Спасенный

***

550 дней до трагедии. Двадцать седьмое июня — день, посвященный памяти погибших на второй магической войне. И (естественно) высшее общество не обделило эту дату своим вниманием, превратив в пышную и публичную церемонию, проводимую ежегодно. Малфой приглашался туда вплоть до совершеннолетия. После смерти Грейнджер присутствие Драко на данном мероприятии перестало быть обязательным (чему он не мог нарадоваться), а через пару лет уже всей стране стало не до праздников. Поэтому парень благополучно забыл об этой дате. Приглашение на церемонию от Гермионы поставило Драко перед сложным выбором. Впервые за свою жизнь Малфой мог отказаться от участия в этом мрачном фарсе. Подобная власть над собственной судьбой искушала. Однако на противоположной чаше весов — необходимость подобраться поближе к одному из подозреваемых и опробовать на нем недавно разработанное устройство. По итогу Драко потратил несколько часов на торги с собой, а после отправил госпоже Министру положительный ответ. На следующий день на пороге Малфоя появилась Паркинсон со свертком подмышкой. Как позже выяснилось, это был особый костюм для вечера памяти. Драко, будучи в отвратительном расположении духа, поинтересовался, всем ли гостям Панси доставляет наряды лично, на что та недовольно процедила: «Приличные люди получили свои комплекты за месяц до даты». Чтобы магией подогнать элегантный черный фрак и атласные брюки под размеры Малфоя, у Паркинсон ушло около десяти с лишним минут. За все это время ведьма не проронила ни слова и даже не взглянула в лицо Драко, словно работала с костюмом на манекене, а не человеке. Навязывать девушке беседу Малфой посчитал ниже своего достоинства, а потому тоже молчал. Когда дело было сделано, Паркинсон сухо уточнила, что наряды для всех гостей одинаковы (так что явка именно в них строго обязательна), а также пояснила, что костюмы зачарованы от жары или возможного дождя. После этого Панси собралась аппарировать прямо с порога, но Драко, не сдержавшись, задержал ее и спросил: — Ты тоже будешь завтра на церемонии? Ведьма скривилась так, будто ее больно кольнули. — Я организовала каждую мелочь на этой сраной «вечеринке». Буду ли я там?.. О, да, — ворчит она, зачем-то откидывая короткие волосы назад. — Но ты меня вряд ли заметишь. После этого загадочного ответа Паркинсон моментально исчезает. Следующим днем Драко прибывает в Кентербери. Под мостом над рекой Стоур находится портал, который перемещает парня прямиком в величественный древний особняк с несколькими смотровыми башнями и огромным внутренним патио. К приходу Малфоя во дворе уже собралась внушительная толпа гостей. В подтверждение слов Панси, все мужчины были в одинаковых фраках, а женщины — в черных изящных платьях. Даже одежда журналистов (которых Драко вычислил по камерам и блокнотам в руках) соответствовали дресс-коду. Несколько извилистых, вымощенных камнем дорожек, разрезая собой ярко-изумрудный газон и деля его на небольшие островки, ведут в центр патио. Там, на небольшой площадке, вокруг которой собралось больше всех любопытных гостей, находится загадочный предмет, накрытый золотой тяжелой тканью. Этот «объект» сложно упустить из виду: высотой он не менее, чем два метра, а шириной еще раза в три больше. Драко едва заметно хмурится и оглядывается по сторонам в поисках знакомых лиц, но не находит никого. Проклятье. — Дорогие гости!.. — звучит незнакомый женский голос, усиленный сонорусом. Приглашенные замолкают и оглядываются в поисках говорящей. — Мы бесконечно благодарны за то, что вы все почтили нас своим визитом в этот знаменательный день. Взгляд Малфоя бегло проходится по каменной ограде вокруг патио, а также темно-серым стенам замка. На одном из балкончиков стоит девушка, прижав палочку к точеной шее. Белоснежная кожа, переливающаяся, словно шелк, волна каштановых волос, уложенных на одном плече. Незнакомка неотразимо улыбается, глядя на толпу, и что-то говорит. В этот же момент в воздухе раздается мелодичный голос: — …И рады приветствовать вас в родовом поместье Гринграсс, в котором сегодня мы почтим память павших героев. В замке вас ждут напитки и закуски… — А вот и Астория, — усмехается пожилой мужчина, что стоит около Драко. — С каждым годом все очаровательнее. — И как все чудесно организовано, — поддакивает рядом стоящая женщина. — Настоящая хозяйка!.. Драко вертит головой в поисках настоящего организатора, но Панси так и не появилась. Астория тем временем продолжает вещать: — Но прежде я прошу вас собраться у центра патио, где мы подготовили небольшой сюрприз по данному случаю. Пожалуйста, оставьте достаточно места для… — в голосе Гринграсс мерещится усмешка, — представления. Гости начинают активно переговариваться и двигаться. Стараясь лишний раз ни к кому не прикасаться, Драко идет со всеми синхронно, подбираясь ближе к центру внутреннего двора и застывает в ожидании. Четверо мракоборцев, облаченные в парадную форму, маршируя, выходят на площадку. Они становятся по разные стороны от загадочного объекта и одновременно, словно услышав команду у себя в мыслях, достают палочки. Взмах, и тяжелая материя взмывает в воздух, а после взрывается сотней золотых мотыльков, что тут же разлетаются во все стороны. А собравшиеся гости, один за другим, обращают внимание на то, что все это время скрывалось под материей. Более десяти фигур людей, что держат палочки над головами, выточены из серого мрамора. На груди каждого из них выгравированы слова. Малфой находится от памятника слишком далеко, чтобы рассмотреть каждое, но некоторые прочесть ему все же удается. «Альбус Дамблдор». «Римус Люпин». «Сириус Блэк». Кто-то с надломом вздыхает неподалеку от Драко. А мужчина, что стоит по соседству от парня, поджимает губы и опускает голову вниз. За спиной хриплый женский голос шепчет: «О, Мерлин…» Атмосфера вокруг стремительно меняется и становятся давящей, полной сожаления. Малфой впервые ощущает себя лишним настолько остро. Все вокруг замирают, рассматривая статую от основания до самой верхушки. На лицах гостей перемешаны скорбь, уважение и даже благоговение. И, кажется, лишь один Драко остается равнодушным — для него это всего лишь красивая скульптура, не более. И этой разнице восприятия есть резонное объяснение. Для всех собравшихся людей война кончилась всего несколько лет назад; каждый из присутствующих так или иначе ощутил на себе последствия. Кто-то возможно даже был знаком с погибшими лично. Но для Малфоя же прошли десятилетия. Он знает о второй магической войне лишь из учебников да рассказов старших. Для него это не более, чем исторический факт. Поэтому Драко чувствует себя так, словно подглядывает в окно частного дома, внутри которого разворачивается семейная драма. И, когда Малфой думает, что более неуютно сегодня уже не станет, как обстановка усугубляется. Астория снова подает голос: — Друзья. Давайте вместе почтим память погибших минутой молчания. Но прежде… — девушка выдерживает выразительную паузу. — Поприветствуем Национального Героя. Круг из людей в десятке метров от Малфоя разрывается, и на краю площадки появляется Гарри. Он одет так же, как и все гости, но при этом выделяется чем-то неуловимым. В руках его покоится огромный букет белоснежных хризантем. Поттер, окинув собравшихся беглым взглядом, сдержанно кивает. После почему-то стаскивает очки с переносицы и прячет те в карман брюк. Будто это часть ритуала, известного только лишь Гарри. Драко неосознанно делает несколько шагов вперед, протискиваясь сквозь гостей. Поттер начинает движение к памятной скульптуре примерно в ту же секунду, что и Малфой. А весь окружающий их мир будто застыл. Заледенел. Малфой останавливается за спинами людей в первом ряду и неотрывно наблюдает за каждым движением Гарри. Тот же продолжает идти, глядя лишь перед собой. Его поступь медленная, но при этом твердая, уверенная. Как у командира, что вышел на поле боя, ведя за собой отряд. Толпа вокруг глазеет. С жадностью нюхлеров рассматривает Национального Героя с головы до ног. Сотня людей, и внимание каждого сконцентрировано сейчас лишь на одном человеке. Взглядом разрывают того на кусочки, желая урвать памятный сувенир, и не важно, что именно тот будет обозначать. На годовщине смерти Поттера все будет в точности так же. Только смотреть уже будут не на Гарри. Конец июня. На улице нещадная жара, а солнечные лучи вполне способны оставить ожоги на неприкрытой коже, если бы не защитные заклинания на нарядах присутствующих. И тем не менее, Драко пробирает озноб. Будто он оказался в снежном сугробе по колено. Поттер становится напротив памятника, держа букет цветов в руке, словно меч. Игнорируя собравшуюся толпу волшебников, медленно поворачивается к ней спиной и какое-то время стоит так, запрокинув голову и рассматривая выточенные из камня лица погибших соратников. На фоне этой огромной скульптуры Гарри кажется таким крохотным, одиноким. Даже жалким. Наверняка и Драко в будущем будет смотреться так же. Один в один. Малфой не видит лица Поттера. Лишь его широкую, заметно напряженную спину. Но несложно представить, какой именно сейчас взгляд у Гарри. Как нахмурены его брови и скорбно искривлены губы. Поттер медленно сгибает одно колено и опускается вниз. Малфой инстинктивно задерживает дыхание, не сводя немигающего взгляда с Национального Героя. Пышный букет белоснежных хризантем медленно опускается около подножия статуи павших героев войны. И в этот же момент со всех сторон взрывается сотня вспышек фотокамер. Драко, вздрогнув от неожиданности, нервно прикусывает губу и по привычке низко опускает голову. А Гарри даже не шелохнулся. Проходят минуты, прежде чем Поттер позволяет себе подняться на ноги. Он поворачивается к собравшейся толпе медленно, словно до последнего оттягивая момент, когда взглядом пересечется с ней. И когда это наконец происходит, Гарри совершенно не узнать. Обычно на публике этот кретин кривляется. Корчит из себя добродушного, славного героя. Вечно с улыбкой и набором нелепых «фирменных» жестов. Но сейчас перед ними стоит совершенно иной человек. Плотно сжатые челюсти, прямой и суровый взгляд изумрудных глаз. Ни тени доброжелательности или хотя бы привычной вежливости. Лишь холодная отчужденность. Невероятное самообладание. Поттеру нипочем пристальное внимание толпы в момент, когда он должен быть уязвимее всего. Ведь ритуал с возложением цветов — это не только про дань уважения. Это публичное покаяние. Драко, будучи когда-то на месте Гарри, сходил с ума и не мог найти в себе решимости, чтобы поднять голову. Чтобы посмотреть этим людям в глаза. А Поттер же… Непоколебим, как скала. Внезапно вся земля вокруг начинает немного вибрировать, а уже через секунды сквозь грунт пробиваются ростки, что стремительно вырастают и распускаются пышными белоснежными бутонами. Словно свежевыпавший снег, цветы покрывают собой все патио вокруг. М-да, Паркинсон действительно расстаралась при подготовке праздника. Гости восторженно аплодируют. Со всех сторон вновь слышатся вспышки фотокамер. А Драко становится физически неприятно здесь находиться. Гарри уходит прочь спустя мгновения, и его место занимает Министр в компании с несколькими волшебниками из Магического Совета. Грейнджер произносит речь, но Малфой не слушает. Он глазами пытается отыскать Поттера. Тот стоит в стороне от собравшихся, уже вернув очки на переносицу и скрестив руки на груди. Безмолвный и отрешенный, словно призрак. Драко тратит несколько секунд на сомнения, а потом все же подходит к Национальному Герою. — Поттер, — тихо зовет Малфой, становясь неподалеку от Гарри. Тот косится в сторону Драко, и на его лице на миг мелькает удивление. Но очень скоро он вновь становится отрешенным. — Что ты здесь делаешь? — сухо спрашивает Поттер, отводя взгляд в сторону. — Тебя хотя бы пригласили? — Да. Пригласили, — подавив в себе раздражение, спокойно отвечает Малфой. — Кто? — Госпожа Министр, — недовольно кривит губы Драко. — Без приглашения я бы сюда не пришел. Взгляды парней пересекаются и задерживаются друг на друге. Где-то в стороне продолжает выступать с речью Гермиона, но они ее даже не слушают. — Почему? — продолжает допрос Поттер. — Разве здесь не рыбное для тебя место? Важные люди, представители власти… — с постным лицом перечисляет он, явно не одобряя методы Малфоя. — Я… ненавижу подобные мероприятия, — после недолгой паузы отвечает Драко, равнодушно рассматривая огромную статую. — Подлинная скорбь не нуждается в гласности. Гарри дергает воротник рубашки под фраком и впервые за этот день ухмыляется. — Это меньшее, что мы можем сделать для погибших, — тихо говорит он. И искренности в его голосе — ноль. Дежурная фраза, не более. — Погибшим насрать, Поттер, — с циничной усмешкой парирует Драко. Один из мужчин неподалеку, нахмурившись, озирается на него, и Малфой в ответ разводит руками. — Какие-то цветы у статуи никого не воскресят, — уже шепотом добавляет он, украдкой покосившись на Гарри. — Ты прав. Цветы не для них, — Поттер бросает полный неприязни взгляд в сторону журналистов. Парни с удивительным взаимопониманием переглядываются между собой. Гермиона к этому моменту заканчивает речь, и вокруг раздаются приглушенные хлопки аплодисментов. Гарри при этом звуке выдавливает вымученную ухмылку. Всего на короткий миг он позволяет себе продемонстрировать Драко то, насколько сильно устал. «Мне жаль, что тебе пришлось участвовать в этом», — проносится в голове довольно четко сформулированная мысль. Но вслух озвучить ее парень не решается. И без того сболтнул лишнего, к черту. — Как думаешь… — Малфою нужно сказать хоть что-то. — На этом «празднике смерти» есть сносный алкоголь? — Ты же не любишь пить, — Гарри вновь усмехается, хоть и очень тускло. — Я не люблю напиваться, — поправляет Драко. — Но раз уж мы с тобой угодили в эту ловушку, предлагаю хоть немного скрасить пребывание в ней алкоголем. — Да. Думаю, неплохая иде… — Поттер замолкает на полуслове. Малфой, нахмурившись, смотрит в ту же сторону, что и Национальный Герой, и замечает в большой компании людей Грейнджер, что активно подзывает Гарри к себе. — Видимо, без меня, — Поттер, бросив виноватый и одновременно с этим расстроенный взгляд на Драко, коротко кивает, словно прощаясь, и уходит. Малфой какое-то время топчется на месте, пытаясь определиться: вернуться ли ему домой уже сейчас или остаться и попытать удачи в своем эксперименте. Но промелькнувшая на пороге в здание знакомая темноволосая макушка подводит черту размышлениям Драко. Парень, одернув на себе фрак, отправляется внутрь, оглядываясь по сторонам в поисках Тео. Холл поместья поражает симбиозом роскоши и уюта. Огромное помещение, наполненное разноцветными солнечными лучами, пробивающимися сквозь роскошные витражные окна. Чарующая мелодия арфы, неуловимый запах лаванды, нежное движение прозрачных занавесок в пол, хотя снаружи ни ветерка. Множество колонн из мрамора с лепниной в виде вьющихся лоз, роскошные люстры с драгоценной отделкой под потолком и идеально отполированный пол, в котором можно было рассмотреть собственное отражение. Семья Гринграсс определенно не бедствует после войны. Драко подходит к ближайшему столику, берет бокал с насыщенно красным вином и залпом отпивает примерно треть содержимого. Перед глазами вперемешку воспоминания о Гарри у статуи и свои собственные напротив портрета Поттера. Переведя дух, Малфой отправляется вглубь толпы в поисках Тео. Тот находится спустя считанные минуты в компании каких-то людей. Нотт, заметив Драко, улыбается и взмахом руки просит немного подождать. Пока Тео заканчивает диалог, Малфой, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, поворачивает голову в сторону входа. В этот момент, окруженный небольшой толпой, порог переступает Поттер. Он добродушно улыбается, но в глазах ни крохи увлечения или радости. Заметив Драко, Гарри плавным движением поправляет очки на переносице, на секунду задерживается взглядом на нем, а после отворачивается, отвечая что-то собеседнику. Необычайно сдержанная реакция для любителя покривляться. — Драко, дружище!.. — Нотт, наконец-то закончив обмениваться любезностями с гостями, широко улыбается и приобнимает Малфоя. — Не ожидал с тобой встретиться. Здесь. А кто тебя… — Госпожа Министр, — не дослушав вопрос, перебивает Драко и спешно отстраняется от парня. — Почему вас всех это так удивляет? — Общаетесь с Гермионой? — Тео поразительно быстро находит взглядом Грейнджер, что находится в другом конце зала. — Дай угадаю, это был разговор «по душам», где Миона изображала из себя надежного взрослого, которому можно рассказать все, что угодно? — хитро улыбается он, покосившись на Малфоя. Драко старается не показывать удивления. Он усмехается в ответ и делает глоток вина. — Вы хорошо с ней знакомы, не так ли? — Я тоже проходил эту процедуру в свое время, — фыркает Тео. — С Гарри было несложно подружиться, мы быстро нашли общий язык. А вот Миона… Война сделала из нее настоящего параноика, — сокрушенно вздыхает парень. — Люблю эту невероятную женщину всем сердцем, но будь осторожен. Миона не такая… понимающая, какой хочет казаться. — Естественно. Она же Министр Магии, — пожимает плечами Драко. — Верно. Она всегда в первую очередь Министр. — Нотт загадочно ухмыляется в тон своим мыслям, а после косится на Малфоя и добавляет: — И тем более будь внимательнее с Панс. У них с Мионой одни уши на двоих. — Я думал, что вы все дружите еще со школы. Но что-то не особо похоже, — ворчит парень, выгнув бровь. — Мы дружим. Во всяком случае в те моменты, когда забываем о политике и своих ролях в ней. Так что настоятельно рекомендую тебе хорошенько все взвесить перед тем, как в следующий раз захочешь отказаться от вступления в Фениксы. На хмурый взгляд Драко Тео в очередной раз улыбается и говорит: — В Ордене все устроено не так, как в Министерстве. Мы защищаем друг друга и бережем, как членов семьи, я лично ручаюсь за это. А тебе, как мне кажется, не помешает опора, — подмигивает он. — Как много Поттер рассказал тебе?.. — Немного, если честно. Я не одержим контролем, как крошка Миона. Просто… весьма догадлив. — Я не собираюсь становиться Фениксом. Как и мракоборцем или кем-то там еще, — ворчит Драко, слегка разочаровавшись в Нотте, агитации от которого он ожидал в последнюю очередь. — Я не приму чью-либо сторону в вашей борьбе за власть. — Ты воспринимаешь все слишком категорично, — невозмутимо отмахивается Тео. — И Фениксы не сражаются за власть. Мы всего лишь делаем то, что считаем правильным. — Так говорят все политики, Нотт. — Да, но… речь об Ордене, который основал Национальный Герой. Тут все немного иначе. Гарри хочет сражаться со злом, а я всего лишь стараюсь следить, чтобы ему не особо мешали, — Нотт поворачивается к столу и берет два новых бокала с вином, один из которых протягивает Малфою. — Если станешь Фениксом, то получишь неограниченный доступ к информации, которой мы владеем. И речь не только о Пожирателях. — И буду вынужден присматривать за буйным героем, — скривившись, уточняет Драко. — Это моя работа. Иногда еще Мионы, — немного подумав, добавляет Тео. — И мы неплохо справлялись все эти годы. Тебе нужно лишь проследить, чтобы Гарри меньше рисковал на операциях. Я больше не могу удерживать его от них, — тише добавляет парень, отводя взгляд в сторону. — Почему я, Нотт? — устало вздыхает Драко. — Если бы я знал… Мы уговаривали Гарри выбрать себе напарника годами. Но он бесился, стоило нам лишь заикнуться о подобном. А тут появился ты, и… — Тео пожимает плечами. — Я мастер по зачарованию амулетов, а не боец. — Это решаемая проблема. Гарри невероятно талантлив в подготовке бойцов. Ты же знал, что именно он тренирует Фениксов? — с отцовской гордостью улыбается Нотт. Малфой не сдерживается и закатывает глаза. Послушать Тео, так Поттер великолепен во всем. — У меня есть задачи поважнее, чем заниматься физподготовкой, — отвечает Драко. — Я готов помочь с любой проблемой, — ответственно заявляет основатель Фениксов. — Нет ничего, что нельзя было бы решить деньгами и связями, а я располагаю и тем, и другим. — Нотт, у меня лавка. Я не хочу от нее отказываться. — Ты бы мог совмещать, — пожимает плечами Тео. — Гарри редко ходит на операции, это будет несложно. А платить мы будем прилично, учитывая… сложность твоей работы, — фыркает он, заговорчески покосившись на Малфоя. — К тому же… Я наслышан про твои таланты. Орден Фениксов может заказывать амулеты у тебя партиями, это огромные деньги. Драко, без преувеличения, мог бы озолотиться. Поэтому, привыкший добывать деньги на проживание любыми возможными способами, на мгновение даже задумывается. От внимания Нотта это, конечно же, не ускользает. — Соглашайся. А все сопутствующие трудности я улажу, — заверяет он. Тео умеет преподносить предложение так, что на него хочется согласиться. В отличие от Поттера он говорит четко по делу и сразу озвучивает выгоду. И никакого принуждения. Нотт располагает к себе, ему неосознанно хочется рассказать о всех сомнениях и быть уверенным, что основатель Ордена предложит подходящее решение. Но Драко уверен: едва он наденет на себя мундир Феникса, как тут же окажется личной игрушкой Поттера, который получит к ней неограниченный доступ (и не побрезгует этим воспользоваться). И как раз эту проблему Нотт не сможет решить, как бы ни хотел. — Нет, — вежливо улыбается Малфой. — Почему? Вопрос-крючок. Стоит Драко озвучить любое свое опасение (помимо существования Национального Героя), и Тео будет заваливать его контраргументами, решениями и компромиссами. Не успеет Малфой опомниться, как уже будет зачитывать клятву Фениксов. — Потому что не хочу. Вот и все. И, пожалуй, мне пора убираться отсюда, пока не успел тебе продать свою душу, — хмыкает парень, протягивая Нотту руку для пожатия. — Приятно было с тобой увидеться. — Жаль, — Тео даже не старается скрыть своего разочарования. — Но если что-то понадобится — обращайся. Постараюсь помочь. Драко стискивает пальцы на ладони Нотта как можно крепче, прикосновением активируя зачарованное кольцо. Тео не замечает, но именно в этот момент миниатюрная игла (тоньше хоботка комара) протыкает кожу его ладони, подсаживая заколдованную занозу, что будет не только транслировать любые звуки в радиусе метра от Нотта, но и передавать местоположение парня. Осталось лишь понадеяться, что устройство не подведет. Через несколько секунд Драко убирает руку. Улыбается Тео на прощание и, оставив полупустой бокал на столе, покидает помещение.

***

550 дней до трагедии. Едва выбравшись во внутренний двор поместья Гринграсс, Драко первым же делом расстегивает на себе фрак и выдыхает с небольшим облегчением. Все эти церемониальные встречи вытягивают силы и желание жить похлеще дементора. Парень хлопает себя по карманам в поисках палочки, когда на глаза попадается массивная скульптура. Драко равнодушным взглядом проходится по каменным фигурам и замечает деталь, на которую ранее не обратил внимания. Любопытно вскинув брови, Малфой подходит к статуе и приседает на корточки. В ногах одного из мужчин стоит маленькая фигурка эльфа в поношенной тряпке вместо одежды. В отличие от других фигур домовик не держит палочку, но вместо этого около его головы вскинутая рука, что вот-вот сделает щелчок пальцами. Довольно необычно видеть среди таких известных людей, как Дамблдор или же Блэк, обыкновенного эльфа. — Это Добби. Малфой поднимает голову и с легким удивлением косится на Гарри, что подошел к нему совершенно бесшумно. Национальный Герой, спрятав руки в карманы брюк, отрешенно смотрит на фигуру домовика. — Когда-то он был эльфом твоего отца. — Ты слишком рано ушел, — Драко медленно поднимается на ноги и становится напротив Гарри, — главная звезда этого вечера. В ответ на невинную подколку Гарри кривит губы. Затем оглядывается себе за спину, на особняк, едва заметно горбится и с мольбой смотрит на Малфоя. — Хочу сбежать отсюда. Поможешь? Драко непроизвольно вспоминает, как (будучи еще ребенком) при каждом удобном случае прятался от толпы на подобных мероприятиях, пока отец не отыщет. И Малфой мог лишь мечтать, чтобы нашелся некто, кто заберет его подальше от всего этого. — Надеюсь, меня не обвинят в похищении Национального Героя, — вздыхает Драко. А затем, предварительно достав палочку, протягивает Поттеру ладонь. — Идем? Гарри, тускло улыбнувшись, хватает Малфоя чуть выше запястья, крепко сжимая. Драко плавно взмахивает рукой, и парни оказываются в одном из магловских районов Лондона, где шанс быть обнаруженными меньше всего (Малфой предпочитает добираться до своей лавки способами, которые труднее всего отследить магией, то есть пешком). — С вас десять галлеонов за доставку, — вяло отшучивается Драко, вынимая руку из захвата Поттера. — Отсюда ты уже… Последнее предложение Малфой договорить не успевает. Он удивленно наблюдает, как Поттер делает шаг в сторону, порывистыми движениями расстегивает фрак и буквально сдирает его с себя, сминая в неаккуратный ком, что тут же летит в ближайший мусорный бак. — Панси тебя за это… — Плевать на Панси. Голос Поттера гремит, будто ведро, наполненное гвоздями. Драко непроизвольно замолкает. Гарри же, даже не взглянув на него, несколько раз дергает на себе тонкую белоснежную рубашку, словно погибает от жары. Малфой, к сожалению, понимает состояние Поттера, как свое собственное. Ему кажется, что он и сам задыхается, и это вовсе не из-за летней духоты. — Я… Знаешь, я был на похоронах каждого из них, — внезапно откровенничает Гарри. Он старается не смотреть на Драко. — Все еще больно? — тихо спрашивает Малфой после небольшой паузы. — Не знаю… — Поттер обнимает себя руками и тяжело вздыхает, будто пытаясь вернуть контроль над своими эмоциями. — Боль ощущается по-другому. А это… — Вина? — предполагает Драко, вспоминая, что сам ощущал несколько лет назад. — Бессилие. Гарри наконец-то обращает взгляд на Малфоя. Последнему же кажется, что его ударили под дых. Настолько этот взгляд… невыносим. — Забавно слышать подобное от тебя, — угрюмо усмехается Драко. — Мертвых уже не вернуть. — Правда?.. А разве ты не подтверждение обратного? — Я… — Поттер опускает голову и подворачивает рукава рубашки до локтя. В итоге он так и не заканчивает свой ответ, а Малфой не настаивает. — Пройдешься со мной? — просит Гарри. — Совсем немного. «Я сегодня в роли няньки-утешителя? Какая прелесть», — причитает про себя Драко, но при этом мысленно прикидывает, сколько времени потребуется, чтобы дойти до дома Поттера. Не более получаса. Приемлемо. Это посильно вытерпеть. — Ладно, — Малфой прячет палочку в карман брюк. — В обмен на доступ к архиву Фениксов, который ты мне задолжал. И никаких разговоров! — добавляет Драко. — Молча дойдем до твоего дома и все! Без болтовни, — говорит он, руками изображая крест. Гарри с полуулыбкой качает головой. Малфой, посчитав это за согласие, поворачивается на выход из переулка и шагает вперед. Поттер пристраивается сбоку. И какое-то время парни действительно идут молча, окунувшись каждый в свои мысли. Драко прокручивает в голове сегодняшнее мероприятие от начала до конца. Косится на одно из колец у себя на пальце и в деталях вспоминает рукопожатие с Ноттом. Как только Малфой вернется домой, то тут же проверит, что устройство работает, как нужно. Если так, то вслед за Тео последуют и остальные подозреваемые. И Поттер, который «незаметно» таращится на Драко последнюю минуту, больше не сможет поймать его на прослушке, не в этот раз. — Малфой… — внезапно подает голос Гарри. — Я же сказал: без разговоров, — с досадой ворчит блондин. — Да брось. Один вопрос, с тебя не убудет. — Еще как убудет. Количество моих нервных клеток уменьшается в геометрической прогрессии в твоем обществе. — Мы договаривались на два месяца доступа к архиву?.. — наигранно задумывается Поттер. — Увеличу срок до трех, — обольстительно улыбается он, заглядывая в лицо Драко. Малфой, который уже было решил временно отложить исследование Пожирателей, не торопится с отказом. В конце концов, тщательнее присмотреться к Фениксам тоже не помешает. — Я внимательно слушаю. Гарри с ликованием улыбается: не каждый день ему удается так легко уговорить Драко на что-то. Через мгновение он задает свой чертов вопрос: — Твоя мама… кто она? Это ведь не Нарцисса, не так ли? Ощущение, что с левой стороны торса, прямо между ребер вонзили нож. Перед глазами возникает образ Иоланы. Короткие светлые волосы до плеч, миндалевидные глаза цвета неба перед самым рассветом и самая добрая в мире улыбка. Малфой поджимает губы и коротко кивает в ответ, надеясь, что этим все и ограничится. Но Гарри продолжает приставать к нему и допытываться. — Просто… я много знаю о твоем отце, но совсем ничего о матери. Может, твоя любовь к амулетам от нее и… — Нет. И она мертва. Это все, о чем стоит знать, так что больше никаких глупых вопросов, — грубо обрывает его Малфой. Гарри, помрачнев, отводит взгляд в сторону и виновато выдавливает «мне жаль». Драко ускоряется в шаге, лелея надежду поскорее избавиться от общества Поттера. Но уже через какую-то жалкую минуту, позабыв о приличиях, Гарри снова открывает рот: — Поэтому ты вернулся в Лондон? Чтобы познакомиться с Люциусом и… — Я здесь из-за тебя, Поттер, — не сдержавшись, закатывает глаза Малфой. — И как только дело будет сделано, я уберусь прочь из этого города. В ту же секунду, — категорично заявляет парень. — Теперь я понял логику, — спустя небольшую паузу хмыкает Гарри. Драко недоуменно косится на Национального Героя. — О чем ты? — Ну… ты довольно нелюдим. Я думал, что дело в твоем… ну, знаешь, характере. А ты просто не планировал здесь оставаться, — с ухмылкой пожимает плечами Поттер. Драко едва не спотыкается. Практически всю жизнь Малфоем пользовались, как игрушкой, не переставая сетовать, что он недостаточно хорош, а после и вовсе сделали козлом отпущения, хотя Драко жилы рвал, чтобы доказать «пригодность». Но, видимо, он плохо старался. — Нет, ты прав. Дело определенно в моем характере, — язвит Малфой, скривившись. — А не в людях вокруг или обстоятельствах!.. Просто я зацикленная на себе мразь, которая считает окружающих недостойными внимания, — плюется он ядом, зло зыркнув на Поттера. — Ох. Прости. Не хотел тебя задеть, — в голосе Гарри практически не слышно вины. — Ты меня не задел, — цедит Драко, насупившись. — Не-а, точно задел, — Поттер хмыкает и в шутку поддевает Малфоя локтем. — Ты аж покраснел от злости. Ну ладно тебе, хватит дуться, я же извинился!.. — Ой, отъебись, — Драко раздраженно отмахивается от разыгравшегося Гарри, который пытается его ущипнуть. — Руки прочь! Поттер какого-то дьявола смеется, пока Малфой возмущенно пыхтит, уворачиваясь от него, как от неугомонной осы. Наконец, окончательно выйдя из себя, Драко пинает Гарри под колено (больше для виду, не со всей силы) и, встрепенувшись, словно кошка, на которую вылили ведро воды, быстрым шагом идет вперед, игнорируя удивленные взгляды маглов. Поттер вскоре догоняет его. На лице у него при этом до ужаса довольная улыбка. — Так если дело не в тебе, то почему бы… не знаю, не познакомиться с кем-то? Попытаться подружиться? — предлагает Гарри. — Делать обыкновенные человеческие штуки? Драко со стоном запрокидывает голову, возводя глаза, полные вселенского отчаяния, к небу. — У меня нет на это времени, сколько еще раз тебе повторять?! — Но сейчас же мы общаемся. Значит время все-таки есть. — Исключительно ради доступа в архив, или ты уже забыл об этой части сделки? — выгибает бровь Малфой. — И почему я не удивлен?.. — Я видел, что ты способен на общение без выгоды, — фыркает Гарри. — Признайся, тебе просто нравится строить из себя недотрогу. — А тебе до безумия нравится доставать людей и провоцировать их? — колкостью отвечает Драко. — Видишь, как идеально мы с тобой сошлись! — О, Мерлин… Я не ослышался? Ты сейчас предлагаешь свою… дружбу? — у Драко буквально перекашивает лицо от подобной перспективы, а Гарри это только больше раззадоривает. — Ну, не только это. Тебе я готов предложить даже больше, — Поттер по-дурацки играет бровями. — Например, стать моим напарником? Даже если это будет всего на год, хотя я думаю, что после этого ты передумаешь уезжать из Лондона, — Национальный Герой чуть ли не сочится самодовольством. К этому моменту парни практически доходят до площади Гриммо. Малфой, чье возмущение (а вместе с тем и раздражение) достигло практически максимальной отметки и вот-вот двинется еще дальше, до рекордной величины, останавливается в одном из безлюдных и тесных переулков. — Считаешь, ты настолько неподражаем, что я, пару раз побегав с тобой за Пожирателями, резко переосмыслю все в своей жизни и не буду уже хотеть ничего, кроме твоего общества? — Драко заставляет себя усмехнуться. Поттер не теряет уверенности в лице. Немного приподняв подбородок, он усмехается и нагло рассматривает Драко с головы до ног. — Может, не совсем так… Ты описываешь слепое обожание, а я пока что претендую только на дружескую симпатию. Из Малфоя вырывается саркастический смешок. Парень ладонью проводит по лбу, убирая назад белоснежные пряди волос. Поттер просто невозможен. Торжество тупого самолюбования. Народная любовь до ужаса избаловала этого парня. — Тебе стоит дать мне шанс, — продолжает тем временем настаивать Гарри. — Я лучше того, что ты обо мне представляешь. Малфой может уйти прямо сейчас. Он выполнил свою часть сделки, так что его больше ничего не держит. Но вспоминает неделю, когда Поттер целыми днями кошмарил его своими знаками внимания, и понимает: если он молча оставит Гарри, то тот никогда не оставит его в покое. — Я не слепой. И не кретин, — наконец отвечает Драко. — Не важно, что я думаю о тебе. Факты есть факты. Ты совершил невозможное, победив Волан-де-Морта. Дерзкая улыбка слетает с Поттера. Будучи не готовым к резкой покладистости Малфоя, парень недоверчиво хмурится. — И даже без магии ты не сдаешь позиций, — продолжает Драко, не сводя цепкого взгляда с Гарри. — А еще великодушный и, конечно же, неотразимый… — чарующе улыбается он, намеренно говоря сладким голосом. Он делает шаг навстречу Поттеру и заглядывает тому в глаза. — Как я могу отказаться от такого соблазнительного предложения, да? Ведь быть твоим напарником — настоящая честь. — Я… эм… — Ты же это хотел услышать, Поттер? — стерев с лица улыбку, зло интересуется Малфой. — Думаешь, раз ты Герой, то я паду перед тобой ниц и буду обожествлять каждое твое действие?! — рычит он сквозь сцепленные зубы, хватая Поттера за воротник рубашки и дергая. — Ты ведь к этому привык, не так ли?! Гарри пытается отступить назад, но Драко ему не позволяет, крепче стискивая пальцы. — Малфой, нет… — Не-ет?.. О, да! Конечно же, да! — блондин поддается вперед, едва не врезаясь в лоб парня. — Ты всю дорогу изводишь меня и пытаешься выжать восхищение, потому что иначе и быть не может, если речь о тебе! — Я не… Стой, ты все не так пон… — Так а может тебе еще и отсосать сразу?! А почему нет?! — перебивает парня Драко, округлив глаза. — Все же мечтают переспать с великим Гарри, мать его, Поттером! — во всю глотку рявкает Малфой, с силой отталкивая от себя Поттера. Тот реагирует моментально, наконец сбросив в себя минутное оцепенение. В этот раз уже он делает шаг к Драко и хватает того за левую руку, с силой стискивая. Жевалки на лице Поттера зло двигаются. — С огнем играешь, — предупреждающе цедит Гарри, по-волчьи зыркнув на Малфоя исподлобья. — А ведь должен знать, что не стоит. Парни синхронно косятся на тот участок руки Драко, где под рубашкой скрывается старый шрам от ожога. Малфоя до мурашек пробирает озноб. Он пытается вырваться из захвата, но Поттер оказывается физически сильнее. Гораздо сильнее. Нет возможности бежать? Тогда нападай. Тонкие пальцы правой руки обхватывают горло Гарри и с силой стискивают. — Один раз уже выжил. Так что рискну, — заявляет Малфой. У ментально здоровых людей включается паника, если схватить их за горло. Врожденный инстинкт, только и всего. Но Поттер лишь немного запрокидывает голову и давит на Драко испытывающим взглядом. — Отпусти, — властно требует Гарри. — Только после тебя. — Малфой… — голос Поттера похож на раскатистый гром. — Ты… понимаешь, что сейчас происходит?.. — растягивая слова, уточняет Гарри. Ему трудно сдерживаться. — Мы меряемся длиной спичек в руках, пока оба стоим по пояс в бензине, — с фальшивой улыбкой тянет он. Под пальцами лихорадочно пульсирует артерия Национального Героя. А в груди Драко гремит целый оркестр из одних лишь барабанов разных размеров. Как они оба вообще пришли к подобной ситуации? Ответ кажется простым: Малфой и Поттер патологически не могут сосуществовать вместе. История изначально не предполагала подобного. — Знаешь, что меня просто неебически выводит из себя?.. Ты выставляешь мне условия, предлагаешь сделку, чтобы у меня был доступ к нужной информации… Но по факту это я должен выставлять условия! — шипит Драко, стискивая пальцы сильнее. — Я здесь для того, чтобы найти способ спасти твой зад! Не наоборот! Хочешь натянуть на меня форму Феникса?.. — Малфой криво усмехается и качает головой. — Не в этой жизни. Гарри раздраженно закатывает глаза. А дальше все происходит настолько быстро, что парень даже не успевает опомниться. Поттер освобождает предплечье Драко от своих тисков, а после хватает его правую руку, тянет в сторону и одновременно с тем, немного повернувшись всем телом, бьет по правому плечу Малфоя. Далее следует молниеносный удар коленом по нижней части корпуса блондина. Острая боль вспышками взрывается в разных участках туловища. Драко сдавленно рычит, наклоняясь вперед и непроизвольно отпуская шею, но Гарри не останавливается. Он хватает локоть парня и заламывает тому руку за спину, заставляя согнуться пополам. Секунды. Поттеру потребовались чертовы секунды на это. — Отпусти!.. — шипит Малфой, дергаясь. Поттер освобождает Драко, предварительно толкнув того вперед. Блондин выпрямляется, бросает ненавидящий взгляд в сторону Гарри, параллельно поправляя на себе перекрученный фрак. Он мог бы атаковать в ответ физически, но вряд ли одержит победу в схватке. А нападать на этого ублюдка магией чревато тем, что Драко случайно может его и убить. — Все еще уверен, что можешь выставлять мне условия? — с издевкой усмехается Гарри, растирая горло. — А вот знаешь, в чем уверен я? Что без моей помощи у тебя нихуя не получится. И пора уже это признать. Если в Драко еще оставались какие-то крохи благоразумия, то наглое заявление Поттера стерло их в порошок. — И какова цена?.. — осипшим голосом спрашивает он. — Чего? — Какова цена за твою помощь? — зло повторяет вопрос Малфой. — Я смогу расплатиться за нее? Хотя бы в этой жизни? — Да что ты такое несешь вообще?.. — обреченно стонет Поттер, взмахнув руками. — С момента нашей встречи ты только и делаешь, что втыкаешь палки в колеса! — рявкает Драко, окончательно выйдя из себя. — Я бы отлично справился, если бы ты не мешался под ногами! Не строй из себя благодетеля, ты лишь обыкновенный саботажник! — Ты так это видишь?! — у Гарри вытягивается лицо. — Да я все время будто торгуюсь с капризным ребенком! Ты хотел защитить меня, и я даю тебе самую, блять, лучшую для этого возможность! Буквально протягиваю на блюдечке, а ты воротишь нос, словно от дерьма! Малфой, скажи, а ты точно хочешь меня спасти?! Или тебе просто нравится делать вид, что пытаешься?! Иногда возмущение бывает настолько сильным, что трудно вдохнуть. Так вот. Рядом с Поттером Малфой лишается возможности дышать регулярно. — Ты понятия не имеешь, какой путь я проделал, чтобы просто оказаться здесь, — глухо рычит Драко. — Не смей указывать, что и как я должен делать. Ты не имеешь права. Гарри выглядит так, будто его ударили по лицу. Он, поморщившись, поджимает губы и несколько раз кивает. — Все, с меня хватит… Ей-богу, нет никого, кто бы тебя понимал. Я сдаюсь, — зло бросает парень перед тем, как оставить Малфоя в переулке одного.

***

544 дня до трагедии. Малфою требуются целые сутки после ссоры с Поттером, чтобы отговорить себя от убийства Национального Героя. А желание это было безумным и всеобъемлющим. Когда же Драко одержал победу в битве с потребностью срочно сломать Гарри шею, его ждало новое разочарование. Устройство, которое он вогнал Нотту под кожу, не заработало. Неизвестно, был ли крючок поврежден еще на встрече или же Тео каким-то образом обнаружил его в своей ладони и избавился, но итог один, — Малфой снова не продвинулся в своих начинаниях. И это постепенно начинало сводить его с ума. В момент осознания, что очередной план провалился, Драко взвыл. Буквально. А после на эмоциях сломал приемник, что должен был передавать звук. Бесполезный хлам. Весь последующий день Малфой не мог заставить себя что-либо сделать. Отчаяние настолько поглотило парня, что тот даже думать не мог, не то, что шевелиться. И в голове, как назло, на повторе крутилась яростная ссора с Поттером, которую Драко запомнил досконально. Каждое. Сраное. Слово. — Только делаю вид?.. — нервно смеясь, повторяет Малфой слова Гарри. Драко накрывает лицо руками и замирает в таком положении на какое-то время. А ведь действительно. За полгода — ноль результата. Да он просто жалок. Если подумать, то на что Малфой вообще рассчитывал? Что ему, парню, который даже не смог оправдать надежд семьи, удастся переписать всю историю? Спасти Национального Героя, когда с этим не справились сами герои войны? Поразительная наивность. Отчаяние накатывает волнами, что становятся разительно больше с каждым разом. Они погребают Малфоя с головой, заставляя того находить все новые подтверждения своего возможного провала. Драко задыхается, захлебывается в панике и вот-вот готов бросить все. Сдаться. Смиренно ждать часа, когда все окончательно развалится без его вмешательства. В конце концов, он не герой. Будь Драко кем-то другим, то наверное бы… Последняя мысль словно бьет хлыстом по оголенной спине, оставляя уродливый кровавый след. Боль немного проясняет разум, и Малфой мысленно хватает маленькую, испуганную версию себя за глотку и безжалостно стискивает, зло прошипев: «Соберись». Драко смог переместиться в прошлое на десятки лет. Если у кого и есть шанс сыграть с судьбой в шахматы, так это у него. Следующие пару дней Малфой продумывает новый план. Самая главная его проблема, требующая решения в первую очередь, — это непостижимый талант Гарри каким-то образом обнаруживать Драко каждый раз, когда тот близко подбирается к кому-либо из окружения Поттера. Национальный Герой будто мысли его читает и оказывается на шаг впереди, хотя раньше Малфой никогда не попадался. — Ощущение, что это не я наемник, а Поттер, — ворчит Драко, рассматривая свои записи. — А я угодил на его территорию… И это предположение, словно пазл, идеально встает на место и заканчивает картинку. Малфой от неожиданного открытия даже замирает, оторопело таращась перед собой. Конечно, Гарри никакой не наемник, это чепуха, но что, если Поттер сам следит за своими так называемыми «друзьями»? В таком случае становится понятно, почему он с такой легкостью раз за разом ловит Драко. Национальный Герой никому больше не доверяет. И это объясняет практически все. Поттер мог бы оставить на Уизли допрос Малфоя, как очередного подозреваемого в связи с Пожирателями, но он не стал. Гарри не доверил лучшему другу (а по совместительству главе мракоборцев) обыкновенный допрос. Он так же не поставил Грейнджер в известность того, что собирается привлечь человека со стороны к охоте на Пожирателей. Судя по всему, и Нотт узнал об этом в последний момент. Поэтому суд прошел в довольно странных настроениях, да и вообще толком-то и не состоялся, — никто не был готов к выходке Гарри. И по этой же причине Грейнджер и Нотт так любезны с Драко, хотя он им никто. Ведь Малфой сейчас единственный человек, которого готов подпустить к себе Поттер, и двое самых сообразительных мгновенно среагировали и попытались этим воспользоваться, заручившись лояльностью Драко. Но если у Поттера такие трудности с доверием, то чем же он руководствовался, раскрывая тайну незнакомому (и, стоит признать, весьма подозрительному) человеку? И тут все кажется объяснимым. По той же причине, по которой Гарри не позволяет Малфою следить за его окружением и отвлекает от задачи всеми возможными способами. Поттер не просто не хочет быть спасенным. Он буквально заигрывает со смертью и ждет, когда та наконец соизволит закончить начатое. Однако одновременно с этим Гарри не прекращал попытки завербовать Малфоя и сделать того напарником. Почему? У самоубийц, как известно, в самый последний момент срабатывает инстинкт. Вскрывшие вены хватаются за руки, утопающие начинают барахтаться, а падающие с высоты надеются отыскать взглядом то, за что можно зацепиться. Тело будет бороться за жизнь, даже если разум решил обратное. Возможно, именно это и происходит с Поттером. Он падает, а Драко — это выступ, за который можно ухватиться. И плевать, что выглядит ненадежно, в шаге от скорой гибели любой вариант приемлем. — Болван… — вырывается из Малфоя. И до конца не ясно, кого конкретно он обозвал. Поттера или себя самого. В это мгновение к чертям летят любые планы. Драко хватает палочку, чуть ли не бегом выскакивает из лавки и аппарирует ко главному входу в штаб Ордена. Внутрь парень заходит беспрепятственно, но уже в первом коридоре несколько Фениксов пытаются задержать его. Драко, абсолютно не настроенный на то, чтобы объясняться с рядовыми, ловко уворачивается от рук и прикладывает палочку к шее, усиливая сонорусом громкость своего голоса в разы. — Нотт!.. Выходи, мне срочно нужна твоя помощь! Ответ Тео раздается в коридоре спустя считанные секунды: — Он свой, разойтись. Повезло, что Нотт был не на втором этаже в своем кабинете, а где-то неподалеку, раз так быстро добрался до холла. Поймав взгляд Драко, Тео усмехается. — Эффектное появление, дружище. Но в следующий раз можно начать с совы? — предлагает он, подходя к Малфою поближе. — Ты же слышал слово «срочно», — Драко оглядывается по сторонам. — Где сейчас Поттер? Тео выглядит удивленным. Он косится на собравшихся в коридоре Фениксов, задумчиво хмурится, а после берет Малфоя за локоть и ведет за собой. Парни заходят в ближайшее помещение, напоминающее собой комнату для отдыха, где из мебели всего пара диванчиков и журнальных столов. — Коллеги, оставьте нас, пожалуйста, одних на пару минут, — просит Тео двоих людей, что как раз были внутри. Те без лишних вопросов покидают комнату и прикрывают за собой дверь. — Драко, что-то случилось? — спрашивает Нотт, когда они остаются наедине. — Да. Мне нужно увидеть этого придурка прямо сейчас. Где он? — Ты меня пугаешь, — ворчит Тео, пряча руки в карманы черных слакс. — Вот прямо сейчас?.. А подождать это не может? — Не может, — ухмылка Драко больше похожа на оскал. — Знаешь, я вдруг осознал, что у меня каждая секунда на счету. Судьба Гарри известна — этот ублюдок не умрет ближайшие полтора года. Однако осознание, что какой-то вшивый суицидник имел наглость давать Малфою советы по спасению, привело в крайнюю степень бешенства. Так что если парень немедленно не выскажет все Поттеру, то наверняка захлебнется в собственной желчи. — Боюсь, ничего не выйдет. Гарри сейчас на миссии, — пожимает плечами Тео. — Так даже лучше. Поттер не стеснялся мешать мне, и я отвечу тем же. По постной физиономии Нотта видно, насколько он «счастлив» быть втянутым в разборки парней. — Понятия не имею, что у вас там стряслось, но, может, мы немного притормозим?.. Подожди его здесь, выпей кофе, можем даже о жизни поболтать… Неизвестно, сколько по времени Поттер будет возиться с Пожирателями. И вообще явится ли он в штаб или отправится куда-то еще. Так что ждать его здесь — вариант паршивый. И на уговоры Нотта нет ни времени, ни желания. — Я стану Фениксом, — перебивает Малфой Теодора, переминаясь с ноги на ногу, словно вот-вот сорвется в бег. — Так что могу отправиться на операцию Поттера. — Что?.. Но ты же не хотел? — А теперь вот пиздецки хочу, — кривится Драко. — Нотт, дай мне адрес. Я в долгу не останусь, — честно заверяет он. Тео неуверенно прикусывает губу. Малфой, чье терпение уже на исходе, добавляет: — Я не стану мешать Поттеру в процессе и подставлять. Мне просто нужно поговорить с ним до того, как я передумаю. — Да что между вами двумя творится?.. «Поттер хочет сдохнуть, а я его спасти, вот что творится». — Столкновение интересов, — размыто отвечает Драко. — Так ты поможешь? Или мне самому его искать? Я ведь найду. Нотт тратит несколько секунд на решение, а затем приглушенно мычит. — Пересечение Лонгстон-авеню и Дрейтон-роуд. Здание из черного кирпича и кованый забор, он там один такой, не ошибешься, — сдается основатель Ордена. — Не сдавай меня Гарри, окей? — Не стану, — Малфой благодарно кивает и собирается на выход. Тео окликает его в тот момент, когда парень касается ручки двери: — Драко!.. Блондин оборачивается и бросает на Нотта вопросительный взгляд. Тот выглядит необычно серьезным. — Пожалуйста, не вынуждай меня ждать от тебя подвоха, — Тео выразительно крутит правой рукой, в которую Малфой не так давно подсадил зачарованную занозу. — Я терпелив и лоялен, но вовсе не идиот. — Так даже лучше. Я не привык к любезностям, — усмехается Драко и выходит из кабинета. — Эй! Я твой будущий начальник!.. — доносится со спины, но Малфой уже не слушает.

***

544 дня до трагедии. Драко находит нужный дом за считанные мгновения. Он решительно подходит к ограде и, к своему удивлению, не замечает там и следа от защитных чар. Едва парень, предварительно приготовив палочку для защиты или же нападения, заходит в небольшой внутренний дворик, как входная дверь с грохотом распахивается, а наружу, слегка прихрамывая, выбирается Поттер. В более отвратительном состоянии Драко его еще не видел. Мундир Феникса чем-то перепачкан, волосы растрепаны, а нос сломан и обильно кровоточит. Костяшки на руках Гарри стерты и покрыты ссадинами. Но при этом за поясом брюк Национального Героя торчит сразу несколько палочек, явно отобранных у кого-то в бою. Поттер, почувствовав чье-то присутствие, тут же поднимает пистолет. Драко машинально ставит перед собой защиту. Взгляды парней пересекаются. Гарри недоуменно хмурится, а после, устало вздохнув, опускает оружие. Малфой немного медлит, но рассеивает щит и временно прячет палочку в рукав темно-зеленой рубашки. — Ты уже избит? Чудесно, — кивает Драко. — Не придется делать это самостоятельно. Поттер скептически вскидывает брови в ответ на это и, кряхтя, садится на крыльцо. Он наклоняет голову в бок и, пальцами пытаясь остановить поток крови, гнусавым голосом спрашивает: — Чего тебе? Малфой подходит к нему и становится напротив, глядя сверху вниз. — Ты ведь уже знаешь, что кто-то из твоих хочет тебя убить? Не так ли? — Тебе придется починить мой нос, если хочешь продолжить этот разговор, — бурчит Гарри, прижимая два пальца к ноздрям и прикрывая глаза. — Обойдешься. Свой нос после тебя я вправлял сам, — скрестив руки на груди, холодно обрубает Драко. — У тебя для этого есть магия. А у меня — нет. — Твои проблемы. Гарри приоткрывает глаза и бросает на Драко осуждающий взгляд, но к просьбам о помощи больше не возвращается. — Так да или нет, Поттер? — Нет. Не знаю, — устало вздохнув, отвечает Гарри. — Но не исключаю возможности, — парень убирает руку от лица и смотрит на испачканные в крови пальцы. После этого кривится и добавляет: — Меня столько раз предавали, что стало слегка… затруднительно верить всем безоговорочно. По телу Драко словно проходится разряд — настолько сильно ему хочется врезать Поттеру по лицу. Но парень заставляет стоять себя ровно, не сводя с Национального Героя уничтожающего взгляда. — Почему тогда саботировал мои попытки выяснить что-либо? Гарри наклоняется и сплевывает кровь себе под ноги. Затем, сгорбившись, прижимает к носу рукав мундира. — Тебе я тоже не доверяю, — неразборчиво отвечает он, бросив на Драко угрюмый взгляд. — А зачем тогда вербовал в напарники? Сначала звучит приглушенное фырканье. А после ответ, от которого у Малфоя на несколько секунд спирает дыхание. — Хотел, чтобы ты мне отсосал, — издевается Поттер, припоминая слова Драко. Национальный Герой прикрывает глаза, стараясь отвлечься от боли. — Малфой, вот обязательно говорить об этом сейчас?.. — Не дави на жалость, — огрызается блондин. — Ты явно не впервые в таком состоянии, как-нибудь потерпишь. Жевалки на лице Поттера раздраженно дергаются. Парень меняет руку, прижимая еще чистый рукав к лицу. — Втрескался в тебя с первого взгляда, вот почему. Такой ответ устроит? — Нет, не устроит, — лицо Драко морщится от брезгливости. — Ты не можешь оправдывать все это такой идиотской ложью! — Да-а? А тебе, господин «я видел будущее, в котором тебя убили», значит, можно?! — Что?! Я никогда не говорил подобного! — Малфой, — устало вздохнув, кривится Поттер. — Еще как говорил. Не я же это придумал, бога ради, — раздраженно отмахивается он. — Но это не было ложью! — Конечно, не было, иначе бы это оказалось самой бездарной ложью за всю историю человечества! — Гарри берет небольшую паузу, мученически прикрывая глаза от боли в лице. — Но это не значит, что я доверяю тебе во всем остальном. В конце концов, ты чертов наемник. Или думал, я не догадаюсь? — бросив на Драко выразительный взгляд, мрачно усмехается он. Малфой плотнее стискивает руки на груди. Ярость медленно начинает отступать в сторону. — Но я не… — О, даже не начинай! На меня только за последние пару лет покушались около двадцати раз, я знаю все ваши методы так, будто сам их использовал, — ворчит Поттер. — Блять, да она когда-нибудь уже остановится?.. — парень, неодобрительно посмотрев на влажный от крови рукав, снова прижимает к носу. Внимание Драко цепляется за озвученную цифру. Парень был настолько сконцентрирован на предотвращении будущего покушения на Гарри, что никогда не задумывался о том, бывали ли подобные ранее. — Двадцать раз?.. — удивленно переспрашивает Малфой. — Двадцать три, если быть точным. — Дилетанты. — Думаешь, ты бы справился? — вскинув брови, любопытствует Поттер. — Убить Национального Героя? Я бы даже не пытался, — пожимает плечами Драко. — В мире не существует таких денег. Ответ Малфоя заставляет Гарри усмехнуться. Он качает головой и кое-как поднимается на ноги. — Мы закончили? Внутри ждут Пожиратели, которых пора доставить в штаб. Если подумать, Поттер не дал ни одного ответа, который бы удовлетворил Драко. Но, вместе с тем, Малфой стал немного лучше понимать, как именно мыслит Национальный Герой. Сейчас наверняка известно следующее: Гарри точно не даст ему действовать, если только не получит чего-то взамен. Так что придется наступить себе на горло. — Сделка, — объявляет блондин, заставляя Поттера замереть. — Я стану Фениксом. А также твоим телохранителем, нянькой, сиделкой, надзирателем… — с постным лицом перечисляет Драко. — Мне, собственно, плевать, кем конкретно ты хочешь меня видеть. — А взамен? — осторожно уточняет Гарри после недолгой паузы, что потребовалась ему на осознание поступка Малфоя. — Ты должен пережить следующие полтора года. И мне так же срать, за счет чего это будет, — морщится парень. — Я сделаю что угодно, даже убью, если это потребуется. А ты не станешь мне мешать. Мрачная усмешка Гарри не предвещает ничего хорошего. — Я не позволю тебе навредить моим близким. Даже не думай об этом, если не хочешь получить по морде уже сейчас. — Я не подниму руку на твоих друзей. Только на предателя, Поттер, — раздраженно отвечает Малфой. — Что-то мне подсказывает, что ты не будешь сильно против, если я предоставлю доказательства до непосредственной расправы. Гарри задумчиво рассматривает Драко, не торопясь с ответом. Тогда последний добавляет: — Для тебя выгоднее решения уже не будет. Буду твоим верным псом, как ты и хотел. Только без поводка. — Даже так… — Поттер с легким удивлением вскидывает брови. — И для кого столько стараний? Едва ли ты резко посчитал меня достойным спасения, — хмыкает он. — Я делаю это для себя. На этом все, — добавляет Малфой, заметив, что Гарри собирается уточнить что-то. — Только деловое соглашение, не дружба. Душу изливать не стану. — Ты странный, знаешь? — На себя посмотри. Ты соглашаться будешь? Потому что если нет — я ухожу, — вскидывает руки над головой Драко. — Было бы глупо отказывать, — изображает наглую усмешку Поттер, и это выглядит невероятно безобразно, потому что половина его глупой физиономии в крови. — Я ведь столько сил приложил для этого. От воспоминаний о бесчисленных подарках Драко начинает мутить. — Да-да, — закатывает глаза Малфой. — Отлично. Закажи мне новую форму, как закончишь тут. Предыдущую я сжег. — Ну, раз уж теперь мы напарники, помоги мне с транспортировкой Пожирателей в штаб, — Поттер приглашающе открывает дверь в дом. — Докажи на деле, что готов со мной работать, — добавляет он, заметив недовольство на лице Драко. — Твою мать… — цокает блондин и широким шагом заходит внутрь, обходя Гарри стороной. — Веди тогда. Пока парни идут по довольно узкому коридору в направлении, известному только Поттеру, тот не перестает причитать. — Боже, это убивает меня… — ноет Национальный Герой, зажимая нос. — Может, ты наконец сжалишься и починишь мне этот ебан… Малфой не глядя взмахивает палочкой, и Гарри, не договорив, вскрикивает, дернувшись всем телом. — С-сука!.. — рычит он, растирая ладонями. — А нежнее нельзя было?! — Пожалуйста, — Драко, все-таки посмотрев на Поттера, кривится и взмахивает палочкой еще раз, убирая следы крови с лица Феникса. — Мерлин, жалкое зрелище. Гарри, проворчав что-то нецензурное в ответ, ускоряется и заходит в одну из комнат. Малфой идет следом и тут же замирает на пороге. На полу полностью разгромленного помещения лежит шесть связанных тел. Все Пожиратели без сознания и выглядят еще отвратительнее, чем Национальный Герой, который, как оказалось, легко отделался. — Поттер, объясни мне, почему они все истекают кровью? — спрашивает Малфой, подходя к пленникам и окидывая тех оценивающим взглядом. — Потому что они болваны, у которых нет защиты от магловских пуль? — пожимает плечами Гарри. — Хм… Кто знает?.. — Я связался с психопатом. Класс, — Драко присаживается на корточки, рассматривая пулевые ранения и прочие следы побоев. — Они вообще переживут транспортировку в штаб? — Можешь подлатать их, если так переживаешь, — с убийственным безразличием предлагает Поттер. Малфой от этой идеи в восторг не приходит, но все-таки принимается за дело, пока Гарри не перестает наблюдать за каждым его движением. Драко знает достаточно исцеляющих чар, чтобы уже через несколько минут остановить кровотечение пострадавшим от буйства Национального Героя, а также убрать пару следов от ожогов (Малфой совершенно не желает знать, откуда в помещении взялся огонь). — Хочешь, расскажу, как смог с ними всеми справиться? — Поттер явно хочет покрасоваться. — Обойдусь. Тебе нечем гордиться, это была грязная работа. — Ну да, куда уж мне до твоих изящных газовых ловушек, — с легкой обидой в голосе ворчит Гарри. — Это точно… — Малфой уже сосредоточился на том, чтобы нанести вокруг Пожирателей несколько рун, что позволят Драко транспортировать всех пленников за один подход. Формула проста, поэтому парень заканчивает через несколько минут. — Давай сюда, Поттер. Я не буду аппарировать тебя отдельно. Гарри, почему-то усмехнувшись, послушно переступает через светящуюся магией линию. — Тебе успели показать, где у нас находятся камеры? — уточняет он у Драко. — Сможешь переместиться прямо туда? — А ваши защитные чары мне позволят? — Днем их деактивируют. Кто в здравом уме сунется в здание, где сотни Фениксов? — хмыкает Национальный Герой, заметив недоуменный взгляд Малфоя. — Резонно. Драко активирует руны, и они тут же перемещаются на нижний этаж штаба, прямо около решеток. Поттер, не теряя времени, идет за ключами в конец коридора. После его возвращения парни тратят какое-то время, чтобы распределить пленников по камерам. Когда Гарри запирает замок последней клетки, Малфой магией снимает путы с Пожирателей. — Поттер, серьезно, почему я? Ответь, или этот вопрос не перестанет сводить меня с ума, — просит Драко, покосившись на парня. — Ты ведь не кретин, чтобы слепо довериться первому встречному, тем более наемнику? Скажи, что есть причина. — Не кретин, — с отрешенной улыбкой подтверждает Гарри. — И мог бы назвать минимум семь рациональных причин, почему остановил выбор на тебе. Драко ждет перечисления этих самых оснований, но Поттер лишь разводит руками и говорит: — Но это все второстепенно. При выборе союзников я в первую очередь руководствуюсь симпатией. У Гарри имеется исключительный талант всего парой слов загубить любое хорошее впечатление о себе. Драко и до этого был не лучшего мнения о Национальном Герое, но последний ответ Поттера его просто разбил. — Я… — Малфой кривится, не в состоянии подобрать нужные слова, — глупее чуши в жизни своей не слышал… Поттер улыбается, явно не удивившись такой реакции. — Да. Это сложно понять. Но когда твой напарник будет тонуть, каждая секунда замешательства может стать решающей. За кем ты охотнее прыгнешь в воду? За другом или неприятным тебе коллегой? Подобные рассуждения больше подходят ребенку, чем взрослому человеку, прошедшему войну. И Драко кажется, что он знает ответ. — Если потребуется… — «Если потребуется»? Малфой, я — Национальный Герой. Прыгать в воду за утопающими — моя работа и долг. И то, даже я сомневался, — снисходительно хмыкает Гарри, отводя взгляд в сторону. — Возвращайся в лавку. Дальше я сам, — бросает он на прощание и уходит.