Тёплыми вечерами

Глава 6       

«Летаем вместе!»

             ≪БУМ!!!≫. Вековые каменные стены задрожали. С потолка посыпалась каменная крошка. Пыль туманом устилала пещеру. В ней виднелась тень, запыхавшейся лисо-девочки и высокого парня со здоровенной косой:              -Фиих… Их… Их… Увернулась… — взгляд сфокусирован на оппоненте.       -Вымоталась? ≪Трр-тын, трр-тын!≫ — не дожидаясь ответа на вопрос, Ника заряжал ещё одну партию взрывных патрон.              Да уж… Формат обучения у него был интенсивный… и опасный. Из соображений редкой для него благоразумности Шаурмейстер попросил Снежку не рассказывать Дарвину и Арие о том, как конкретно проходят тренировки:              -Угу… Но я готова ещё! Ву-ху! — у Снежки от энергичного спарринга с «героем» и изматывающей битвой с его дронами шла тяжёлая одышка, тело ныло от усталости, но вне зависимости от того, за что она борется, она будет бороться до самого конца.       -Вот это дух! Вот это настрой! Напоминает мне одну мою бывшую ученицу! Ха… — после громкого возгласа Ника неожиданно вместо того, чтобы пальнуть, как он это обычно делает, с тяжёлым вздохом увёл взгляд в сторону.       -Вай-ви! А какой она была? — спросила Снежка из любопытства, виляя хвостиком. И ради того, чтобы зарезервировать себе минутку передышки.       -С небывалой упрямостью долбилась головой о все стены, что я перед ней ставил. Иногда буквально. — его речь была всё также наполнена лёгким оттенком юмора, но не отдавала типичной блистательностью. Скорее сожалением.       -Что-то не так? — она склонила голову, расслабленно лежавшую на нижнем конце гарпуна, воткнутого в пол. — Тебе не нравится об этом говорить?       -Нууу… Вспоминаю ошибки прошлого. Не твоё это дело в общем. Так, о чём это я…?              Ника сделал вид, что призадумался, поправляя свою рыжую чёлку, как вдруг ногой бьёт о косу, упёршуюся лезвием в пол. Перехват, а затем выстрел. ≪Тан!≫ ≪БУМ!!!≫ Снежка мигом достала револьвер из кобуры, которая на скорую руку проштампована к куртке, и, нажав на спусковой крючок, подбила снаряд прямо в воздухе. Ударная вызвала грязный вихрь, ещё больше наследивший на «белой» шерсти Снежки. А у стрелка только шарф развевался. Вот именно этого она и ждала:              -На этом твоё обучение закончено. — Ника, перекрутив косу, положил её себе за спину и развернулся.       -ВЭЭЭЭЭ?! Но! Вя-я-я… — Снежка хотела сделать шаг в его сторону, но усталость тем же резким выпадом, каковыми были и слова Ники, повалила её на колени. На серый песчаный ковёр.       -Да, тут ко мне пришло резкое осознание, что мои методы могут быть излишне губительны для тебя в долгосрочке. Из меня на самом деле хреновый учитель, учитывая, что все мои ученики погибли жестокой смертью. Кхм… Хм… Ммм… — голова, лежавшая на металлическом древке косы перекатилась с одной стороны на другую. — Никакого аттестата у меня нет, ну и выпускного соответственно тоже. Это, скажем… Во! — он выпустил оружие, заставив то кругами потешно засвистеть в воздухе. — Вступительный курс! Так… ≪Хлоп-хлоп!≫ Молодец, Снежка, что прошла этот долгий путь в…! Секунду… — Ника быстренько схватил сделавшую около 10 оборотов косу обратно в руку и перевёл свой гордый лик к календарю в КПК на другой руке. — долгий путь в 40 дней! Продолжай учиться, постигать новые вершины, беря только самое лучшее от будущих учителей. Удачи тебе в твоих начинаниях и покеда! — с закрытыми глазами Шаурмейстер пошёл в ближайший тёмный проход, чтобы исчезнуть раз и навсегда.       -А как же с Дарвином и Арией попрощаться! Вэ…?! Пока! — его выпускнице оставалось только помахать ручкой на прощание.              Благо, хоть он и исчез, но оставил за собой запас неразлагаемой шаурмы на месяц вперёд Дарвину и Снежке, а также два ящика светящейся зелёной жижи под названием заряженный хлорофитум, от которой у Арии потихоньку начинает зеленеть кровь. Но что не сделать ради выживания. И нежелания пресмыкаться перед придурком с косой ради просьб об улучшении условий жизни.       

Курьер

             Прошла неделя. За которую можно было бы отлично укрепить семейные узы в тихой и спокойной атмосфере пещер далёкого космического спутника. Если бы только двое из трёх членов семьи не были похожи на отсыревшие овощи. Потому в конечном итоге Снежка в одиночестве носилась по каменным пещерам, добивая остатки шерко ради тренировки. Дарвин пытался кое-как разделять её энтузиазм, но с больными руками и постоянным отвратительным першением в горле от вездесущего песка, это больше походило на попытки инвалида вновь встать на ноги. Ну, как он сам говорит, ему не привыкать. Вот так дух приключений! Уэээ… ≪Глыть!≫ У меня так скоро шаурма по венам потечёт. Ария же напоминает теперь медведя в спячке. Медведя-наркомана, который раз в сутки просыпается, чтобы кольнуть себе дозу. А также в ней вновь проснулась мысль, что, быть может, их нескончаемое везение исчерпало себя. В какой-то мере она даже надеялась на это. Хотя, может быть, это происки её больной психики, в которую в последнее время не поставляются антидепрессанты. Желание уйти на покой было таким настойчивым, что казалось будто бы каждый новый уход в мир снов станет последним. Ей было приятно. Никто даже не будит… Красота…                    -ВАЙ-ВЯЙ-ВАЙ-ВАЙ!!! КОРАБЛЬ-КОРАБЛЬ!       -Корабль! Кху… Кх! Кх! — выкрикнул вслед за Снежкой Дарвин, откашлявшись песком.       -Ария! Просыпайся! — и тут её стали тормошить.       -Арэ… — она еле как открыла глаза, увидев впервые за долгое время Снежку. Жаль, вместо белого огонёчка та походила на бегающий кучерявый комок грязи. И не менее печально состояние их белоснежной одежды. — Халай ни Хорсус. Этот кошмар никогда не кончится. — Ария вколола себе очередной шприц хлорофитума и взглянула на стеклянный потолок. К ним в самом деле спускался корабль. — Ардиановцы… Нерфили мю рэ ри линь… Прокляни их Нерфили… Хотя бы на военный не похож. Но что ардиановец мог забыть на территориях сайнтилаев? Это не к добру… Арэ…? — Ария не успела договорить, как Снежка подняла Дарвина на ноги и понеслась ко входу в их обитель. — Ну, они же опасны… — Арие тоже помогли подняться, не слушая её возмущения.       Плавно и осторожно на наспех склеенную обитель наших героев опускался кораблик больше раза в два, чем их предыдущий «Альтруист-04». Он весь выполнен из чёрного шершавого камня, швы и разделы которого светились ярко-зелёным светом. А ещё имелись крылья, которые начали складываться внутрь, стоило судну начать спускаться в узкий тоннель.       Несколько минут ожидания, как в стеклянную, но при этом непрозрачную дверь послышался тяжёлый глухой стук, эхом разносящийся по пустому залу. Снежка мигом отворила вход. И тут же со страху прижала ушки к капюшону:              -Получается, это вы оставили сигнал бедствия? — спросило существо жужжащим низким голосом. Дарвин боязно кивнул.              В проходе стояла фигура в два с половиной метра в высоту. Ему приходилось пригибаться, чтобы заглянуть в дверной проём. Да и в целом это не типичная органика, которую нам до этого приходилось видеть. По форме тот же гуманоид с парой рук и длиннющей парой ног, которые составляют две трети роста. Подобно своему кораблю, существо состояло из чёрных шероховатых камней. По неприкрытым ногам видно, что конечности сегментированы и состоят из различных форм и размеров глыб, в щелях между которыми просвечивает яркий зелёный свет, который при близком рассмотрении напоминает жидкость. Голова цельная, правда с трещиной, рассекающей лицо наискосок. Трещина и глаза со ртом изнутри горели зелёным пламенем. Ушей с носом не было.       Вообще глаз один. Правый был заменён каким-то металлическим механизмом, в котором светились зелёные осколки. На голове серая кепка с непонятными красными буквами и символикой. Тело скрывало серая будто бы джинсовая куртка, которая едва касалась ног. Левое предплечье усеяно всякими значками, напоминающими нашивки скаутов. Эта рука к тому же механическая, а не каменная, что видно по выглядывающей кисти:              -Не дрейфьте. Я безобидный. — слышать такое от подобной скалы подозрительно даже для доверчивого Дарвина. — И не боеспособный. — и голос у него было громогласный. Правда, по тону спокойный и безразличный.       -И не из Шилфея? — добавила Ария.       -Правильнее сказать, не под Альфами. Работаю на свободный синдикат Шилфея — курьерскую-пассажирскую компанию «Fly 2 Gather» и зовут меня… — он пару раз тыкнул по цифровому бейджику на правом предплечье, чтобы на том чёрным по зелёному загорелось его имя, номер, место работы и должность. — Хартфул. Приятно…       -Куда летишь? Сайнтилаевская республика подозрительное место для любого ардиановца. — перебивший Хартфула вопрос Арии напряг Дарвина куда сильнее чем сам Хартфул.       -Доставляю заказ от одного из цихонов нашему давнему клиенту в Кадните. — но ардиановец не показал и капли раздражения.       -Он врёт? — спросила телепатией Арией у Дарвина. Тот не придумал ничего лучше кроме как пожать плечами у всех на виду. — Арэ… Халай ни Хорсус… Возможно в мире существуют добрые ардиановцы… Я — Ария. Кровавая жрица. Приятно познакомиться, Хартфул.       -А я Снежка! — воскликнула наша лисичка, как только напряжение Арии сменилось усталостью.       -Я Дарвин. — он снял шляпу, цвет которой теперь сходился с остальным образом. Точнее остальной образ сходился с ней по цвету. — Надеюсь, мы вас не задержим.       -Времени у меня предостаточно, а от компании не откажусь. Для ардиановца одиночество страшный приговор. — Хартфул стоял практически неподвижно в дверном проёме, не желая своей громоздкой фигурой как-либо испугать бедных жертв кораблекрушения. — К тому же, смотрю, — яркий практически белый проблеск в зелёном огне глаза, подобно зрачку, опустился на лису, — Снежка укомплектована для боя. В случае чего поможет, ибо сам я кроме того, что инвалид, так ещё и ношу глупый статус пацифиста.       -В этом мире существуют пацифисты? Какое счастье… Большое вам, Хартфул, спасибо! — отблагодарил его Дарвин. А его имя говорит само за себя. Хартфул (Heartful) — сердечный, душевный. А вслед за ним поклон сделала и Снежка.       -Можете говорить со мной на «ты» и называть Харфом. Вам тоже спасибо. Такая дружелюбная реакция на незнакомого ардиановца редкость в наши дни. Мне приятно. Пройдёмте.       Ария молча кольнула себе и Дарвину какое-то вещество, чтобы они без особых проблем прошли через пару каменистых коридоров, в которых не простиралась дешёвая климатическая техника Ники, на крышу своей обители. Эта высокая фигура до кучи своих странностей ещё и светилась в темноте пещер своими зелёными прожилками.       Изнутри корабль был из такого же чёрного камня с зелёными источниками освещения, но теперь мрачные цвета контрастировали с уютом домашней мебели и техническим оборудованием. Первая комната была большой и пустоватой, лишь с парой серых металлических шкафчиков, верстаками и без намёка на дверь. Скорее всего, для перевозки техники или гараж, ведь двери большие даже для ардиановца, и имеются подъёмники. Коридор, специально для таких же великанов, тоже пустоватый. В конце — рубка пилота, по бокам четыре прохода:              -Как между вами комнаты делить?       -Естественно, мне отдельную, если можно. — отметила Ария. — Сон под ультрафиолетовым излучением для сумр и людей нежелателен.       -Значит вот эту. — Хартфул нажатием кнопки открыл высоченную дверь.       -Погодите… — обычно узкие недовольные глаза Арии начали расширяться от взгляда внутрь. — Это же ультрафиолетовая лампа «Кильвел»… Это же… Это же… Замечательно! И… — заборники воздуха в маске интенсивно зажужжали от глубокого вдоха. — двухфакторная очистка воздуха, увлажнители! Кровать… ≪плюх≫ — Ария без лишней траты времени сбросила маску и упала на кровать, округлой формы. — Кровать! Крова-а-ать!!! Моя кровать! Мать Холерия, спасибо, спасибо! Хартфул, простите меня за былую грубость! Простите! Я так… Я так… — она там чуть ли не зарыдала от счастья.              В жилой комнате атмосфера уже была приятнее, чем в коридоре в прямом и переносном смысле. Вместо голых чёрных стен — нежно-голубые с развешанными коврами тёмно-бордовых цветов и тусклыми лазурными лампами. Вместо пугающего зелёного освещения — обыкновенное белое. На шахматной бирюзово-белой плитке пола расстелён пушистый тоже красный ковёр. Столик, зеркало, немного какой-то аппаратуры. Кровать с красной простынью, над которой висела огромная круглая ультрафиолетовая лампа. Кровать, кстати, тоже большая. Мягкая… Правда, пыльно немного. А воздух, боже, воздух чище, легче и приятнее, чем на Земле в её светлые годы. Им прямо-таки хотелось дышать. Особенно после месяца в песочном подземелье. Дарвин настолько глубоко вздохнул, что, кажется, его организм перенял инициативу и откашлял весь залежавшийся внутри песок:       -Тяжело же вам пришлось. — Хартфул с опаской взглянул на Дарвина, но тут рукой указал, что всё в порядке. — В каждой комнате есть отдельная ванная. — Я в Раю… Арэ… Арэ… — Я редко проверяю эти комнаты и убираюсь в них. Посему тут может быть слегка грязновато. В последний раз тут проживала ткачиха из Кровного братства, вот и сувениры оставила. Ещё картину в рубке… Вжууу… — он удручённо «вздохнул». — Ария уже уснула. И забыла включить лампу. — ардиановец заботливо решил исправить неприятность. — Так онсианину и кончить недолго. Кто первый её встретит: можете ещё разок обрадовать, ведь в ванной комнате различные гигиенические средства для её расы найдутся.       -≪Нюх, нюх≫ Вай, тут такой воздух чистый! Особенно по сравнению с теми пещерами. Правда, мертвечиной пахнет… И чем-то похожим на эту неприятную сигаретную вонь Дарвина.       -Ааа… Ария как единственная, на кого можно положиться, уже спит. Бросила меня… Надо брать себя в руки! Кхм… Можно узнать причину?       -Запах остался, значит? — Хартфул приложил каменную руку к подбородку. — Прошлая пассажирка здесь от дымки Бездны упокоилась. Этот смрад сложно перебить, учитывая мою нелюбовь к уборке собственного корабля.       -Бездны?       -Я её у сектонидов забрал. В Бездну за редкими тканями отправилась. В итоге я донёс её труды до Кровного братства. Вместе с бездыханном телом… — Хартфул застыл в почтенной минуте молчания, глядя в пол. — Давайте вашу покажу. Кровать там только одна.       -≪Глыть≫ — сглотнул. Вот со Снежкой спать на одной кровати… Никогда подобное не практиковали. И не хочется.       -Хи-хи-хи… — а кому-то хочется, потому что она не понимает.              Комната напротив преобладала теми же цветами и отделкой. Только ковров не было. По центру стоял низенький столик. На нём шахматы разложены в незаконченной партии. На деревянной тумбочке валялись в неразбериху игральные карты вместе с парой ЭЖ. В стеклянной коробке, на полке виднелся старинный револьвер, на крючке висело пыльное пальто. Незаправленная кровать достаточно большая, чтобы Дарвин со Снежкой не чувствовали дискомфорта:              -А тут год назад возил федерала к родне в Каднит… — Хартфул, прикрыв лицо козырьком кепки, говорил неспешно, давая обоим времени для понимания его слов. — Любили мы в картишки погонять, шахматы, даже ролёвкой занимались. Был директором театральной школы. Вот этот значок, — Хартфул указал на тот, на котором виднелась афинская белая колонна, украшенная розовыми цветами, — мне подарил в знак дружбы. Я загорелся идеей и потихоньку стругаю себе значки на тему всех своих пассажиров. Добрый был парень. Богатый и наивный. Узнал, что семья погибла от шерко. Во время одной из посадок, пока я за припасами отходил… повесился в кладовой… С тех пор сюда дверь не отворялась…       -Что-то… — атмосфера сгущалась для Дарвина. Снежка же тоже внимательно слушала и всё понимала, но на этот счёт у неё были другие мысли.       -Нет. Я довольно часто пассажиров вожу. Погибают редко… Помню Босс статистику составил по своей памяти. За 90 лет работы у меня погибло всего 37 попутчиков. Собственно, со значков в честь погибших я и начал. — он указал на остальные нашивки на левой стороне груди своей куртки. На одной из них был красный квадрат, ака ковёр, с молотком — символом трудолюбия.       -И каждый раз вы выживали… — Дарвин пораскинул мозгами. Взглянул в глаза Хартфулу. Нет, мне пока сложно определить, о чём он думает.       -И это отчасти противно… Быть бессмертным… — Дарвину было понятно только одно — он говорит правду.       -В смысле?       -Вы что, совсем не знаете об ардиановцах?       -Мы вдвоём — да. — Дарвин взял за плечи ушедшую в глубокий мыслительный анабиоз Снежку и подвинул ближе к себе. — Тут такое дело, у нас даже ООДС нет… — Дарвин решил, что перед таким искренним и израненным временем господином, нет смысла скрывать правду.       -Вот оно что. Давайте в рубке обговорим. Мне ещё дорогу проложить.       -Снежка, можешь пока в ванну сходить. С тобой грязной в одной постели я валяться не буду.       -Есть! — лисичка приняла приказ.              Перемещаемся в рубку. Та была просторной, ещё просторнее, чем другие комнаты, но цветами не выделялась, остановившись на ардиановской цветовой гамме. Лишь пара картин на боковых стенах вносили контрастности на холодном чёрном фоне космоса и камня. По центру умещался круглый двухметровый стол. По вращению руки Хартфула на нём открылась огромная голографическая 3D карта космоса с тысячами зелёных точек, часть которых окутана красной пеленой. Проводя рукой, она перемещалась. Движениями парой пальцев увеличивалась или уменьшалась. Хартфул не сел на один из приставленных к столу стульев, ибо только в стоячем положении он мог дотянуться до верхних точек:       -Можно закурю?       -Тут системы чистки воздуха, конечно, не как на элитных кораблях правителя Каднита и его свиты, но достаточны, чтобы обыкновенную ересь этого мира счищать. — Дарвин достал очередную сигарету из какой-то безымянной пачки, оставленной Никой нашему курителю-любильщику.       -Если честно и кратко, чтобы между нами не возникало недопониманий ≪Фьюх≫: она без родителей выживала на пустой планете, Ария потеряла память о своей жизни вместе с ООДС. А я этот… Фантом прошлого, вроде.       -Интересно. — без капли удивления сказал Хартфул, продолжая методично осматривать карту. Одна тысяча точек сменялась другой взмахом руки. Дарвин даже не успевал обежать картину взглядом, как Хартфул менял её на следующую. — Отличное сочетание, идеально друг другу подходите. «Фантом прошлого»… Ардиановцы как раса обладает довольно обширными знаниями в области Вселенской мистики. Вот знаю, к примеру, что вот эти Фантомы прошлого не просто так возникают.       -А мне говорили обратное…       -Не удивительно. — между делом Хартфул ровными тычками начал вырисовывать путь. — Эта тема, как и множество других, широко не оговаривается, потому данные о ней остаются только в научных библиотеках сектонидов и на пустотных скрижалях Шилфея. Как мне повествовал мой босс Шимурон или просто Шим, причиной для возникновения данных аномалий в основном служат частые перемещения во времени в диапазоне изначальной жизни Фантома. Иногда подобные тебе создаются специально, но это уже совсем загадки, даже для меня. Но бьюсь об заклад, что и на такие вопросы есть ответы в закромах Шилфея.       -Путешествия во времени?! Я так много об этом мире не знаю…       -Хэх. Думаю, даже Ария о подобном не в курсе. Путешественники во времени явление нечастое, скрытое от общих глаз. На самом деле во Вселенной очень много всего, чего обычным существам никогда не заметить. И мои знания по этим вопросам куда как превосходят общесуществующий стандарт.       -Будет о чём поболтать вечерами. Хе-хе. Кстати, о своей расе расскажешь?       -Почему бы и нет. Я — ардиановец. Мы бессмертны, точнее после потери тела перерождаемся в своём родном мире, конкретно, в Шилфее. Ещё живём вечно, прочные, сильные. — несмотря на перечисление превосходств голос Хартфула становился только тише.       -Хм… ≪Фьююю≫ — Дарвин с задумчивой миной выпустил клуб дыма. — Звучит же классно. Можно же со своими друзьями ардиановцами навеки вечные жить, не тужить.       -Да, но так кажется только по началу. В итоге жизнь скатывается в вечный День сурка. Мне повезло хоть инвалидом родиться… Таких на войну с Иерархатом не отправляют, ведь восстановление полной дееспособности после перерождения дороже обходиться, а качественные протезы ещё дороже. — говорил Хартфул, указывая на механическую руку, которая слегка потрескивала при движениях. — Если ты не совершенный среди ардиановцев, так даже лучше для тебя самого. И это только одна из множества проблем нашего бессмертия.       -Интересная вы раса… — Дарвин уже хотел закрыть тему, но Хартфул, вошедший в поток, не останавливался.       -И в такой же степени ничтожная. Большая часть Шилфея находится под управлением префектуры Андромора во главе с Альфами. — он словно повторял заученный текст. Монотонно, но с нескрываемой тихой мольбой о помощи. — Они жестоко эксплуатируют бессмертие своих подчинённых ради будущего Шилфея. От бессмертия можно добровольно отказаться и при этом освободиться от государственных оков, но кто пойдёт на такое? Совсем немногие. Жить вечно, может быть, больно, но жить, потеряв бессмертие, ужасно страшно. Таких называют отступники. Многие из них даже полноценную свободу не успевают ощутить. Ведь в страхе перед смертью они собственноручно закрывают себя в клетки, что будут похуже тех, что воротят Альфы. — он целиком оглядел карту, отдалив «камеру». — Я выстроил максимально безопасный маршрут. — и добавил с абсолютно безразличным профессионализмом, смывая в нём горечь раннее сказанного.       -Он очень и очень извилистый… — посреди зелёной карты из планет и звёзд вырисовывался путь в виде синей линии. Местами он проходил по красным зонам, а в целом был похож на… Очень и очень ломаную линию, которая скакала от земли к небу, слева направо.       -Я заранее предположил места появления акумари, зоны с риском встречи пиратов ВСОН, культистов Вечной ночи или Армии Святого Петра и ещё места деятельности ММ-4. К тому же по маршруту находятся планеты или заброшенные станции, на которых можно запастись провизией за счёт тех, кому она уже не пригодится.       -Ты такой эксперт. — Дарвин пригляделся к карте, оперевшись на стол. Сам он никогда не обращал внимания на большинство параметров. От акумари уворачивается и бог с ним, что бы это слово не значило.       -Все ардиановцы мастера своего дела. Это то немногое, что у нас есть в жизни. Можешь пойти пока у себя обустроиться. А я на взлёт пойду. — Дарвин кивнул и потянулся, готовясь двинуться в комнату.       -Вай! Постойте! Мы же памятки не собрали! — Снежка в одном полотенце вылетела из ванны, как только закончила тщательное мытьё.       -Пожитки ваши? Пойду принесу, что у вас там есть.       -А я помогу! Ария в какой-то момент накидала список необходимых вещей. И… Я добавила пару от себя!       -Только с позволения старшего. — Хартфул имел в виду Дарвина, указывая на него взглядом с высоты.       -Конечно, иди. Только оденься и… О, Боже! Ты наконец белая! Теперь я тебя могу называть Снежкой без чувства предательства своим ранним мотивам. — Дарвин с распростёртыми руками повернулся к Снежке.       -Наконец у меня больше ничего не чешется, да! Ладно, сейчас! — неугомонная лиса унеслась обратно.       -Я… тогда потом схожу… — объятия Дарвина были оставлены без взаимности.       -Впервые вижу столь жизнерадостную сумру в таком возрасте. У этих бедных существ в расе принято не заводить семей отдавая детей с раннего возраста на произвол судьбы. Всё равно до дееспособного возраста большинство сами доживают, но это не отменяет того факта, что они вырастают чёрствыми. — настолько рано? То есть случай со Снежкой на Квирке не такой уж и исключительный? — Это всё не просто иллюзия?       -А… Ты меня спрашиваешь? Просто кажется, что он сам с собой общается. Могу со смелостью сказать, что несмотря на испытания, на нашем пути, мы счастливы проводить каждый день друг с другом!       -Хэхж… — Хартфул улыбнулся. Рот хоть и каменный, но двигается. — Любящая семья так ещё и такая разношёрстная это определённо чудо. — уловив взгляд Дарвина Хартфул отвернулся и прикрылся кепкой. — Счастье так бесценно… — Дарвин уловил таинственную невысказанную нотку в последней фразе, но решил оставить мысли при себе.              Разойдясь по разные стороны в коридоре, Дарвин остановился на полпути к его со Снежкой комнате и оглянулся. Хартфул прошёл в правую дальнюю дверь, не включая там света. С самого попадания на корабль Дарвин чувствовал своим нутром некую тяжесть в воздухе. Она была не материальная, а… духовная? И стоило открыться двери в место, что наверняка являлось складом, это удушающее чувство усилилось. Чувство в некоторой мере сравнимое с запахом того «пустотного» куска мяса на цихоне «Сонжи».       У нормального человека обязательно должно было бы проснуться любопытство или тревога. Но Дарвин из тех, кто позволяет таинственному смогу, туго окутывающему его жизнь, мирно проплывать рядом. Его беспокоило, как бы Ария со своей паранойей по пробуждению не повторила ситуацию с Лульяном. А что-что, но Хартфул наверняка знает нечто большее, чем пару имён. И внимание дотошной кровавой жрицы определённо вытрясет всю возможную информацию, невзирая на ранимый дух ардиановца.       В Дарвине проснулось сострадание. До боли забытое им чувство. Если оно вообще когда-то в нём было. Оставленный наедине с самим собой на каменной планете, он много думал о том, кто он такой, кем он был и кем ему предстоит стать. Вспоминая собственные умозаключения во время беспечной попытки спасти жертв закона ради Снежки, он сопоставил образы прошлого и настоящего. Дарвин хочет быть героем для Снежки.       Но что ему мешает быть героем для самого себя? Ответ: его далёкое прошлое, в котором он себе день ото дня твердил не давать слабину, наблюдая за тем, как рушатся чужие жизни. И сейчас эта заповедь, прочно засев в собственном сердце, стала невидимым барьером между ним и остальным миром. Заповедь, ныне являющаяся для него непреложным социальным инстинктом, которую у него появилось желание разбить. Жаль, что отрекаться от того, что кажется истиной, подобно сдиранию собственной кожи. Он достал и закурил новую сигарету, отвернувшись от раскрытой двери в таинственное помещение. Глубокая затяжка… Ааахх… Сейчас я способен что-то изменить. В отличие от себя прошлого. Но почему же мой взгляд направлен на доброго незнакомца, а не на ту, с которой я под одним небом провёл с сотню ночей? Когда-нибудь я обязан буду поговорить с Арией по душам… Пфть… «Обязан»? Ах, какой же я придурок. Дарвин по привычке потушил сигарету о ближайшую удобную поверхность, в данном случае стену, и кинул её в небольшой пакетик на застёжке, хранящийся в куртке. Я должен этого хотеть…       -Быть добряком сложно, да, Снежка? — спросил Дарвин, заходя в свою новую обитель.       -Вуу… Не скажу! Это же… Надо просто делать добрые дела!       -Блин, как я сразу не додумался! — он комично ударил себя по лбу. — Айда, молодчинка. — Дарвин хотел было уже со всем рвением потрепать ей голову. Но она-то уже мытая, а он до сих пор пыльный. — Представь, что я тебя погладил. Хех. Вижу, ты справилась со стиркой. — на ней уже была её чистая и высушенная куртка.       -Вя! Ага! Это было не сложно! — Дарвин выдал лишь нервный смешок, взглянув на изобилие всяких кнопок и настроек.       -Тогда и мне закинешь. Хе-хе.       

Простое желание

       Хартфул, стоя подальше от посторонних глаз, читал указания по работе на своём КПК, листая один и тот же текст взад вперёд уже раз десятый. Дарвин был прав. Хартфул многое скрывает. И как Дарвин догадывается, тому это не особо нравится. Будучи нерасторопным добряком, он всей душой не хотел браться за эту работу. Но надо же иногда оплачивать должок перед своим щедрым боссом?              -Хартфул! Вай-ви! Ты гдееее? — завыла Снежка.       -Ёлки-палки… Уже иду. — Хартфул вынырнул из темноты склада и тут же пересёкся взглядом с лисичкой, готовой к походу. — Подумал, что неплохо было бы немного прибраться, ибо надо же куда-то ваше добро сложить. — скоротечно произнёс Хартфул, стараясь скрыть за вознёй руками в воздухе свою нервность.       -Ууу? А чего в темноте? — Снежка сделала игривый прыжочек поближе.       -Не хочется лишний раз проливать свет на…       -Ой… — любопытство этих изумрудных глазищ уловили в лучах зелёного света, поступающего из коридора, пару ног, зависших в воздухе и покрывшихся инеем. И табуретку рядом с ними. Только благодаря нашей опытной суициднице Снежка осведмолена о том, что это признаки самоубийства через повешение. — Аву…       -Прости. — Хартфул мигом закрыл дверь, нажатием на кнопку. — Не стоило тебе это видеть.       -Вай. Ничего. Я довольно много видела мёртвых людей. И не людей.       -Но картина же всё равно остаётся неприятной.       -Только потому, что ты мне рассказал о нём… У тебя очень хорошо получилось передать за пару слов, каким он был приятным человеком, и как тебе было с ним весело.       -Весело? — кажется глубоко внутри его глаз сверкнул радостный жёлтый огонёк. — Хэх, ну, есть такое. И всё же мне надо перед тобой надо подобающе извиниться. — Хартфул ни с того, ни с сего начал говорить раза в два быстрее. И это было скорее не от волнения, что теплилось в нём пару минут назад, а от чувства собственной безалаберности и заботливости. — Так… Ммм… — его метающийся взгляд упал на запястье Снежки. — Как тебе твой КПК?       -Ве? Ну, нормально? — Снежка взглянула на эту штуку, к которой она не прикасалась, кажется, с самого Квирка.       -Можно взглянуть поближе?       -Угу. — Хартфул присел, чтобы хоть как-то находиться со Снежкой на одной волне. Он осторожно начал тыкать в экран КПК Снежки.       -2070 год? Модель? Ёперный театр. Может не самый старый, но настолько дешёвый, что там даже слотов под модули нет. — а ещё он заприметил интересную детальку, но про неё умолчал. — Постой тут. И лучше закрой глаза!       -Вууу…? Хорошо? — Хартфул метнулся обратно на склад. В своих поспешных поисках среди груды хлама послышался грохот, бьющаяся посуда и тихие скоротечные «ай-яй-яй».       -Фух. Нашёл. — а довольный какой. Словно дедуля внучке принёс коробку припрятанных конфет. — КПК модели «Августин», технологическое улучшение 3 или просто «Августин ТУ3». — Хартфул протянул Снежке наруч с насыщенно-жёлтым цветом корпуса и внешне более походящим не на хай-тек снаряжение, а помесь средневековых доспехов с азиатской эстетикой. — Конечно, он скорее для псиоников, но всяко лучше твоего «МПКОП ТУ2». Слоты для целых 4-ёх модулей, потенциальная совместимость с нервной и кровеносной системой… — Хартфул ещё чего-то там наплёл.       -А на нём звонить можно? — Снежке его трёп был не интересен. Она привыкла, как в случае и с Дарвином, просто перебивать. Иначе не заткнётся.       -Конечно! — совершенно не обиженно, бодрячком выпалил Хартфул.       -Ей! Я смогу Арие звонить! Ещё бы Дарвину хороший КПК…       -Хм. — доли секунды задумчивой позы. — Секунду! — и снова грохот. Снежка от стыда прижала ушки. На этот раз именно она целиком и полностью виновата в том, что Хартфул, не щадя себя, роется в потёмках и разгоняет ещё больший беспорядок. — Так, этот мне достался от… — начал Хартфул произносить вслух свою хаотичную мысль и на полпути остановился.       -От… него? — Снежка сделала предположение, взглянув за спину Хартфулу, который вновь забыл закрыть дверь.       -Угу… — теперь стыдно Хартфулу.       -А этот КПК? — Снежка подняла свой.       -В какой-то момент я доставлял важную девушку-псионика из Округа Ками Каднита. Особых защитных систем у меня на корабле не предусмотрено. На неё совершили покушение, которое я даже не заметил, сидя за пультом управления. Мне пришлось долго объясняться перед Каднитом за её гибель…       -Оууу… А покушать здесь причём? Про псину опустим.       -Покушение и покушать слова с очень разной смысловой нагрузкой… У тебя есть проблемы с лексиконом?       -Лекси… чем?       -Кхм. Ладно. Не брезгуешь?       -Ааа…?       -… Пхы-хы-хы-хы. Ха-ха-хах! Во, даёшь. — высокий камень хлопнул себя по ногам. — Пошли, а то всю ночь здесь простоим. — уже у выхода выяснилось, что Дарвин и Снежка не брезгуют доносить вещи за мертвецами.       -Я на самом деле кое о чём хотела с тобой поговорить. — неожиданно анонсировала Снежка, как только они вышли за пределы корабля Хартфула.       -Хм? И о чём же между лисичкой на пороге 11-летия и полуторавековым камнем может вестись беседа? — играюче спросил Хартфул, но на деле от такого неожиданного интереса у него всё сжалось внутри, точнее пси-энергия прилила к ядру. Больше всего из этой троицы он боялся Снежку. И не только потому, что она может его пополам сломать одним ударом лапы.       -Это может прозвучать странно, но я хочу помочь. Прости, если у меня не очень получится!       -Ты вроде и так согласилась мне помочь. — недоумевал Хартфул. Но хотя бы камень с души спал. Она не собирается ему голову открутить за таинственную ауру.       -Нет-нет! Ну, да… Вааа! Просто я насмотрелась, как Дарвин спас сайнтилаевскую семью! Он был таким крутым! Они были так счастливы! И! И…! И я хочу быть такой же! Ну, в плане помогать окружающим! И тебе нужна помощь! Потому можно я помогу?       -Какое же ты невинное дитя… — Хартфул тихонько хихикнул про себя и сделал пару заметок в КПК. — Эту доброшёрстность Дарвин тебе не только показал, но и на неё надоумил?       -Надоу… Ага! Вэ…? Погоди! Не уходи от темы! Как с вами взрослыми всеми сложно. Вечно, туда-сюда, о том, о сём! Я не успеваю за… зафи… зафиксироваться, о чём вы там говорите! — во время этого полного раздражения высказывания Снежка «вне себя от злости» покружилась вокруг Хартфула, скача по серому песку пещер. — Тебе надо быть позитивней! Вот!       -Пх… Хах… И с чего это ты взяла? — между делом они уже дошли до своего бывшего притона с до сих работающим обогревателем. — Оптимистичное мышление — это отличное лекарство от духовных недугов, порождённых порчей временем или тяжёлыми эмоциональными аффектами. Ни тем, ни другим я, вроде, бы не хвораю. Это берём?       -Я и половины слов не поняла, чего ты там сказал. — Хартфул настойчиво тыкнул пальцем в ночную лампу, сопровождавшую союз сумры и человека с самого начала пути. — Это обязательно берём! Увааа… О чём это я? Я старалась также как и Дарвин уловить твоё… эмоциональное состояние? Когда ты рассказывал о своих предыдущих пассажирах. И знаешь, что я поняла? Ты грустишь, когда о них говоришь!       -Это не удивительно. Упоминания о трагедиях минувших дней вечно будут отдавать неприятным жжением в сердцах тех, кто их пережил. Особенно, когда их причиной служит безвозвратная потеря чего-то. Или кого-то.       -Но! В тоже время ты и радуешься, когда о них говоришь! — Снежке было немного сложно одновременно думать над словами и собирать вещи. Благо, для Хартфула подобная мультизадачность проблем не доставляла, и он уже 2-ю коробку громоздил на руки Снежки.       -Тоже не удивительно. Везде и всюду смешивается чёрное и белое, создавая сцены, вызывающие смешанные чувства. И пока, моя маленькая добродетель, я не совсем улавливаю, где должна проходить взаимосвязь между позитивом и моими грустными историями.       -Секунду. Дай подумать… — Хартфул хихикал про себя, наблюдая с высоты за серьёзной мордочкой лисицы, несущей в корабль 3 коробки разного барахла. — Мне кажется неправильным себя ограничивать из-за грустных вещей. Тебе надо фокусировать своё внимание не на том, что плохого произошло, а на том, какие прекрасные воспоминания у тебя остались! И ведь у тебя этих воспоминаний полно! Зачем, в принципе думать о плохом? Ты ведь всё равно не можешь воскресить мёртвых, так зачем же ставить на это аукцион? — наверное, тут должно было быть слово «акцент». - Я вот рада тому, что у меня есть! И ты тоже, давай, больше думай о том хорошем, что тебе принесли твои встречи! Например… Какой классный ковёр тебе оставила та кровница!       -Или тому, что я теперь больше знаю о театралке. Или… Хм…       -Вот-вот!       -Я, конечно, и половины не понял, чего ты там наговорила, но мне достаточно уже твоей полной жизни мимики и ярких слов, чтобы скрасить мне всю оставшуюся ночь. Спасибо, Снежка. — и так они донесли все вещи.       -Всегда пожалуйста! Ху-ху! Будет, что Дарвину на ночь сказать! Чтоб завтра с утра ты не рассказывал о том, как кто-то там грустно умер! Понял? — она грозно пригрозила ему пальчиком.       -Конечно-конечно. Спокойной ночи. — Хартфул успел на КПК Снежки узнать время, по которому они ложатся спать. Зелёные огни медленно теряли яркость.       -Спокойной ночи, Харф! — и Снежка учесала с горой коробок в открытую дверь спальни.       -Даже не верится… — Хартфул вернулся в рубку и плюхнулся на сидение пилота. Корабль медленно начал подниматься в воздух. — И вот в ней таится Пустота? Дам показания, так мне и не поверят. Может…? Да чёрт бы меня побрал. Я не подхожу для этой работы. — ворчал про себя Хартфул. — Почему Шим выбрал именно меня? Я же все эти гениальные планы Мортрета коту под хвост пущу. — тональность его голоса скакала от высоких нот к низким. Он не понимал, ему радоваться от того, какие у него попались попутчики. Или плакать от того, что ему предстоит с ними сделать. — Так ещё и задумался послушать советы сумры подростка по имени Снежка. Хотя чем я лучше? «Хартфул».       -Хэй, Харф, о чём это ты там так громко бормочешь? — послышался издевательски-настроенный голос Дарвина из коридора.       -Ёкарный бабай…! — он чуть на стуле не навернулся. — Чего спать не ложитесь?       -Хотел спросить, куда стоит деть мягкие игрушки, что в кровати валялись? Они просто запылились немного…       -Димон же ещё с мягкими игрушками спал… Пока свои вещи повытаскиваете. В прыжок отправлюсь — подойду. — как бы Хартфул не сопротивлялся, но он уже начал привязываться к этой придурковатой семейке. Не мрачный опыт, не ответственность миссии не способны изменить его натуры.       

Одним тёплым вечером

             -А все ардиановцы настолько высокие?              В середине следующего дня Дарвин сидел с Хартфулом у себя в комнате и играл с ним в шахматы, напоследок запечатлев последнюю партию с тем федералом Дмитрием. Дарвину было тяжело смотреть на то, как его оппоненту приходилось сгибаться в три погибели, чтобы играть с ним на одном игровом столе. Правда, самому великану это особого дискомфорта не доставляло. Хрустящий от старческих недугов позвоночник не входит в анатомию камней:              -Не все. Тебе шах. — я не силён в шахматах, потому представьте партию пары умелых любителей этого дела.       -Хм… Я хорош не только в болтовне. Можешь пока рассказывать, внимательно слушаю. — Дарвин почёсывал бритый подбородок, подняв фигуру коня в воздух.       -Не уверен, что разговоры во время интеллектуальных игр хорошо скажутся на её результатах, но как скажешь. Мы много чем отличаемся от остальных трёх гуманистических рас, к каждой из которых у вашей троицы имеется презентация. Уж-ж-ж, кстати, слышал, что понятие гуманизма раннее у людей имело значение «человечности», но теперь это в общих чертах проявление доброты, сострадания и взаимопонимания. Или на научном языке проявление гуманоидных черт тела, 2 ноги, 2 руки, сверху голова.       -Хех. Как же ты много говоришь.       -Простите. За годы одиночества накапливается.       -Да я не злюсь. Подобное бы я просто хотел слышать от нашего гида, которая сейчас натирает полы тряпкой.       -Ей со своей колокольни плохо понять, что тебе стоит знать, а что нет. Да и как будто я понимаю.       -Я ещё в пределах того возраста, когда обучение новшествам идёт хорошо, потому готов впитывать любую доступную информацию. Как в принципе и Снежка. Потому давай рассказывай, почему ты под 3 метра ростом.       -Жуу… — грустненько вздохнул Хартфул. И вряд ли из-за того, что ему приходилось совершить сложный ход в партии. — Всё-таки не получилось у меня увильнуть. Я не то чтобы ненавистник собственной расы или государства. Скорее наоборот. Неприятно думать о проблемах своей родины. Опять отхожу от темы… Кхм… Рост от гендера зависит. У нас их три: Альфы, которые управляют всем и вся, в Андроморе по крайней мере; калдроны, коим являюсь я; эйсирии, про которых я знаю мало, ибо не имею соответствующих знакомств. Альфы бывают совсем громадными до 5 метров, но в строении их тел нет чёткой структуры. Рост калдронов варьируется от 2-ух до 3-ёх метров. И на 80% ручной деятельности трудимся именно мы. Эйсирии — подобия женщин, выступают в роли домашней прислуги или реже опасными бойцами-псиониками. От метра и 80 сантиметров до 2-ух и 40. Наша родина находится за пределами Реальности в отдельном измирении под названием Шилфей. Им также называют наше государство. Там все формы жизни чисто псионические. Если органика использует пси-энергию только для эмоций или псионики, то для нас это ещё и основа жизни. Её в нас настолько много, что она принимает подобие материальной формы. — указал он во время хода Дарвина на зелёные жилки в теле.       -Охх… Псионика… Звучит как что-то страшное…       -Не зря тебе так кажется… — Хартфул замедлил темп речи. А Дарвин-то начал выигрывать. Неожиданно взял игру под свой контроль, несмотря на плачевное положение пару ходов назад. — Знаешь что-нибудь про акумари?       -Только то, что они указаны как угроза опаснее шерко на космических картах.       -Жуужжж… — Хартфул хитренько улыбнулся, пока Дарвин не поставил ему неожиданный шах. — Это понятие было сформулировано «Инквизиторами» лет 140 назад. Они же из чистого благородства и начали этих существ истреблять, пока не распались 30 лет тому назад. Под акумари подразумевают некое особо опасное, зачастую аномальное существо или объект, что никому не подчиняется. По сути враг любого порядка. И наичастейшая причина их возникновения — это эксперименты с псионикой. Самые распространённые виды акумари: кроваво-безумные и пустотные. Последних на моей родине много наплодили. А безумные часто выходят из-под крыла Кровного братства, что тоже любит ставить неэтичные эксперименты. И как назло Вселенскому закону: ни Кровное братство, ни Шилфей не хотят с ним дружить.       -А Вселенский закон вообще хоть что-то делает?       -Ну. Может их политика местами довольно опрометчива, но поверь, без него, а я видел мир без Вселенского закона, всё будет намного хуже.       -Столько всего в голове надо уложить… Тебе шах и мат. — Дарвин сказал это с такой простотой и лёгкостью, что Хартфулу стало обидно.       -Жоу… Раз так, то ещё на примере тебе покажу как устроено положение Вселенского закона, государств и организаций в мире. — сказал Хартфул переставляя фигуры. — Какая, как ты думаешь, из этих фигур Вселенский закон, какая государства? — указал он на белую половину стола, где уже успел разложить фигуры в изначальном порядке.       -Логично предположить, что Вселенский закон — это ферзь, защищающий права государств. А государства соответственно — король.       -В идеальном мире оно было бы так, но на деле нет. — говорил Хартфул, поднимая фигуру короля. — Это Вселенский закон. Устанавливает свои права, которые приняты государствами из-за взаимовыгоды. В случае необходимости, Вселенский закон может подставить своих союзников ради себя. Яркий пример — Сайнтилаевская республика. Узкие возможности фигуры обусловлены осторожностью Верховных Исполнителей Вселенского закона.       -Получается наоборот?       -Логично, но снова неверно. Государства с их армиями, выступающими в роли Защитников Вселенского закона, скорее прямолинейны как ладьи. Ими ещё очень удобно рокировку делать. Пах, и контракт порван, во всём виновата страна, а мы, то есть Вселенский закон, здесь не причём. А осуждать Закон некому. Он стоит над всеми, пока не вызовет беспокойства у большинства фигур.       -Хэ… Тогда остальные фигуры и ферзь?       -Слон — кажется более вёртким, но тоже односторонен. Напоминает подразделения, работающие на Вселенский Закон и высекающие неугодные ему цели. К примеру: Всемирная Ассоциация Исполнителей или Общество Вольных. Кони — уникумы, от которых можно ожидать чего угодно, группы разрабатывающее инновационное оружие для Вселенского закона и его подопечных. Примеры: Всемирная Ассоциация Исследователей Руин или Федеративный Научный Фонд. А вот ферзь, ферзь… Читал же сборник законов?       -Ну… Так… Ария как-то дала почитать, но я прошёлся вскользь. Всё равно мы уже преступники.       -Видел там пару слов про корпорацию «Lost Light»?       -Их сложно забыть, ведь они первостепенная причина, почему мне приходиться скрывать своё происхождение.       -Вот «Lost Light» — это ферзь. Почему? Надеюсь, вы никогда не узнаете. Достаточно одного: Аномалии, на изучении которых построен «Lost Light», — это одновременно самое главное оружие нашей Вселенной и второе по опасности проклятье. Ах, пешки — не являются чем-то конкретным. Скорее нечто вроде подопечных всех вышеупомянутых синдикатов.       -Хмм… Но ты же не зря разложил фигуры по две стороны стола?       -Хэ-хэ… Где-то, наверное, должны проходить границы дозволенных знаний. Скажу лишь одно — на той стороне пешками являются акумари. Хоть недавно я тебе и поведал, что они неуправляемы, но это не совсем правда. Всё далеко не такое, каким оно кажется.       -Это я уже понял. Весь мир построен на загадках. Благо, в отличие от кое-кого мне их не интересно разгадывать.       -Ты про Арию? — Дарвин кивнул. — Пусть она будет поосторожнее. Попытки найти ответы на вопросы, которые выходят за пределы твоего познания, могут привести к чему-то большему, чем простая бессонница.       -Это ты о чём?       -Да так. — ответил Хартфул дрожащим голосом, вякнув лишнего. — Невзначай приплёл то, как появляются Пустотные акумари. Депрессия там, вопросы без ответов…       -Пф. Для кровницы должно быть позором такая судьба. Хотя про Пустоту мне интересно было бы послушать, раз уж у тебя такие познания. Но это в следующий раз. Пойду, гляну, как у них там дела, да помогу убраться. Не стоит его слишком напрягать лишними подозрительными вопросами. Главное, убедиться, чтобы их не задавала Ария. Сразу две проблемы решу.       -Ааа… Хорошо. Главное на склад не заходите. Я до сих пор труп не убрал. — иногда он меня пугает…       Хартфул наконец встал и выпрямился, держа в руках шахматную доску. Послышался скрип, шуршение и хруст. Дарвин, подобая своему образу энергоэкономичного «не лентяя», свалил, оставив уборку на хозяина корабля.       Дальняя левая комната походила на жилые по атмосфере. Вот только она не была предназначена для жилья, скорее для домашней работы. Раковина, плита с духовкой, шкафчики и множество огромных непонятных машин, часть из которых интенсивно бухтели и тряслись:       -Уву-уву! Так радостно чистенькой у плиты стоять! Как я только жила столько без готовки? ≪Кусь≫ — грибы ела прямо со сковородки. — Ву, соли маловато.       -Арэ! Соглашусь, давно я так приятно себя не чувствовала. — Ария уже вовсю отмывала полы, прочищала полки от пыли. Аномальная энергичность для той, кто пару дней назад хотела умереть тихой смертью.       -А это что? Самогонный аппарат? — невзначай поинтересовался Дарвин, думая, чем же ему этим двум красавицам помочь.       -Продвинутый. Может для онсиан нагнать или что-нибудь иное и улучшенное… Арэ… Не разбираюсь я в алкоголе. — блин, видеть работающую Арию… Странно? Очень странно, но классно. Всю нашу совместную жизнь то и делала, что нахлебничала. Хех.       -Пивоварня у себя дома. Удобно. Только ему-то зачем? Ардиановцы вряд ли балуются алкоголем.       -Астезия рево ри. Храни Астезия. Говорил, как-то приходилось вызволенных беженцев из тюрьмы ММ-4 вывозить. Там кроме основной цели были ещё выжившие. Взял, кого мог, кто показался не агрессивным. Тройке сумр пришлось жить здесь. По дороге много лишнего успели набрать. Друг друга семьёй звали, что странновато для сумр. До этого использовались для каких-то экспериментов. Чем в итоге всё кончилось, не сказал.       -Судя по тому, что здесь не убрано — погибли. Привычка, как я понял, у него такая, не чистить за почившими, пока не появится необходимость. — Дарвин наслаждался процессом уборки Арии.       -Арэ… Не думала, что будучи жрицей, я буду драить полы на корабле ардиановского курьера. Одна ночь здорового сна способна круто изменить жизнь. — вдобавок Ария, наконец, расхаживала в не в своей закрытой мантии, а в лёгком бледно-красном платье на лямках, благодаря которому наверняка отлично дышит кожа. Должно быть, донашивать вещи за трупом ей, как кровнице, благое дело.       -И даже без маски… — шепнул про себя Дарвин, беря ситуацию на заметку. Если без маски, значит без антидепрессантов. — Хорошо убираешься. Это входит в обязанности жрицы?       -Вот только ты здесь не шути, ради Святой Холерии. А вообще да… Лучше не задавайся вопросами, что Пастырь нас заставлял делать.       -Харф нам, кстати, ещё разрешил у себя в рубке поесть. — добавила Снежка.       -Арэ, арэ… Ради семейного обеда, которого у нас так давно не было, сон можно и отложить… — вскоре уборка, в которой Дарвин гордо ничего так и не сделал, закончилась и вся троица двинулась к Хартфулу.              С первого взгляда в рубку даже боязно было заходить, ведь в конце сидит высоченная тёмная фигура в полумраке, разгоняемом только зелёными огнями, на фоне переливающегося океана Завесы. Вот только быстро вспоминаешь, что там сидит, подобно бывалому ветерану, Хартфул с кучей душевных историй в запасе:              -Садитесь, что уж. — Хартфул повернулся на своём кресле к нашим героям. Столом для завтрака будет тот, что вчера картой являлся. — Приятного аппетита. — пожелания приятного приёма пищи последовали и от Арии, и от самих двух едоков.       -Уву! Спасибо! — Снежка принеслась с парой тарелок запечённых грибов. — Харф, кстати, а тут есть где я могу потренироваться?       -Побегать, ясное дело, негде… Хотя… Не, у меня в кладовой была беговая дорожка. — проговорил Хартфул, раскладываясь на кресле в более тюленье положение. — В подарок от каднитского фитнес-тренера досталась. На самом деле он при себе не имел денег, но Шим позволил тому бартером расплатиться. Фехтовать с горем пополам умею, а с силовыми тренировками что-нибудь сама придумаешь.       -Вяяя! Мои благодарности! — радостно вякала Снежка с набитым ртом.       -Было бы за что. Мне-то бегать вообще незачем. Жуж…       -Вообще-то можно развивать не только мышцы, но и само умение правильного перемещения! Ну… Как ты там… Аеро… Эву… На словах какая-то хяу… чеу… Черпахуйтрёпшка получилась… — Дарвин закрыл глаза от смущения.       -Жээ… — Хартфул был удивлён такому лексикону. — Потом вытащу, уже давно стоит, пылиться… Надеюсь на ближайшей станции будут гробы.       -Грибы? — невинно спросила Снежка.       -Дарвин! Как. Ты. Её. Учил? — несмотря на отличное настроение, Ария оставалась Арией.       -Лингвистика, видимо, не сильная сторона учебного курса Дарвина, но могу с честностью заявить, что она научилась чему-то нечто более важному, чем широкий словарный запас. — Дарвин гордо усмехнулся, а Снежка всем туловищем затряслась на стуле от неожиданной похвалы Хартфула.       -Трое против одной. Алостор мю рэ ри кинн. Пресвятой Алостор помоги. — Ария пользуясь широтой стола, позволила себе половиной тела на него облокотиться, подставив руку под голову. — Хотя мне чего жаловаться? Для той, кто зарекнулся быть гидом, но в итоге ни черта особо не рассказал, наглость иметь подобные претензии.       -Вообще… — Дарвин отвлёкся от еды, загоревшись умной мыслью. — Поскольку в ближайшее время у тебя будет каждый день здоровый сон в мягкой кровати под крутой лампой, то быть может данную оплошность ты сможешь исправить. К тому же всегда под рукой будет Хартфул со своими знаниями. Уверен, Снежке будет полезно больше узнать про окружающий мир. А я, может быть, наконец, возможно, продолжу уроки лексикону.       -Вай-ви! Какая прелесть! Каждый день будет наполнен чем-то интересным! Главное, оставляйте мне время на физические тренировки! Ника говорил, чтобы поддерживать форму, надо заниматься регулярно.       -Жжуу! — восхищённо вздохнул Хартфул и пулей поднялся со стола. — У меня даже найдётся учебник для закрепления материала! Секунду!       -Вааа! Только на этот раз не торопись и ничего круши!       -На этот раз?       -Вя! Точно! Пока его нет, я поведаю о том, как я помогла Хартфулу и получила КПК для меня и Дарвина. А ещё надобна друг друга в контакты занести! — арэ… А вот «поведаю» и «надобно» она знает.       -Так, — Хартфул влетел в рубку, гордо держа плашку ЭЖ, после полного гордых «вухов» рассказа Снежки, — моя памятка. Памятка Хартфула. Когда-то я её писал для важного гостя не из Реальности. Ему, к сожалению, не пригодилась. — он мёртв… Арэ, он мёртв… Уааа… Он мёртв. — Но мои труды и пожелания даром не пропадут! Держите. — Ария на полпути к Дарвину перехватила высокотехнологичный стержень и быстро начала его сканировать, не забыв переключить язык. Среди 10 основных языков, используемых в Реальности затисался некий «unknown». Видимо, Хартфул не пожалел времени и сил, изучив язык своего скоротечного попутчика.       -Арэ… Своеобразно, но доходчиво. Погодите. — у Арии резко засветились рожки и крылья. Хартфул опять налажал, а как, узнаете, прочитав эту самую памятку под пунктом государства Кровного братства. — Арэ… Халай ни Хорсус, почему меня окружают одни идиоты? — скрипя когтями о металл, Ария успокоилась, и красное свечение сошло на нет. — Если будет нечего делать, накидаю картинок для Снежки, а пока бери. — Ария вручила памятку Дарвину.       -Мне то есть картинки не нужны?       -Не жалуйся и ешь. — Ария приметила факт. Половине собеседников за столом есть в привычном понимании нет необходимости. — Арэ, Хартфул, может тогда расскажем про псионический метод питания?       -Почему бы и нет. Кхм. — Хартфул легонько стукнул ладони друг о друга, чтобы затем распоясаться на стуле вертящемся стуле, кичливо положив локти на подлокотники. — Пси-энергия невидимым туманом витает вокруг нас. Что ардиановцы, что онсиане имеют в строении своих тел приспособления для ускоренного её поглощения. Недостаток можно заполнить введением веществ, заряженных пси-энергией.       -Арэ, например, заряженным хлорофитумом, которым меня пичкал Ника. — от одного воспоминания она завертелась в отвращении. — Без пси-энергии наш фотосинтез не сможет в должной мере снабжать организм. В атмосфере бывает недостаток энергии, только если недостаточно одушевлённых объектов для её циркуляции. Так-то любым живым существам необходимо небольшое количество псионики для эмоциональных мозговых сдвигов. Думаю, вы оба заметили, что на том каменном спутнике вы чувствовали себя вяло особенно после того, как иссякли запасы шерко. Хартфул, тебе слово.       -Дальше уже совсем наука. Просто знайте на будущее. Чем менее «эмоциональна» и оживлена среда, например, открытый космос, тем меньше там концентрация пси-энергии. Потому, когда я путешествую один, мне приходиться потреблять хлорофитум.       -Ууу… А верно ли обратное? Если атмосфера перенасыщена этой пси-энергией, то настроение поднимется? — задумалась Снежка, приставив вилку к подбородку. Она уже минут 5 как всё съела. Оставался только Дарвин.       -Арэ. Частично, большая часть просто запасается. И для этого у органики есть кровь. В ней у онсиан, сумр и остальных живых существ имеется плазматид наподобие хлорофитума — лимфин. Чем более выражены отношения между существом и псионикой, тем выше его концентрация. Родина человечества — Земля не особо контактировала с псионикой, потому за информацию по поводу людей не ручаюсь.       -Я слышал, — продолжил Хартфул с рвением, поделиться своими странно узкими знаниями, — что с новыми поколениями после встречи с сумрами, их питанием и псионикой у людей тоже стал концентрироваться лимфин. До этого пси-энергия хранилась в мизерных количествах в прочих элементах их крови. Псионика имеет свойство резко взаимодействовать на эволюционные процессы. Именно поэтому все 3 подрасы онсиан так разительно отличаются друг от друга.       -Что-то такое проглядывается. Не только поведением и эстетикой. В отличие от сайнтилаев, которые всюду стараются вставить источники света, или люксов в стеклянных домах, на станции и корабле кровников я не заметил ни одного окна. Хотя ты, — Дарвин ладонью указал на Арию, как обычно отвлекаясь от трапезы, — вроде свет очень любишь. У меня даже головные боли отличаются в зависимости от собеседника-онсианина. — усмехнулся человек, хотя смех быстро сменился звуком «ай-я» от наплыва неприятных воспоминаний.       -У тебя частые головные боли? — поинтересовался Хартфул.       -Типо того. Хронически ничего такого у себя не припоминаю. А! Ария, если что он уже знает, что я Фантом Прошлого.       -Арэ, арэ… Нираути амерри ни Тиивай. Доверие Тиивая дорого. Но Хартфул моё заслужил. И не только потому, что он обо мне заботиться.       -Дело в том, что у кого-то хорошее настроение? Не представляешь, как мне было приятно видеть сверкание твоих крыльев вне жажды убивать! Радуйся почаще, это делает тебя прекрасней! — кажется насыщенность атмосферы пси-энергией влияет и на Дарвина тоже!       -А-а-арэ… — Ария этими самыми крыльями смущённо затрепетала от столь неожиданного комплимента Дарвина.       -Ву-ву! Дарвин прав! Ты прям… Источаешь энергию счастья! — Снежка была рада тому, что Дарвин проявляет внимание и заботу не только ей.       -Хо-хо! Вот красота. Хорошие межличностные отношения такая отрада для ардиановских глаз. — сказал вслух, но для самого себя, разделяя неожиданный увеселительный настрой.       -Арэ… Спасибо за тёплые слова… Пока судьба предоставляет мне такую возможность, я постараюсь изо всех сил наслаждаться, дарованным ею покоем. Хирано саррэса ни Астезия фири — внемляя лучезарное счастье Астезии. Арэ… Так приятно. Словно шипастая цепь, обивающая мою шею, навешенная кровниками, теряет свою хватку. Понять бы, что за цепь такая, но сейчас вспомнилось дело, куда важнее. Арэ, вот только не увиливай от темы. Твои головные боли это нечто серьёзное. На «Керлаге» ты вовсе в обморок провалился. Можешь описать ситуации, при которых боли начинаются?       -Ну… Сложно сказать. Когда я был на Квирке, не разу с этим на сталкивался. Но вот на каждой встрече с онсианами обязательно начинает шалить. Погодите… На всём «Сонжи» болела. Когда ты злишься или псионику используешь… Харф, концентрация пси-энергии сейчас высокая? — тот кивнул на вопрос Дарвина. — Кажется все стрелки указывают на псионику. Это может быть как-то связано с тем, что у меня отсутствует лимфин в крови? Я ведь из времён, когда псионика не была открыта человечеством. — сказал Дарвин развалившись на кресле после сытного вкусного грибного салата. — Мои благодарности, шеф-повару, кстати! — Дарвину подмигнул и парой пальцев указал на Снежку, отчего та радостно вукнула.       -С уверенностью могу заявить, что не в лимфине дело. Его отсутствие лишь снижает эффективность кастера. О, слова «каст», «кастер» активно применяются в вопросах использовании пси-техник и их пользователей. — вверх с лёгкой самодовольной ноткой был вскинут каменный палец Хартфула. — Негативные отклонения в реакциях живых существ на перенасыщенность пси-энергией сектониды, как одна из самых высокоразвитых в научных вопросах раса, обосновывают девиациями души. — и вновь спокойный размеренный тон Хартфула сменился лихорадочным довольным тараторением. — В частности данный феномен, если мне не изменяет моя старческая память, именуется Глубоким Псионическим Диссонансом (ГПД) или, в худшем случае, Дифрактивным Явлением Нестабильного Душевного Узла. Второе у нас в Шилфее ещё кличут дяндуй. Ардиановцы с такой аномалией не способны существовать, потому изучить мы этот феномен должным образом не в силах. А сектониды… Ну, если даже сектониды что-то связывают напрямую с душой, то это значит, что на данном этапе развитии науки никому, кроме быть может ардиановцев, не понять истинную сущность указанного феномена. — от такого объёмного и наполненного умными словами объяснения что у Дарвина, что у Снежки зрачки повзбухали от напряжения.       -Арэ… В том или ином случае от болей могу помочь я. Точнее мои антидепрессанты. Все кровники в некоторой мере страдают ГПД, а я сама по себе нервная, потому вместо привычного способа подавления симптомов, о котором я… Я… Арэ… Совершенно не помню… Арэ, нистери Ниуро ти. — Ария резко покачала головой. — Я принимаю антидепрессанты, эффект которых заключается в подавлении эффективности пси-процессов, возникающих в мозге. Марка так-то общего Вселенского рынка, потому тебе будет безвредно.       -Хаа… Я на них не подсяду как ты?       -Я их принимаю больше от нервов. — Ария даже крыльями не шелохнула от подтрунивания Дарвина. — А поскольку боли не докучают тебя на постоянной почве, то и зависимости не возникнет. Не думаю, что такой раздолбай, как ты, хотел бы отказаться от дофамина. Его выработка связана с псионикой.       -Хэй! Не такой уж я и ленивый!       -Ты всю уборку просто простоял. — Ария включила свой угрюмый и до боли до боли в моём сердце серьёзный режим.       -Я просто мог не оторвать взгляда от того, насколько классно ты сегодня выглядишь! — тот играюче пытался найти себе оправдание, что сможет утешить жестокий лик кровницы.       -Арэ, второй раз не выйдет. — но её проницательный красный взгляд был неумолим. — Дважды говорить один и тот же комплимент, как вставлять ключ в открытую дверь.       -Ой! То есть я смог всё же приоткрыть проход в твоё сердце?       -Аааааррррэээээ…! — кажется Ария начинала злиться всерьёз. — Я не это имела ввиду. — но тут была не только Снежка, но и Хартфул, потому ревнивой алой злостью сверкали только рога и крылья, смешиваясь с недавним приятным блеском положительных подвигов.       -Вуу! А ведь верно! Тогда… Аууу… — Снежка берёт ситуацию в свои лапки, чтобы… — Вааа… Ууу… — заговориться на полпути от приковавшегося к ней внимания. — Вях! Дарвин, я сожалею, что мне придётся об этом говорить, но как ответственная за кухню, я должна принять это тяжёлое решение… — говорила Снежка со скорбящими рывками в голосе и накручивающейся слезой в глазах. — Ты сегодня будешь мыть посуду!       -Кто тебя научил сарказму?       -Ва?       -Сарказм — это жестокая форма шутки, которая обыгрывает желания жертвы. Ты говоришь то, что хочет услышать собеседник, но твой тон указывает на то, что это не подлинные чувства. — с умным видом объяснил Хартфул, еле сдерживая смех.       -Вяяя! Я на полном серьёзе! Мне тебя жаль, Дарвин! Ну! Ну… Не теперь! Иди мой посуду!       -Аххх… — Дарвин с довольной, даже облегчённой ухмылкой встал со стула и потянулся. — Ваша взяла. — Ария закрыла глаза, уверенная в победе справедливости. Только для того, чтобы Дарвин провёл пальцами между крыльями. На этот раз между спиной Арии и рукой Дарвина не было и единого слоя ткани.              Ария разразилась криками. Снежка уже не понимала, на чьей стороне ей быть. Самодовольный Дарвин нерасторопно собирал посуду. В бесконечном потоке шуток, иронии, заботы и тепла время уже склонялось к позднему вечеру. Снаружи холодного космоса этот чёрный корабль, кажется, был единым целым с бездушной эстетикой этих одиноких бескрайних просторов, полным ярких далёких звёзд. Да только местные звёзды теплились в стенах мрачной посудины, усердно циркулируя пси-энергию по небольшому клочку пространства.       Паникующая Снежка металась из стороны в сторону, пока добрый дядя Хартфул, не подсказал, что эти мгновения лучше ценить. Наговаривая истории о своих собственных дружеских посиделках с предыдущими пассажирами, он вместе с лисичкой наблюдал за тем, как плавно полные кипящей ярости крики онсианки медленно переливались в точно такие же глуповатые отмазки и шуточки, которыми её кормил человек несколько минут тому назад. Хартфул пояснял юному дарованию, что облик мира необъятно многогранен. Да, со стороны может показаться, что эти двое друг друга недолюбливают, но вслушиваясь в их слова, которыми они перекидывались в процессе красноречивого спора, вглядываясь в их незатейливую, вычурченную мимику можно отрисовать совершенно иную картину. Это уже было нечто наподобии игры.       Ох… Игры… Хартфул может говорить о них долго. Пока, кажется, эти двое узнавали друг о друге в этом разговоре больше, чем за всё путешествие до этого, Хартфул включил на столе проекцию, на которой показывал сотни разных форматов времяпровождения, которыми баловались он и его спутники. В процессе своей вековой работы, за тысячи знакомств с представителями самых разных рас, народов и культур у него накопился широкий диапазон познаний в том, как можно убить время со своими друзьями.       Снежка восхищённо ухала на каждый новый слайд импровизированной презентации и задумчиво рассматривала причудливые изображения и трёхмерные проекции. О некоторых играх она вскользь слышала от Дарвина. Но в связи с мастерством нашего лектора, она ничего о них не знала. Она, будучи ребёнком, даже представления не имеет, что такое банальные догонялки! Правда, с её физподготовкой это будет не особо интересная игра… Хартфул же, пользуясь моментом, вычленял из реакций и углублённых вопросов Снежки её фаворитов, составляя себе список на КПК.       Энергия в Арие совсем не кончалась. Полагая, что совместный обед станет для неё станет последним мероприятием перед сном, она даже в самых оптимистичных прогнозах представить не могла, что время дойдёт до позднего вечера. То есть уже до ужина! И… Ей это нравилось. Эта доза неожиданного прилива энергии была намного приятней веществ, что она разливала по своей крови. Вот бы она была на такое способна даже не имея 14 часов сна в мягкой постели… К сожалению, это не может продлится вечно… По крайней мере такие мысли посетили Арию, когда та уже готовилась ко сну после всего этого хаотичного представления. В конце концов, куда денется Ария без своих депрессивных замашек?       Дарвина-таки отправили мыть посуду. Его самолюбие при этом не было задето. Хотя сложно оценить, где оно у него начинается, а где заканчивается.       А неспящий Хартфул с неугомонной Снежкой остались в рубке. Поскольку вне боевых ситуаций большая часть управления кораблём лежит на автопилоте, у Хартфула возникла замечательная возможность поучить Снежку словам. Только после того, как он вытащил беговую дорожку, а Снежка сделала комплекс тренировок. Даже видавший всякую дичь Хартфул знатно так рот раскрыл, когда увидел список упражнений, который ей составил Ника. Это точно Дарвину и Арие не стоит видеть.       И вот я сам бегу по дорожке, по которой, казалось мне, моя нога никогда не ступит. Умение правильного перемещения? Хах. И это только один день. Один из предстоящего полугода полётов с этой компашкой. Я точно это вынесу? Я может и хвастался перед Шимуроном, что обладаю крепким, как скала, эмоциональным фоном, но сейчас я бы с радостью проглотил свои слова обратно.       Полгода дружбы, каждодневных тёплых веч…       -АЙ! — и кубарем покатился по дорожке, словно колесо.       -Вяяя! — Снежка тут же остановила машину. — Харф! Во время бега таким неопытным как ты надо концентрироваться на беге! Только с опытом можно позволять себе отвлекаться на другие аспекты ситуации, оставаясь при этом в эффективном состоянии!       -Ааа…! Прости. Я существо такое. Вечно думу думаю свою. Когда у тебя целая вечность впереди и позади, учишься ценить количество исходящих из головы мыслей.       -Я… понимаю? В любом случае, марш на дорожку! Сам же захотел! А иначе…! Иначе…       -Не можешь придумать наказания хуже мытья посуды?       -Угу! — с надутыми пушистыми щёчками пожаловалась Снежка.       Я не способен быть чёрствым камнем, как бы ситуация меня не вынуждала. Оттого жестокое предательство, что мне придётся совершить перед конечной остановкой… Ещё более душераздирающе… А если я допущу ошибку, то страшно представить, что может произойти. Когда в игру вмешиваются крупные фигуры… Так ещё и те, что по ту сторону стола… Нам, пешкам, остаётся молиться, чтобы следующий шаг вперёд не стал последним. Но, как мне говорила сама Снежка, надо фокусироваться на хорошем…       А могу ли я…       Могу ли я…       Сделать свой ход?       Конец 6 главы