним из столов на нижнем ярусе. Лола принесла ароматный чай, и они принялись читать.       Спустя несколько часов на столе лежала уже приличная стопка прочитанных книг. Малфой взглянул на часы.Почти двенадцать ночи.        — Грейнджер, думаю, что на сегодня достаточно. У меня уже всё расплывается перед глазами.       — Согласна. Малфой, можно я возьму эту книгу домой? Обещаю вернуть в целости и сохранности.       — Даже не сомневался, — ухмыльнулся он, — Не думаю, что ты способна повредить книгу.       — Это правда. А можно мне прийти завтра и поискать ещё?       — А как же работа в больнице?       — К сожалению, пока Беллами не очнётся, у меня почти нет дел. Думаю, к обеду буду свободна.       — Ладно, я временно открою для тебя доступ к каминной сети. Если что-то понадобится — обращайся к Лоле.       — Хорошо. Спасибо тебе за помощь.       — Грейнджер, я не благородный рыцарь. Не забывай, ты теперь моя должница.       — Трудно быть просто нормальным человеком, да?       — Очень. Я и так столько сдерживался, — ухмыльнулся он.       Гермиона покачала головой и направилась к камину. Перед тем как ступить в пламя, она обернулась:       — Спасибо за помощь и доброй ночи, Малфой.       Он кивнул. Через секунду зелёное пламя поглотило её фигуру.       — Доброй ночи, Грейнджер, — тихо сказал он. Нахмурился, провёл рукой по волосам и медленно направился в спальню.       Это был долгий день. Безумно долгой день.