За слоями мрамора

На сборы Клариссе дали пару дней. Девушка до сих пор была сильно зла на своего жениха, поскольку с того момента, как она звонила ему в кафетерии, он так и не перезвонил, даже не написал и пары слов. В связи с чем, Кларисса твердо решила ехать в Грецию. Девушка упаковала свой чемодан и собрала рабочий рюкзак со всем необходимым, включая наработки докторской. Утром ее предупредили, что в половине первого за ней заедет машина, которая повезет девушку в аэропорт. И вот до выхода оставалось пять минут. В мгновение Клариссе захотелось все отменить, она уже не так уж и злилась на Тимати. Девушка инстинктивно набрала номер жениха и вновь услышала длинные гудки. Затем опять автоответчик. А за ним сообщение: «Я занят!» Девушка быстро застучала по клавиатуре телефона: «Я уезжаю в командировку... на раскопки в Грецию. Когда вернусь неизвестно. Хорошей тебе работы!» Отправив сообщение, Кларисса отключила и засунула телефон на дно рюкзака и вышла из квартиры, заперев ее на все замки. У подъездной двери девушку ожидала черная машина, рядом с которой стоял не очень доброжелательный на вид водитель. Он молча открыл дверь в авто, а затем уложил все вещи в багажник. Девушка в последний раз взглянула на окна их общей квартиры, вновь погрузившись в воспоминания совместной жизни с Тимати. Тоска застонала в душе. По дороге в аэропорт Кларисса попыталась отвлечься от мыслей о Тимати за чтением книги, но удавалось не очень. То и дело, ей хотелось включить телефон, увидеть его сообщение, где он умоляет его простить и говорит о том, что скоро вернется к ней. Но девушка старалась побороть это желание, вчитываясь в строки, которые пробегала глазами снова и снова, пытаясь вникнуть в их содержание. Автомобиль остановился у аэропорта. Водитель снова безмолвно помог выйти девушке из машины и достать все ее вещи. Народу в здании было большое количество, однако две фигуры в черном заметно выделялись из толпы. Кларисса поспешила к стойке регистрации. — Приветствую Вас, Кларисса, – первая заговорила Александра на своем родном греческом языке. Видимо гречанку уведомили, что их коллега владеет греческим языком, потому та избавила себя от неудовольствия говорить на английском. — Здравствуйте, – поприветствовала коллег Кларисса. Рядом с Александрой стоял Хидео. Выглядел он отстраненно, явно чем-то озадаченный. Кларисса поздоровалась и с ним, но мужчина ограничился кивком и пошел на посадку. Такое поведение заметно смутило девушку и ввело в неловкое положение. Брюнетка, что стояла рядом и следила за Клариссой, ухмыльнулась, а затем сказала: — Не обращайте внимания. Хидео, всегда был такой. Только с особо близкими людьми он раскрывает свою душу. Кларисса моментально поняла, что собеседница намекала на себя. Но девушка и не собиралась бороться за «его душу». Ей казалось, что в обществе необходимо соблюдать правила приличного общения. Девушки направились в самолет. Клариссе пришлось сидеть между «двух огней». Но на этот раз ей удалось отвлечься от ненужных мыслей и тревожного состояния за книгой. Однако погружение во второсортный детектив увенчался крепким пятичасовым сном. Клариссе снился дикий пляж. От воды исходил свежий морской воздух. Растительность приятно шуршала под дуновением ветра. Под ногами ощущался мелкий мокрый песок, на котором оставались фотогеничные следы ступней. Теплый ветерок играл с легкой ситцевой юбкой платья оливкового цвета. Девушка глядит на закат, что переливается ярко-оранжевыми и красными цветами на фоне слияния светлого голубого неба и лазурных вод океана. Спиной она начинает ощущать чье-то присутствие, но оно кажется знакомым. От тела неизвестного исходит жар. Шею Клариссы обдавало жгучее дыхание. Такие же горячие крепкие мужские руки легли девушке на открытые плечи. Ладони мужчины ласково и нежно гладили кожу Клариссы. По телу девушки пробежала приятная дрожь. Она прикрыла веки, погружаясь в полное умиротворение. Она понимала, что рядом с ней находится тот, кто дорог и любим ею, но стараясь воспроизвести в своем воображении его образ, перед глазами была пустота. Руки мужчины с талии плавно перешли на ее шею, а затем закрыли глаза девушки. Спиной Кларисса ощутила крепкую мужскую грудь. И в этот момент в нос ударил резкий запах морской тины и ... смерти. Это был запах сырости, гнили и извести. К горлу подступил ком страха и ужаса. Девушка не могла шелохнуться, а из-за рта не мог вырваться и слабый крик. Теперь это обжигающее дыхание касалось ее уха, а затем томный скрипучий шепот: — Любимая, наконец-то ты рядом. Скоро мы вновь будем вместе. Кларисса проснулась вся влажная от пота. Она глубоко дышала, словно ее лишали воздуха. В носу все еще стоял этот зловонный запах разложения человеческого тела. Тошнота подступила. Стюардесса сообщила о том, что самолет готовится к посадке, и попросила пассажиров пристегнуть ремень безопасности. Девушка ощутила кислый привкус на корне языка. Соседи по правую и левую сторону озадачено глядели на свою коллегу. Кларисса больше не могла терпеть, потому она соскочила с места и убежала в сторону туалета. Дверь как назло была закрыта. Девушка стала бить кулаком по ней, опасаясь, лишний раз открыть рот. Вторая стюардесса поняла, что это срочно, и открыла злополучную дверь. Клариссу стошнило. Пот градом стекал по лбу. Волосы прилипли к намокшим щекам и шее. Тошнота не проходила, поскольку все снова и снова она ощущала тот самый запах. Рвота сменилась желчью, горло сильно болело, как и желудок. Девушка села на пол рядом с унитазом, навалившись на стену. В проеме появилась белокурая голова молоденькой стюардессы. — Мисс, с Вами все в порядке? Девушка медленно перевела взгляд на бортпроводницу. Языком она прошлась по сухим горячим губам. В руках ощущалась дрожь, а тошнота не проходила. — Мне плохо, – хрипло ответила Кларисса. Большие глаза стюардессы стали еще больше. Она подбежала к Клариссе, проверила ее пуль и коснулась предплечьем лба девушки, который горел. — Мисс, мы уже идем на посадку. Я сейчас же вызову скорую помощь в аэропорт. После этих слов Кларисса потеряла сознание и погрузилась в темноту. «Ты рядом! Наконец-то!» – томный низкий голос проговаривал эти слова девушке на ухо снова и снова. Кто-то продолжал шептать и шептать без остановки, словно в каком-то бреду. Кларисса очнулась от этого кошмара, вдохнув недостающую порцию воздуха. Тошнота прошла, однако от инородного голоса стоял шум в ушах, и кружилась голова. Медсестра заметила, что пациентка пришла в себя и позвала доктора. Это был невысокого роста мужчина пенсионного возраста. Невооруженным взглядом стало понятно, что он истинный грек. Он поправил очки на переносице и, взяв медицинскую карточку, подошел к девушке, которая уже приняла сидячее положение на кровати. — Кирия Кавендиш, – заговорил доктор. Кларисса подняла на него свои глаза. Мужчина доброжелательно улыбался ей. Опустив взгляд чуть ниже, она заметила бейджик на кармане медицинского халата: «Филон Сидерис – заместитель Главного врача». Неожиданно в палату вошли Хидео с Александрой. Женщина держала его под руку, и вместе они медленно надвигались на Клариссу. В секунду девушка испытала неподдельный страх и ужас при виде этих двоих. Ее пугал этот жестокий циничный взгляд гречанки, и в тоже время, непроницательные, холодные, не выражающие никаких эмоций глаза мужчины, и этот уродливый шрам... Создавалось впечатление, что он был получен не случайным образом, а как будто кто-то намерено заставил этого парня испытать неописуемую боль. Кларисса с трудом проглотила подступивший ком нервов и испуга к горлу. Как она не пыталась скрыть неясно откуда взявшийся страх своих иностранных коллег, это стало очень заметным, от чего глаза Александры не по-доброму заблестели. — Кириос Сидерис, скажите, как себя чувствует наша гостья? – очень естественно заинтересовалась гречанка, когда она и Хидео остановились возле кровати Клариссы. — Состояние нашей пациентки хорошее. Давление нормализовалось, хотя пульс немного учащен, я не вижу причин для паники, – ответил доктор на греческом языке. — Кириос Сидерис, а что могло вызвать у меня такое недомогание? – Кларисса тоже вступила в разговор. Доктор некоторое время потратил на просмотр записей медицинской карты, и только после этого ответил: — Организм человека очень привередлив. Если он уже привык к одному образу жизни, ему требуется достаточно времени на перестройку. Видимо долгий перелет в другую страну так сказался. К тому же, как мне сказали Ваши друзья, эта поездка очень важна для них, и в особенности для Вас. Вы испытывали большое волнение, стресс, от того Вам, кирия Кавендиш, стало дурно в самолете. Кларисса промолчала. Доктор ведь не знал о ее дурном сне. Хотя, наверное, он тоже приснился по причине стресса. Эти заключения немного успокоили девушку, и волнение отступило. Заместитель Главного врача пожелал всем присутствующим хорошего самочувствия и сказал, что они и Кларисса могут быть свободны. Однако на всякий случай выписал пару лекарств, которые помогут в случае повторного ухудшения самочувствия. Ноги девушки все еще были ватными, и ее немного морозило, потому шла она медленно, что немного не устроило Александру, которая умчалась вперед. Молодой человек же шел позади девушки. Кларисса спиной ощущала на себе пристальный взгляд черных глаз. Однако, когда она кротко оборачивалась, замечала, что мужчина смотрит вперед, на стены, плакаты, в общем, куда угодно, только не на нее. Девушка уже стала думать, что у нее развивается паранойя, и что мороз, что пробегает по спине, лишь последствие ее недавнего приступа. Александра ожидала коллег у стойки регистратуры. Кларисса заметила, как медицинский работник возвращает ей пластиковую карту. Заметив подходящих людей, работница улыбнулась и справилась о здоровье американки. — Благодарю! Я в полном порядке, – ответила девушка. Затем перевела взгляд на брюнетку, и спросила: — Вы оплатили мое лечение? Александра напоказ закатила глаза и посмотрела на Клариссу как на неразумного ребенка, который дважды два сложить не может. — Конечно, ведь ты не оформила страховку по приезде в страну. Девушку смутило это обращение на «ты», однако сразу вменила свой фокус внимание на иное. — Я обязательно верну Вам деньги. Скажите только какова сумма, я выпишу чек. Гречанка прыснула со смеху, что вновь дезориентировало девушку, которая уже достала чековую книжку из рюкзака. — Конечно, вернешь. Только не сейчас и другим способом, – загадочно ответила она и направилась к выходу из больницы. Кларисса вновь была обескуражена. Мысленно она уже тысячу раз пожалела, что согласилась на эту «авантюру». Я была готова потратить на написание и защиту докторской еще пять лет, лишь бы избавить себя от общества этих странных и пугающих ее людей. Девушка посмотрела из-за плеча. Хидео стоял от нее в метре, и повернут на три четверти той стороной, которая была лишена устрашающего шрама. Мужчина глядел на улицу сквозь панорамное окно, где с ветками деревьев играл легкий теплый ветер, где приятно припекало яркое солнце, и где расцветала и окутывала своим сочным ароматом с цитрусовыми нотками красочная бугенвиллия. Впервые девушке удалось заметить на его лице спокойствие и умиротворение. С этого ракурса Хидео выглядел очень привлекательно, даже можно сказать красиво. Ему так шли эти длинные собранные волосы, легкий свободный темный костюм, состоящий все их той же рубашки и брюк. Но Кларисса вмиг отвернулась, когда молодой человек перевел свои черные глаза на нее. Позади послышались твердые шаги, а затем голос, резкий, низкий: — Идемте, – и он пошел в том же направлении, что и гречанка. Девушка только поправила рюкзак на своих плечах и последовала за коллегами. На улице было душно, от того, что рядом простирались, казалось, безграничные воды океана. Листья приятно шуршали под потоками ветра, где-то играла приятная легкая мелодия. Александра разговаривала с местным, однако заметив нас, она быстро от него избавилась. — Так как планы поменялись, по не зависящим от нас обстоятельствам, – девушка сделала акцент на слове «нас», глядя при этом на Хидео, а затем посмотрела на Клариссу, явно обвиняя во всем ее. — Поэтому катер, который отвезет нас в место назначения, будет только через пару часов, – она вновь бросила недовольный взгляд на американку. — Но ведь работа буде проводиться в Паросе, – вновь недоумевая, сказала девушка. — Планы меняются со скоростью света, Кларисса. Уж ты должна быть готова к такому. Тем более, не велика ли разница, где проводить раскопки. Главное результат, а какими способами его добиться уже имеет вторичное значение, не правда ли? Кларисса потупила глаза в пол, о чем-то задумавшись, однако утвердительно кивнула на слова Александры. — Тогда, раз у нас есть свободное время, можно насладиться пребываем в Паросе. Тем более я здесь давно не было, – уже находясь немного в мечтательном настроении, проговорила Кларисса, уже любуясь уютными улочками города-государства. Гречанка многозначительно переглянулась с молодым человеком. Казалось, что они читали мысли друг друга и таким образом общались. Длилось это молчание пару минут, однако Кларисса вновь ощутила напряжение в теле и уже мечтала от них избавиться. — Что ж, Кларисса, ты знаешь греческий, что отбрасывает необходимость тебя сопровождать. Но! Через два часа ты должна быть на пирсе. Он здесь один, так что узнаешь у местных куда тебе идти. После этих слов Александра, взяв мужчину под руку, повела его прочь от Клариссы, не удостоив последнюю даже фразой «до свидания» или «до встречи». Однако девушка так была счастлива, что осталась одна, что даже не обратила внимания на невежливое поведение гречанки, и двинулась вдоль миниатюрным белоснежных домиков в противоположную сторону. Шагая по улицам Пароса, в груди трепетало от красоты архитектуры, цветовой гаммы, что царила вокруг. Одно- и двухэтажные миниатюрные домики, выстроенные из белоснежного мрамора, буквально сияли в лучах майского солнца. Здания отличали только яркие двери, каждая из которых было разукрашено в какой-то цвет, например, амарантовый или бирюзовый, ярко-голубой или лесной зеленый. И красочности всему этому добавляли красивоцветущие вечнозеленые раскидистые ветви бугенвиллии. Это удивительное растение, обладающее сочными и яркими цветами, создавало атмосферы праздника, даже там, где доминировала лаконичность и аскетичная простота. Бугенвиллия радует глаз красной, розовой, бежевой, пурпурной и белой гирляндой цветов, которые прекрасным образом органично сочетаются с греческой архитектурой. Пока девушка шла каменистой дорожке куда-то вверх, ей встречались лишь «грозди» пурпурных и малиновых цветов, от которых исходил сладкий, опьяняющий запах. Так Кларисса, сама того не заметив, дошла до центрального рынка острова. Прилавки торговцев ломились от обилия свежих ароматных спелых фруктов, оливок и только что пойманных обитателей морского дня. Они все кричали, завлекали иностранку отведать свой товар. Девушка только дружелюбно улыбалась, благодарила за предложения, но отказывалась и шла дальше, пока не дошла до района с уличными кафе и ресторанами. Кларисса остановила свой выбор на заведении, что носило название «Илиос» в переводе с греческого, означающее «солнце». Такое название было дано не просто так, создавалось, что кафе находилось в радиусе наибольшего попадания солнечных лучей. Жара стояла неописуемая. От волос сильно вспотела шея. Темно-синие джинсы прилипали к ногам, а по спине под хлопковой рубашкой цвета хаки стекали капельки пота. Дабы спастись от палящего солнца, Кларисса присаживается за столик, что расположен под густыми плотными ветвями высокого оливкового дерева. Находясь в тени, становится намного легче. Официант в качестве комплимента от ресторана приносит девушке холодный лимонад из свежего лимона, а затем принимает заказ, состоящий из пары брускетт с креветками, базиликом и оливковым маслом и бокал прохладного белого вина. Еда пахла восхитительно, от хлеба исходил теплый аромат свежей выпечки, а вино, сделанное из винограда родитис, пахло оттенками дыни и персика. Наслаждаясь трапезой, девушка параллельно любовалась просторами и красотами Пароса, что открывались ей со склона. Голубое чистое небо без единого облачка ослепляло, как и горизонт морских вод, на которых вдалеке виднелись одинокие лодки рыбаков. Кларисса наконец-то ощущала внутреннее спокойствие и гармонию. Хотя это умиротворение длилось недолго, пока глаза девушки вновь не упали на кольцо на ее безымянном пальце. Она поспешно достала выключенный телефон из рюкзака. После его включения на экране загорелось пять сообщений и двенадцать пропущенных вызовов от Тимати. Сердце стало сильно колотиться, было страшно перезванивать и слышать недовольный, даже скорее злой голос жениха. Но пути назад не было, она набрала. Гудки, один за другим, и резко из динамика доносятся слова: — Кларисса, какого черта?! Девушка оробела, она не знала, что и сказать. Казалось, что от любого слова Тимати придет еще в большее бешенство. — Тимати, дорогой мой, послушай... Но Кларисса не успевает начать, как он ее обрывает, продолжая в полном негодовании кричать: — Нет, это ты меня послушай! Это такая месть? Ты мне мстишь за то, что из-за моей работы нам пришлось дважды отодвигать свадьбу? Знаешь, Кларисса, я думал, ты умная девушка, которая не будет опускаться до такого поведения. Решила проучить меня, научить уму разуму? Кларисса не могла поверить, что эти слова произносит ее любовь. Как он может так говорить с ней? Ведь она все эти годы не сказала ни одного обидного для него слова, тем более не смела упрекнуть в чем-то. А Тимати так отчаянно и совершенно себя, не сдерживая себя, ругал ее. — Тимати, почему ты так говоришь? Я тебя не узнаю, – все, что смогла сказать Кларисса, находясь в полном непонимании происходящего. — Нет, это я тебя не узнаю. Моя бы Кларисса так никогда не поступила! Слезы душили, но постепенно стала подступать злость, которую тяжело стало сдерживать. — Послушай, Уошберн, прекрати на меня нападать! Почему ты считаешь, что если у тебя дела, то ты можешь, не советуясь со мной, принимать решения, которые отражаются на нашем совместной жизни. А я должна только смириться с этим и ждать, поскольку я все должна согласовывать с тобой и получать твое одобрение! – Кларисса кричала, от чего на нее стали оборачиваться прохожие и посетители заведения. — Ты слишком много на себя берешь, тебе так не кажется?! — Так если ты хочешь быть свободно, ничем не обремененной, может нам совсем не жениться? Тогда ничьего одобрения и не потребуется, – произнес Тимати с явной усмешкой в голосе. Клариссе перехватило дыхание, однако она не стушевалась, а уверенно ответила: — Хорошо. Значит, мы не женимся. Прощай! – девушка сбросила вызов и на эмоциях швырнула телефон в сторону. Он ударился о каменную ограду и упал на землю. В этот момент произошло осознание сказанных слов. Видимо язык работал быстрее мозга. Обида заполняла изнутри всю целиком, а затем сменилась душевной болью. Девушка горько заплакала. Она стала чувствовать себя виноватой, думала, что из-за нее их долгие отношения пришли к такому исходу. Кларисса надеялась, что оба говорили на эмоциях, что вскоре Тимати перезвонит, и они помирятся. Но шли минуты, а от разбитого телефона, что уже лежал перед ней на столике, нисходило ни звука. Слезы все продолжали стекать по лицу, образуя на подбородке капли, а затем падали на одежду, оставляя мокрые пятна. Чья-то крепкая холодная ладонь легла на дрожащее плечо девушки, от чего Кларисса вздрогнула. Она подняла свои влажные глаза на того, кто стоял рядом. Это был Хидео. Мужчина, заметив слезящиеся глаза Клариссы, на секунду потерял свойственное ему самообладание. Показалось, что он был сильно взволнован и обескуражен таким видом девушки. Кларисса отвернулась и стала вытирать слезы с лица, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. — С Вами что-то случилось? – поинтересовался молодой человек. Девушка оставила пару местных банкнот на столе вместе с чаевыми и встала из-за столика. — Все в порядке, – коротко ответила она и уже была готова идти в нужном направлении, чтобы отправиться в пункт их назначения. — Уверены? – уточняющий вопрос от Хидео, когда он заметил, как американка смахнула со щек очередные капли слез. В каком-то раздражении девушка обернулась и бросила гневный взгляд на молодого человека, который был две или три головы выше, сказав: — Послушайте, кириос Диамантис, не нужно делать вид, что Вам не все равно относительно моего самочувствия. Я ведь знаю и вижу, как Вы и Ваша коллега ко мне относитесь, с презрение и насмешкой. Было бы лучше, если бы Вы не лгали ни мне, ни самому себе, а вели себя естественно. Вот, берите пример с Александры, – выпалила на одном дыхании Кларисса. — А теперь пойдемте уже на пирс. Молодой человек лишь посмотрел на нее сверху вниз и двинулся в нужном направлении, не сказав ни слова. На берегу их уже ожидала Александра с каким-то человеком. Он был молчалив и держался особняком. Хидео быстро подошел к гречанке и что-то прошептал ей на ухо. Кларисса лишь скрестила руки на груди и ожидала скорейшего отправления. После того, как мужчина договорил, Александра перевела взгляд на девушку, отрывисто произнесла: — Отлично, – а затем окликнула американку. — Кларисса, прошу на борт. Трое археологов и один тот самый неизвестный мужчина погрузились на небольшой катер. И через пару минут они рассекали прозрачные воды в назначенном направлении. Кларисса, облокотившись на перила на носу судна, разглядывала морские просторы. Прохладный влажный воздух немного снял жар со всего тела, освежая. Девушка чувствовала, как позади на нее смотрят две пары глаз, но сейчас ей было все равно. Ссора или возможное расставание по телефону погрузило ее в состояние грусти и печали. На душе была тоска и чувство одиночества, особенно здесь вдалеке от дома. Плыли они два часа, что постепенно солнце стало заходить за горизонт. Касаясь водяной глади, солнечный свет стелется на нее золотым ковром, приглашая пройти по нему. Небо играло спектром ярких красок, нежно-пурпурный переходил яркий красный, а красный в огненно-рыжий, который плавно сменялся желтым. Этими же красками играли и воды океана. Вдалеке показалась земля. Немного успокоившись, Кларисса сменила свой фокус внимания на этот неизвестный девушке остров. Американка подошла к Хидео и Александре, что стояли в стороне. — А что это за земля? — Танатос, – коротко ответила гречанка, продолжая смотреть на приближающийся остров. Кларисса была поражена. Ведь такого острова нет на карте, да и в книгах о нем ничего не упоминается. — Но ведь... — Мы позже это обсудим, – перебила ее Александра, когда они подплыли к причалу. Однако причалом это было сложно назвать, это прямая узкая дорожка, сколоченная из ровных досок, которые уже потеряли первоначальный вид и сильно поизносились. Пирс сильно скрипел под ногами, казалось, что дерево вот-вот сломается под тяжестью человеческого тела. Археологи ступили на влажный песок. Кларисса обернулась и увидела, как стремительно привезший их катер уезжает прочь с острова. Это немного смутило девушку, однако она быстро отбросила посторонние мысли, снова ловя себя на паранойе. — Хидео проводит тебя до дома, где ты будешь жить. А завтра приступим к работе. Так что до завтра, – с наигранной улыбкой сказала Александра и пошла по узкой тропинке, ведущей наверх. Молодой человек взял чемодан Клариссы и направился также куда-то вперед, только по другой узкой дорожке, уложенной галькой. Девушка поспешила за ним, пока тот не скрылся за густыми зарослями какого-то неизвестного растения, чьи ветви были очень длинные и раскидистые, и все озелененные. Как-то неожиданного недавно все еще сияющее солнце, выглядывающее из-за водного горизонта, скрылось, от чего наступила кромешная темнота. Даже мутный полумесяц и пара звезд не давали возможности увидеть и кончика своего носа. Клариссе уже казалось, что она давно потеряла Хидео и идет в непонятно каком направлении. Дорожка, по которой девушка шла, протянулась вдоль густых зарослей высоких лиственных деревьев, из гущи которых доносились пугающие крики и иные звуки существ, населяющих эту чащу. Клариссу вновь окутал страх. Дрожь пробежала по телу, когда появилось знакомое ощущение постороннего взгляда где-то позади нее. — А! Девушка громко вскрикнула, когда ледяная крупная рука коснулась ее ладони. Она хотела тут же ее вырвать, но хватка оказалось сильной. А затем последовал уже знакомый грубый, но одновременно бархатный мужской голос: — Это я. Идемте, – спокойно произнес Хидео. Приглядевшись, это и вправду был Хидео. Кларисса была чрезвычайно рада его появлению, однако не смогла утаить испуга, заметив вновь этот уродливый рваный шрам на его лицо. В темное время суток мужчина выглядел очень пугающе. Но он ничего больше не сказал и, продолжая держать девушку за руку, повел ее за собой. Несмотря на то, что от руки молодого человека исходил мороз, все тело девушки горело пламенем, особенно щеки. Она сама не могла понять, почему сложившаяся ситуация так сильно ее смущала. Плененная ладошка Клариссы сильно вспотела, от чего стало неловко вдвойне. Однако Хидео никак не реагировал, а лишь шел вперед, ведя Клариссу за собой. Они остановились у небольшого поселения, состоявшего из семи одноэтажных домиков. Их внешний вид ничем не отличался от тех, что Кларисса видела в Паросе. Только вот двери не играли такими яркими красками, а все были сделаны из дерева одной породы. К домику, которому подвел ее Хидео, находился на окраине поселения вблизи склона, с которого открывался вид на небольшую часть острова, и густых зарослей. Одну из мраморных стен украшали ветви бугенвиллии пурпурного цвета. Молодой человек открыл дверь и внес чемодан. В здании была лишь одна комната, где находилось тумбочек с кухонной утварью и печь с дымоотводной трубой. В гостиной части была только полка и прямоугольный высокий матрас с постельными принадлежностями. За перегородкой расположилась ванная комната. Оглядев помещение, девушка обреченное вздохнула, но понимала, что иного варианта ей не предложат, поэтому стоит мириться с тем, что есть. — Здесь Вы будете жить, – констатировал факт Хидео. Кларисса прошлась по комнате, еще раз все оглядела, затем повернулась к мужчине. Сейчас он не выглядел таким устрашающим, наоборот, в этой скудной, но достаточно уютной обстановке, девушка увидела его совсем в другом свете. Хидео стоял прямо, словно статуя, держал руки за спиной и открыто глядел на девушку своими гипнотизирующими глазами. Лицо его излучало спокойствие, уголки губ, показалось, были чуть-чуть подняты вверх. В мгновение Клариссе стало ужасно стыдно, что поддалась эмоциями, и нагрубила ему в ресторане, обвинив его в неискренности. — Располагайтесь и отдыхайте. Завтра утром я за Вами зайду, – нарушил тишину мужчина. Он развернулся к двери и уже положил свои длинные пальца на ручку, когда Кларисса неожиданно для самой себя окликнула его: — Кириос Диамантис! – молодой человек обернулся, явно не скрывая любопытства. — Я хотела извиниться перед Вами за все те слова, что высказала в Ваш адрес. Мне неловко, что обвинила Вас в том, чего возможно даже нет. Был тяжелый день, эмоции взяли вверх, а я не сумела с ними справиться. Мне очень жаль, что обидела Вас. Девушка виновато поджала губы и стала заламывать пальцы, как ребенок, который напроказничал, а теперь извиняется перед отругавшими его родителями. — Не берите в голову, кириа Кавендиш. Спокойной ночи, – ответил только Хидео и скрылся за дверью. — Спокойной ночи, – тихо произнесла девушка уже закрывшейся двери. Однако она улыбнулась, потому что заметила, как коллега сдержал искреннюю улыбку, которую вызвали ее слова. На душе стало как-то спокойнее. Кларисса разложила свои вещи на подоконник, на пол, поскольку шкаф или комод в доме отсутствовал. Да и на холодильнике поскупились. На ручных часах уже полночь. Девушка переоделась в ночную сорочку и села наподобие кровати. Из рюкзака она достала ноутбук. В поисковике высветилась информация по слову, которое хотелось найти – «остров Танатос». Однако статьи лишь описывали древнегреческого Бога – Танатос. Кларисса почесала голову и задумалась. Неужели она пребывает сейчас на острове, которого нет на карте, и который никому неизвестен. Вновь стало не по себе, одновременно это и будоражило, и пугало. Особенно стало не по себе, когда девушка вспомнила, что Танатос является Богом смерти, да и его имя переводится как «смерть». Неужели этот остров назван в честь Бога Танотоса, Бога смерти?