Спасенный

***

420 дней до трагедии. — Я что только что сказал?! — негодует Драко, скривившись. — Ты не можешь есть из моей тарелки! Все! Тема закрыта! — заявляет он, отталкивая Корвуса ладонью. Топчась на краю столешницы, ворон издает утробные, недовольные звуки. Карканьем это назвать можно лишь с большой натяжкой. Скорее уж дребезжание, от которого быстро начинает раскалываться голова. Скривившись, Малфой наклоняется к птице и прикладывает к вискам растопыренные ладони, имитируя опасного зверя. Эффекта от этого — ноль. Корвус только машет крыльями в ответ, но отступать и не думает. — Вздорная курица… — брюзжит парень, возвращаясь к ужину. — Выгнал бы тебя к черту… Октябрь принес с собой холодные ливни, идущие день и ночь, почти без перерыва. Поэтому, будучи невероятно щедрым человеком, Драко смирился, что Корвус практически перестал выбираться за стены лавки, и ничего не предпринимал по этому поводу. Он полагал, что дурная птица обоснуется на первом этаже и не станет соваться куда-то еще. Ага. Размечтался. В итоге все сложилось таким образом, что Корвус всегда находится там же, где и Малфой. Пока Драко занимается делами лавки, ворон наблюдает за ним, притаившись на шкафу. Когда парень отправляется спать, Корвус обычно дремлет на подоконнике спальни. Ну, а если Драко ест, то птица сует наглый клюв в тарелку. Одно лишь спасение — ванная комната, существование которой птица по какой-то причине игнорирует. Но не может же Драко там питаться?! Об этом и думать смешно, проще уже избавиться от пернатой катастрофы. — Будешь и дальше петушиться, отправлю под ливень, — клянется Малфой, окончательно выйдя из себя. — Не доводи. Стоит отметить, что обычно Драко относится к поведению Корвуса куда снисходительней. Но сегодня парень слегка взвинчен. Как всегда по вине Гарри. Как правило, Поттер не затягивает с письмами. Из-за плотного графика он чаще всего отвечает вечером (в крайнем случае, ночью), но без исключения в тот же день, что написал ему Малфой. Тянуть с ответом по несколько суток скорее вредная привычка Драко, который нашел некую прелесть в том, чтобы заставлять Национального Героя ждать. Сейчас же от Гарри нет ответа второй день, и это начинает напрягать — Малфой не любит внезапные перемены. Настолько, что кусок в горло не лезет. — Твоя взяла, — вздыхает парень, толкая тарелку, полную еды, в сторону притихшей птицы. — Налетай. Решив, что дальше так продолжаться не может, Драко отправляется в спальню и вытаскивает из шкафа мантию. Окидывает оценивающим взглядом отражение в зеркале, слегка поправляет пальцами челку. После, удовлетворительно кивнув, аппарирует на площадь Гриммо. Гарри повезет, если он по уши в делах или, к примеру, болен. В противном случае Малфой популярно объяснит болвану, чем может быть чревато долгое игнорирование его писем. — Поттер, бессовестная скотина, — громко зовет Драко, переместившись в коридор через портал. — Ты здесь? — спрашивает он, деловито отряхивая мантию от дождевых капель. — Я пришел поговорить о твоих манерах. Ответа не следует. Нахмурившись, Малфой пересекает гостиную, попутно заглянув в кухонную пристройку. Комнаты пустуют, хотя свет везде включен. Дверь в спальню Гарри слегка приоткрыта — наверное, ее владелец снова переборщил со снотворным. — Он у меня когда-нибудь доиграется… — бурчит под нос парень, толкнув дверь. И замирает, так и не переступив порог. В спальне царит полумрак, слабо разбавленный светом из гостиной. Шторы плотно закрыты, а постель заправлена наспех. На самом краю кровати сидит кузен Поттера. В домашней одежде, лохматый и невероятно помятый. На появление Драко парень даже не реагирует. Как-то это… подозрительно. Дурсль с потерянным видом что-то крутит в руках. Какой-то осколок. — Дадли? — зовет Малфой, прищурившись. Парень, резко дернув головой, загнанно смотрит на него, будто ожидая подлого удара. Похожий взгляд бывает у неизлечимо больных на приеме у лекаря. Все наши опасения, к сожалению, оправдались. Вы умираете. — Где Поттер? — холодно спрашивает Драко, предчувствуя, что надвигается буря. Дадли с горечью хмыкает и качает головой. — Не вернулся. Ушел вчера утром и все еще не вернулся. И Малфою дико хочется себя успокоить и сказать: «В этом нет ничего страшного». Это же Поттер, он безалаберный придурок. Наверняка увлекся какой-то девицей вечером в баре и отправился к ней домой. Или уснул в штабе, занимаясь подготовкой к очередному делу. Да в конце концов решил провести ночь дома у друзей, почему нет? Но чутье, подло ухмыляясь, противно шепчет: «Не-ет, братец. Не в этот раз». — Куда он ушел? — уточняет Драко, скрещивая руки на груди. Ужасно хочется как-то отгородиться от всего, не пропустить внутрь еще больше тревоги. — Знаешь, я очень завидовал ему, — Дадли, не обратив на вопрос Малфоя никакого внимания, тяжело вздыхает и смотрит впереди себя абсолютно пустым взглядом. — Гарри, я имею в виду. Еще в детстве. Волшебник, невероятно!.. Мне тоже хотелось быть одаренным, очень. И я ненавидел Гарри за это. И желал ему… много чего, на самом деле, — признается он. Дурсль сильно сутулится, его руки безвольно повисают, чуть не выронив при этом осколок. — Теперь я каждый день думаю, что проклял его каким-то образом. Что все эти несчастья — моя вина, — сипло шепчет парень. — Гарри лишился своей силы и ежедневно рискует собой, а я… был тем, кто желал ему столь гадкое будущее. Такое уже не исправить, как бы мне ни хотелось. «Заткнись. Закрой рот, ублюдок… Не смей мне тут исповедоваться, Поттер еще не умер!» Малфою до скрежета зубов хочется подлететь к парню и ударить по скорбной физиономии. Сдерживаться получается лишь с титаническим, мать его, трудом. — Я… знаю. Знаю, что когда-нибудь наступит день, когда я вернусь домой, и Гарри здесь не будет. И вообще больше… никогда не будет. Это попросту неизбежно, — Дадли пожимает плечами, и те безвольно опускаются вниз. — Вопрос лишь в том, какой из дней окажется тем самым, да?.. «Не этот. Точно не этот», — думает про себя Драко. Но уверенность постепенно тает. Испаряется, как вода из опрокинутого на стол стакана. Что, если Малфой с Поттером уже изменили ход истории? И угроза подошла к их порогу гораздо раньше? У Драко перехватывает дыхание от этих ужасных мыслей. Когда в последний раз ему было также страшно?.. — Я всегда так боюсь возвращаться сюда, ты бы знал… — судорожно вздыхает парень, запрокинув голову. — Что ждет меня дома сегодня? Очередной приступ психоза? Гарри будет ранен до полусмерти? Или же в гостиной окажется Рон с паршивыми новостями? Или Гермиона? Всегда гадал, кто именно из этих двоих придет, если… — Дурсль резко замолкает, так и не договорив. Малфой не может толком пошевелиться. Все, на что он сейчас способен, это глупо таращиться на кузена Поттера и молиться. Молиться, что происходящее — идиотская шутка. Что Поттер решил разыграть Драко и потрепать нервы. Сейчас этот балбес вот-вот выскочит из-за шторы или откуда-либо еще и крикнет: «Попался, Малфой! Все-таки ты за меня переживаешь, я так и знал!» Пожалуйста. Хоть бы так. Драко даже не будет злиться. — Гарри предупреждает, если не планирует здесь ночевать. Всегда. Он сам ввел это правило. Малфой без труда сопоставляет пазлы и догадывается: Поттер не вернулся домой и не предупредил, а значит с ним что-то случилось. И Дурсль не знает, что конкретно. — Дадли… — У меня есть четкая инструкция на такой случай. Ее тоже придумал Гарри, — добавляет он и шмыгает носом. На покрасневших глазах проступают новые слезы. — Иди в штаб Фениксов. Я уже сообщил Тео. Кажется, что сердце в груди обрывается и падает на самое дно, разбиваясь там в лепешку. Драко отчаянно хочется немедленно сорваться с места. Обыскать всю столицу, проникнуть даже в самые затхлые углы Лондона. Если потребуется, разрушить на пути любые преграды, но найти Поттера. И плевать, насколько это выполнимо, сейчас опция в виде рационального мышления доступна лишь частично. Но сперва нужно поговорить с Ноттом. Возможно, что он уже все решил. Каким-то чудом. — Если это было шуткой… — хрипит Малфой, доставая палочку. — Я вернусь и убью тебя. Понял? Дадли не реагирует. Лишь низко опускает голову и тихо всхлипывает. Драко аппарирует около главного входа в штаб Ордена. Ливень больно бьет крупными каплями по лицу и плечам, но парень толком не реагирует на это. Он стремительно забегает в холл и тут же сталкивается с огромной толпой сотрудников (что уже довольно странно для столь позднего часа). Люди суетятся, что-то громко обсуждая, все лампы, без исключения, зажжены. Атмосфера стоит невероятно напряженная, и это многократно усиливает опасения Драко. Дерьмо. Малфой пробивается сквозь столпотворение, грубо отталкивая собравшихся — на церемонии у него нет времени. Кто-то недовольно кричит в спину, но парень не обращает внимания. «Нотт, Мордред тебя дери, где ты?!» Кретины в форме Фениксов всячески мешаются и не дают толком набрать скорость. С каждой секундой выходя из себя все больше, Драко кое-как добирается до лестницы и бегом взбирается по ней на второй этаж. Тео находится в одном из коридоров, и вид у него… мягко говоря, взволнованный. Но в Драко все еще теплится надежда, что царящий вокруг хаос никак не связан с Поттером. Пускай хоть столицу захватили Пожиратели — Малфою плевать. — Нотт! — рявкает он, перекрикивая разделяющую их группу людей. — Вашу мать, дайте пройти!.. Люди расступаются и пропускают его к Тео. Основатель Фениксов окидывает запыхавшегося Драко обеспокоенным взглядом, а после выразительно кивает сотрудникам, намекая, что пора освободить пространство вокруг. Коридор пустеет достаточно быстро. — Нотт, скажи мне, что с Поттером все в порядке… — кое-как выговаривая слова, требует Малфой. Грудь от сбившегося дыхания ходит ходуном. — Пожалуйста, скажи что… — Драко, послушай… — рука Тео мягко опускается на плечо Малфоя. От его севшего, тихого голоса по телу проходит разряд, доставляющий физическую боль. О хороших новостях не говорят с такой интонацией. Где-то за окном раздается гром, да такой, что почти вибрируют стекла. — Нет, — все еще не в состоянии поверить в происходящее, Малфой отстраняется и упрямо качает головой. — Нет, не смей. Не говори этого. Прошу тебя… — практически скулит он. И Тео молчит. Но его скорбно поджатые губы и полный беспокойства взгляд — более чем исчерпывающий ответ. Это разбивает Драко на мелкие осколки.

***

418 дней до трагедии. Хотя какая уже, к черту, разница? Два дня практически без сна и с минимальным количеством еды, зато с непрекращающимся вихрем опасений и страхов в голове, которые с жужжанием ос крутятся в голове и жалят по самым больным местам. Гарри был похищен двадцать девятого октября, приблизительно днем, хотя свидетелей происшествия никто так и не нашел. Все, что было известно наверняка: после стандартной тренировки Фениксов-новобранцев Поттер отправился на обед с каким-то писателем, который планировал написать книгу-биографию о Северусе Снейпе и собирал информацию у всех, кто был знаком с тем лично. Встречу не согласовывал ни Нотт, ни Грейнджер — оба понятия о ней не имели. Единственный, кто хоть что-то знал — Уизли, с которым Гарри встречался за день до этого и поделился своими планами на день. Рон, чему лично Малфой не удивился совершенно, оказался крайне бесполезным информатором. Никчемный идиот не запомнил ни имени того писателя, ни места встречи. Несколько отрядов Фениксов и мракоборцев отправились на срочные поиски Национального Героя уже ночью тридцатого октября. Малфою же было велено сидеть в лавке и ждать новостей. Он, в свою очередь, послал Нотта с его «настоятельными рекомендациями» куда подальше и принялся за поиски самостоятельно. Испробовал множество вариантов, не пожалел сил и ресурсов, чтобы найти хоть какие-то зацепки. В ход шли различные заклинания и артефакты, а Драко круглыми сутками, игнорируя порывистый ветер и ливень, бьющий в лицо, носился по столице, словно обезумевший, чуть ли не заглядывая в каждый дом. Попытка. Еще одна. И еще. И еще. Но все безрезультатно. Абсолютно. Гребаная беспросветная пучина. …Нотт посещает лавку, когда Драко находится в таком омерзительном состоянии духа, что и описать трудно. Малфой как раз вернулся домой на жалкие полчаса, чтобы выпить очередную порцию бодрящего зелья и прихватить кое-какие артефакты. — Старина, ты как вообще? — осторожно интересуется Тео, прикрывая за собой дверь. Драко волком косится на основателя Ордена и тут же возвращается к поискам, дергаными движениями вытягивая ящички и заглядывая внутрь. — Я понимаю, что легче справляться с тревогой, делая что-то, но иногда лишние движения могут… — Выяснили что-то новое о Поттере? — резко перебивает Малфой. — Работаем над этим. — Понятно, — руки дрожат от того, насколько сильно Драко хочется ударить Нотта. — Тогда тебе лучше вернуться в штаб. Этот «сдержанный совет» стоит Малфою практически всего. Последние сутки парень находится в настолько взвинченном состоянии, что, кажется, готов начать убивать всех вокруг. Без преувеличений. Тео будто остается слепым и глухим к происходящему. Вместо того чтобы послушаться и покинуть лавку, основатель Ордена делает глубокий вдох и заявляет: — Через несколько часов в Министерстве дадут официальное заявление по поводу Гарри. Хотел предупредить тебя заранее, чтобы позже не возникло недопониманий. Малфой с шумом задвигает ящик и несколько секунд ищет в себе силы, чтобы посмотреть Нотту в глаза и при этом не выглядеть в край озверевшим. — Грейнджер объявит о его похищении? — кое-как ворочая языком, уточняет Драко. — Конечно же нет. Ясно. Значит, нагло солгут. Скормят сказку о какой-нибудь срочной миссии для Поттера или что-то вроде, и это моментально разнесется по всем газетам. И глубоко в душе, где еще плещутся жалкие остатки рассудительности, Драко понимает смысл и даже правильность подобного решения. Огласка не закончится ничем хорошим. Как минимум, паника среди гражданских помешает поискам Поттера. Как максимум, каждая тварь в этой стране узнает, что Гарри не всесилен, а следовательно открыт для удара. Но, тем не менее, Малфой в бешенстве. Потому что, черт подери, знай он об этом похищении заранее, то хотя бы попытался его предотвратить! Или, в крайнем случае, мог бы ускорить поиски. Но в итоге вынужден действовать вслепую и раз за разом задаваться вопросом: изменилось ли гребаное будущее или еще нет. — Мы должны работать на опережение. Если поиски все-таки затянутся, — добавляет Тео, не совсем правильно расценив молчание Малфоя. — «Мы»? — Я добавлю кое-что от себя. Дадим пару новостей о будущих планах Ордена, чтобы отвлечь внимание. Стандартная стратегия на подобные случаи. Потрясающе. — И что же вы будете делать, если в итоге найдете труп Поттера? — зло усмехается Драко, не сдержавшись. — Нет, стой, даже лучше… Когда Крауч оставит его голову у входа в Министерство. Что тогда, Нотт? — Мы пока не уверены, что это дел рук Пожирателей, — уклончиво отвечает Тео. «Правильно. Это запросто может оказаться планом кого-то из вас». Думать о том, что Гарри, возможно, уже мертв… Малфою стоило бы выдохнуть с облегчением, ведь в таком случае его проблемы решены. Чудесного спасения Поттером в будущем не случится, и судьба Драко больше не будет как-либо связана с этим человеком, но… Малфою нестерпимо больно. Каждую чертову секунду. — Мне и самому не нравится так поступать. Поиски продолжатся в том же духе, просто… Нельзя допустить паники, понимаешь? — оправдывается Нотт. — Ясно, — сухо отзывается Драко, рассовывая артефакты по карманам мокрой мантии. — Желаю удачи. Он не может положиться на этих людей. Если Гарри будет найден, то самим Малфоем. И тогда-то всем виновникам не поздоровится — легкой смертью никто не отделается. — Драко… Скажи мне, пожалуйста, ты что-то знаешь об этом похищении? Любая информация поможет, — внезапно интересуется Тео, делая шаг в сторону парня. Этот вопрос приводит Малфоя в искреннее недоумение. Нахмурившись, он приостанавливает сборы и косится в сторону Нотта. — Не понял. Тот отвечает далеко не сразу. Драко награждают долгим изучающим взглядом. — Ничего. Не обращай внимания. Кажется, я слегка не в себе из-за происходящего, — Тео изображает вялую улыбку, а после, не сдержавшись, накрывает лицо ладонями и сдавленно мычит, слегка опустив голову. — Прости-прости, я… мне нужно как-то сохранять уверенность, или все падут духом, но внутри я просто… — парень резко выпрямляется и изображает руками подобие взрыва. — Он ведь мой лучший друг. Думаю, что уже не оправлюсь, если… Извини. Не хотел пугать тебя еще больше. «Не прикидывайся здесь главной жертвой», — зло думает про себя Малфой, поморщившись. — Я не напуган. — А вот я — да, — Тео улыбается, но голос его предательски дрожит. — Охуеть как, братан. Чутье подсказывает, что мы отыщем Гарри живым, но… ожидание изматывает похлеще проклятия. Ты ведь меня понимаешь сейчас, да? Драко опускает голову, покосившись на свои руки. Пальцы бьются в крупной дрожи — парень превысил лимит бодрящего зелья еще вчера. Чувство приближающейся трагедии? Малфой знает о нем больше, чем кто-либо. Он живет в этом гребаном режиме практически год. — У меня нет времени на жалость к себе и тем более к тебе, — наконец отвечает Драко. — И без этого есть, чем заняться. — Жестоко. Но честно, — хмыкает Тео. Он вовсе не разозлился. — Хорошо. Тогда будем оставаться на связи, окей? Я сообщу, когда появятся новости. Удачи тебе, — парень хлопает Малфоя по плечу, а после, чуть-чуть помедлив, идет к выходу. Интересно, какую ложь о Поттере подадут общественности? Объявят о срочной поездке или болезни? Даже думать об этом гадко. Но вот что действительно важно: может ли на пресс-конференции появиться кто-то из похитителей Гарри? Многие преступники стараются следить за ходом расследования, так что вероятность имеется, хоть Малфой и не в состоянии точно определить, насколько большая. В любом случае, на данный момент других зацепок нет. — Стой. Я иду с тобой, — решительно объявляет он, догоняя Нотта. Тео тормозит в паре шагов от двери и поворачивается. Он несколько раз растерянно моргает, но очень быстро становится задумчивым, рассматривая Малфоя. — Я могу на тебя положиться? — наконец-то реагирует Нотт. — Проблем не возникнет? Драко прекрасно понимает, что был далек от понятия «примерное поведение» последние пару дней, поэтому не оскорбляется из-за подобного уточнения. — Можешь, — сухо кивает он. — Меня даже не заметят. — Хорошо, — после минуты размышлений соглашается Нотт и устало улыбается. — Честно говоря, поддержка друга мне сейчас не помешает. Идем? …Небольшой зал в Министерстве плотно забит журналистами и подчиненными Грейнджер. Тео временно оставил Драко одного, объяснив, что должен встретиться с Гермионой и еще раз проговорить сценарий перед началом пресс-конференции. Малфой внимательно присматривается к окружению, ища взглядом кого-то хоть немного подозрительного. Но ни в разговорах, ни в поведении присутствующих не наблюдается ничего, достойного внимания. Поэтому Драко решает дождаться выступления Министра Магии и уже тогда понаблюдать за реакцией. На небольшой помост с широким столом на нем Гермиона выходит в сопровождении Тео. Оба выглядят совершенно обыденно — так и не скажешь, что на днях они столкнулись с катастрофической проблемой, решения которой пока не наблюдается. Грейнджер и Нотт поочередно говорят о текущей обстановке в стране, оценивая ту, как спокойную, несмотря на усилия Пожирателей и Барти Крауча. После Грейнджер переходит к деталям стратегии Министерства по усилению порядка в стране. За час, что длилась речь, о Национальном Герое не упоминается ни разу. Решив, что присутствие на этом выступлении — пустая трата времени, Драко уже собирается уйти, так и не дождавшись завершения. Но почти сразу вынужден передумать. Дверь в зал распахивается, перебив Тео на полуслове, и внутрь заходит никто иной, как сам Гарри Поттер. И Малфой настолько ошеломлен его появлением, что сдерживается от окрика лишь в последнюю секунду. Гарри, откинув резким движением алый плащ за спину, грузной походкой поднимается на помост и присаживается между Грейнджер и Ноттом. Изображает скупую улыбку и коротко кивает собравшимся корреспондентам. Брови парня слегка нахмурены. — Прошу прощения за опоздание, — громко говорит он. — Задержали дела. Цел и невредим. Драко во все глаза таращится на Поттера, заставляя себя поверить, что все беды позади. Но облегчение не приходит. — Моя часть еще не началась? — уточняет Поттер у Тео. Последний хмыкает и приглашающе кивает в сторону журналистов. — Отлично. Как уже упомянул мистер Нотт, Фениксы планируют оказать всяческую поддержку Министерству Магии с переписью населения. Эта задача поможет решить сразу несколько проблем, с которыми мы вынуждены сталкиваться регулярно после окончания войны… — парень, слегка поморщившись, поправляет очки, дернув те за дужку. Драко прикрывает глаза и судорожно втягивает носом воздух. В груди словно ковыряют тупым ножом. У этого человека внешность и голос Гарри, его одежда и аксессуары, но это все еще не Поттер. Вот о каких недоразумениях говорил Тео. Издевательство. С какой легкостью они заменили Поттера. И даже не поморщились, мрази. Нотт все так же сидит со своей легкой полуулыбкой и кивает в такт словам фальшивки, Грейнджер и бровью не повела. Невероятной преданности друзья. Что бы сказал обо всем этом сам Гарри? — …Я также приму участие в этой миссии и уже сегодня отправлюсь на север страны, — продолжает говорить подделка-Поттера. Как же хочется достать палочку и поджечь все вокруг. Кто кроется за лицом Национального Героя? Наверняка Уизли, кому бы еще Грейнджер с Ноттом смогли доверить подобное. Этот фарс продолжается еще около часа, хотя для Драко время пролетает за считанные мгновения. Парень даже не замечает, в какой момент выступление заканчивается и начинается часть с вопросами от корреспондентов. Единственное, что заставляет Малфоя прийти в себя, это появление Забини неподалеку. Когда не нужно, Блейз всегда рядом. — Привет, дружище, — лучезарно улыбается он. — Как твои дела? Думал обо мне? — Забини, сгинь. Мне сейчас не до тебя. — Ого, это еще что за голос такой? Что-то стряслось? — Блейз косится в сторону Поттера, отвечающего на очередной вопрос журналиста, и усмехается. — Поссорились с его Величеством? Драко угрюмо усмехается, испытывая небольшое облегчение от фантазий о пытках Забини. — Ты можешь со мной поделиться, знаешь? — тихо говорит Блейз, изображая участие. Он приобнимает Малфоя за плечи. — Исключительно по-дружески, без огласки. — Кнат цена твоим обещаниям. — Мы оба знаем — это клевета. Давай, Драко, объясни, почему Потти не вызывает у меня приступа тошноты от одного взгляда? Подозрительно смирный он сегодня, не находишь?.. Проницательность демимаски. Малфою становится смешно: неужели он настолько жалко выглядит, раз Блейз выбрал его своей целью для добычи информации? — Без понятия, о чем ты, — холодно отзывается Драко. — Поттер сегодня невыносим так же, как и всегда. — Не-е, обычно наш придурковатый Герой разок да выкинет что-нибудь такое, отчего госпожа Министр начинает морщить нос, — фыркает Забини. — А сегодня он ей чуть ли в рот не заглядывает, странно. Да и вообще… Я так и не понял, нахрена было организовать эту встречу? Неужели загадочной переписью прикрывают другую миссию, м? — Ты все перепутал. Задавать вопросы надо туда, — Малфой выразительно указывает рукой в сторону помоста. — Я не особо люблю вести диалоги с Грейнджер, — качает головой Блейз. — У нее есть отвратительная привычка нести такую несусветную хрень, что у меня глаза на л… Ауч!.. Ай-ай, да хватит!.. Панси, брезгливо поморщившись, отпускает мочку уха, за которую оттащила болтливого журналиста от Драко на пару шагов. — Снова подрываешь авторитет власти? — суровое выражение лица секретаря Министра не предвещает ничего хорошего. — Я ведь предупреждала. — Да как ты это делаешь?! — восклицает Забини, растирая ухо. — У тебя в черепушке настроена эхолокация на любое упоминание Грейнджер?! Паркинсон наклоняет голову вбок и исподлобья смотрит на Блейза, придавливая парня тяжелым, многозначительным взглядом. — Так-так-так, а что это у нас тут? — Нотт подходит к собравшейся компании, останавливаясь около Малфоя и незаметно бросая на того взгляд. — Неужели встреча выпускников Слизерина? Йоу, Блейз. Драко, недоуменно вскинув брови, поворачивает голову в сторону помоста. Там осталась лишь Гермиона, отвечающая на последние вопросы. Фальшивка-Поттер исчез. — То-то я чувствую, что сыро стало вокруг, — хмыкает Забини. — Тедди, тебе разве не нужно сейчас сидеть около Грейнджер? — Увы, слишком много дел, — пожимает плечами Нотт, усмехаясь. — Драко, нам с тобой уже пора. Ясно. Бросив все, Тео и Панси примчались сюда, испугавшись, что Малфой проговорится Блейзу. Какие бравые защитники. Мысли Драко и Забини в этот момент удивительным образом сходятся. Потому что последний говорит: — И почему у меня складывается ощущение, что вы все дружно пытаетесь меня наебать? — парень улыбается, но его взгляд прищурен, как у хищника, почуявшего запах крови. — Давайте колитесь, что происходит на самом деле? Только не говорите, что мы остались без Национального Героя. Я же не переживу. Панси и Тео украдкой переглядываются. Малфой благоразумно молчит, оставив разборки с надоедливым журналистом другим. — Столько лет прошло… — горестно вздохнув, качает головой Нотт. — А этот кретин все еще верит в теории заговоров, — договаривает за ним Паркинсон, скрестив руки на груди. — Вот поэтому женщины тебя и сторонятся, дружище. — Это точно. Убогое зрелище. Даже смотреть больно, — цокает Панси, закатив глаза. Тео и Паркинсон действуют слаженно и с легкостью дополняют друг друга, словно провели бок о бок большую часть жизни и могут теперь читать мысли. Они впиваются ядовитыми клыками в Блейза, будто две головы одной и той же змеи. — Что это такое началось? — кривит губы Забини. — Отвлечь меня не получится, и не думайте. Основатель Ордена и секретарь Министра переглядываются, и Драко готов поклясться: эти двое буквально отзеркалили друг друга, одновременно вскинув брови. — Ты понял, от чего мы его отвлекаем? — саркастично любопытствует Панси. — Если бы, — хмыкает Тео и поворачивается к Блейзу. — Дружище… Тебе бы задуматься об отпуске, м? А то скоро начнет развиваться какая-нибудь дрянь. Типа паранойи или… — С этим ты опоздал, Нотт. Забини, серьезно, пора взрослеть. Позоришь весь факультет. — Полегче, Панс. Ты же в курсе, что Блейз у нас человек творческий. Его легко… задеть, — парень с нескрываемым сочувствием хлопает мулата по плечу. — Мы все понимаем, старина, и не требуем от тебя невозможного… Просто будь собой. — Эй, сволочи. Хватит пудрить мне мозги, — усмешка Блейза искажается от злости. — Не заводись. Хочешь, я дам тебе пару волнующих новостей для публикации? — Тео берет Забини под руку и без спросу уводит того в сторону. — Ты знал, что мистер Гринграсс… Продолжения Драко не слышит. Паркинсон, едва Блейз отвернулся, грубо хватает Малфоя за кисть и тащит к выходу из зала. — Что ты… — Вытаскиваю тебя из логова пираний! — раздраженным шипением перебивает Панси, дергая парня. — Нотту совсем мозги отшибло, раз он позволил тебе сюда явиться! Тупоголовой кретин! — Я бы не проболтался! — возникает Малфой. Он резко тормозит, заставляя остановиться вместе с собой Паркинсон. К этому моменту они уже вышли в пустующий коридор. Драко силой вырывает руку из захвата и взглядом, полным негодования, прожигает девушку насквозь. — Можешь не беспокоиться. Я ухожу. Панси в сомнении выгибает бровь и зачем-то косится Малфою за спину. Затем коротко кивает и обещает: — Не буду. Прохладные пальцы касаются шеи Драко, и в это же мгновение он ощущает резкий, пронизывающий удар, проникающий в каждую клеточку тела. Становится до невозможного жарко и больно настолько, что реальность вокруг расплывается и теряет привычные очертания. В голове раздается невыносимый, оглушающий треск. Потеряв способность дышать, Малфой безвольно валится на пол. Чудовищный жар мгновенно отступает, оставляя за собой убийственный холод и пустоту. И в глазах окончательно меркнет.

***

Какой это день?.. Драко ежится, растирая озябшие руки, и оглядывается по сторонам. Обстановка вокруг вызывает невероятное количество вопросов. На километры вокруг ни единого признака цивилизации. Лишь опушка дремучего леса, сплошь покрытая снегом, и тяжелое пасмурное небо над головой, до которого будто можно дотянуться рукой — настолько низко стелятся плотные облака. А за спиной ничего, кроме бескрайней равнины. — Какой это, черт возьми, день?.. — с легкой паникой спрашивает себя Малфой, похлопывая по рукавам, а после по карманам. Палочки не находится, и чувство тревоги из-за этого усиливается троекратно. Не оказывается при себе и амулетов, хотя Драко не входит в число волшебников, что позволяют себе выйти из дома полностью безоружными. Бред какой-то. Может, его каким-то образом похитили и бросили в этой глуши? Скверно. Малфой бьет себя по щекам в попытке успокоиться. А когда почти получается вернуть хладнокровие, со стороны леса раздается громкий треск сухих веток. Через мгновение, с грацией соплохвоста пробравшись сквозь плотно растущие стволы деревьев, на опушку выскакивает Тео. Одет он при этом слишком легко — лишь брюки и мятая черная рубашка. Из Драко вырывается облегченный возглас: он оказался в этом месте не один! Шансы на спасение увеличиваются вдвое (а то и втрое, если при основателе Ордена имеется его палочка). — Эй! Нотт! Я здесь! Сюда! — размахивая руками, привлекает к себе внимание Малфой. Драко даже не замечает, как Тео оказывается в паре шагов от него — расстояние сокращается словно по волшебству за пару секунд. В глазах Нотта читается ужас. Парень неловко тормозит и собирается что-то ответить, но внезапно из распахнутого рта вырывается мученический стон вместо слов. Тео сгибается пополам, поспешно закрывая лицо ладонями. Малфой, обеспокоенно нахмурившись, делает шаг навстречу и тут же испуганно отскакивает назад. Сугроб около ног взрывается в мелкие хлопья, когда в него угодил сноп искр. — Не подходи к нему! — рявкает Уизли, внезапно очутившись на поляне. Лицо мракоборца искажено яростью. — О-о, я так и знал! Гребаная оборотка! Когда Нотт поднимает голову, Драко не узнает его. Угловатые черты, глубокие впадины под карими, практически черными глазами. Щетина на щеках, которой Тео никогда не допускает, и соломенные, лохматые волосы вместо аккуратной укладки. — Скоро увидимся, Малфой-младший! — хищно скалится Барти и бросается прочь, поднимая за собой снежный вихрь. Не успевает Драко опомниться, как мимо проносится Рон, по случайности толкнув в плечо. Малфой по инерции поворачивается в корпусе. А когда снова обращает взгляд в сторону Крауча и преследующего его мракоборца — обоих уже и след простыл. — Что вообще происходит?.. — оторопело выдыхает Драко, ладонью убирая упавшие на глаза волосы. На периферии зрения мелькает что-то подозрительное, и Малфой резко дергает головой, ожидая увидеть потенциального врага. Но замечает лишь небольшого зверька, чья белоснежная шкурка практически сливается со снегом. Когда их с Драко взгляды пересекаются, остроконечные уши напрягаются и загораются алым, как и пушистый хвост. «Люмисфен?» — догадывается Малфой. Животное, не раздумывая, бросается прочь, под защиту леса. Доверившись интуиции, Драко бежит за ним. Чащобы не балуют гостеприимством: ноги то и дело спотыкаются о камни или корни, а сухие ветки больно проходятся по лицу и рукам, оставляя жгучие ссадины. Но Малфой упрямо несется вперед, стараясь не упустить из виду магического зверька, ловко перепрыгивающего через любые препятствия на пути. Почему-то цель по поимке люмисфена становится настолько важной (чуть ли не жизненно важной), что мысль о провале пугает до дрожи в коленях. Где-то очень высоко, за кривыми ветвями, сплетенными в плотную сеть, раздается тревожное карканье. И только стоило отвлечься на этот звук, как Драко спотыкается об острый камень и с криком катится по небольшому склону. Через считанные секунды парень вываливается на небольшую полянку, окруженную плотной стеной деревьев. Люмисфена поблизости не наблюдается, однако… Прямо перед собой Малфой видит Гарри. В мундире Феникса, с алым плащом за спиной. Поттер выглядит здоровым и невредимым. Ни ссадин, ни синяков или других следов побоев. «Хотя с чего бы ему быть избитым?» Гарри удивленно усмехается, словно и сам не ожидал встретиться с Драко, и протягивает ладонь, помогая подняться на ноги. — Поттер… Беспокойная, до конца не сформулированная мысль крутится в голове: Гарри не должно быть здесь, точно не на расстоянии вытянутой руки. За последние полчаса произошло много непонятного, даже странного, но вот появление Поттера — самое неправильное. Хотя Драко и сам не знает, почему. — Кажется, я немного заблудился, — беспечно фыркает Гарри, оглядываясь по сторонам. — Не знаешь, где мы? — Без понятия. В каком-то лесу. Я… — Разве? А больше похоже на улицу. Драко хмурится и отрывает взгляд от Поттера. Пространство вокруг стремительно меняется, словно резко перевернутая страница альбома. Деревья заменяются фонарными столбами, вокруг появляются стены зданий, а снега становится в разы меньше. И это место Малфой узнает без каких-либо усилий. А вместе с осознанием приходит и паника. — Нет… Нет, еще рано, — трясет он головой, чувствуя, как каждая клеточка в теле начинает деревенеть. — Я еще не готов!.. — Драко, — усмехается Поттер. Снисходительно и печально. — Не глупи. Ты никогда не будешь готов. Национальный Герой, поправив очки на переносице, решительно поднимается по лестнице Либерти Дан. Нижняя часть алого плаща за его спиной начинает медленно тлеть, хотя огня вокруг нет. Малфой же не может ни пошевелиться, ни сказать что-либо. Лишь безвольно наблюдать. Не проходит и минуты, как Поттер скрывается в абсолютно черном проходе распахнутых дверей печально известной библиотеки. Мгновение, и перед глазами Малфоя вспыхивает яркая, до боли в глазах ослепляющая вспышка. Все вокруг окутывает пламя.

***

Хрипя, Малфой рывком принимает сидячее положение и хватается за грудь. Сердце бешено колотится, да так, что грохот отдается в ушах. Зрение еще толком не сфокусировалось: все размыто и в приглушенных цветах. — Твою мать… Ха-ах… Твою мать… — задыхаясь, бормочет парень и сгибается, обнимая себя. Драко толком не помнит, что ему снилось. Детали ускользают быстрее песка в перевернутых часах, оставляя за собой гнетущую пустоту. Но тело ведет себя так, будто Малфой в смертельной опасности, не иначе: мелкая дрожь, словно проказа, захватывает каждый участок. Требуется не меньше пяти минут, чтобы хоть как-то взять себя в руки. Парень быстро оглядывается по сторонам и внутренне холодеет — эта спальня ему не знакома. Из мебели здесь только небольшая кровать, пара тумбочек и высокий шкаф у стены. Сам Драко в той же одежде, в которой был на пресс-конференции. Брюки измяты, рубашка наполовину расстегнута и выглядит не менее неряшливо. Мантию Малфой не находит, но что еще хуже, свою палочку — тоже. В голове постепенно начинает проясняться, и картина последних событий понемногу восстанавливается. Драко вспоминает: он потерял сознание, когда чертова ведьма Паркинсон что-то с ним сделала. Дерьмо, сколько времени Малфой потерял в отключке?! Стараясь не издавать шума, парень медленно встает с кровати. Все тело подозрительно ломит, а сил на передвижение так мало, что хочется свалиться на пол прямо сейчас и проспать еще сутки. Но, стиснув зубы и пересиливая себя из раза в раз на каждом шагу, Драко упорно подходит к двери и толкает плечом. Та не заперта. Коридор оказывается довольно узким. Глаза Малфоя находят всего две двери с противоположной стороны, а также арку, за которой просторное, невероятно светлое помещение. Немного подумав, парень направляется именно туда, периодически придерживаясь стены — равновесие не перестает подводить. Спустя минуту черепашьего шага Драко оказывается в гостиной. Первое, что бросается в глаза — огромный махровый ковер на полу, заваленный разноцветными подушками и книгами со свитками. Жуткий бардак, практически как после ограбления. Небольшой диванчик у стены небрежно накрыт шерстяным пледом и также погребен под кучами пергамента и каких-то коробок. Журнальный стол заставлен немытыми чашками. Драко кривится и проходит в соседнюю комнату, которая оказывается кухней. Здесь, что очень удивительно, наблюдается практически идеальный порядок. Ни пыли, ни грязной посуды. Даже разводов от воды на столешнице. Складывается впечатление, что хозяин не привык часто находиться здесь. Драко, не переставая оглядываться, поочередно открывает ящики до тех пор, пока не находит место для хранения кухонных приборов. Палочки нет, а Малфой пока не уверен, с какой целью его оглушили и притащили сюда. Поэтому он берет разделочный нож и прячет за спиной. На случай, если ситуация сложится совсем гадко. Драко возвращается в гостиную, а из нее в небольшой коридорный карман, где находит входную дверь. С первого взгляда ничего подозрительного, но без палочки невозможно определить наверняка. Поэтому, сделав глубокий вдох, парень осторожно касается ручки. По предплечью тут же проходится жгучая боль, что мгновенно сходит, когда Драко отшатывается назад. Физических повреждений, впрочем, на теле не остается. — Не трать время, там заперто! — звучит громкий, звенящий от недовольства оклик откуда-то со стороны. Малфой без труда узнает голос. Поморщившись, парень возвращается в гостиную и направляется к двери, которую еще не проверил. Странный симбиоз кабинета и зимнего сада. Стены и потолок сделаны из толстых стеклянных панелей с черными стыками между собой. Снаружи виднеется небольшой дворик с высокой живой изгородью. Внутри небольшой комнатки расставлены мелкие и крупные горшки с различными растениями. В самом углу — огромный стол с хаотично сваленным прямо на нем садовым инвентарем. В другой части еще один стол, но в этот раз письменный, а также несколько ящиков для хранения свитков. Именно там Драко и замечает Панси. Короткие волосы ведьмы спрятаны под туго завязанным изумрудным платком, а на костлявых плечах висит растянутый черный свитер, широкие рукава которого подвернуты выше локтя. Малфой застывает прямо на пороге, плечом прислонившись к косяку. — Стоит сказать «доброе утро», да вот язык не поворачивается, — раздраженно ворчит Паркинсон, оставляя размашистую подпись на одном из пергаментов. Ладони и пальцы усеяны брызгами от чернил. — Какого хрена ты встал с постели? — Какой сейчас день? — кое-как выговаривает Малфой. — Неприятный, раз ты очнулся. Проклятье, стоило усыпить тебя и продержать во сне до конца поисков… И как я сразу не додумалась?.. — девушка даже не смотрит в сторону Драко. — Так много проблем решилось бы еще до их возникновения… — Мне повторить вопрос? — Да следующий это день, чего ты прицепился?! Поттера похитили три дня назад, пресс-конференция была вчера. Сверяй часы. Ватные мозги Драко кое-как шевелят извилинами и совершают нехитрые вычисления. Значит, 417 дней до трагедии. Хотя Малфой и сам не знает, какого черта он продолжает вести отсчет в таких обстоятельствах. Наверное, это немного успокаивает. Если будущее не изменилось, то прямо сейчас Поттер жив. И будет таковым минимум год. — Ясно. Что ты сделала со мной? — выдает следующий вопрос Драко. У него их успело накопиться достаточно. — Отправила поспать. Не благодари, кстати, — усмехнувшись, язвит девушка. — Ты оглушила меня и похитила, — Малфой звучит холодно, но на деле начинает закипать от злости. Последнее заявление наконец-то заставляет Панси оторваться от дел и посмотреть на него. — Сам виноват. Твое поведение в последние дни нельзя назвать адекватным. Хотя… — Панси гадко усмехается и складывает локти на столешнице, — как по мне, вполне закономерно. Кто угодно бы свихнулся, потеряв своего любовника, а? Панси мастер говорить неуместные вещи в неуместное время. Малфой решает пропустить последний намек мимо ушей, как крайне абсурдный, но в груди что-то неприятно откликается. — В общем, — вздыхает Паркинсон, не дождавшись реакции, — все единогласно решили, что тебя лучше подержать здесь, пока все не образуется. К моему несчастью. — Единогласно? — Да, твой дружок Нотт не сильно противился, — насмешливо фыркает Панси, возвращаясь к бумагам перед собой. — Отличный выбор союзника, Малфой! — откровенно издевается она. — Я на такое не согласен. Выпусти меня, — требует Драко, насупившись. Паркинсон демонстративно зевает. — Немедленно, — добавляет Малфой, делая шаг внутрь помещения. — О-ох… — закатывает глаза Панси и вновь поднимает голову. — А то что? Задушишь меня голыми руками? Или… О, подожди-ка… — девушка хмыкает, покосившись на правую руку Драко. — Что это у тебя за спиной? — она даже привстает и широко улыбается. — Неужели это нож?! Да?! Я угадала?! Ха! Комната наполняется заливистым, весьма оскорбительным смехом. Драко зло кривится. Он вообще не собирался нападать в открытую, нож нужен был только на экстренный случай, если придется защищаться! Но веселье Панси выводит его из себя и заставляет действовать необдуманно. Кое-как передвинув ноги, Драко шагает вперед, но тут же останавливается из-за резкого головокружения. — Реально? Пойдешь на волшебницу с одним ножом?.. — Паркинсон, перестав гадко хохотать, выглядит немного озадаченной. — Не могу понять… Это мужество или безумие? Решимость, намертво переплетенная с отчаянием — вот что испытывает Малфой в этот момент. И наверняка именно это каждый раз ощущает Гарри, хватаясь за оружие. Проклятье. — А хотя знаешь, это будет даже занимательно, — Панси резко поднимается и демонстративно берет палочку. — Не дергайся, Малфой, я ей не воспользуюсь. Вот, смотри, положила сюда, чтобы ты видел, — девушка оставляет ее на краю стола и выходит из-за него. — Давай. Я безоружна. Нападай, — мерзким голосом шепчет она. Малфой, почувствовав неладное, медлит. Тогда ведьма, наклонив голову вбок, раскидывает руки в стороны. Казалось бы, лучшего момента не найти. Мужчины физически сильнее женщин, у Панси без магии нет и шанса. Но что-то не так. Мысли крутятся и неизменно возвращаются к предыдущему вечеру, когда одно касание пальцев Паркинсон лишило Драко сознания. — Ты не атакуешь. Почему? — щурится Панси. — Ты оглушила меня без палочки, — обреченно вздыхает Малфой, швыряя нож на пол. Шансов на деле как раз-таки нет у него. — Верно, — с удовлетворенным видом щелкает пальцами Паркинсон. — Ты не безмозглый, что и требовалось доказать. Что ж… это радует, — вздыхает она, возвращаясь обратно на рабочее место. — Есть надежда на мирное сосуществование. Драко бросает загнанный взгляд в окно. Поттера не могут найти уже несколько дней, и… Кто знает, в каком он сейчас состоянии. Он жив, Малфой практически не сомневается в этом, но вот надолго ли? — Нет… — парень опускает голову, до боли стискивая запястье, — я не могу остаться. Мне нужно найти его, — голос под конец совсем садится и трещит, словно щепки под прессом. — Ничего не выйдет, — безапелляционно отрубает Паркинсон. Горло стягивает шипастая лоза, глубоко вонзаясь в кожу. — Я… прошу тебя… — Слушай!.. — выйдя из себя, восклицает Панси. — Хочешь знать мое честное мнение? Я бы с удовольствием наложила на тебя обливиэйт и пошла заниматься своими делами! Но Миона приказала с тобой нянчиться, пока ситуация хоть сколько-то не прояснится, так что… по твоей милости я тоже здесь заперта, — шипит она, покосившись на Драко исподлобья. Малфой отвечает не менее «дружелюбным» взглядом. — Так что, дорогой мой… Давай не выяснять, у кого тут более мерзкий характер, потому что, уверяю, первенство будет за мной. Ты ведь не хочешь оказаться связанным и под силенцио? Отлично! Тогда вали из моего кабинета и займи себя чем-нибудь. Резкий взмах палочки, и Малфоя отталкивает мощным порывом невидимой силы. Парень пятится и неловко переступает порог. В этот же момент дверь перед ним захлопывается, чуть не прищемив нос. — Блять!.. — рявкает Драко, с досады ударив по запертой двери. Голова раскалывается на кусочки, а тело едва двигается. Видимо, сказывается недавнее злоупотребление бодрящим зельем, недоедание, отсутствие нормального сна (не считая тех нескольких часов, что он фактически провел без сознания) и магия, которую Панси использовала на нем прошлым вечером. Драко кое-как доходит до дивана, сбрасывает на пол хлам и моментально проваливается в сон, стоило ему только присесть. …В комнате царит кромешный мрак, когда парень просыпается. Шея и плечи ноют от неудобной позы, и Малфой со стоном принимает сидячее положение. «Гостеприимная» хозяйка не озаботилась обеспечением ему банального комфорта — подложить Драко подушку или хотя бы накрыть пледом, который лежал буквально в метре от него. Вредная ведьма. Малфой поднимается и пытается размяться, с неудовольствием отмечая, что сил после сна не прибавилось совершенно. Сейчас парень ощущает себя не лучше столетнего старика. Свет во всех комнатах погашен. Видимо, Паркинсон отправилась спать. Посчитав для себя это отличной возможностью, Драко неспешно идет осматривать дом в поисках своей палочки. Кто знает, может Панси достаточно глупа и оставила ее без защиты? Почти что двухчасовые, безрезультатные поиски говорят как раз об обратном. Более того, окна в доме оказались зачарованы против побега, превосходно. Проклиная все на свете, Малфой подходит к последней комнате и осматривает дверь. Нет никаких сомнений в том, что это спальня хозяйки. И Драко даже прикасаться к ней не нужно, чтобы почувствовать, насколько много защиты поставлено вокруг. Сначала Малфоя забавляет это открытие. Чуть погодя становится не по себе, а еще через пару минут — совершенно гадко. Подумать только, девушке приходится ставить несколько мощных щитов на собственную спальню, лишь бы в нее не пробрался Драко. Будто он какой-то насильник. Или психопат-убийца. Хотя… Последнее в каком-то смысле не лишено правды. Досадливо поморщившись, Малфой вынужденно отправляется к себе в комнату, где наконец-то раздевается и залезает под тяжелое одеяло. Когда сон снова окутывает его веревками и утаскивает в свое царство, последняя осознанная мысль в голове Драко связана с Гарри.

***

Второй день заточения в доме Паркинсон. Проснулся Драко разбитым. Видимо, снова снились кошмары, детали которых не отложились в памяти. Растирая глаза, он не без легкого омерзения надевает ту же одежду, в которой провел последние пару дней, и плетется в ванную. Так как сменного комплекта одежды нет (и просить Панси о нем парень определенно не собирается), Малфой лишь умывается и причесывает волосы рукой. Будь у него палочка… Впрочем, с палочкой Драко уже бы давно покинул это проклятое место. В желудке неприятно посасывает и скручивает от голода, поэтому парень отправляется на кухню. Готовой еды, как и ожидалось, нет. Лишь сырые овощи (не самые свежие на вид), надорванная упаковка пресных крекеров и пара мелких яблок. Немного подумав, Малфой останавливает выбор на последних. Когда парень уже догрызает фрукт, в кухню заходит Паркинсон. Стерва выглядит опрятно и свежо: черные волосы аккуратно уложены, на лице легкий макияж, а от бежевых брюк и заправленной в них водолазки приятно пахнет чем-то цветочным. И чертовы очки на переносице. — Ты проспал до полудня, — заявляет она и бросает Драко весьма крупный крафтовый сверток. — Посылка от Нотта. — Швырять было обязательно? — бурчит парень. — Радуйся, что не сожгла еще на входе. — Да, вполне очевидный ответ. Не знаю, зачем вообще спросил… — округлив глаза, язвит Малфой и вскрывает пакет. Внутри оказываются аккуратно упакованные домашние кофта и брюки, а также нижнее белье и пара свежих носков. В дополнение к этому сложенное пополам письмо. Драко, Прости, что слегка подставил тебя, согласившись на домашний арест в доме Панси. Но я не мог и дальше смотреть, как ты себя изводишь. Наверное, ты в бешенстве. Мне реально жаль. В любом случае, постарайся взглянуть на ситуацию под другим углом и воспользоваться предоставленным временем для отдыха, ты давно его заслужил. Я навещу тебя при первой возможности. Малфой не успевает дочитать письмо Нотта (автора он узнает практически сразу) до конца — отвлекает подозрительный звук за спиной. Драко дергает головой и замечает, как Паркинсон наполняет бокал напитком бордового цвета. — Вино с утра пораньше? — выгнув бровь, уточняет он. — Лекарство от психоза, — дергает плечом Панси. На вопросительный взгляд она морщится и поясняет: — Я дурею, долго находясь в четырех стенах. — Куда ж еще больше?.. Девушка гримасничает в ответ, а после делает демонстративный глоток. Драко же возвращается к письму. Понимаю, что сожительство с Панси в каком-то роде похоже на дележку пещеры с драконом, но к ней можно найти подход. При должном старании. Я бы рекомендовал по возможности с ней не контактировать. И ни в коем случае не смотреть ей в глаза. Отправляю тебе комплект удобной одежды, надеюсь, что придется по вкусу. Крепись и набирайся сил. Т. Нотт. — Лучше бы палочку отправил, — сокрушенно вздыхает Драко и комкает письмо. — Обойдешься. Раз получил свежие шмотки, то вали в душ. А то гиппогрифьим дерьмом несет, — цокает Панси. — Рад, что тебе неприятно. Панси собирается что-то ответить, но ее перебивает странный стук, раздавшийся со стороны гостиной. Переглянувшись между собой, Драко с Паркинсон спешно идут туда. Малфой почти сразу же замечает за окном Корвуса. Увидев хозяина, ворон приходит в крайнюю степень неистовства и начинает биться о стекло. — Что это за чудовище? — выгнув бровь, интересуется Панси. — Это мое чудовище. Впусти, пока он не разнес тебе окно. Паркинсон медлит, скептично наблюдая за агонией птицы. После, раздраженно выругавшись, взмахивает палочкой, и створки окна открываются. Черная молния влетает в помещение с невероятной скоростью, и уже через мгновение все пространство вокруг наполняется криком Панси. Корвус (окончательно рехнувшись, не иначе) впивается в макушку ведьмы и разъяренно машет крыльями, громко каркая при этом. Драко от неожиданности даже замирает: давно позабытый детский страх перед воронами на мгновение берет вверх. — Убирайся! — верещит Паркинсон, крутясь волчком. — УБИРАЙСЯ! Взяв себя в руки, Малфой подскакивает к девушке и пытается отодрать от нее Корвуса. Птица из последних сил сопротивляется, и Панси, не переставая вопить, начинает размахивать руками. — Да успокойся ты!.. — строго прикрикивает на нее Драко. — СНИМИ ЕГО! СЕЙЧАС ЖЕ! Малфой, разозлившись, впивается пальцами в Корвуса и резко дергает на себя. Паркинсон пятится и, случайно споткнувшись о стопку книг на полу, падает. Мгновение, и в комнате повисает гробовая тишина. Получается совершенно нелепая картина. Панси, чей образ уверенной и хладнокровной ведьмы окончательно разбился на мелкие осколки, сидит на ковре, словно маленькая девчонка, приглаживая растрепанные волосы. Глаза девушки круглые от растерянности, а лицо медленно приобретает пунцовый оттенок. Драко, к слову, со стороны смотрится не менее комично. Прижав к груди ворона, он тяжело дышит и таращится на Паркинсон, как ребенок, который вот-вот закатит истерику из-за любимой игрушки. Когда взгляды Малфоя и Панси пересекаются, последняя яростно шипит: — Я прикончу эту тварь. — Только через мой труп. — Блестяще! Мне подходит! — Паркинсон кое-как поднимается на ноги. Драко, быстро оценив обстановку, пятится назад. — Да погоди ты! Стой! СТОЙ! — рявкает он, уворачиваясь от рук Панси. — А что скажет Грейнджер?! — Проблема завтрашнего дня! Малфой бросается прочь, прижимая к себе Корвуса, а Паркинсон пытается догнать его. Они оба делают пару кругов по гостиной, после чего Драко выскакивает в коридор. — Прекрати удирать! — Ну уж нет! Малфой, бегло оглянувшись по сторонам, заскакивает в единственную комнату, на дверь которой наложены чары. Та, к счастью парня, оказывается незапертой. Драко захлопывает ее за собой и тут же наваливается всем весом. — Ах ты мразь! — слышится возмущенный голос Панси. После этого звучит несколько смачных ударов. — Будь мужиком и выходи оттуда! Где твои яйца?! — На месте! Как и мозги! — оскорбившись, ядовито отвечает Малфой. — Я вынесу эту дверь нахрен! — Да пожалуйста! — перекрикивает требовательный стук Драко. — Хоть весь дом разнеси, я буду только рад! Шум внезапно стихает. Несколько секунд Малфой настороженно прислушивается. Корвус в его руках лишний раз не шевелится. — Драко, дорогой… — подозрительно ласковым голосом говорит Панси. — Заканчивай. Выходи, пообедаем… Я не трону твою курицу, даю слово. Лицо Драко перекашивает. Выгнув бровь, он достаточно громко заявляет: — Не держи меня за идиота. — О-о, ты не идиот, а конченное ссыкло! — мгновенно перестав быть милой, рявкает Панси. — Прячешься и трясешься, словно мелкий грызун! Трусливый хорь! — Ах так?.. — Малфой сосредоточенно хмурится. — Тогда ты — марабу! Страшная, как смерть, и лохматая! — Ты кого страшной назвал, урод?! — Так ты еще и глухая?! О-о, прошу прощения, тогда мне нужно еще подумать! — не в силах остановиться, ехидничает Драко, кривляясь при этом. — Таких птиц я сходу не вспомню! Недоуменная пауза. И внезапно… за дверью раздается смешок. А через пару секунд Панси и вовсе не в состоянии перестать звонко хохотать. Малфой, непроизвольно прыснув со смеху, улыбается и качает головой. Хорек. Марабу. Носятся по дому друг за другом, а ведь взрослые люди. — Придурок… — хихикает Панси. — Чем мы вообще занимаемся?.. Корвус, почувствовав, что угроза отступила, мягко вырывается из рук и присаживается на одном из шкафов. Драко же оглядывается по сторонам и только сейчас доходит мозгами, что заперся в спальне Панси. Там, где, возможно, спрятана его палочка. Комод во всю стену, просторная кровать. Множество книжных полок и несколько цветочных горшков. На подоконнике груда различного хлама. Мест, где можно спрятать палочку, полно. И все же… А что «все же»? Драко найдет ее, и что дальше? Отправится на поиски Гарри, но разве это не бессмысленно? Поттера ищут мракоборцы и Фениксы — люди куда более опытные в этом деле. А Малфой… Ничтожество, у которого ничего не получается, как бы он ни старался. Он даже не в состоянии выбраться из-под домашнего ареста какой-то вшивой секретарши. — Палочки там нет. Выходи, — словно почувствовав, о чем думает Драко, тихо говорит Панси. Ее голос звучит удивительно сочувствующе. «Надеюсь, ты будешь в порядке, Поттер. Прости меня». Малфой открывает дверь и выходит в коридор. Панси вопросительно смотрит на него, не торопясь что-либо предпринимать. — Не трогай птицу. Это все, что у меня есть, — мертвым голосом отзывается Драко. — Я в душ. Следующие несколько часов прошли для Малфоя в непрекращающемся, сводящем с ума шуме в голове. Мрачные мысли раз за разом били тяжелыми камнями, оставляя за собой огромные гематомы. Без остановки и передышки. Неизвестность и абсолютная беспомощность — худшее из возможных сочетаний. Панси какое-то время не показывалась на глаза, уйдя к себе в кабинет. Лишь раз девушка подошла и сухо поинтересовалась, планирует ли Драко есть. Тот даже не отреагировал. Есть, несмотря на болезненные позывы в желудке, совсем не хотелось. Корвуса Паркинсон трогать не стала, и тот мирно дремал на подоконнике в гостиной, пока Малфой тщетно пытался справиться с желанием разбить себе голову, лишь бы перестать думать. Так медленно проходит мимо день. Драко даже не замечает, как пасмурное небо за окном сменяется непроглядным ночным. Парень, устроившись на диванчике, крутит кольцо с рубином. Сколько еще таких тоскливых, иссушающих дней ему предстоит провести? Дверь кабинета открывается, и Панси, бросив незаметный взгляд на Малфоя, проходит в центр гостиной и опускается на ковер, подогнув под себя ноги. Взмах палочки, и несколько свитков левитируют и приземляются около девушки. — Зачем пришла? — ворчит Драко. Паркинсон сидит к Малфою спиной, поэтому он не видит ее лица. Девушка молча заправляет пряди волос за уши. Затем, даже не повернув головы, буркает: — Подумала, тебе нужна компания. Драко скептически выгибает бровь. — Не нужна. Панси дергает головой, а после хватается за ближайший свиток и с шелестом его разворачивает. — Ну, тогда и проваливай в другую комнату, — саркастично предлагает она. — Эту я заняла. Малфой закатывает глаза и отворачивается. Голова снова наполняется угнетающими мыслями. — Тебе нужно… кхм… — раздражающий голос Панси в очередной раз отвлекает Драко, — что-то обсудить со мной? — Что? — хмурится парень. Паркинсон все еще не смотрит на него, изображая бурную деятельность. После вопроса Малфоя спина девушки заметно напрягается. — Ну, чувства, — кое-как выдавливает из себя она. Драко от неожиданного предложения даже хмыкает. Делиться переживаниями с этой черствой ведьмой?.. Смех, да и только. — Нет. — Супер. Рада слышать. После в комнате снова повисает тишина, нарушаемая лишь шелестом свитков и сосредоточенным сопением Паркинсон. Малфой ерзает на диване и, насупившись, таращится в окно, за которым невозможно что-либо рассмотреть. Присутствие Панси мешает снова уйти с головой в мысли. — У меня есть несколько книжек по амулетам, — вздохнув, предлагает девушка. — Принести тебе? В этот раз она поворачивается и вопросительно смотрит на Драко, ожидая решения. Удивительно, что обычно суровая и грубая Панси пытается как-то помочь и позаботиться о госте, хоть и неуклюже. И, хоть вредность Малфоя требует не облегчать тюремщице задачу, здравомыслие побеждает. Лучше уж занять себя каким-нибудь делом, чем и дальше тонуть в сомнениях и самоистязании. — Да. — «Да» и?.. Давай, Хорек, ты же знаешь, что нужно говорить, — усмехается Паркинсон. Мордред ее дери, неужели это прозвище привяжется? Хоть бы нет. — Да, пожалуйста, — устало усмехается Драко. Панси, довольно тряхнув головой, поднимается на ноги и уходит. Через считанные мгновения на широкую ручку дивана опускается тройка увесистых книг. Паркинсон появляется чуть позже и протягивает Малфою бокал вина. — Я не любитель алкоголя, — ворчит он, рассматривая обложку первой в стопке книги. — Помогает от нервов. Выпей, — Панси вручает бокал парню и возвращается на ковер, снова садясь к Драко спиной. «Артефакты Света и Тьмы: заклинания для Мастеров». Авторство Д. Карбоу. Прочитав название тома, Малфой внутренне присвистывает. Он много слышал об этой книге в свое время, но так и не добрался до нее. Чтение увлекает Драко на добрую половину ночи, не позволив и на секунду отвлечься на другие мысли. Панси все это время находится в гостиной, молча занимаясь своими делами.

***

Третий день заточения в доме Паркинсон начинается вполне сносно. Хоть и довольно странно. Малфой просыпается на диване и, сонно моргая, растерянно смотрит на Панси. Та, скрестив руки, нависает над ним и с хмурым видом буравит взглядом, словно Драко совершил какое-то преступление. — Что такое? — хриплым спросонья голосом спрашивает парень, принимая сидячее положение. — Ты невероятно много спишь. Драко с мычанием растирает веки. — Сколько? Часа четыре? — язвит он. — Обед на кухне. Вставай, — бросает Паркинсон и, покосившись на мирно спящего неподалеку Корвуса, пренебрежительно фыркает. Малфой неохотно плетется следом за девушкой, на ходу расчесывая короткие волосы пальцами. Удивительное наблюдение: Паркинсон совершенно точно отправилась спать позже Драко (который попросту уснул во время чтения прямо в гостиной), но сейчас выглядит так, будто встала минимум на несколько часов раньше. Макияж, укладка, одежда для выхода на улицу, да еще и с кухни доносится запах свежеприготовленной еды. Эта ведьма вообще спит? Если нет, то откуда в ней столько энергии — Малфой ни разу не видел, чтобы Панси принимала какие-то зелья. Обеденный стол простенько сервирован на двоих, а в центре стоит небольшая кастрюлька и пара глубоких мисок с не поддающимся к опознанию содержимым. — Карри с нутом, шепердс пай с чечевицей и картофельный салат, — дает пояснения Панси, поочередно указывая пальцем на блюда. Девушка присаживается и наливает себе в тарелку густую жижу каштанового цвета. После добавляет рис и, не дождавшись Драко, принимается за еду. Малфой не тратит время на выбор и отрезает себе кусок пирога. Попробовав, тут же морщится. Он только однажды пробовал шепердс пай (мясной, а не с какими-то бобами), и тот был довольно сносный. Эта же извращенная версия больше напоминает пресный десерт, да еще и слишком вязкий. — Это ты готовила? — любопытствует парень, потянувшись за стаканом воды. Панси бросает на Драко мрачный взгляд поверх очков. — У меня есть дела поважнее готовки. Что с физиономией, Хорь? Какой смысл лгать обладательнице зачарованных очков? На этот дрянной артефакт нет никакой управы. Да, можно разработать амулет, защищающий от проникновения в разум, но у носителя должна иметься хотя бы мизерная способность к окклюменции (ровно так же, как задатки легилименции у тех, кто используют такие же очки, что и Панси). Малфой, к превеликому, мать его, сожалению, такой способности лишен. — Дрянь несъедобная, — вздыхает он, опуская взгляд. Паркинсон, что удивительно, в ответ усмехается и говорит: — Мне тоже не нравится. — Зачем тогда покупала? — Полезно для фигуры. Другой еды нет, так что не ной и жуй молча, — командует девушка, властно махнув рукой. — А там что? — любопытствует Драко, кивая на кухонную тумбу, где стоит небольшой пакет со слегка замасленным дном. — Корм для твоей пернатой ублюдины, — флегматично отзывается Панси, ковыряясь ложкой в тарелке. — Вроде курица. Или индейка. Что-то из этого, в общем. — То есть, ворону ты мясо взяла, а нам достался набор из бобов? — выгибает бровь Малфой. Ему, по большому счету, все равно, что есть. Просто подтрунивать над Паркинсон довольно забавно. — Это мой коварный план. Надеюсь, в мясе окажутся паразиты, — бурчит девушка. «Определенно самый ненадежный способ убийства». — Как любезно с твоей стороны. Панси оставляет последнюю реплику Драко без комментариев. Какое-то время они едят молча, изредка поглядывая друг на друга. Когда приходит чувство полного насыщения, Малфой откидывается на спинку стула и, немного помедлив, спрашивает: — Есть какие-то новости о Поттере? Он старается звучать безразлично, хотя смысла в этом никакого нет — Паркинсон уже не первый день наблюдает за его душевными метаниями. — Его найдут. Уже не в первый раз придурок попадается, — все, что отвечает девушка. Либо у нее нет новой информации о поисках, либо намеренно не собирается ее сообщать, чтобы Малфой не попытался сбежать. В любом случае Драко ощущает себя так, будто глотнул жидких помоев. Он кривится и складывает руки на груди, пальцами постукивая по предплечью. Нужно как-то отвлечься. — На той пресс-конференции… Кто это был? Я имею в виду фальшивку с лицом Поттера. Паркинсон тяжело вздыхает и левитирует всю грязную посуду в раковину. — Уизли, кто же еще? Других альтернатив не было. — В каком это смысле? Чем ты не альтернатива? — Одной оборотки недостаточно, чтобы убедительно изобразить Национального Героя, — дергает плечом Панси. Создается впечатление, что девушке обидно быть не выбранной для этой роли. — Нужно хорошо его знать. Интонации, мимика, жесты… Любая деталь может выдать подделку. — Кажется, Уизли был бы полезнее в поисках Поттера, — спорит Малфой. — Его «игры» было недостаточно, чтобы убедить ме… — он резко прикусывает язык, заметив на себе лукавый взгляд Паркинсон, — Забини. Забини что-то заподозрил. — Умоляю, — поморщившись, отмахивается Панси. — Как бы я ни презирала Уизли, он был… убедителен. Блейз начал о чем-то подозревать только из-за твоей бурной реакции. Видел бы ты себя со стороны!.. — хмыкает она. — Как будто пальцы по одному отрезали. Очень плохая тема. Нужно срочно переводить. — Что ты не поделила с главой мракоборцев? Вы же коллеги. — И? Это что-то должно менять? — Без понятия, — честно отвечает Малфой. — Я не привык работать в коллективе. — И никогда не привыкнешь, — кивает Панси, ухмыльнувшись. — Есть люди, которые попросту не созданы для этого. — Такие, как ты? — зеркалит ее выражение лица парень. — Мисс «самый мерзкий характер в этом доме»? — Я крайне требовательна к окружающим, это правда. Зато не страдаю лицемерием. Покорми свое животное, — Паркинсон поднимается, тем самым обозначая конец диалога. Следующие пару часов Драко и Панси практически не пересекаются. В попытке избежать угнетающих мыслей, парень собирает в охапку любезно предоставленные ему книги и уединяется в своей спальне (тело протестовало против неудобного дивана в гостиной). Когда по всему дому раздается трель колокольчика, Малфой вздрагивает, но не спешит выходить. Если к Панси пришел кто-то важный, то ведьма приложит все силы, чтобы не дать Драко услышать даже малейший отрывок из диалога, так что и смысла пытаться подслушать нет. Но уже через пять минут его громко зовут. Слегка удивившись, Малфой откладывает книгу, поправляет на себе свободную рубашку и отправляется к входной двери. Там же и замирает, растерянно глядя на запыхавшегося мракоборца, что стоит полусогнутый на пороге, уперевшись руками в колени. Лицо Паркинсон непроницаемое, словно фарфоровая маска. Заметив своего «пленника», девушка незаметно поджимает губы, размышляя о чем-то. После, решив что-то, приподнимает край серого пуловера, достает палочку Драко из-за пояса брюк и протягивает владельцу. — Кажется, мы отправляемся в Мунго, — говорит девушка, не сводя с Малфоя внимательного взгляда. — Ты готов? Возвращение палочки равняется окончанию домашнего ареста. И есть ровно одна причина, по которой Драко могут пригласить в больницу. Поттер. Малфой, прерывисто вздохнув, жмурится и с трудом сглатывает. Готов ли он? Едва ли.