Его личное безумие

Кэш не появлялся в офисе уже больше недели, видимо, был на задании. Лили сначала даже выдохнула — тишина, покой, никакого зверя, что вечно смотрит на неё, как на добычу. Никаких внезапных шагов за спиной, никаких слов, от которых бросает то в жар, то в холод. Никто не зажимает тебя в коридоре, не шепчет, в какой позе хочет тебя трахнуть. Всё спокойно. Вот только почему она вообще об этом думает и считает дни? Она с досадой нахмурилась, забирая из приёмной документы для бухгалтерии. Не думай о нём, он всего лишь очередной ублюдок в этой клетке с оружием. Исчез — и слава богу. Лили нажала кнопку лифта. Кабина почти сразу приехала, двери открылись, она зашла внутрь. Стальная коробка бодро заскользила вниз, но остановилась уже на следующем этаже. Двери открылись, и зверь вернулся в ее жизнь. Кэш шагнул внутрь, не говоря ни слова. Встал чуть сзади, слегка касаясь ее, — ближе, чем нужно, учитывая, что кроме них в лифте никого. От него пахло сигаретами, опасностью и возбуждением. Двери закрылись, движение продолжилось, но теперь каждый этаж казался вечностью. Лили вытянулась, как по струнке. Она была уверена, что здесь он ее не тронет, но все же… — Давно тебя не было, — сказала она, стараясь звучать нейтрально. Как будто просто вежливо поддерживает беседу. Как будто не ощущает, как он смотрит на её шею, плечи, бедра. Его губы изогнулись в ухмылке. — А ты скучала по мне, Лил? — в голосе была ленивая усмешка, но в глазах — тот же голод. — Нет, — отрезала она, но слишком быстро. Он хмыкнул. — Был на задании, — продолжил, не обращая внимания на её тон. — Но даже там ты не вылезала у меня из башки. Стены будто начали сжиматься. Кэш чуть наклонился и зашептал ей на ухо: — В этой своей юбочке, белой рубашечке, туфельках. И я все это с тебя снял и… Лифт замер на нужном этаже. Двери открылись. Кэш сделал шаг назад, отпуская ее, и Лили вышла из кабины, стараясь не показать, как дрожат ее ноги. — Скучал по тебе, Лил. Прям до дрожи, — бросил он ей вслед.

***

Вечер в офисе Iron Talon Solutions был тягучим, как смола. Большинство сотрудников разошлись, в коридорах гулко отдавался каждый шаг. Весь день Лили испуганно оглядывалась, ожидая, что Кэш снова появится, но он так и не пришел. Рабочее время уже закончилось, но Лекс еще сидел, поэтому Лили тоже задержалась. Она готовила документы на завтра, когда Шейд внезапно и совершенно бесшумно возник перед ней прямо из тени. Растрепанный, с горящими глазами и легким запахом алкоголя. — Ты одна? — спросил он хрипло. — Где твой царь и бог? Она не успела ответить — Кэш уже был рядом, заставив ее прижаться к столу. От него несло потом, железом и безумием. — Мне покоя не давало твое херово упрямство, Лил, — сказал он, наклонившись к ней, его дыхание обожгло щеку. — А потом я понял. Шейдер подцепил пальцем подол ее платья и потянул вверх. Лили ударила его по руке. Он злобно усмехнулся, но платье отпустил. — Что ты понял, Кэш? — устало спросила она. — Ты не даешь мне, потому что уже даешь кому-то другому, да? Лили распахнула глаза. — Что ты несешь? Кэш не унимался. В глазах разгорался дикий блеск. — Кто тебя трахает, принцесса? Он наклонился совсем близко, почти касаясь ее носа своим, смотря своими бездонными карими глазами в ее глаза. И начал перечислять. — Шоу? Уолсон? Тот лысый мудак из снабжения? Старый козел Леблан? Он пристально следил за каждой ее реакцией, его горячее дыхание обжигало ей лицо, но отвернуться Лили не могла. — Нет? Что ж, вряд ли кто-то из них может выебать тебя лучше, чем я. Или, может, сам Лекс, а? Он так защищает тебя от меня. Хлопок раздался оглушительно. Ее ладонь оставила алый след на его скуле. Кэш замер. Потом медленно поднял руку и приложил к месту удара, на лице проявился дикий восторг. — Блядь! — прохрипел он. — Это было охуенно, Лил! Задел за живое? — Лекс мне как отец, — яростно проговорила Лили, смотря ему прямо в пьяные глаза. — И если ты еще раз… Он рассмеялся, но во взгляде что-то изменилось. — Значит, я ошибся, — кивнул Кэш, внезапно отступая. — Ошибся, Шейдер. Когда пришел сюда, — это гребаный Лекс Хартман вышел из своего гребаного кабинета. — Зайди ко мне.

***

Дверь за ним закрылась с тихим щелчком. Лекс не сел. Не предложил сесть Кэшу. Он просто встал у окна, спиной к городским огням, превратившись в черный силуэт. — Знаешь, почему ты еще жив, Шейдер? — спросил он спокойно, почти дружелюбно. Кэш молчал. — Потому что ты полезный ублюдок. Ты идёшь туда, куда никто не хочет. Ты делаешь, что нужно, и не задаёшь лишних вопросов. Но у любого хищника должна быть территория. И границы. Ты сегодня эти границы перешёл. Он сделал паузу, чтобы Кэш понял, что он говорит серьезно. — Лили — это не просто «девочка при входе». Она — дочь человека, который спас мне жизнь. Она для меня — семья. — Глаза Хартмана вспыхнули. — Ты понял меня, боец? Кэш выдержал взгляд. — Понял. — Если продолжишь этот гребаный цирк, если тронешь ее, я разберу тебя по частям, сломаю тебе позвоночник и оставлю медленно умирать. Тишина. Кэш кивнул. Не из страха — из уважения. — Выйди. Когда дверь закрылась за Шейдером, Лекс покачал головой. — Нихера ты не понял, придурок.